Том 1. Глава 42
Едва убедившись, что Лео не похитили и не убили, я тут же шагнула к нему.
И со всей силы врезала ногой по голени.
С коротким сдавленным стоном он рухнул передо мной на колени.
Хлёст!
Моя ладонь впечаталась в его щёку, резко развернув ему голову.
«Подставился же».
Даже если последние девять лет он был лишён нормальных уроков фехтования, этот парень в десять лет уже побеждал собственных наставников.
В оригинале говорилось, что за годы в бегах он хоть и не получал официального обучения, но прошёл через такие испытания, что закалил тело самостоятельно.
Такой человек ни за что не рухнул бы пластом от таких ударов.
Он даже не пытался уклониться, и теперь с разбитой губы стекала кровь.
Как ты смел, будучи рабом, сбежать? Ах ты бешеный ублюдок.
Как будто не ценишь свою жизнь.
Я стиснула зубы.
Мне до чёртиков надоело плясать под его дудку.
К тому же какой он сейчас принц? Обычный беглец, за которым охотится император.
Одно моё слово, и голова главного героя слетит с плеч прямо здесь.
В нынешней искажённой версии оригинала нет ничего невозможного.
Я сохранила ему жизнь, кормила трижды в день, привела в человеческий вид и дала важнейшие зацепки. А он не в состоянии тихо усидеть на месте и покорно дать себя продать?
Сегодня я уже не в первый раз слышу, что я бешеный ублюдок, — Ах, или это тоже считается «прикосновением»? Давненько я не чувствовал рук хозяйки.
Где ты был? Отвечай прямо.
Я выудила из кармана платок, небрежно стёрла кровь с его лица и, схватив за подбородок через ткань, заставила поднять голову.
«Какое, к чёрту, прикосновение… Мне противно даже кончиком волоса тебя касаться».
Он посмотрел на меня снизу вверх и снова широко ухмыльнулся.
Его эта ситуация забавляет?
Я почувствовала, как по всему телу побежали мурашки.
Если скажу, хозяйка окажется в опасности, — Та цена моей жизни, о которой вы говорили… Я использовал её сполна. Но знаете… если вам дорога ваша жизнь, не спрашивайте меня о подробностях.
…
В золотистых глазах колыхнулось что-то неизъяснимое.
Я вздрагивала всякий раз, когда его горячее дыхание достигало моей кожи сквозь тонкий платок.
Я ведь не могу вам лгать. Поэтому вы просто продайте меня, как хотели, и сделайте вид, что не замечаете, как пытаетесь выскользнуть из этой игры.
…!
Он раскусил «абсолютно всё».
Лео выяснил, что я собираюсь его продать. А это означало лишь одно: человек, с которым он встречался сегодня, Галлог Бёрбедж.
И впредь мне придётся быть куда осторожнее, поэтому я не мог предупредить, что опоздаю,
О чём ты?
Тот ваш милый дворецкий. Граф приставил его шпионить не за вами, хозяйка, а за мной.
Его тон стал ледяным. Меня осенило. Вот, значит, почему Альфредо в последнее время так навязчиво крутился рядом.
Не для того чтобы следить, не загуляю ли я с мужчинами, а потому что подозревал Лео.
Впрочем, я понимала, что подозрения падут на меня рано или поздно, именно поэтому так спешила заключить сделку с Галлогом.
Раз это было ожидаемо, то не имело значения. Но…
Так почему же ты опоздал? — безусловно преданный ему союзник. И такой человек…
Как он смеет… поднимать руку на члена императорской семьи?
Я разглядела бледный шрам на другой стороне лица, которую не трогала.
Это говорит та, что только что избила члена императорской семьи,
Я нахмурилась. Меня разозлил именно этот шрам.
Он бросился мне в глаза, как только он вошел в номер.
Я решила, что этот безумец где-то вляпался в очередные неприятности. Иначе откуда бы у него быть ссадине на лице, если он был у Галлога Бёрбеджа?
Меня наказали за то, что я предложил поединок. Та тщедушная девица отключилась прямо на месте.
Тщедушная девица?
Погодите, уж не Ирену ли Бёрбедж он имеет в виду?
У меня заныл затылок.
Ты же не ударил женщину?
…Я не настолько пал. Вам, хозяйка, насилие по вкусу, мне
Ох уж этот невинный взгляд. Притворство чистой воды. Я-то знаю, какие кровавые ветры захлестнули империю, едва он взойдёт на трон.
