Том 6 · Глава 125. Нападение

Когда наступило утро, у Верховного жреца была аудиенция с Бароном Блоном, на которой он передал тому одну из малых чаш. Оказалось, это все что требовалось от нас сделать для деревень расположенных на землях принадлежащих аристократам. В прошлом, когда у храма было в достатке жрецов и жриц, их отсылали в села аристократов. Но нынешняя нехватка носителей манны была такова, что подобные действия были более недоступны для храма, особенно учитывая что ему приходилось делится маной и с другими герцогствами.

Похоже, мы были обязаны самолично проводить благословение посредством большого кубка для глав сел, что для проживания собирались в общие зимние дома в Центральном Районе – там где землями владел и управлял Эрцгерцог а не другие аристократы. Аристократы – землевладельцы могли самостоятельно применять полученные от нас малые чаши.

…Если у всех аристократов была манна, и они могли самостоятельно заполнить малые чаши, в чем был смысл исполняемого храмом этих величественных Ритуалов Освящения и затем доставка малых чаш? Даже если предположить что по некоторой причине они были не способны заполнить их самостоятельно, почему бы просто не передавать чаши аристократам перед их возвращением из города в загородные поместья, что бы ни тратить время на их доставку после? Какой во всем этом тогда смысл?

Я держала себя, как будто знала ответ на этот вопрос, но на самом деле это было не так. В конце концов, я пришла к выводу, что лучше продолжать кивать и не задавать лишних вопросов, ведь наверняка для подобных утомительных и на первый взгляд бессмысленных действий была какая-то существенная причина, о которой я просто не знала.

Когда Верховный жрец закончил свою встречу с бароном Блоном, мы провели остаток дня, облетая места в Центральной области, где расположились самые большие здешние села, что занимались выращиванием зерна. После того как мы исполнили пять Весенних молебнов на предназначенных для этого полях - площадях зимних городков простолюдинов, мы опять отправились ночевать в усадьбу местного аристократа землевладельца. Когда наступило утро, Верховный жрец на аудиенции с этим аристократом передал тому малую чашу.

Исполняли мы Весенний молебен и на следующий день, и в течении последующего. Как оказалось, мы побывали во всех селах Центральной области.

—Начиная с завтрашнего дня, мы начнем посещать владения аристократов, — произнес Верховный жрец с немного мрачным выражением лица.

По большей части мы пересекали земли принадлежащие аристократам верхом на призывных зверях, но по какой то причине, что была за пределами моего понимания, иногда, на небольшом расстоянии от усадьбы аристократа мы ссаживались со зверей и ехали в карете, создавая впечатление как будто именно таким способом мы и перемещаемся.

В таких случаях, Верховный жрец наказывал мне прятать лицо под вуалью, предметом одежды что иногда носят дочери благородных семейств. И когда тряская карета пребывала в усадьбу, только я, Верховный жрец, Фран и Арно выходили из неё. И Сильвестр и рыцари всегда оставались внутри. Я волновалась, как бы Сильвестр не поднял из – за этого шума, так как он похоже всегда стремился обратить на себя как можно больше внимания, но он каждый раз без единого протеста оставался в карете.

—Место куда мы отправимся следующим это усадьбы Виконта Герлаха, и туда мы должны прибыть на карете. И нам пора пересаживаться. — Сказал Верховный жрец когда мы летели на призывных зверях. Было раннее утро, и он только что доставил малую чашу одному из аристократов землевладельцев, и мы теперь на повышенной скорости мчались сквозь небеса, стараясь нагнать кареты, что выехали раньше нас. Верховный жрец объяснил, что кареты оснащены магическими инструментами, что позволяют ему определить их местоположение на большом расстоянии.

Мы нагнали кареты без всяких происшествий. Мы всегда рассаживались в них так, что бы Карстедт и Сильвестр были в одной карете, а я в другой с Дамуэлем и Верховным жрецом.

Подобное распределение было, похоже, наилучшим в плане наших возможных защитных и атакующих действий, хотя сама я ничего не понимала в этой области и потому я положилась на суждение окружавших меня людей.

—Виконт Герелах очень интересовался тобой, Мэйн. Он просил, что бы именно ты посетила его усадьбу во время Весеннего молебна, но ты должна знать, что он в близких отношениях с Верховным епископом. Будет совсем не лишним, если ты будешь настороже рядом с ним. — Верховный жрец казался весьма напряженным, и он дополнительно напомнил мне, что бы я опустила вуаль, скрыв мое лицо еще больше чем обычно.

Как только мы прибыли, нас тут же призвали предстать перед Виконтом Герлахом, и потому Верховный жрец, Арно, Фран и я направились в главное здание усадьбы, оставив кареты позади.

