Глава 36. Это занятие тоже отменят
Мастер скрытых навыков · Том 1 · 0% · ещё ~13 мин

Том 1 · Глава 36. Это занятие тоже отменят

«Я смогу потренироваться около двух часов».

Обычно занятие длится ровно два часа, так что с учетом перемен у меня в запасе оставалось как раз достаточно свободного времени.

Первым делом требовалось создать условия, при которых никто не сможет помешать моей практике.

Ради безопасности я изначально планировал подыскать укромную пещеру в горах или соорудить шалаш.

«Хорошо, что Мэйри увязалась за мной».

одно лишь присутствие этой странной девушки уже отпугивало большинство опасностей, значительно упрощая мне задачу.

Тренируйся спокойно, я помогу, — произнесла она.

Ты уверена?

Я иду за тобой, но, думаю, здесь стоит немного прибраться.

Пусть Мэйри плохо разбиралась в неписаных законах и культуре человеческого общества, свое место и расстановку сил она понимала отлично. Она просто следовала за мной, но при этом четко осознавала, какую пользу может принести.

Что ж, спасибо.

Я очень полезна.

Э-э… да.

Я лишь кивнул в ответ на внезапный приступ саморекламы с ее стороны.

Меня искренне удивляло, насколько точно она умеет выражать эмоции и доносить свои мысли, несмотря на привычку говорить обрывистыми, рублеными фразами. Это избавляло от кучи проблем, связанных с недопониманием.

«Ладно, хватит отвлекаться, пора за дело».

Раз уж у меня появился личный телохранитель, глупо тратить драгоценные минуты на посторонние размышления.

«Только природная мана способна генерироваться внутри и одновременно поглощаться извне».

Причина, по которой я обязан сделать упор именно на ману природы, крылась в ее уникальных свойствах.

В то время как любую другую специальную ману можно было использовать только после самостоятельной выработки, природную ману позволялось напрямую конвертировать в собственную энергию.

Иными словами, мана природы была тем самым читом, ломающим систему: она позволяла колдовать даже тому, чей организм физически не приспособлен к управлению магией.

«Единственная надежда для калек без маны».

Конечно, правильнее будет сказать — единственная надежда для Ли Сок Хёна из «Финальной Судьбы», который появился на свет с абсолютно пустым резервом.

Поскольку я впервые пытался проделать эту операцию осознанно, все мое тело сковало от напряжения.

Тогда я начинаю.

Хорошо. Прекращай сразу же, как только я подам сигнал опасности.

Договорились.

Учитывая, что меня охраняло второе место курса, риск попасть в засаду во время медитации сводился к минимуму.

Полностью доверившись Мэйри, я закрыл глаза и попытался сдвинуть с места крупицу природной маны размером с просяное зернышко, таившуюся внутри моего тела.

«Ох… вроде получается».

Энергия природы, которая поначалу казалась абсолютно статичной и неподъемной, наконец-то едва заметно шевельнулась.

Движение было невероятно медленным. С такими темпами мне придется гонять энергию по телу двадцать четыре часа в сутки, без перерывов на сон.

Но важен был сам факт движения.

Смысл циркуляции заключался в том, чтобы приучить организм к естественному использованию маны в любой момент и в любой ситуации.

В конце концов, мана хранится в определенном вместилище, и чтобы мгновенно извлекать ее оттуда, каналы должны быть идеально прочищены.

Именно постоянная циркуляция укрепляла, расширяла и шлифовала эти энергетические магистрали.

«Это основа основ. То, чем придется заниматься до конца своей жизни».

Способность пробивать закупоренные участки ради увеличения мощности заклинаний или сокращения времени каста.

Именно поэтому любые маги готовы были рисковать головой ради эффективной циркуляции.

«Для начала нужно сместить хранилище маны поближе к сердцу».

Поскольку использовать стандартную ману я не мог, изменение точки вместилища было наиболее логичным шагом.

Обычно ядро формируют в районе даньтяня, в самом центре тела, чтобы энергия могла с одинаковой скоростью достичь любой конечности.

Однако в случае с Ли Сок Хёном куда выгоднее перенести хранилище к сердцу, чтобы подпитывать ману постоянным ритмом сердечных сокращений.

Природная мана обладала поразительной стабильностью, ничуть не уступающей мане воды, поэтому концентрация энергии в области сердца не несла никакой угрозы для жизни.

К тому же провернуть эту процедуру на ранних этапах, пока объем энергии ничтожно мал, гораздо проще.

