Том 1. Глава 159
Экстра 5. Переполох в один весенний день (4)
...А!
Услышав внезапный голос и Джереми, только что рычавший во всё горло, и Нора, утомлённо цокнувший языком, одновременно вздрогнули и резко обернулись.
К-кто ссорится? Да я вообще самый послушный и любящий сын на свете. Правда ведь?
Будем считать, что так. Нуна, ты ко мне пришла?
Ты и так целыми днями дома у неё перед глазами маячишь, сколько можно. Шури, ты ведь ко мне пришла, да? Скажи же?
...Я пришла навестить Её Величество императрицу.
От этого бессердечного ответа Шури, которая стояла, уперев одну руку в бок и слегка прищурив глаза, у обоих здоровяков, только что робко и преданно сиявших глазами, разом погрустнели лица.
Предпочесть вредную императрицу такому золотому старшему сыну... Это удар в самое сердце.
Помолчи ты. Нуна, погода просто чудесная. Давай оставим тётушку — а сами пойдём...
Сам свали, интриган несчастный. Матушка Шури, у меня есть отличная идея...
Я смотрю, вы оба не особо-то и заняты.
Я не занят, с чего бы нам...
И я совершенно свободен!
Вот и отлично. Раз так, не хотите ли пораньше вернуться домой? Я оставила детей одних, и у меня душа не на месте от беспокойства.
В воздухе повисла короткая пауза.
Но там же няни есть.
Т-точно. К тому же там вроде как Леон оставался?
Оно-то так, но у меня, знаете ли, за плечами огромный опыт воспитания четверых сорванцов, с которыми даже самые опытные няни едва справлялись,
Джереми тут же вскинулся, изъявляя самый решительный и яростный протест:
Это мы-то?! Да мы были на редкость покладистыми, просто ангельскими детьми!
...
При виде такой неприкрытой и наглой лжи не то что Шури, но даже Нора сделал скептическую мину.
Поняв, что знатно опростоволосился, Джереми смущённо отвёл взгляд и уныло переглянулся со сторожевым псом, про которого все уже успели позабыть.
И когда ты вернёшься домой, нуна?
М-м? Даже не знаю. Если разговор не затянется... Ты, наверное, уже слышал, какой гость сейчас гостит в нашем особняке? Похоже, Её Величество очень сильно переживает по этому поводу.
«И сдался ей этот малец, который всё равно через пару дней уедет? Чего ради нужно утруждать чужую жену?»
Сдерживая обиду на тётю, Нора почесал затылок:
Похоже, они с Михаэлем отлично поладили.
Да. Представляешь, Михаэль даже уступил ему своего щелкунчика. Я изначально собиралась забрать мальчика с собой и привезти во дворец, но они так не хотели расставаться, что я решила оставить его ещё ненадолго поиграть...
В глазах Шури промелькнуло странное, едва уловимое выражение — смесь созерцания и тревоги. Заметив этот взгляд, Нора тут же понимающе и тепло улыбнулся, возвращаясь к своему привычному тону:
Надо же, наш привереда вдруг расщедрился. Что ж, тогда я, пожалуй, останусь здесь с нуной...
Кхм-кхм! Это кто тут только что во всеуслышание заявлял, что уходит домой, а теперь опять резину тянет? А ну топай отсюда. А я, как доблестный капитан гвардии, останусь защищать матушку...
Это имело бы смысл, будь нуна дома. И вообще, бездельник, ты-то чего вдруг заделался таким прилежным работником?
Кто бездельник?! Да Его Величество лично сетовал, что ему становится неспокойно, когда меня нет во дворце!
А ты уверен, что не переиначил на свой лад его фразу о том, что ему становится неспокойно, когда ты есть во дворце?
Ах ты!!!
В общем, я поговорю с Её Величеством и сразу домой. Обсудим всё вечером. Джереми, ты же не забыл, что вы с Дайан сегодня приглашены к нам на ужин?
Нуна, ну подожди! Где это видано, чтобы жена бросала мужа ради другой женщины?!