—Ах, Брат Фердинанд, приветствую вас вдалеке от вашего дома! Благодарю вас за столь долгое и утомительное путешествие, что бы увидится со мной. Это та ученица жрицы, о которой я слышал столь много разных слухов?

Возможно из – за предыдущего предупреждения Верховного жреца, у меня заранее сложилось предубеждение против этого человека, и потому его голос мне показался каким то неприятно липким и вообще мерзким. Я не могла видеть его лица, так как стояла на коленях, а мое лицо скрывала вуаль. Все что мне было видно это нижняя часть его ног, видимые мною краешком глаз, и, судя по ним, он был довольно упитанным человеком.

—Вы ведь останетесь у меня на ночь, не так ли? — Продолжил он. — Я с радостью приму вас у себя!

—К несчастью, мы спешим и вскоре нам пора снова отправляться в путь. Мы остановимся на ночлег в усадьбе Графа Лейсеганга. — Верховный жрец передал чашу, быстро распрощался и покинул главный дом усадьбы. Встреча прошла под плотным контролем Верховного жреца, и потому по ее завершение ни я ни увидела лица Герлаха ни он моего.

Мы покинули усадьбу Герлаха еще до полудня, но летней усадьбы Графа Лейсеганга мы достигли только поздним вечером, так как она находилась в соседней провинции. Я так часто путешествовала на призванных зверях, что, похоже, я никогда не осознавала насколько же кареты медленнее. Как объяснил мне Верховный жрец, мы использовали кареты потому что он не хотел что бы мы прибыли раньше чем наши слуги закончат готовить для нас комнаты, но судя по тому как он постоянно огляделся, я так поняла, что причина совсем в другом.

Похоже, земли во владении графа Лейсеганга была больше чем владения любого другого аристократа которых мы уже посетили, но здание, предназначенное для проживания жрецов, навещавших усадьбу дважды в год было уже привычно малых для меня размеров и мне опять пришлось спать в комнате для слуг. Верховный жрец заставил меня выпить одно из приготовленных им зелий, из страха, что усталость плохо отразится на моем здоровье, и в результате подобной заботы я проспала всю ночь мертвецким сном и утром себя чувствовала просто великолепно.

Этим освежающим утром, почти сразу после того как я проснулась, меня призвал к себе Верховный жрец и как только я вошла в его комнату он тут же вручил мне магический инструмент для защиты от подслушивания.

—Сегодняшней ночью в комнату Карстедта пробрались злоумышленники, — сообщил он, но я в растерянном непонимании только склонила склонила голову набок. У всех остальных присутствующих в комнате были мрачные лица, что намекало на то, что им уже было известно о произошедшем.

—Злоумышленники? Воры, или кто им подобный?

—Нет, я думаю, это были похитители, искавшие именно тебя. — Объяснил Карстедт. — Это были двое мужчин, и в ту же секунду как они заметили, что фигура под одеялом слишком велика, что бы принадлежать Мэйн, они бросились прочь. Я немедленно вскочил на ноги и попытался захватить их, но …- протянул, не закончив Карстедт, выглядя так, как будто ему было непросто описать произошедшее после.

—Они смогли убежать от вас?

—Нет. Я схватил одного из них и оставил его на попечении Лорда Фердинанда и после помчался за вторым, рассчитывая сесть ему на хвост и тем самым разузнать побольше. У этих двоих, в лесу, к востоку от усадьбы их ждали лошади, и он вскочил на одну из них и поскакал прочь. Я призвал своего зверя и погнался за ним, но в первые же секунды погони, тот, кого я преследовал, разлетелся на куски вместе со своей лошадью.

—Э? — Мой разум отказался обрабатывать последнюю часть его предложения, не желая понимать, что он сказал. Разлетелся на куски вместе с лошадью? Что за бессмыслица.

Сильвестр, заметив мое застывшее лицо, продолжил:

—Мужчина, которого Карстедт захватил ранее, убил себя, пока Фердинанд был занят его обезоруживанием и связыванием. Тот же, кто смог ускользнуть погиб от взрыва, и значит, все концы оказались обрублены.

—Я думал, что возможно мне не стоит тебе сообщать о произошедшем, но так как их целью являлась именно ты, я решил, что лучше, если ты была бы в курсе, — произнес Верховный жрец. — Учитывая, что они знали, где ты находилась, мы можем предположить, что скорей всего виновником произошедшего является виконт Герлах. Мэйн, будь как можно осторожнее.

—Он огласил имена виновника невозмутимым, властным тоном. Я, прижимая ладонь к груди, стараясь, таким образом не дать разрастить зародившемся там тревоге и страху, медленно вела взгляд по лицам собравшихся в комнате.

—…А возможно ли что граф Лейсеганг виноват в произошедшем? — Спросила я, но Карстедт, несогласно покачав головой, тут же отбросил прочь эту гипотезу:

—Этого просто не может быть. Моя мать из Лейсегангов, они никогда бы не пошли на то что бы навредить кому то, кого я сопровождаю.

