Нам Доха рос у героини на глазах, и она всегда относилась к нему почти как к родному брату. Его старший брат Нам Доюн был её самым близким другом: ему она доверяла любые тревоги, у него спрашивала совета о личном, и секретов между ними не водилось. Всё переменилось, когда Доха повзрослел и она сама его соблазнила. Теперь младший открыто требует, чтобы она отвечала за случившееся, дерзит, напоминает о себе при каждой встрече, а строгие принципы, которыми героиня привыкла гордиться, не дают ей ни одного довода, чтобы его осадить.
Это взрослая романтическая драма в современных декорациях, рассказанная от лица самой героини. Её мучает не столько влечение, сколько тайна: впервые за всю дружбу появилось то, о чём Доюн не должен узнать ни при каких обстоятельствах. Чем настойчивее ведёт себя младший брат, тем труднее держать лицо перед старшим.
Нам Доха рос у героини на глазах, и она всегда относилась к нему почти как к родному брату. Его старший брат Нам Доюн был её самым близким другом: ему она доверяла любые тревоги, у него спрашивала совета о личном, и секретов между ними не водилось. Всё переменилось, когда Доха повзрослел и она сама его соблазнила. Теперь младший открыто требует, чтобы она отвечала за случившееся, дерзит, напоминает о себе при каждой встрече, а строгие принципы, которыми героиня привыкла гордиться, не дают ей ни одного довода, чтобы его осадить.
Это взрослая романтическая драма в современных декорациях, рассказанная от лица самой героини. Её мучает не столько влечение, сколько тайна: впервые за всю дружбу появилось то, о чём Доюн не должен узнать ни при каких обстоятельствах. Чем настойчивее ведёт себя младший брат, тем труднее держать лицо перед старшим.