Том 2. Глава 26

Примечание от переводчика на английский: в предыдущей главе был большой кусок, в котором говорилось про Камиллу. Я добавлю и переведу его позже.

Я навострила уши и внимательно слушала бормотание старика.

«Почему он говорит о Камилле?»

Камилла - была женщиной родившей Дитриха и похитившей меня. Неужели он знает, что я из рода Эвклид? Я прищурилась и ждала, что же он скажет еще.

—Я слышал, что ребенок мертв, так что этого не может быть.

—Я не понимаю, о чем гововит дедуфка. (Я не понимаю, о чем говорит дедушка.)

—Прости, что вызвал твое непонимание, я не хотел, — он загадочно улыбнулся и достал конфетку из кармана.

—Вы даёте её Аниссе?

Из-за моего вопроса его брови приподнялись и он кивнул.

—Да. Не хочешь еще послушать мои рассказы? Тогда я буду часто тебя навещать, — когда я не ответила на его неожиданную просьбу, он добавил, — Когда я разговариваю с тобой, я чувствую, что мои мысли проясняются, как будто я в храме Юрадии.

Я очень удивилась словам старика и кивнула.

«Если он узнает о моих способностях, то меня раскроют»

После банкета я стала часто ходить хвостиком за Дитрихом во дворце «Флора», а также вне его стен. Я говорила, что хочу посмотреть, не задирает ли Леон Дитриха, но у меня была и куда более важная цель: я хотела увидеть Джозефа, когда я его встречала, он всегда давал мне сладости.

«Возможно, я смогу больше узнать о силах Юрадии от него»

Похоже, Мэрилин беспокоилась, что я могу заблудиться в большом дворце, но я с гордостью сказала, что такого никогда не случится.

—Анисса не сбивается с пути.

—Но дворец «Флора» похож на лабиринт.

—У меня есть Дити, да?

Я повернулась к Дитриху и схватила его за руку. Под моим взглядом он нехотя кивнул, как будто ему ничего не оставалось делать.

—Хорошо. Молодой господин — гениален, так что он точно не потеряет принцессу.

Мэрилин быстро кивнула, достала из моей сумки еды и дала мне перекусить, похоже, она доверяет Дитриху, но не мне.

—Раз вы будете здесь, то я смогу приготовить вам овсяное печенье.

Похоже, я чересчур много хвасталась клубничными конфетами, которые мне дал Джозеф. Мэрилин казалась очень грустной, поэтому я быстро поцеловала ее в щеку.

—Я сково вевнусь. (Я скоро вернусь.)

Потому что Джозеф верил в святую Юрадию, кажется, он очень хорошо знал о ее способностях.

«Конфетки — конфетками, но ведь у Юрадии должны быть еще какие-то способности помимо очищения ауры»

Я улыбнулась ей и пошла за Дитрихом.

—Ты снова пойдешь к старику?

Похоже, ему не нравятся мои беседы с Джозефом. Кажется, он его недолюбливает, но если так подумать, то Дитриху никто не нравится.

—Ага. Ты позе забевефь меня? (Ага. Ты позже заберешь меня?)

—Эх... да.

Поскольку Джозеф чаще всего оставался в лаборатории, примыкающей к саду дворца «Флора», Дитрих отвел меня в сад и ушел. Я смотрела на его удаляющуюся спину, он шел не оглядываясь. Я постучала в дверь лаборатории.

—Дедуфка.

—Ты пришла.

Джозеф открыл дверь, как будто ждал меня. Он был верующим алхимиком и поклонялся святой Юрадии, если верить Мэрилин, то это было очень странно.

—Алхимики обычно неверующие.

Я вошла в комнату, на огромном столе стояла статуя женщины, наверное, это была святая Юрадия.

—Что вы делаете?

—Я делал лекарства. Люди в поместье ЛаГранж жалуются на сильные головные боли.

—Но дедуфка не вач. (Но дедушка не врач.)

—Это не обычное лекарство от головной боли, поэтому его делаю я.

Джозеф прищелкнул языком и усадил меня на огромный стол. Я двигалась аккуратно, чтобы не разбить пузырёк с лекарством или с подозрительным мелким порошком, взвесь которого висела в колбе как дым.

—ЛаГранж не может нарастить свои силы, потому что он проклят.

—Пвоклят? (Проклят?)

—Да, проклятие демона Асмодеуса.

Джозеф не спеша ответил на мой вопрос и высыпал белый порошок в зеленую банку. Как ни странно, от колб, стоящих над спиртовками, ничем не пахло.

—Ты пришла сегодня, потому что тебе скучно?

—Ага.

Закончив с работой, Джозеф удобно устроился в кресле передо мной и открыл книгу, которую читал мне в прошлый раз. Это было предание о жизни Юрадии.

—Значит, тебе нравится истории о Юрадии. Это не тот бог, в которого верят на Севере.

—Она квасивая. (Она красивая.)

Я не могла сказать, что унаследовала ее способности, поэтому с улыбкой указала на статую.

Джозеф перевернул страницу с широкой улыбкой.

—Как я уже говорил, ее сила была в том, что она могла в определенной степени влиять на умы людей.

—Пвавда? (Правда?)

—Да. Она не могла заставить людей ее ненавидевших — полюбить, но могла сделать так чтобы она начала нравится тем, кто относился к ней нейтрально.

«Так что, если человек не испытывает ко мне негативных чувств, я могу сделать так, что он будет милым и дружелюбным со мной»

Я никогда не очищала ауру Джозефа, поэтому он относится ко мне хорошо не из-за влияния моих способностей, но я задумывалась над тем, что бы однажды опробовать их на нем.

Когда я посмотрела на него своими большими глазами, хлопая ресницами, он замолчал и поставил корзинку с конфетами на стол передо мной.