Мы с трудом заставили себя съесть поданный завтрак, и после покинули усадьбу Лейсегангов. Наш следующий ночлег пройдет на самой южной оконечности герцогства. Мы заранее отослали наши кареты в том направлении, а сами провели утро и полдень, посещая одну усадьбу аристократов за другой.

—Теперь можно и догнать наши кареты. — Сказал Верховный жрец, когда мы закончили с доставкой чаш, и после этих слов развернул своего призывного зверя в сторону дороги, по которой наши кареты ехали к южной оконечности герцогства.

После минуты полета, перед нами в небо метнулся красный луч света. У всех при его виде изменилось выражение лиц – это был знак, который использовали рыцари, когда звали на помощь.

—Засада! — Взревел Карстедт, мгновением позже разогнав своего грифона, направившись прямиком к бьющему в небо лучу красного цвета.

—Следуйте за нами, — прокричал Верховный жрец, когда промчался мимо нас на своем льве.

Запаниковав при мысли, что мы сейчас остались совсем одни, я, сжимая в ладонях поводья, повернулась к Дамуэлю:

—Сэр Дамуэль, мы тоже должны поспешить!

—…У меня нет столько маны что бы набрать такую скорость.

—Тогда используйте для этого мою. — Я усилила хватку на поводьях, отчаянно желая догнать всех остальных, и почувствовала, как из меня заструилась мана. Скорость полета крылатого тут же коня резко увеличилась.

—Благодарю вас, ученица!

По одной стороне мелькавшей под нами дороги рос лес, а на другой раскинулись просторные равнины, и спустя совсем немного времени я увидела наши кареты, собравшиеся вместе. Внутри них были Фран, Розина, Хьюго, Элла…но к моему удивлению, все кареты были окружены странным черным туманом.

—Что это за чернота?! — крикнула я Дамуэлю. Мы наконец догнали остальных, но мы мчались так быстро что они наверно были не способны расслышать мой вопрос, задай я его им.

—Это барьер Бога Тьмы. Он поглощает магическую силу, так что атаки, основанные на магии бесполезны против него. То, что нападавшие оказались способны на такое означает, что среди них есть аристократы. Пока мы не поймем, где они и насколько они сильны, атаковать барьер сломя голову очень опасно, — пояснил напряженным голосом Дамуэль.

И секунду спустя из леса высыпало примерно сотня вооруженных людей, похожих немного на крестьян, и ринулась к каретам. Одна мысль что Фран и остальные в опасности, заставила кровь отлить от моего мозга, отчего на несколько мгновений у меня полностью прекратился мыслительный процесс. Придя в себя, я заставила Дамуэля подвести своего крылатого коня ко льву Верховного жреца и теперь, когда я ехала рядом с ним я закричала:

—Верховный жрец! Если ваша магия не способна справится с барьером вокруг карет, то не могли бы вы тогда использовать ее что бы отбросить вот этих людей прочь!

—Подожди! Возможно, среди них есть жители не нашего герцогства, ты ведь не знаешь этого наверняка?! — Запротестовал явно удивленный, если судить по выражению его лица Сильвестр. Я выразила все что думаю о нем и его заступничестве взглядом наполненным презрением и недовольства. Эти бандиты собирались причинить боль очень небезразличным мне людям, и потому, мне было плевать кто эти бандиты и откуда они.

—Фран и Розина для меня намного важнее, чем кто либо из вот этих людей. Мне ведь только достаточно обратится с молитвой к богам и произойдет магическое действо, верно? — Я начала раздумывать, к какому богу мне стоит обратить молитву, перестав сдерживать манну скрывавшуюся в моем теле. Она наполнила меня словно вода, до самых краев, и в этот момент, надетые на меня браслет и кольцо засветились.

—Фердинанд! — Закричал Сильвестр. — Останови ее, прежде чем станет лишком поздно!

—Теперь ее никто и ничто не остановит! — Тоже буквально проорал Верховный жрец.

—Никто и ничто?! Мы понятия не имеем, сколько людей погибнет если она атакует таким объемом маны! Если ее удар пересечет границу герцогства то это может быть использовано как предлог для объявления войны! По крайней мере, дай мне время для укрепления пограничного барьера!

—Остановить ее нам уже не по силам, но мы можем повлиять на выбор направления для высвобождения ее ярости, — относительно негромко по сравнению с предыдущими криками проговорил Верховный жрец. Он подлетел поближе к нашему крылатому коню и посмотрел на меня:

—Мэйн! Если ты хочешь защитить Франа и остальных, молись ветру!

Раз я еще не решила к какому богу я обращусь, мне сразу пришел на память образ Богини Ветра, сотворенный Вильмой, а вместе с ним и сведения что я собрала о этом божестве в ходе создания книги.

