Том 1. Глава 25

Прошел день после того, как я очнулась от обморока.

Тина обращалась со мной, как со стеклянной вазой, которую легко разбить. Меня это не раздражало, но казалось немного странным.

Когда я попробовала пойти, от моих ног отхлынула сила, так что, даже когда я села, все вокруг меня дрожало, точно мир рухнул.

—Чтобы ноги окрепли, вам нужно много есть, мисс. Ну же, давайте.

Тина взяла огромную коробку с пирожными и поставила ее передо мной.

Если я все это съем, то разве не стану я тогда толстой?

Несмотря на это, Тина кормила меня семь раз в день, и, поскольку ей и этого казалось мало, она пекла для меня закуски, вроде пирожных и булочек.

—Свадкие.

—Правда?

—Угу.

Даже сейчас я обеими руками держала печенье и радостно его ела.

Мне нравилось яркое платье, в которое Тина нарядила меня сегодня утром, поэтому я кусала аккуратно, чтобы сахарная пудра не осыпалась.

—Теперь вы немногим меньше походите на утенка. Но потом...

Я не заметила, как кто-то вошел, даже дверь не открылась, но я услышала приближающийся голос отца.

Он, в буквальном смысле слова, зазвучал внезапно.

—Кья!

Я так удивилась, что даже выронила свое печенье, и оно упало на мою прекрасную юбку.

—Ах... Что же я наделала?

Не все эти вещи бесплатны. У меня до сих пор совсем нет денег, и я немедленно мрачнела, если речь заходила об одежде.

—Вы расстроились из-за платья?

—Ничего. Повалуйста, садись.

В ответ на вопрос отца, я быстро подняла голову и вежливо поднялась, чтобы поприветствовать его.

Я была ужасно расстроена, потому что мое любимое платье запачкалось, но я знала, что не должна этого показывать.

Одежду не так просто сшить, а ткань, наподобие этой, дорогая.

Мой отец заплатил за платье, оно не мое. Я его просто одолжила.

Отец на мгновение склонил голову и затем подошел ближе.

—Я уже проверил.

—Да.

—Ты, действительно, моя дочь.

Эти слова казались мне слишком странными и нестандартными. Произнеся их, отец встал передо мной на колени, чтобы наши глаза находились на одном уровне.

Прекрасное лицо неожиданно приблизилось ко мне, и я открыла рот. Мой папа - это правда, правда, не шутка.

Моя грусть из-за испорченной юбки тут же испарилась. А эти прекрасные глаза так сверкали...

—В любом случае, демоны очень умны с самого рождения. Я решу этот вопрос, спросив тебя. Ты должна будешь понять, что я говорю.

Что он собирается у меня спросить?

—Как ты узнала, что ты из Дюрендевров?

Могу ли я рассказать ему о своем сне?

На самом деле, во всем этом деле слишком много вопросов. У меня чересчур мало информации, чтобы я могла судить, как было бы правильнее поступить, а как - хуже.

—Это быв сон...

—Ты видела это во сне?

Вместо того, чтобы выдумывать что-то сложное, лучше сказать правду.

Как только я пришла в себя и попытала удачу, отец остановил меня.

Я открыла глаза.

Я была удивлена, откуда он об этом узнал.

—Кажется, это тот случай, когда способность бессознательно подавляется. Тебе даже не нужно проверять ее у мирового дерева.

—Да?

—Конечно, нам нужно выяснить, в какой именно день ты была зачата. Можно считать, что это демон сна.

И что это значит?

Папа сел на диван - проверить, может ли он прочесть по моему лицу, что я испытываю. Он заключил меня в объятия.

—Я проверил, сколько всего может быть уникальных способностей у рожденного демона. И оказалось, что сто тридцать девять талантов дремлют, не имея владельцев.

Отец, кажется, пытался мне что-то объяснить, но прямо сейчас мне, не имеющей даже базового представления о демонах, это было сложно.

Однако я не хотела казаться глупым ребенком и молчала.

Отец, кажется, что-то заметил и начал рассказывать мне историю:

—В своих снах ты можешь видеть то, чего желаешь. Это базовая способность демона сна. Ты видишь это, потому что ты — мой ребенок. Итак, разве не из-за этого ты сюда пришла? Ты, должно быть, видела меня в своем сне.