И почему матери вечно бросают своих сыновей?!
Перестаньте нести чушь, а то люди услышат и бог весть что подумают!
Слушаюсь.
Прости.
Оба здоровяка, внезапно устыдившись, синхронно замахали руками ей вслед. И лишь когда силуэт Шури окончательно скрылся из виду, они, мгновенно посерьёзнев, снова уставились друг на друга.
Чёрт дери, ну почему на пути к моей женитьбе вечно столько препятствий...
Она ведь твоя тётя, неужели ты ничего не можешь с этим сделать?
Если уж на то пошло, то главные препятствия, которые путаются у меня под ногами
Ч-что?!
И всё-таки, каков ушл... А? Бастард бывшего кронпринца
Меня, признаться, куда больше восхищаете вы сами, господин.
Я? А со мной-то что не так?
Имея в невестах столь прекрасную госпожу, вы до сих пор ни единым словом не обмолвились о свадьбе. Сколько ещё вы намерены тянуть? Молодой господин Элиас уже дочкой обзавёлся, а если вы и дальше продолжите в том же духе...
Похоже, верный управляющий решил возобновить свои излюбленные нотации, которыми в последнее время и так засыпал его при каждом удобном случае. Стремительно прокручивая в голове варианты, как бы половчее соскочить с темы, лев Нойванштайна внезапно округлил глаза и выпалил:
О-о, Роберт! Смотри, у тебя седой волос вылез!..
Что? Седой волос?!. Господин, что за глупости вы говорите?
Ну, я просто пытался подарить тебе надежду.
В воздухе повисла тяжелая тишина. Пока Джереми вовсю жизнерадостно и беззаботно ухмылялся, Роберт, у которого от природы (и из-за этой семейки) на седой голове седых волос уже давно не могло прибавиться просто физически, не стал ни улыбаться в ответ, ни хмуриться. Он лишь посмотрел на молодого господина полным тоски взглядом и тихо произнёс:
Пожалуй, этому старику пора на покой. Чувствую, кончина моя близка...
Да я же пошутил! Пошутил я!..
Шутками шути, да меру знай, как говорится.
Поиздевавшись над престарелым дворецким и знатно от этого вспотев, Джереми переоделся и вышел во внутренний двор — как раз в тот момент, когда Дайан запрыгивала в седло.
Её вьющиеся темно-синие волосы отливали нежной лазурью в лучах полуденного солнца, а голубые глаза, точь-в-точь под цвет её небесно-голубого платья, лукаво блеснули, когда она повернулась к нему.
Наперегонки? Кто быстрее доберётся до герцогского особняка?
Заманчивое предложение. И каков приз, если выиграю я?
Всё что угодно. А если я?
Тоже всё что угодно. Чего ты хочешь? Только скажи.
Пока воодушевлённый Джереми лихо запрыгивал на своего жеребца, Дайан слегка склонила голову набок, делая вид, будто напряжённо размышляет.
Хм-м, ну не знаю... Пожалуй, тебя?
Да ради бога, сколько угодно!..
Хе-х, хотя наперегонки веселее скакать с твоей матушкой. Так что забудь, проехали.
Джереми едва не вылетел из седла, но в последний момент чудом удержал равновесие.
Послушай, вообще-то я верховой ездой занялся гораздо раньше...
То, что ты начал раньше, ещё не значит, что ты ездишь лучше.
Оно-то, конечно, так. Но скажи честно, она правда держится в седле лучше меня?
Да.
От этого безапелляционного ответа Джереми обиженно надул губы и проворчал что-то невнятное, но, поскольку это был очевидный и общеизвестный факт, спорить не стал и быстро притих.
И когда вы только успели так сдружиться?
Ты что, ревнуешь?
К-кто ревнует?! Вовсе нет! Просто непривычно. Ты уже так легко называешь её «матушкой»...
А что, нельзя?
Да нет, можно, просто... звучит так, будто мы уже женаты. То есть... ты правда хочешь выйти за меня?