Шутцария, Богиня Ветра, была сезонным божеством Осени. Как только Богиня Весны покидала свой пост, наступала ее очередь защищать младшую сестру, Богиню Земли, после того как Бог Жизни восстановит свои силы. Она удерживала Бога Жизни и его лед и снег с помощью своего щита из ветров пока не будет собран урожай. В отличии от Богини Воды, что смывала прочь лед и снег, заточавшие под собой Богиню Земли, ее можно было назвать богиней специализировавшейся в обороне и защите. Это был отличный выбор для предстоящей молитвы.

Я всмотрелась в караван карет, окруженный темным туманом, глубоко вздохнула... Я защищу Франа и остальных, чего бы это не стоило!

—О Богиня Ветра Шутцария, всеобщая защитница. О двенадцать богинь, служащих ей... -

Я начала молитву с произношения ее имени и мгновенно почувствовала как наполнившая меня мана обрела форму и смысл - эта сила была предназначена защищать то что было мне дорого, а не атаковать моих врагов. Мана из моего тела перетекла в левую руку, над ладонью которой возник миниатюрный смерч, похожий на воздушный водоворот.

—Мэйн! Чтобы барьер Бога Тьмы не поглотил твою ману создай отражающий щит над ним! — Предостерег меня Верховный жрец.

Я кивнула, не отводя глаз от тумана внизу. Благодаря вынужденным зубрежкам, проводившихся ради того что бы я знала назубок молитвы ко всевозможным ритуалам, я совсем не заикалась и не мямлила произнося слова молитвенного обращения:

—Пожалуйста, услышь мою молитву и одолжи мне на время твою божественную мощь. Даруй мне твой щит ветров, что бы я могла отбросить прочь тех, кто намерен причинить вред.

Желтый фейкамень на одолженном мне Верховном жрецом браслете засветился ярче прочих, так как это был божественный цвет Шутцарии Богини Ветра. Моя мана как будто вскипела и ринулась в направлении карет, обратившись в ослепительно яркий свет. Я представила себе огромный купол, накрывший черный барьер, но при этом не касавшийся его, как и предложил Верховный жрец, и мана приняла предложенную мною форму, словно была краской на щетине кисточки. Резкий металлический звук разнесся в воздухе когда образовался купол. Сверху это смотрелось как будто кареты и черный туман застыли внутри янтаря божественного щита.

—Аааааа! — Продолжали бежать вперед нападающие, возможно не заметив нового барьера или же слишком увлекшись атакой. Бежавшие первыми также оказались первыми, кто врезался в новый барьер. Они были немедленно откинуты прочь мощным ветром, сила которого была так велика, что их тела на самом деле взлетели в воздух.

—Нгуух?!

—Чт — что это было?!

Некоторые были откинуты назад на несколько метров и упали на землю,, другие отброшенные назад, заодно повалили и тех людей что находились за ними, подобно костяшкам домино. Они непонимающе уставились на щит ветра, не имея ни малейшего представления, что сейчас произошло.

—...Поразительно, — это произнес Карстедт, у которого при виде произошедшего в удивлении взметнулись брови. Его мнение о щите защищающем Франа и Розину полностью соответствовало моему собственному.

—Ну разве он не чудесен?! Вы ведь согласны в этом со мной, Лорд Карстедт?! Я и не ожидала ничего меньшего от щита Богини Ветра! Вознесем же молитву благодарности богине, что защищает Франа и Розину!

—И этой было вполне достаточно, больше не надо! — Сердито проорал Сильвестр в ту секунду как я восторженно вскинула руки, паря над щитом, что оказался намного сильней чем я себе ранее представляла.

...Но разве это не было важно - помолится и поблагодарить богов после того как они одолжили тебе свою силу? Я не стала высказывать вслух эту свою мысль, и просто продолжила смотреть вниз, где нападающие пошли во второй раз на штурм щита. Их опять снесло с ног сильными ветрами, и они снова повалили стоявших за ними людей. Последовало еще несколько попыток, прежде чем они полностью прекратили пытаться пробиться сквозь щит.

—Я только что ощутил в лесу ману, — произнес Дамуэль, и этим привлек к себе взгляды всех присутствующих. То, что он ощутил ману означало, что кто пытался воздействовать на щит ветров или же защитить кого то от удара ветра. Мне пояснили, что обладателям больших запасов маны было очень трудно обнаружить тех, у кого были намного меньшие ее объемы. Дамуэль, аристократ из низшей знати, оказался способен на это, но более никто не засек ману в лесу.

Лица мужчин словно окаменели, и затем Верховный жрец, по очереди вглядываясь в нас, начал отдавать приказы:

—Сильвестр, Карстедт и я отправимся на поиски в лес. Дамуэль, ты останешься в воздухе и будешь охранять Мэйн.