—Это пвавда, — быстро кивнула я.

Я еще ничего не сказала, но папа заметил, что я была удивлена.

—Твоего имени нет в списке членов семьи Эбланк. Это означает, что соответствующего обращения с тобой там не было. Вспоминая нашу первую встречу, я могу сказать, что, несмотря на погоду, на тебе не было пальто. Должно быть, даже сейчас, когда близко ранняя весна, холодно.

Отец приятным голосом разбирал положение, в котором я оказалась. Я просто слушала с открытым ртом.

Папа, так ты за всем наблюдал! А я думала, что я тебя не интересую. Кажется, что это не так?

—Должно быть, это было очень сложно, — помолчав немного, прошептал папа.

Должно быть, это было сложно. Как только я это услышала, я вдруг ощутила какое-то замешательство. Почему одно-единственное слово разбивает мне сердце?

Ощутив покалывание в носу, я торопливо выдохнула. Все хорошо. Не надо плакать. Сейчас у нас важный разговор.

Отец занят, и я не могу видеться с ним в любое время, так что я должна воспользоваться случаем и снова поговорить насчет помощи.

—Как ты сбежала из того дома?

Как только папа задал свой вопрос, я описала свои приключения, словно только этого и дожидалась. Я не забыла вставить в середину рассказа парочку преувеличений.

—А потом эти задницы поймали меня. Но я сдевава так: бам! Тук! И сбежала.

—Задницы...

Опасная улыбка изогнула губы папы. Вскоре она погасла, и его лицо стало прежним, но в голосе зазвучала спрятанная нежность, направленная на меня.

—Ты видела это в своем сне?

—Нет...

—И тебе удалось сбежать в переулке?

—Я в нем жива. В тветьем сне...

—Могу предположить, у тебя был не один такой сон.

—Ну, четыве, — я с некоторой гордостью загнула пальцы.

Папа отлично угадывал, он словно знал об этом.

—Это крайне необычно для демонов сна. Несмотря на то, что твой рост еще не произошел, ты видела будущее.

—Вост?

—Обычно демоны, которым исполняется пять, выглядят на десять лет. Это называется ростом.

—Но я не...

—Все дело в энергии Нерефима, здесь нет твоей вины. Не беспокойся, ты совсем не странная, — твердо произнес он, и это принесло мне облегчение прежде, чем я даже успела начать тревожиться.

Папа объяснил мне все более подробно.

—Причина, по которой ты все еще так мала, заключается в том, что на тебя давит энергия Нерефима. Рост происходит медленно, потому что его подавляли с самого момента зачатия.

—Ага.

—Не беспокойся, скоро ты вырастешь большой. Когда ты впитаешь энергию демона, ты повзрослеешь в мгновение ока.

Отец объяснил мне целую кучу вещей, о которых я не знала. Я понятия не имела, почему я выгляжу настолько младше своего возраста, и, оказалось, тому была причина.

«Я хочу скорее вырасти».

Итак, я хочу исправить себе артикуляцию,я хочу говорить больше. Я хочу, чтобы у меня была больше свободы.

—Давай еще поговорим о силе сна.

—Да, папа.

—Демоны сна могут видеть будущее, когда спят. Чем больше ты совершенствуешься, тем яснее ты его видишь. И потом ты можешь выбирать лучшее.

Так вот в чем дело.

Итак, у меня было четыре сна. Выходит, я инстинктивно выбрала третий?

«Эй, если я выберу этого короля, я выберу его и в четвертый раз».

Сон, в котором папа ласково обращался со мной, обнимал и обожал меня. Я была несколько разочарована, когда услышала предостережение папы.

—Но, поскольку у нас есть такая мощная способность, мы должны кое о чем помнить.

—О чем?

—Ты... ты не должна рассказывать другим о будущем, которое видела, и о будущем, которое выбрала.

Выражение лица папы было серьезным, и поэтому я, сглотнув, кивнула.

—Просто запомни это. Твой сон — это твое дело.

—Угу, я запомню.

—Хорошо.

Моя способность.

Она устанавливала правила, но давала умения.

«Что же это такое — я не бесполезный ребенок?»