Том 1 · Глава 92. Не ищите, я знаю, где она

Юнь Яньцзэ резко очнулся ото сна. Он открыл глаза и, оглядев тихую комнату, позвал:

—Слуги.

—Ваше Высочество. — К кровати подошёл маленький евнух. — Вы проснулись?

—Где супруга цзюньвана? — Опираясь на руку евнуха, он спустился с кровати. Каждый шаг отзывался болью во всём теле, но его воспитание не позволяло ни единого небрежного жеста, даже нахмуриться он себе не позволял.

—Супруга цзюньвана… — евнух мялся, не решаясь заговорить.

—Что случилось? — Юнь Яньцзэ накинул верхнюю одежду. — Её кто-то обидел?

—Нет, — поспешил объяснить евнух. — Недавно приходил человек из Дворца Ланьсюй и что-то сказал супруге цзюньвана. Выслушав его, она помрачнела и отправилась к его высочеству принцу Чэню.

«Человек от матушки пришёл к Цайяо, так почему она пошла к Юнь Дуцину?»

—Пойду взгляну.

—Ваше Высочество, ваши раны ещё не зажили, вам не следует много ходить.

Юнь Яньцзэ тихо кашлянул несколько раз.

—Ничего. У пятого брата вспыльчивый нрав, я боюсь, как бы Цайяо с ним не повздорила.

Маленький евнух поспешно помог ему одеться и вместе с другим евнухом, поддерживая его под руки, вывел со двора. Едва они подошли ко двору принца Чэня, как услышали голос супруги цзюньвана.

—Я не уйду, пока пятый брат не выйдет ко мне!

Евнухи тотчас опустили головы, не смея взглянуть на цзюньвана Ци.

Юнь Яньцзэ с невозмутимым лицом смотрел на спину Сунь Цайяо и, тихо кашлянув, позвал:

—Цайяо.

—Ваше Высочество? — Услышав голос Юнь Яньцзэ, Сунь Цайяо поспешно обернулась. В её взгляде читалась растерянность. — Как вы здесь оказались?

Юнь Яньцзэ слегка улыбнулся:

—Проснулся, а тебя нет в покоях. Я забеспокоился, что тебя могли обидеть, и вышел посмотреть.

Сердце Сунь Цайяо дрогнуло. «Ваше Высочество боялся, что меня обидят, и потому специально пришёл за мной».

Хотя Палата дворцовых дел и не смела урезать содержание принцев, но с тех пор как Ваше Высочество понизили до цзюньвана, взгляды дворцовой челяди стали какими-то странными. Она боялась, что ему будет неприятно это видеть, и всегда старательно это скрывала.

—Вы — принц крови, я — ваша супруга, кто осмелится меня обидеть? — Сунь Цайяо подошла к Юнь Яньцзэ и мягко произнесла: — Ваши раны ещё не зажили, вам нельзя стоять на ветру. Давайте вернёмся.

—Разве ты не хотела увидеть пятого брата? — Юнь Яньцзэ взял её за руку. — Я провожу тебя.

—Ничего, не нужно, — покачала головой Сунь Цайяо. Она боялась, что, узнав о делах супруги Нин, Ваше Высочество разволнуется, и его незажившие раны вновь откроются. — Нет ничего важнее вашего отдыха, Ваше Высочество.

—Правда? — Юнь Яньцзэ улыбнулся. — Как же ты добра ко мне, Цайяо.

—Я ваша жена. Если не я буду о вас заботиться, то кто же? — Сунь Цайяо переплела свои пальцы с пальцами Юнь Яньцзэ, её глаза были полны нежности.

—Тогда вернёмся. — Юнь Яньцзэ взглянул на ворота двора и, заметив качающийся на ветке фонарь, остановился. — Что это?

—Пятый брат говорил, что это фонарь из русалочьей марли, — Сунь Цайяо опустила взгляд. — Говорят, он специально приготовил его для уездной принцессы Мин.