—Да сэр! — Эти слова и решительный кивок стали ответом Дамуэля, но тут Сильвестр выкрикнул:

—Нет! — И с силой замотал головой из стороны в сторону.

—Дамуэль, а ну ка, подлети поближе, — сказал Сильвестр и затем неожиданно встал стоя на спину льва Верховного жреца, действовал он настолько проворно и ловко что его движения казались нечеловеческими. После, он без единого, хотя бы малейшего колебания, прыгнул в направлении распахнутого крыла коня Дамуэля.

—Гьяяя! Что вы делаете?! Это же очень опасно!

Возможно из - за того что он был каменным, крылатый конь и не шелохнулся после того как Сильвестр приземлился на его крыло. Он быстрым шагом зашагал по нему, для равновесия держа раскинутыми в стороны руки.

—С дороги, — произнес он недовольным тоном, подхватил меня подмышки и поднял в воздух, после чего принялся раскачивать из стороны в сторону. Я понятия не имела что он творит, окружающий меня мир крутился и вертелся, все, что я могла делать это беспомощно моргать.

После он крикнул:

—Фердинанд, лови! — И прежде чем я осознала что происходит, он швырнул меня с одного из крыльев прямо в воздух.

—...Э?

Меня подбросили в воздух не дав ни секунды что бы приготовится к подобному. Я уставилась бессмысленным, не мигающим взглядом в пролетающее надо мною небо. Мне не было никакого смысла куда либо тянутся руками, так как для этого надо что бы было к чему ты собираешься тянутся, мне же хвататься было попросту не за что. Все что я видела это раскинувшееся надо мной бесконечное небо. Небо сверху, небо с боком. Только небо.

—Ученица?!

Я видела как Дамуэль словно на замедленной скорости протягивает ко мне руки, и судя по его лицу, он был в точно такой же оторопи что и я. Силтвестр же в эти мгновения совершил ещё один прыжок, перепрыгнув через голову Дамуэля, и тем самым заняв мое место.

На секунду после того как меня швырнули в воздух я воспарила в нем, словно в невесомости, но затем я снова оказалась в крепкой хватке гравитации и стала падать вниз. Под ударом налетевшего на меня ветра волосы с силой впились мне в лицо и неожиданная боль мгновенно привела меня в чувство. Я ахнула, осознав, что меня выпихнули в прыжок с моста,(роуп – джампинг, разновидность тарзанки) не выдав при этом страховочного каната, без малейшей заботы о моей безопасности или психическом комфорте.

—ГЬЯААААААААА!

—Вот и я. — Верховный жрец подлетел на своем льве и поймал меня, точно определив, по тому куда меня швырнул Сильвестра, где я окажусь. Я, скорей всего, упала вниз не более чем на метр, но мне показалось, что я пролетела в свободном падении целую сотню.

Быть выброшенной в воздух на такой высоте без единого способа к спасению было настолько страшно, что я оказавшись рядом с Верховным жрецом бессознательно, изо всех сил вцепилась в него. Хоть он уже и поймал меня, все мое тело тряслось от страха.

—Э-Эт- Это было...ужасно...

—Могу себе представить. — Верховный жрец успокаивающе похлопал меня по спине пока я жалась к нему. Но Сильвестр, услышав мой голос, заговорил, и звук его голоса снова заставил мое тело забиться дрожью страха:

—Фердинанд, оставайся здесь! Те, кто в лесу могут быть не более чем приманкой!

—Хорошо, так и сделаю.

—Граница укреплена. Мы сможем словить их раньше чем они успеют перебраться на другую сторону. Карстедт, за мной!

—Сэр! — Кратко ответил тому и они полетели дальше в лес.

Верховный жрец, провожая их взглядом, проговорил негромким голосом:

—То что он сделал, было самым настоящим безрассудством, но этот решение было принято на основании той логики что твоя безопасность превыше всего остального. Прости его за это и прости и меня.

—Э?

—Те, кто находятся в лесу обладают запасом маны не намного большим чем у Дамуэля. Его присутствие необходимо для их нахождения. Более того, если эти в лесу и вправду не более чем приманка, было бы крайне опасно оставлять тебя наедине с Дамуэлем.

Не расслабляясь ни на секунду, Верховный жрец внимательно оглядывался. По его виду я поняла что нам сейчас грозит самая настоящая опасность и что сейчас совсем не подходящее время для того что бы дрожать от страха.

—Мэйн, не могла бы ты помолится вместе со мной о том, что бы битва окончилась для них успешно? — Верховный жрец подсказал, чем мы можем помочь, защищаемые нашим расположением в воздухе и я ответила хоть слабым, но согласным кивком. Подобное занятие, помощь другим, помогло бы мне отвлечься от пережитого страха.