У этой женщины странный взгляд. Особенно когда она смотрит на вас.
На меня?
Я вспомнила горящие глаза Ирены, сиявшей сегодня на сцене.
Хм… Вообще-то, это началось как раз из-за тебя. Ведь та, кого жаждет заполучить Ирена, это Лео Фиер.
Но я ей не воспитательница в детском саду, чтобы разнимать: «давайте жить дружно». Даже если это будущая пара.
Вот я и решил преподать ей урок, чтобы она оставила эту затею. Показал кое-что интересное, а она тут же грохнулась в обморок.
Оставила что? Театр?
Лео кивнул. У меня отвисла челюсть.
В моих мыслях роль Камиллы была уже безраздельно отдана Ирене. Откуда столько желающих вставлять мне палки в колёса?
И что, она согласилась уйти?
Конечно, я не знала, что именно он ей наговорил. Но если её воля слаба настолько, чтобы сломаться под натиском отца и угрозами Лео, то, может, ей и впрямь лучше отказаться.
«Но почему-то мне кажется, что она не сдалась…»
Я увидела сегодня её глаза на сцене.
Сегодня в ней определённо оно проснулось. Похоже, она осознала, что значит «чувствовать» роль.
Актёрское наитие не изучают по книгам, его постигают на практике. Мастерство растёт не плавно, а рывками, взлетая, как по ступеням. И экстаз этого прорыва не передать словами. Именно этот вкус не даёт актёрам бросить ремесло даже в самые долгие годы безвестности.
И я не ошиблась.
Лео покачал головой:
Нет. Она назвала меня бешеным ублюдком и велела держаться подальше от хозяйки.
…?
Что за чёрт. Это что, любовная схватка?
Как я и предполагала, на следующий день Ирена не пропустила репетицию.
Вид у неё был бледный, но подавленной она совсем не выглядела. Скорее наоборот.
Прочь с дороги. Это вода для режиссёра.
Я сам отнесу. Оставь.
Думаешь, я позволю тебе нести это своими грязными руками?
Ты же у нас дохлячка, ещё разольёшь по пути. Слабый пол.
Следи за языком.
…Отношения испортились окончательно.
Я с недоумением наблюдала, как эти двое препираются из-за вещи, которую собрались нести мне.
Мне, чья жизнь никогда не была связана с романтикой, этого было не понять.
Это называется любовной схваткой?
При мне они хоть и сдерживались от ругательств, но их глаза беззвучно поливали друг друга отборнейшей бранью.
Более того, стоило одному приблизиться ко мне, как второй тут же подлетал и начинал задирать соперника.
Словно они были соперниками, сражающимися за меня.
Я отчаянно пыталась подобрать хоть какой-то аналог, чтобы осмыслить происходящее. В конце концов, один из них - будущий император, а вторая - будущая императрица. Мне нужно было вести себя осторожно, чтобы не попасть под перекрёстный огонь.
Тем временем репетиции шли своим чередом.
Будь то любовная война из оригинала или политическая, главное - пережить этот пик, и дальше всё это уже не будет меня касаться.
Мне нужно было укрепить своё положение, чтобы безопасно жить даже после расторжения помолвки. Утвердиться как театральному режиссёру.
А для этого было необходимо сделать эту постановку успешной.
Я должна была доказать, что могу поставить успешный спектакль без скандального маркетинга «распутная аристократка выходит на сцену», не играя сама, а занимаясь чистой режиссурой.
Многие из тех, кто раздумывал над инвестициями или покровительством, уже заявили, что придут на представление.
Благодаря этому накануне премьеры все ложи были распроданы полностью.
Проблема заключалась в партере, состоящем из деревянных кресел. Мест там было гораздо больше.
На первый день
Но это тоже потрясающе! Сейчас из-за плохой экономической ситуации в герцогстве театры закрываются один за другим.
По сравнению с «Ромео и Джульеттой» цифры всё же оставляли желать лучшего.
Однако «Ромео и Джульетта» тоже обрели молниеносную славу только после успешной премьеры, так что если мы хорошо проведём первый показ, проблем не будет.
«…Но это был просчёт.»
Словно действовал закон Мёрфи: стоит подумать, что всё чисто, как тут же возникает проблема.
Я в таком состоянии не выйду на сцену!
Я тяжело вздохнула.
Интуиция меня не подвела: слишком гладко всё шло.
Этот чёртов «страх сцены».
✦•············•⊱· · — ·✶· — · ·⊰•············•✦