—Цайяо, тебе тоже нравится? — спросил её Юнь Яньцзэ.

—Бесполезный фонарь, на который лишь зря тратят деньги. Ничего, кроме красоты, в нём нет. — Сунь Цайяо бросила на него взгляд. — Мне не нравится.

Юнь Яньцзэ улыбнулся, но ничего не сказал.

—Ваше Высочество, вы ещё и смеётесь!

—Я смеюсь над тобой.

—Я сейчас и вправду рассержусь, не буду с вами играть!

—Эй, не уходи! — Принц Чэнь догнал Цзючжу, которая уже подхватила юбки и направилась прочь. — Фонарь из русалочьей марли больше не нужен?

Цзючжу остановилась и, обернувшись, молча уставилась на фонарь в руках принца.

—Хмф! — Она отвернулась и посмотрела в небо.

—Совсем ещё девчонка, а характер становится всё хуже и хуже. — Принц Чэнь подошёл к ней, взял её за руку, разжал ладонь и вложил в неё рукоять фонаря. — Держи крепко. Обещаю, больше не буду тебя дразнить.

Недаром говорят, что девочек нельзя баловать — чем больше балуешь, тем хуже характер.

—Вовсе нет, — пробормотала Цзючжу, сжимая фонарь и виновато опуская голову.

—Чего «нет»? — спросил её принц Чэнь.

«Нет… характер не становится хуже».

«Наверное… не становится?»

Цзючжу принялась вспоминать все подробности их общения с принцем и опускала голову всё ниже и ниже, не в силах поверить, что она и вправду рассердилась из-за такой мелочи.

Не зря наставники говорили, что в столице плохой фэншуй. Видимо, это правда, раз даже у неё испортился характер.

—Больше не сердишься? — Принц Чэнь ткнул пальцем в макушку склонившей голову девочки.

—Я и не сердилась, — ответила Цзючжу, носком туфельки скребя землю, чтобы скрыть свою вину.

—Если не сердилась, то улыбнись мне, иначе я не поверю. — Принц Чэнь наклонился, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — Ну же, улыбнись.

Цзючжу посмотрела на внезапно приблизившегося к ней принца Чэня, на его глубокие, красивые глаза, и в голове у неё осталась лишь одна мысль.

«У Вашего Высочества такие красивые глаза. И нос тоже красивый. Кажется, у него всё красивое».

—Поросёнок Мин?

—М-м?

—Опять замечталась? — Принц Чэнь вытянул палец и легонько коснулся её лба. — Давай, улыбнись.

Цзючжу послушно растянула губы в улыбке.

Принц Чэнь резко отвернулся. «О небеса, как семья Мин умудрилась вырастить такую простодушную девочку?»

«Такую наивную... Только и остаётся, что спрятать её в карман и носить с собой, чтобы быть спокойным».

Он глубоко вздохнул и пошарил в своём кошельке.

—Открой рот.

Цзючжу послушно открыла рот, и в нём тут же оказался мятный леденец.

—Мята холодит, с ней будет полегче, — сказал принц Чэнь, с сожалением глядя на волосы Цзючжу. Сегодня её причёска фэйсяньцзи была слишком изысканной, чтобы портить её, иначе он непременно взъерошил бы ей волосы.

—Спасибо, Ваше Высочество. — Цзючжу снова повеселела.

Принц Чэнь мысленно усмехнулся. Он так и знал, что эту девочку легко задобрить.

Он обернулся к воротам двора и нахмурился. «И как долго Юнь Яньцзэ здесь стоит?»

«Что за причуды? У него есть своя супруга, так какого чёрта он стоит у ворот моего двора и подглядывает за мной и моей невестой?»

—Четвёртый брат, четвёртая невестка. — Принц Чэнь шагнул вперёд, заслоняя собой Цзючжу. — Вы двое стоите здесь... любуетесь видами?