Как только Верховный жрец научил меня словам молитвы, мы в унисон начали читать ее:

—О Бог Войны Ангрифф, о двенадцать возвышенных Бога Огням Лейденшафта, мы молим вас о даровании вашей божественной защиты.

Браслеты на мне и Верховном жреце засветились голубым светом и лучи того же цвета вырвались из голубых фейкамней. Они завернулись спиралью вокруг друг друга и улетели в том направлении, куда еще раньше отправились наши спутники.

Сильвестр взмахнул своим светящимся жезлом над лесом и этим жестом создал огромную птицу красного цвета, что полетела прочь от него. Я наблюдала за ней, размышляя, что она очень по виду была похожа на феникса. Я увидела, как она раскинула крылья, а после словно растворилась в чистом воздухе. На ее месте возникла прозрачная стена того же красного цвета. После, из жезла жреца вылетела такая птица столь громадных размеров только желтого цвета и сделала круг над определенным участком леса, рассыпаясь в полете на светящуюся пудру что падала вниз.

Карстедт превратил свой светящийся жезл в двуручный жезл в тот же самый момент, когда красная птица обратилась стеной. Огромный клинок засветился всеми цветами радуги и рыцарь, взревев, взмахнул им:

—ГРААААААА!

Из его меча вырвался ослепительный свет и ударил в лес внизу.

—Ого!?

Невозможно громкий, оглушающий звук сотряс воздух, как если бы землю на головокружительной скорости врезался метеорит, это ощущение только усилилось когда почва внизу затряслась, словно при землетрясении. Произошедший в следующее мгновение взрыв уничтожил весь лес в немаленьком радиусе от того места где тот произошел, и я немедленно ощутила как во мне резко просел уровень манны, возможно, она потратилась на поддержание защитного щита вокруг карет.

—Это уж слишком…- пробормотал Верховный жрец, и эти его слова снова привели меня в чувства.

Глядя на него, я с тревогой спросила:

—Кареты! С каретами все в порядке?!

—Кажется, они совершенно целы, благодаря двойному барьеру из Тьмы и Ветра.

—Отлично, отлично, — выдохнула я в облегчении, узнав, что кареты невредимы. Мои ранешнии переживания и нервозность по поводу благополучия других быстро сменилась сильным головокружением, настолько сильным что мне пришлось ухватится за ткань рясы на груди Верховного жреца что бы удержатся от падения.

—Мэйн, что с тобой?

—В тот миг, когда я узнала о том, что все живы и здоровы, силы покинули меня. И сейчас меня даже немного морозит.

Когда я упомянула о потере сил ослабела и ознобе, Верховный жрецу нахмурился, и положило ладонь мне на шею.

—Хм, температура твоего тела и вправду упала. Возможно, из — за того что ты использовала слишком много маны?

—…Хух? Может быть. — Теперь, когда я задумалась над этим, то нечто похожее я чувствовала, когда исполняла мое первое подношение. В тот раз я восстановилась, когда направив поток манны позволила ему пройтись по всему своему телу. Я попыталась повторить то что уже делала, но похоже, я уже использовала все свою манну на щит ветров и к тому же до этого я сегодня несколько раз проводила Весенние молебны. Ранее я всегда сдерживала свою избыточную ману, запирая её в воображаемой шкатулке внутри своего тела, для меня это было впервые, когда маны оказалось недостаточно, и я не понимала, что же мне теперь делать.

—Верховный жрец, у меня совсем не осталось манны. Её не хватит даже что бы прогнать по телу, — объяснила я, и мои слова вызвали его искренне удивление, я могла это ясно видеть по его глазам.

—У тебя и закончилась мана? Сильнодействующие зелья находятся в карете. А пока мы не удостоверимся, что уже безопасно мы не можем отвлекаться на их поиски. Что ж… Тогда, выпей вот это. Эта используется обычно в самом последнем случае, но все равно это лучше чем ничего. -

Верховный жрец снял с пояса удлиненный сосуд, похожий на лабораторную мензурку, только покрытую обильным золотым узором и нажал на маленький, круглый камень на ней. Немедля, откинулась в сторону закрывавшая верхушку сосуда крышка.

Он передал мне сосуд, и я быстренько втянула носом исходящий изнутри запах. Судя по нему, внутри было не одно из этих отвратительных на вкус зелий. Я практически одним глотком опустошила сосуд и обнаружила, что жидкость внутри была на вкус сладкой. Если поискать сравнения, то вкус был весьма похож на тот что был у зелья использовавшегося для просмотра моей памяти. Это же снадобье было немного гуще, но вкус был примерно одинаков. Как и от того зелья, от этого снадобья меня тоже стало клонить в сон.

—Закрывай глаза и спи. Когда ты проснешься, тебя будут ждать так нелюбимые тобой зелья и нотации от меня.

Я согласно покачала головой и сомкнула глаза.

—Сестра Мэйн, вы проснулись?

—…Розина.