«Фу-у-ух…»

Выровняв дыхание, я максимально сосредоточил все нервные окончания на крошечном сгустке природной маны.

Поскольку мастерство [Тренировки души и тела] достигло шестидесяти процентов, новый пассивный эффект все чаще погружал меня в состояние глубокой бессознательной концентрации.

В голове воцарилась абсолютная тишина. Не обращая внимания на внешний мир, я вкладывал все ментальные силы в продвижение энергии.

Из даньтяня к пупку.

От пупка выше, к солнечному сплетению.

И вот настал решающий момент, когда сгусток должен был переместиться прямо в сердце…

Хлоп!

А.

Поток прервался.

И винить в этом было некого: я сам потерял контроль над природной маной, словно система намекала, что моего нынешнего уровня недостаточно для завершения процесса.

Тем не менее смещение сгустка в район солнечного сплетения уже можно было считать грандиозным прорывом, так что я решил пока довольствоваться малым.

Ты закончил? — поинтересовалась Мэйри.

Думаю, продолжу позже. Сколько прошло времени?

Как раз пора идти на лекцию факультета внеклассных дисциплин.

…? Ты тоже туда идешь?

Конечно.

Мэйри посмотрела на меня так, будто я спросил какую-то несусветную глупость.

«Погоди, разве она записана не на боевой факультет?»

От первой и до последней лекции Мэйри должна была оставаться любимой ученицей профессора Ли Хва Рён на факультете магии.

И вдруг — внеклассные дисциплины.

«Она подсмотрела мое расписание и скопировала его?»

Когда я спросил ее об этом прямо, она ответила, что просто попросила заменить ей предметы.

Сомневаясь в правдивости ее слов, я решил уточнить еще раз:

Ты подстроила свое расписание под мое?

Да.

Зачем?

Просто так. Если на практических занятиях мне не понравится, я снова все поменяю.

Вот как, значит.

Я предпочел промолчать, видя ее невозмутимое лицо.

От ее ответа веяло уверенностью человека, который говорит: «Да, я все поменяла, но в подробности тебя посвящать не собираюсь».

Впрочем, никаких проблем с совпадением графиков не предвиделось, так что я мысленно пожал плечами и двинулся вперед.

«Теперь следующая лекция».

Занятие, ради которого, по сути, и стоило поступать в Академию Миринэ.

«Уж там-то я выложусь на полную».

Это был урок кузнечного дела.

Профессор Бактор считался выдающимся кузнецом и одной из самых влиятельных фигур в обществе.

Великий мастер, внесший неоценимый вклад в развитие магической инженерии: именно он выковал доспехи для короля и меч для великого героя.

Но даже у такой легендарной личности имелась проблема, избежать которой он не мог при всем желании.

«Отмена ограничений по рангу и отсутствие лимита на количество слушателей…»

Печальная судьба непопулярного предмета, оказавшегося на грани закрытия.

Причина, по которой Бактор пользовался славой, заключалась в качестве создаваемого им оружия, а вовсе не в желании курсантов осваивать кузнечное ремесло.

Ученики мечтали стать великими воинами, оттачивая магию и боевые искусства, а не ремесленниками, обслуживающими чужие клинки.

Эти два фактора наложились друг на друга, в результате чего на лекции Бактора традиционно никто не записывался.

«Но в этом году мне повезло!»

Словно сжалившись над Бактором, чей курс ежегодно оказывался под угрозой отмены, в этот раз заявки подали сразу три человека.

И все трое — курсанты из элитного S-класса!

Поскольку профессор безвылазно сидел в своей кузнице, он понятия не имел о личностях студентов, но чувствовал, что это последний шанс, дарованный ему небесами.

«Как только они войдут, поздороваюсь и сразу перейду к рассказу о ковке маной!»

Бактор осознал, что главная причина непопулярности его лекций крылась в банальности вводной части.

На занятиях по другим предметам курсанты сразу чувствовали собственный рост, кастуя заклинания или размахивая мечами.

А у кузнеца новичкам часами приходилось глотать дым у горна и учиться отливать чугунные болванки, из-за чего чувство удовлетворения стремилось к нулю.

Чтобы исправить эту ошибку, профессор решил с первого же занятия поднять ставки.

«Попытка самостоятельно выковать оружие с помощью маны — разве это не лучший способ почувствовать гордость за проделанную работу?»

Бактор уже мысленно представлял, как обучает курсантов ковке маной, а те с восторгом смотрят на плоды своих трудов.

Вкусив радость творения, они непременно влюбятся в кузнечное ремесло и в дальнейшем будут молча сносить любые тяготы чернового труда.

