Том 1 · Глава 108. Усиление артефакта
Оставив жителей Бордона на Хернеллию, Иэн вернулся в сарай, где держали Клевана.
Изначально он собирался забрать мальчика в особняк и уже там искать способ привести в порядок его память и сознание. Однако за время отсутствия Иэна положение успело снова измениться.
Клеван больше не спал.
Он сидел среди нехитрых инструментов и обрезков материала, найденных в сарае, и вырезал небольшую деревянную фигурку.
Увидев Иэна, мальчик просиял.
А, вы вернулись, хозяин!
Одной этой реплики хватило, чтобы понять: перед Иэном уже другая личность. Теперь голос и манеры Клевана действительно соответствовали его внешнему возрасту. Ни безумной подозрительности, ни прежней пустоты.
Да, вернулся,
Спорить с ним сейчас было незачем. Чем спокойнее удастся удержать эту личность, тем больше можно будет узнать.
Он кивнул на фигурку.
Дракона делаешь?
Конечно. Вы же их любите, хозяин.
Я люблю?
Клеван посмотрел на него с искренним недоумением.
Вы всегда говорили, что драконы
Иэн ничего не ответил и перевёл взгляд на работу.
Фигурка была совсем не похожа на грубую статую с деревенской площади. Здесь мастерство ощущалось в каждой детали. Крылья, изгиб шеи, строение лап — дракон выглядел почти живым и удивительно точно напоминал тех, которых Иэн видел собственными глазами.
Хорошая работа.
Клеван довольно улыбнулся.
Это всё благодаря вам.
«Хозяин».
У Джексона Клеван, по его словам, спрашивал о человеке по имени Фран. Был ли тот Фран тем самым хозяином? Или речь шла о двух разных людях?
Иэн уже собирался осторожно прощупать тему, когда Клеван сам перестал резать дерево.
Хозяин.
Он смотрел не на лицо Иэна, а на его руки.
Что?
Кольцо... Можно посмотреть?
На Иэне было два кольца. Серебряное на левой руке он делил с принцессой. На правой носил Кольцо Могриан — артефакт, который семья Могриан вручила ему как знак особого гостя.
Клеван указал именно на правую руку.
Вот это.
Иэн решил, что мастерское чутьё мальчика уловило природу артефакта.
Заинтересовало?
Клеван скривился.
Оно ужасно сделано.
Иэн на секунду замолчал.
Реакция оказалась прямо противоположной ожидаемой. Клеван смотрел на Кольцо Могриан не как на редкую вещь, а как мастер на кривую ученическую работу, в которой не знаешь, за что хвататься сначала.
Снимите, пожалуйста. Ненадолго.
Зачем?
Ну хозяин, быстрее. Я правда быстро.
Он говорил с детским нетерпением, почти канючил. Иэну всё сильнее хотелось понять, какие воспоминания породили эту личность и к какому времени она относится.
Тем не менее кольцо он снял.
Только не сломай.
А вы хоть раз видели, чтобы я ошибался?
Не припомню.
Разумеется, припоминать было нечего: познакомились они всего несколько часов назад.
Иэн усмехнулся и передал кольцо.
В тот же миг выражение лица Клевана изменилось.
Весёлый ребёнок исчез. Теперь перед ним сидел придирчивый ремесленник, полностью ушедший в работу.
Он медленно повертел кольцо в пальцах.
Хуже, чем я думал. Тут много проблем.
Каких именно?
Объяснять долго. И исправлять тоже придётся не одну минуту.
Клеван взял резец.
Иэн невольно нахмурился. Таким слабым инструментом на артефакте даже царапины не оставишь.
По лезвию прошла мана.
Вот теперь Иэн по-настоящему удивился.
По всем известным ему правилам, человек, способный проводить ману через предмет, должен обладать и мана-мозгом, и мана-сердцем. Иначе говоря, быть магом.
Но с Клеваном что-то не сходилось.
Для такой уверенной работы требовался запас и контроль маны как минимум уровня 3-го класса. Между тем слабейшее заклинание «Сон», рассчитанное практически на обычного ребёнка, отключало его мгновенно.
Маг 3-го класса хотя бы непроизвольно сопротивлялся бы. Даже если память повреждена, накопленная в теле мана должна реагировать сама.
Клеван не сопротивлялся вообще.
Иэн решил пока ничего не заключать. Этот мальчик и без того состоял из сплошных противоречий. Возможно, даже слово «мальчик» здесь было лишь удобной внешней характеристикой.
Работа началась.
На кончике резца мана стала почти невидимой, тонкой, как волос. Клеван касался кольца короткими точными движениями; в них сочетались осторожность и уверенность человека, который заранее знает, что именно следует изменить.
Иэн молча наблюдал.
Прошло довольно много времени, прежде чем Клеван наконец отложил инструмент и шумно выдохнул.
Всё. Держите.
Закончил?
Да. Не знаю только, понравится ли вам.
С виду Кольцо Могриан почти не изменилось.
Иэн надел его.
И сразу понял, насколько ошибочным было первое впечатление.
Разница ощущалась всем телом.
Главное свойство Кольца Могриан заключалось в ускоренном восстановлении маны. Теперь же эффект был на совершенно ином уровне. Мана не только возвращалась быстрее — вырос и объём энергии, который мог удерживать Иэн.
Артефакт словно перескочил несколько ступеней качества.