Я увидела склонившееся надо мной лицо Розины, и мой разум стал пробуждаться вслед за телом. Я быстро села в постели и неожиданно для себя испытала сильное головокружение, как будто я ранее потеряла где то уйму крови. Я не стала пытаться сохранить сидячее положение и позволила голове упасть обратно на подушку.

—Вам не стоит совершать такие резкие движения. Вам не стоило подвергать себя такой опасности, рискуя своим здоровьем и жизнью, ради того что бы защитить кареты. Верховный жрец был весьма выведен из себя вашими действиями.

—Я уже мысленно подготовилась к ожидающей меня нотации, так как он предупредил меня об этом перед тем как я потеряла сознание. Меня намного сильнее волнует другое — ты, Фран, Элла и другие, вы все целы и здоровы, никто не из вас не пострадал?

Я постоянно задавалась вопросом – смогла ли я выполнить свои обязательства перед ними и защитить их. Я даже не хотела размышлять о возможной тщетности своих усилий, это было бы слишком печально, если после растраты всей своей манны и как следствие потерей сознания и ожидающей меня ощущения слабости, вдобавок к которому мне предстояла дегустация отвратительных зелий, и нотация, выговор выяснилось бы, что все это было зазря.

—Все в хорошем здравии и никто не пострадал, так же и все вещи в целости и сохранности.

—Правда? Ах, какое облегчение. — Я снова села в кровати, слушая рассказ Розины о том что произошло когда они ехали в каретах.

Кареты были вынуждены резко остановится когда их обволокла внезапная тьма. Все кинулись к каретным оконцам и увидев высыпавших из леса вооруженных крестьян, они сначала просто оцепенели от страха и неожиданности. После, придя в себя, они начали готовится отражать нападение, но неожиданно для них, что то сбило нападающих с ног. Затем, в воздухе что то вспыхнуло, настолько яркое, что было больно глазам, они услышали громкий крик и практически через мгновение после этого раздался взрыв. Но так как кареты не обмело даже слабейшей из воздушных волн, они и понятия не имели что произошло. Только когда позже приземлились Верховный жрец и остальные, они поняли, что спасены.

—Сестра Мэйн, это вы пострадали больше всех. Только вы потеряли сознание и даже при прикосновении к вашей коже было заметно что ваше тело холоднее чем у других, и вас постоянно бил озноб, — объяснила Розина, и мой разум под ее рассказ снова начал погружаться в глубины дремоты.

—…Если сравнивать кто важнее — серые жрецы или крестьяне, то здесь заметно выигрывают те кто платят налоги производят еду. Мы были спасены только благодаря вам, Сестра Мэйн, Я очень, очень благодарна вам.

В следующий раз как я очнулась, Верховный жрец принес свои мерзкие снадобья которые мне было необходимо выпить. Он протянул мне маленькую бутылочку, в которой находилась уже знакомая мне жидкость зеленого цвета:

—Выпей это.

—Фууу….

Я попыталась отползти назад, но я была в постели, и потому особо деваться мне было некуда. Верховный жрец одарил меня недовольным и предостерегающим взглядом после моей неудачной попытки бегства, несмотря на то что он и сам знал что мне по любому придется выпить ее.

—Твоя мана еще не восстановилась?

—…Пока нет.

—Я так и думал. Но мы не можем продолжать оставаться на одном месте. Мне что, надо будет зажать тебе нос и силой влить зелье в рот?

Мы не могли снова начать движение пока не восстановится моя манна, а так как в этом положении, если трезво оценивать наше положение, я была для всех остальных бесполезным балластом, мне надо было выпить зелье, как бы оно не было отвратительно на вкус. Я взяла бутылочку из ладони Верховного жреца и трясущимися руками поднесла ко рту, после чего постаралась выпить снадобье как можно скорее.

—Нгх — Уггхх! — Зажав рот руками я корчилась в постели а из моих глаз текли слезы, вызванные ужасным вкусом.

Верховный же жрец, гладя на мои мучения, с довольным видом покачал головой:

—Продолжай зажимать рот, пока зелье не подействует, а пока, слушай. — И принялся рассказывать о сделанных за это время поразительных открытиях в расследовании произошедшего — никто и понятия не имел, кто установил барьер Бога Тьмы или же организовал это нападение. Как бы это невероятно не звучало, атака Карстедта превратила противника буквально в пыль, а значит заодно лишив их всех возможных улик. Они были даже не уверенны, был ли в это вовлечен Герлах.

Все что им было известно что в нападении участвовало как минимум двое аристократов, именно стольких почувствовал Дамуэль, обладавших сравнимыми с ним запасами манны. Но дело в том, что этим двоим был не по силам создать барьер Бога Тьмы, что означало что им помогали, и скорей всего это был аристократ из другого герцогства.

—А почему вы так думаете?