—Ухты!

—Разве ты не за этим пришла сюда, глупая малышка?

Я положила в рот кусочек рафинада и снова стала слушать Джозефа.

—Почему дедуфка здесь? (Почему дедушка здесь?)

—Хммм?

—В ЛаГванже никто не вевит в Ювадию. (В ЛаГранже никто не верит в Юрадию.)

—Это потому что мне интересен дьявол. Я не такой сильный враг, как бог солнца Гера, но Юрадия однажды боролась с дьяволом, когда была человеком.

—А?

Я впервые это услышала. Я всегда думала, что Юрадия вообще бог без боевой силы.

—Она смогла разрушить проклятие дьявола. Я имел дело со святой водой. Я использовал ее силу, чтобы уничтожить здесь дьявола…

—Дьявола?

Я ждала, что дальше скажет Джозеф, но он замолчал, кажется, он сказал то, что не стоило говорить.

—Хотите взглянуть на святую воду? На севере есть глубокая, темная пещера, в которой не должны расти деревья.

Я была озадачена, Джозеф улыбнулся и взял с подоконника маленький саженец. Как и жидкость в колбах, деревце ничем не пахло.

—Это называют святой водой (Шин Сан Су). Она обладает силой подавлять проклятия. Это может тебе немного помочь.

Я посмотрела на него, держа в руках горшок с деревцем.

—Вы хотите отдать его мне?

Я не была уверенна, что он действительно хочет это сделать, но Джозеф посмотрел мне в глаза и кивнул, его взгляд был добрым, мне показалась, будто он действительно был моим дедушкой.

—Если хочешь — бери, у меня есть еще несколько таких.

—Спасибо, — я вежливо поклонилась.

—Те, кто не унаследовал силу Юрадии, не сможет его вырастить, но оно может дать тебе немного энергии.

—Пвавда? (Правда?)

—Да. Хотя у меня нет никаких сомнений, что твоему брату оно не подойдет,- Джозеф продолжил, поглаживая нежные листья саженца.- Потому что Юрадия и Баал — противоположны. Баал — единственный демон, на которого не действует сила Юрадии. У твоего брата ведь Баал?

Я уверенно кивнула Джозефу.

«Не потому ли ауру Дитриха было особенно трудно прочитать? Сначала я думала, что у него совсем нет эмоций»

—Ох. Сегодня будет небольшой фейерверк за воротами.

—Феевевк! (Фейерверк!)

—Их будет немного, но там будут и купцы.

—Я хочу уличной еды!

Я подмигнула словам Джозефа. Детям в ЛаГранже было запрещено покидать замок, но разве мы не можем выйти за ворота, не переходя мост?

—Может ты захочешь пойти со мной?

—Да! Да! Даааа!

Я взволновано кивала. Джозеф взял меня на руки, и мы медленно вышли из исследовательской лаборатории. Мы долго говорили об Юрадии и священном дереве, на сад уже успели опустились сумерки.

—Дити тозе, позаста, пойдем за ним. (Дитрих тоже, пожалуйста, пойдем за ним.)

Я вошла в сад и указала на Дитриха, казалось, он собирался прийти и забрать меня.

—Хорошо, идем.

Дитрих, увидевший нас с Джозефом, быстро шел к нам. Стоя рядом с немолодым Джозефом, грубоватый, взрослый Дитрих, казался всего лишь ребенком.

—Почему ты смеешься?

—Дити тозе маленький. (Дитрих тоже маленький.)

Он часто ругал меня, говоря, что я слишком мала, чтобы спать с ним в его кровати, но если посмотреть на него сейчас, разве Дитрих не маленький? Он нахмурился, глядя на мое улыбающееся лицо, но молча протянул мне руку.

—Пошли уже.

—Анисса пойдет на ялмалку с дедуфкой, на феевевк. (Анисса пойдет на ярмарку с дедушкой, на фейерверк.)

—Что?

—Дити тозе пойдет. (Дитрих тоже пойдет.)

—Нет.

Конечно, я думала, мы пойдем все вместе, но он с отвращением покачал головой. Я запаниковала и отпустила руку Джозефа и взяла руку Дитриха.

—Посему? (Почему?)

—Потому что я не ребенок.

—Но ты зе вебенок. (Но ты же ребенок.)

Есть ли смысл утверждать девятилетнему мальчику, что он не ребенок? Это странно, что он говорит, что перерос фейерверки.

—Хватит –

—Не упрямься, пойдем вместе, втроем. Почему ты уходишь? Вы же оба еще дети и не можете ходить по замку одни.

«Дедушка совершенно не помогает»

Дитрих больше всего на свете ненавидел, когда с ним обращались как с ребенком. А еще он почему-то невзлюбил Джозефа. Джозеф был единственным взрослым из ЛаГранжа, который обращался с ним как с ребенком.

—Какой я тебе ребенок?

—Ты хочешь сказать, что ты уже вырос?

—Довольно. Пойдем только я и Анисса.

Дитрих в порыве гнева потянул меня за руку и поставил за своей спиной. Такое поведение было ему не свойственно. Джозеф улыбнулся, похоже, ему показалось это забавным.

—Что же вы будете делать, если заблудитесь?

—Я не потеряюсь.

Если я не вмешаюсь, их спор выльется в драку, поэтому я проскользнула между Дитрихом и Джозефом.

—Дедефка, Анисса пойдет с бватом. (Дедушка, Анисса пойдет с братом.)

—Уже стемнело. Все ли будет в порядке?

—Ага. Анисса умная.

«Даже если Дитрих заблудится, мне не составит труда найти дорогу»

Меня ничего не беспокоило, я кивнула и с улыбкой попрощалась с Джозефом.

Как только мы с Дитрихом вышли посмотреть на фейерверк, я его потеряла.