От одной лишь этой фантазии грудь профессора распирало от гордости. Распахнув двери аудитории настежь, он приготовился встречать долгожданных учеников.

Здравствуйте.

Здравствуйте.

Заходите, заходите!

Стоило нам переступить порог, как Бактор буквально подскочил на месте, приветствуя нас самым громогласным голосом, на который был способен.

Изголодавшись по преподаванию за долгие годы простоя, он торопливо, срывающимся от волнения голосом принялся объяснять суть занятия:

Сегодня мы займемся ковкой маной! На нашей лекции вы научитесь использовать этот специально созданный молот, чтобы наполнять металл маной и придавать ему форму, создавая полноценные артефакты!

Вопреки ожиданиям Бактора, мечтавшего услышать восхищенные вздохи и увидеть горящие энтузиазмом глаза учеников, реакция оказалась совсем иной.

Ой, я здесь просто вольный слушатель. Можно я просто посмотрю? — последовал холодный отказ от Мэйри.

Я пока еще плохо контролирую потоки энергии, поэтому ковка маной кажется мне слишком сложной задачей, — мое вполне обоснованное замечание окончательно добило надежды профессора.

«…»

Один студент пришел просто поглазеть, а второй физически не способен участвовать в тщательно спланированном практическом занятии из-за неопытности.

Столкнувшись с такой суровой реальностью, Бактор поник плечами и обреченно кивнул.

«Эту лекцию тоже придется отменить».

Хотя в классе оставался еще один ученик, профессор уже мысленно поставил крест на будущем своего курса.

Он просто не заметил, каким фанатичным блеском загорелись в этот момент глаза третьего курсанта — Ким Сок Чхоля.

Будущее оказалось не таким уж предсказуемым.

Что? Ты пошел во внеклассный корпус?

Ну да.

Черт!

Бенрат оказался в крайне щекотливом положении.

Стоило лекциям завершиться, как он поспешил в общежитие, чтобы немного передохнуть и повторить пройденный материал.

Но по дороге его зажала в угол толпа агрессивно настроенных старшекурсников, требовавших сказать, где сейчас находится Ли Сок Хён.

«Что такого особенного в этом старосте?»

Естественно, Бенрат, который сейчас фактически исполнял обязанности старосты вместо отсутствующего Ли Сок Хёна, недоумевал, что такого грандиозного тот успел натворить на первом же занятии.

Чем нужно было отличиться, чтобы стать главной мишенью для старшекурсников, с которыми у перваков обычно вообще нет никаких точек соприкосновения, да еще и привлечь внимание студентов-исследователей?

«Это уже не просто слухи».

При мысли о том, насколько Ли Сок Хён выбивался из общепринятых рамок, по спине Бенрата пробежал холодок: он уже начинал сомневаться, к человеческой ли расе принадлежит этот парень.

Если вампиры из страшных сказок действительно существовали, они наверняка выглядели именно так.

Белая, не знающая солнца кожа, бледные губы и пугающе ледяной взгляд.

Он, скорее всего, ушел во внеклассный корпус.

Это же в двухстах метрах отсюда, старший!

Невероятно! Немыслимо! Как можно дойти пешком от корпуса магии до внеклассного корпуса?! У нас просто не хватит выносливости!

Значит, мы опять не поспим? Не поспим?! Не поспим?!

Мы уже потратили половину сил, пока шли сюда из лаборатории! Еще шагов пять — и мы точно свалимся замертво! Что делать, старший?!

Всем привал! Отдыхаем здесь два часа, копим силы для следующего марш-броска!

Что это вообще за безумный диалог?

Бенрат начал смутно понимать, почему абсолютно все курсанты до смерти боятся попасть в лабораторию в качестве студентов-исследователей.

Эти люди напоминали оживших мертвецов.

Два часа отдыха! С ума сойти!

Старший Берму — бог! Старший Берму — бог! Старший Берму — бог!

Я беру ответственность на себя! Отдыхаем два часа!

Стоило прозвучать приказу, как исследователи один за другим стали валится на пол прямо в коридоре, словно подкошенные.

И зрелище это пугало не так сильно, как реакция профессора Ли Хва Рён, которая как раз проходила мимо.

Хм… Ки Джу Сон совсем загонял детей…

Она покачала головой с искренней жалостью. С этими словами профессор поправила стопку лекционных материалов и спокойно пошла дальше.

«Это вообще… нормально?»

Бенрат впервые всерьез задумался о том, стоит ли стремиться к углубленному изучению наук.