—Более половины крестьян участвовавших в нападении, не из нашего герцогства. — Он не сказал как они это выяснили, но барьер Тьмы был поставлен скорей всего аристократом из другого герцогства, который после этого пересек границу, вернувшись к себе на родину прежде чем Карстедт нанес свой удар.

—… А он не думал что стоит попытаться кого ни будь из этих аристократов захватить?

—Он говорит что атаковал, используя обычное количество манны, но удар оказался намного сильней предполагаемого.

Сильней всех остальных был удивлен мощью удара сам Карстедт. После этих слов, Верховный жрецу виновато отвел взгляд в сторону. Хм, неужто это то о чем я думаю?

—…Нам наверно не стоило молится о дополнительной силе и удаче, верно?

—Возможно. Не распространяйся с ними о произошедшем если они только не спросят об этом напрямую.

—Хорошо.

Он рассказал мне, что Карстедт и Сильвестр уже вернулись в город, проделав весь путь верхом на призванном звере, так как о произошедшей схватке надо было немедленно доложить и провести расследование по горячим следам.

—Это ведь неслыханное дело, что бы на караван с жрецами нападали, верно? И именно поэтому им надо доложить об этом Эрцгерцогу, что бы он провел расследование?

—…Более или менее верно. — Кивнул Верховный жрец, и сразу после этих слов выражение его лицо как будто затвердело. Он холодным взглядом наблюдал, затем как я ерзаю в постели, пытаясь найти самую лучшую позу для сидения.

—Мэйн, ты и вправду по прежнему желаешь остаться со своей семьей?

—ну конечно же хочу.

—Тогда почему ты снова позволила себе потерять контроль над маной? — Спросил он и я непроизвольно ахнула, когда поняла что он имеет в виду.

—Я так волновалась за Франа и Розину, я просто …не была способна размышлять здраво.

—Все закончилось благополучно, потому что ты направила свою буйствующую ману на создание сильного щита. Но ты снова проявила себя как представляющую сильную опасность для окружающих. И самое главное, ты смогла добиться желаемого только потому, что у тебя был магический инструмент, ты вознесла молитвы богам и тем самым привела в действие заклинание. Не сделай ты хоть чего из этого или не имей при себе инструмента, эта неконтролируемая тобой манна убила бы тебя.

Магический инструмент был жизненно необходим при высвобождении манны. Именно по этой причине дети с Пожирателем у которых не было магических инструментов и погибали, так как вместе с ними росла и манна в них, пожирая их живьем. Я выжила потому что исполняла приношение маны в храме, но если я позволю мане и дальше неуправляемо буйствовать, вполне вероятно что моё тело просто не сможет выдержать этого.

—Ты знаешь, как умирают те, кто утратил контроль над своей маной?

И Верховный жрец пустился в крайне подробное описание как умирают аристократы, не удержавшие в узде ману. Самым страшным во всем этом было сухость и ровность его голоса:

—Сначала, манна начинает истекать в их тела, достигнув определенного количества, она начинает истекать за их пределы. К этому времени, их тела уже не способны исполнять свое предназначение как сосудов для маны. Их кожа набухает, идет пузырями — на вид очень похоже на пузыри в кипящей воде. Но когда кожа больше не может сдерживать напора маны, она и все что под нею, лопается, разметывая в стороны ошметки плоти и кр-

—Гьяяяяяя! Гьяяяяяя! Гьяяяяяя! Я вас не слышу! Я не хочу вас слышать! Неееееет! — Я закрыла уши руками, прижимая ладони к ушным раковинам со всей возможной силой, и еще накинула на голову одеяло. Но Верховный жрец сорвал его с меня и силой отвел ладони от ушей.

—Держи себя в руках, Мэйн, я ведь еще не закончил.

—Извините меня, Извините меня. Я больше никогда так не сделаю! Я никогда не позволю мане так себя вести. Так пожалуйста, простите меня! Я не хочу быть вся в пузырях! Я не хочу разлетаться на куски! Хваааатит! — Я упала ничком на постель, хлюпая носом и заливаясь слезами от самого настоящего ужаса.

Верховный жрец понимающе кивнул и проговорил:

—Что ж, хорошо. В следующий раз когда ты потеряешь управление маной, я привяжу тебя к креслу так что бы ты не могла закрыть уши и ли сбежать, и после тебе придется выслушать это описание смерти до самого конца.

Представив себя привязанную к креслу и вынужденную слушать выслушивать одну ужасающую подробность за другой, я отчаянно затрясла головой, пытаясь отогнать прочь эту картину.

—Этого больше не повторится! Я обещаю!

Искренность в моем голосе вызвала у Верховного жреца довольную улыбку:

—Хм, наверно этот способ можно будет использовать и в других случаях в будущем, — пробормотал он, и у меня по спине от этих слов побежали мурашки.