Вопрос сорвался с его губ совершенно неосознанно. Испугавшись собственной глупости, Джереми поспешно зажал рот ладонью, а Дайан, слегка нахмурившись, тут же парировала:
Странный вопрос.
П-прости. Я имел в виду...
Это правда странный вопрос. Звучит не так, будто ты просто прощупываешь почву, а будто тебе действительно дико любопытно.
Ну разумеется, я не ради забавы спросил, просто...
Ну, мужчин с такими роскошными условиями, как у тебя, в империи ещё поискать надо. Так что в этом смысле
...
Да и если отбросить все твои титулы и статус, ты, в общем-то, парень вполне сносный.
Какое трогательное примечание. Тебе обязательно так играть моими чувствами?
Это ты ими играешь, дуралей. Вопрос о том, хочется ли вообще связывать себя узами брака
Это было не бровь, а в глаз. Джереми на мгновение лишился дара речи и лишь молча хлопал глазами, глядя в синеву глаз своей возлюбленной.
Они встречались уже не первый год. Ему сейчас было двадцать семь, ей — двадцать четыре. Самое время принимать окончательное решение.
Конечно, слова предложения не раз подступали к самому горлу. Прямо как сейчас. Но стоило ему попытаться выразить мысли словами, как в голове тут же всё белело, и его накрывала какая-то необъяснимая паническая атака.
Я...
Заметив его замешательство, Дайан мягко улыбнулась и перевела тему:
Ладно, поехали. Уж не знаю, из-за чего ты так сорвался со службы пораньше, но мне и самой жутко любопытно взглянуть на бастарда бывшего кронпринца.
Влюблённые дружно пришпорили коней и добрались до Волчьего логова примерно к пяти часам вечера. Вопреки ожиданиям Джереми, Норы дома почему-то всё ещё не было.
Ладно Шури, но этого-то придурка где черти носят? Преисполнившись беспочвенной тревоги, Джереми с порога одарил испепеляющим взглядом первого же человека, с которым пересёкся глазами. Тот, разумеется, знатно опешил.
Брат, ты чего? Чего у тебя лицо такое кислое?
Ты что, весь день здесь без дела околачивался?
Вообще-то я за младшими присматривал, ясно? Кхм, добрый день, леди Дайан.
Давно не виделись, Леон. Слышала, вам знатно досталось на обряде посвящения. Надеюсь, вы уже пришли в себя?
«Он что, уже успел рассказать своей девушке?!»
Где дети?
Лея и Анна спят, остальные играют во дворе. Кстати, я вот думаю: этого карапуза не пора ли уже возвращать во дворец, а то мало ли что?
Да кому там возмущаться, надумал тоже.
Даже если бы они решили удерживать мальчишку у себя до тех пор, пока его не отправят обратно в Нуэву, никто бы и слова не посмел сказать.
Ведь если бы Нюрнберги пошли на принцип и решили сорвать признание статуса ребёнка, у императорской семьи против них просто не нашлось бы рычагов давления.
Ну, в общем-то, логично. И что сказал герцог?
Да ничего особенного, просто удивился абсурдности ситуации.
А, точно. Кстати, тут такое дело, чуть раньше...
А тот рыцарь
Тео, украдкой разглядывавший троицу, появившуюся на балконе с видом на задний двор, кажется, узнал утреннего капитана гвардии и тихо задал вопрос. Михаэль ответил, даже не поднимая головы от земли:
Да, к несчастью.
У тебя так много родственников... Здорово. Наверное, весело жить в такой большой семье.
Ну, иногда бывает весело. Но вообще, не всегда это круто.
Почему?
Потому что они вечно пытаются отобрать у меня маму и папу. Хотя сами уже взрослые.
Михаэль раздражённо буркнул это и с досады пнул ногой только что построенную песчаную крепость, которая после рассыпалась. Похоже, он сам не ожидал, что она разрушится так легко, потому что в его голубых глазах на секунду промелькнуло искреннее разочарование.