Том 1 · Глава 20. Жизнь — штука серьезная, мелкий ты говнюк!
……………
В тишине кабинета лишь издалека доносилось слабое эхо повседневного офисного шума.
Я объявил о нашем расставании, но Со Ри, похоже, еще не сдалась.
Она поползла ко мне на коленях. Должно быть, ей было больно от того, как колготки терлись о пол, но ее это не заботило.
Вскоре ее руки вцепились в мою штанину.
Нет, нет..!
Голос Со Ри уже сорвался на плач.
Я была не права. Я все исправлю. Хорошо? Я больше так не буду. Пожалуйста, пожалуйста...
...
«Она похожа на сломанную куклу».
Эта мысль пришла мне в голову, когда я посмотрел на нее сверху вниз.
Прямо сейчас Со Ри даже не понимала, за что извиняется.
Она просто повторяла извинения, словно заклинание, лишь бы не допустить расставания.
Словно неисправный механизм, бесконечно повторяющий одно и то же действие.
Мин Со, скажи, что я сделала не так. Я все исправлю. Я правда все-все исправлю.
Она вцепилась еще крепче. Ткань брюк натянулась от ее рывков.
Но Со Ри не упоминала ни Ли Со А, ни слежку. Вероятно, она не заговорит об этом до самого конца, пока я сам не укажу на это. Потому что для нее в этом не было ничего плохого. Это было естественно.
Даже зная все это, у меня сжималось сердце при виде того, как отчаянно она цепляется за меня.
В памяти всплыл ее образ из воспоминаний Хан Мин Со, еще со студенческих времен.
Вот она падает в обморок в компьютерном классе. Ее тело оказалось на удивление легким. Ее растерянное лицо, когда она очнулась на больничной койке в медпункте и увидела меня.
Тогдашняя сонбэ выглядела такой же беззащитной и убитой горем, как и сейчас.
Что-то внутри меня дрогнуло. Показалось, будто в моей твердой решимости появилась крошечная трещина.
Возможно... будь на моем месте настоящий Хан Мин Со, он бы сдался прямо здесь и вернулся к ней.
«Нет, это ловушка».
Но я не был им. Хоть я и стал Хан Мин Со, я отличался от него прежнего.
Я взял себя в руки. Нельзя давать слабину.
В прошлом Со Ри развела Хан Мин Со и Пак Со Ён, мешала Хан Мин Со искать работу, сейчас следила за мной и уничтожила Ли Со Ён.
Человеком, совершившим все эти бесчинства, была именно эта женщина, рыдающая сейчас перед моими глазами.
«Я не должен поддаваться жалости».
Я снова ожесточил свое сердце. Но и проявить абсолютную холодность и отвергнуть ее тоже не мог.
Я тихонько присел перед Со Ри.
Она удивленно посмотрела на меня снизу вверх. Ее заплаканное лицо оказалось совсем близко.
Я мягко обнял ее за плечи.
Это было последнее объятие. Прощальное объятие.
...!
Дрожь Со Ри утихла. Ее напряженное тело постепенно расслабилось в моих объятиях.
Она уткнулась лицом мне в грудь. Сквозь рубашку я почувствовал ее горячее дыхание.
Мин Со...
В ее голосе звучала надежда. Она медленно подняла голову и посмотрела на меня.
Ее глаза были полны ожидания. Выражение лица выдавало веру в то, что я передумал и отменил расставание.
«Я заставил тебя ошибиться. Прости, Со Ри».
Но это не было объятием примирения. Это не было попыткой вернуть все назад.
Это было просто последнее прощание.
……………
Все еще обнимая Со Ри, я заговорил. Я приблизил губы к ее уху и тихо прошептал:
Со Ри... ты всегда была слишком хороша для меня.
Ее тело слегка напряглось в моих руках. Но я не остановился.
Те прекрасные воспоминания, что мы разделили вместе, я никогда не забуду до конца своих дней.
Когда я договорил, Со Ри медленно подняла голову.
Свет надежды, еще мгновение назад наполнявший ее глаза, вмиг сменился отчаянием. Словно погасший огонек, в одно мгновение.
Мин Со...
Губы Со Ри задрожали. Она попыталась сказать что-то еще, но в итоге не смогла выдавить ни слова.
Должно быть, теперь она все поняла. Что это объятие было не примирением, а прощанием. Не началом, а концом.
«Прости, Со Ри».
Я мягко отстранил ее. Настолько бережно, насколько возможно, чтобы не сделать больно, но твердо.
Со Ри так и осталась сидеть на коленях, бессильно опустившись на пол.
«Теперь все кончено. Действительно кончено».
Я поднялся на ноги и направился к двери кабинета. Шаг, еще шаг. Расстояние всего в несколько метров казалось бесконечно далеким.
Я протянул руку к дверной ручке. Холодный, твердый металл коснулся ладони.
И в этот самый момент.
Хан Мин Со.
Со Ри окликнула меня.
Я повернулся и увидел, что она все еще стоит на коленях. Но что-то изменилось.
Теперь она держала голову прямо, глядя на меня. Следы от слез остались, но сами слезы больше не текли.