В прежней жизни Башня Слоновой Кости делила известные артефакты на категории: от низшей до высшей. Прежнее Кольцо Могриан относилось к низшей. После работы Клевана Иэн без колебаний отнёс бы его как минимум к высокой категории.
И это при том, что собственные возможности Иэна сглаживали впечатление.
Если такое кольцо наденет маг не выше 3-го класса, изменение будет почти чудовищным. По объёму маны и скорости восстановления он фактически поднимется на целый класс.
Иэн несколько секунд просто прислушивался к ощущению.
Клеван действительно был потрясающим мастером.
В голову сразу пришла следующая мысль.
Иэн достал из-под одежды Амулет императрицы. Сейчас при нём не было ни Посоха Великой степи, ни Мантии Митчелла Гринривера. Из артефактов оставались только кольцо и этот амулет, так что проверять можно было на нём.
А это?
О, ожерелье.
Иэн снял амулет и передал Клевану.
Тут тоже всё сделано кое-как?
Он спросил слишком осторожно и сам это заметил. После превращения кольца трудно было не надеяться на ещё одно улучшение.
Клеван осмотрел амулет.
Нет. С этим всё хорошо.
Хорошо?
Почти идеально.
Иэн постарался не показать разочарования.
Вот как.
Кто его сделал?
Не знаю.
Ответ Клевана, однако, породил новый вопрос.
Амулет императрицы был добротным артефактом: полезное свойство, аккуратная работа, хорошая форма. Но назвать его идеальным? Особенно после того, как Клеван собственноручно превратил гораздо более слабое кольцо в вещь совершенно иного уровня?
Возможно, мастер судил не по силе эффекта. У каждого ремесла свои критерии совершенства, и Иэн мог просто не понимать, на что именно смотрит Клеван.
Он решил не спорить.
Вместо этого достал сумку подпространства.
В ней лежал подарок Гектора Колдвуда — синяя ткань, которую Иэн считал материалом для артефакта.
Если Клеван способен создавать вещи такого уровня, поиски неизвестного мастера, упомянутого в дневнике, возможно, вообще потеряют смысл.
Иэн развернул ткань.
Тогда как тебе это?
Клеван застыл.
Изменился взгляд. Следом — всё лицо.
Иэн уже видел это выражение.
Так Клеван смотрел на него при первой встрече.
Мысль едва успела оформиться, когда мальчик вскочил.
Убийца! Ты опять пришёл!
Иэн устало прикрыл глаза.
Вот же...
Нормальная личность исчезла так же внезапно, как появилась. Теперь становилось понятно, почему Джексон не сумел выгодно продать Клевана: с таким набором состояний любой покупатель быстро вернул бы товар обратно.
Проклятый убийца! На этот раз я тебя прикончу!
Давай сначала поспишь.
Не дождёшься!
А когда проснёшься, верни того мальчика, который только что был здесь.
«Сон» сработал сразу.
Клеван даже не попытался противиться. Через секунду он уже мирно посапывал.
Если это и был маг, то совершенно невозможный.
Иэн убрал синюю ткань обратно в сумку. Заодно собрал резцы, оставшиеся материалы и несколько готовых поделок Клевана. Лучше не оставлять ничего, что позднее может оказаться важным.
Он ещё раз осмотрел сарай.
В дальнем углу лежал обычный на вид камень.
На поверхности были вырезаны буквы.
Текст написали на языке княжества Ро. Встречались старые формы слов, но Иэн когда-то специально изучал языки и разобрал смысл без труда.
Это было послание.
«Если кто-нибудь прочтёт эти слова, прошу: доставьте меня через Западное море на Остров Молотов. Я хочу наконец уснуть навсегда, но сам не могу этого сделать. Возможно, вы уже догадались, почему. Поэтому мне необходимо вернуться на Остров Молотов. К этому времени товарищи, вероятно, оставили там записи о том, что сумели узнать. Если исполните мою просьбу, я расплачусь, как только вернётся память. Не сомневайтесь: награда вас не разочарует. Вы получите в тысячи, а то и в десятки тысяч раз больше, чем могли бы выручить, продав моё тело или попытавшись использовать меня».
Спартой всё ещё находился на Парящей земле — там, куда его привёл странный сон.
Под этим огромным куском суши покоились кости драконов. Из них драконозубый воин создал множество новых тел. Теперь их было несравнимо больше, чем в начале; целая армия заполняла Парящую землю.
Главное тело Спартоя, самое крупное из всех, стояло у самого обрыва.
Он неподвижно смотрел в небо.
И кое-что в нём изменилось.
Раньше в пустых глазницах Спартоя горел синий свет. Теперь оттуда исходило золото — густое, яркое, чужое сияние.
Скоро... — По твоей... воле...
Едва слова прозвучали, десятки тысяч спартов за его спиной одновременно открыли глаза.
В каждой костяной глазнице вспыхнул тот же золотой свет.
Армия подняла головы к небу.
Гра-а-а-а-а!
Металлический рёв тысяч глоток прокатился над землёй и заставил всё вокруг задрожать.
А затем началась настоящая дрожь.
Грохот прошёл через весь парящий массив. На мгновение могло показаться, что древняя земля рушится.
Но она не разрушалась.
Она двигалась.
Сначала едва заметно. Потом всё отчётливее.
Гигантский массив, веками неподвижно висевший в небе, пришёл в движение.
Скорость была небольшой, зато направление не вызывало сомнений.
Впереди лежал огромный человеческий город.
Столица Империи Гринривер.
Дом Иэна.
Гринривердиум.