Ее лицо было пугающе бесстрастным.
«Что это еще такое?..»
Был ли это тот же самый человек, который всего мгновение назад плакал и умолял?
Со Ри медленно поднялась. Она отряхнула пыль с коленей, словно это пустяк.
Наконец, она заговорил.
Если ты выйдешь за эту дверь, ты обязательно пожалеешь.
Ее голос был холодным как лед.
Ты все равно мой.
Со Ри сделала шаг ближе. Нас разделяло всего пять шагов.
В конце концов ты все равно вернешься ко мне.
Уголки ее губ слегка приподнялись. Это выражение лица было слишком жутковатым, чтобы назвать его улыбкой.
Услышав ее последнее заявление, я почувствовал легкое разочарование.
«Неужели даже слезы и мольбы были лишь игрой?»
А как же то, как она цеплялась за мою штанину и плакала всего мгновение назад?
То отчаяние, те слезы. Неужели все это было фальшивкой?
Нет, этого не могло быть. Со Ри не была профессиональной актрисой, способной сыграть настолько безупречно.
«Она в шоке и не в себе. Да, именно так».
Я убедил себя в этом. Со Ри испытала слишком сильный шок от внезапного расставания. Вот почему она так резко изменилась.
Думать так, не испытывая к ней ненависти или разочарования, было последним проявлением моего сострадания.
Чхве Со Ри в воспоминаниях Хан Мин Со определенно была человеком, которому не чуждо тепло. Пусть ее любовь и была искаженной, извращенной, она любила меня по-своему.
Сейчас мне не хотелось все это отрицать.
Береги себя, Со Ри.
Я оставил последнее прощание. Искреннее напутствие.
Со Ри ничего не ответила. Она лишь пристально смотрела на меня.
Не имея больше причин оставаться, я повернулся и открыл дверь.
Стоя в коридоре, я перевел дух, а затем направился в свой кабинет, чтобы собрать вещи.
Все закончилось. Действительно закончилось.
Мои отношения с Со Ри, моя связь с ней.
……………
Прошла неделя с тех пор, как я подал заявление об увольнении.
Угловое место в интернет-кафе у станции стало моим временным офисом.
Разумеется, я вернул рабочий телефон, оставшийся дома, а также ноутбук, поскольку он принадлежал компании.
Иными словами, у меня больше не осталось ни одного устройства, на котором можно было бы нормально работать с документами.
Я просматривал сайты по трудоустройству и рассылал резюме. Сферу IT я обходил стороной. Не было никакой возможности проверить, реален ли пункт о неконкуренции или это блеф, а рисковать понапрасну не хотелось.
«Другие сферы тоже неплохи. Можно считать это началом с чистого листа».
Я утешал себя, составляя резюме.
Маркетинг, планирование, да хоть обычная офисная работа. Зарплата ощутимо упадет, но тут уж ничего не поделаешь. Мой прежний оклад все равно был завышен благодаря покровительству Со Ри.
Порой в памяти всплывали последние слова Со Ри.
Этот холодный голос, это жуткое бесстрастное лицо. Честно говоря, становилось немного не по себе.
Если она действительно решит отомстить, смогу ли я это выдержать?
«Со Ри не зайдет так далеко. Мы ведь когда-то были возлюбленными... она просто наговорила лишнего на эмоциях. Вот и все».
Если подумать, мое внезапное заявление о расставании тоже нельзя было назвать тактичным. И если Со Ри затаила обиду, я вполне мог ее понять.
Но она разумный человек. Со временем она поймет мои чувства и примет наше расставание.
Мне хотелось в это верить.
Дзинь.
Как раз в этот момент на мою личную почту пришло уведомление. Я рассеянно кликнул по нему, но рука замерла, стоило мне увидеть отправителя.
«Что это?»
Дурное предчувствие пробежало холодком по спине.
Дрожащими руками я открыл письмо. В строке описания мелким шрифтом было указано: [Законный представитель Core Systems].
Я открыл вложение. Это был документ в формате PDF.
Вскоре экран заполнили плотные юридические термины.
Я протер глаза и посмотрел снова. Ошибки не было.
И-иск?
Я поспешно прокрутил страницу вниз. От сложных юридических формулировок зарябило в глазах.
Разглашение коммерческой тайны, нарушение закона о предотвращении недобросовестной конкуренции, неисполнение служебных обязанностей, нарушение условий контракта...
Обвинения сыпались одно за другим. Вещи, которых я никогда не совершал, преподносились как неоспоримые факты.
И... в самом низу документа.
Была указана сумма требуемой компенсации ущерба.
Что..?
Дыхание перехватило. Я заставил себя сделать глубокий вдох и снова уставился на экран.
Цифра не изменилась.
Три миллиарда. Сумма, которую я не смог бы выплатить, даже если бы продал все свое имущество и работал до конца дней.
Это... это бред какой-то.
Но документ был настоящим. Печать суда, номер дела — это не походило на фишинговый спам.
В голове снова всплыли последние слова Со Ри.
Это не было брошенным в порыве эмоций пустым проклятием.
Это было предупреждение.
И теперь это предупреждение стало реальностью.