Том 20 · Глава 450. Возвращение и встреча за ужином

Для возвращения в Эренфест пришлось снова воспользоваться магическим кругом перемещения. Поэтому я плотно зажмурила глаза, чтобы выдержать тошнотворное ощущение вращающегося вокруг мира.

—Добро пожаловать домой, госпожа Розмайн, — взревел Бонифаций. Мои глаза все еще были закрыты, но звуков этого громоподобного голоса было достаточно, чтобы точно убедиться — я в Эренфесте.

—Остановись, отец.

—Не двигайтесь, наставник.

Я открыла глаза и увидела Карстеда и Ангелику, которые стояли по обе стороны от моего дедушки и сердито смотрели на него, пока тот с широкой улыбкой пытался кинуться мне на встречу. Инстинктивно я приняла защитную позу, вспомнив прошлогодний случай, когда Бонифаций чуть не сбил меня с ног от переизбытка радости.

—Отойдите в сторону, вы!.. — приказал старик. — Почему я должен сдерживать свою любовь, когда моя внучка уже второй год подряд является первой в классе?!

—Потому что в ином случае, вы ее убьете, отец, — сказал Карстед. Мои рыцари сопровождения были полностью согласны с этими словами, и увидев, что все против него, Бонифаций все-таки сдался, понуро опуская голову. Я ценила то, что он так восхвалял мои успехи, но куда более ценной для меня была целостность собственной головы.

—Дедушка, разожми пальцы, — попросила я. Он сделал, как было велено, и тогда я обхватила его указательный и средний пальцы своими. Мне бы хотелось как следует держать его за руку, но размеры наших ладоней были несопоставимы. — Мы можем пойти в мою комнату вот так. Поэтому давайте вместе пройдем весь путь до северного крыла вместе.

—Хорошо!

—Наставник, главное ни в коем случае не сжимайте руку, — напомнила Ангелика. — Если вы сделаете это, то сломаете Розмайн пальцы.

Пока рыцари сопровождения со страхом смотрели на меня, я выполнила важнейшую задачу — дойти до северного корпуса, держа Бонифация за руку.

—Может быть мы снова встретимся за обедом? — спросила я Бонифация, прощаясь с ним, после того как мы дошли до моей комнаты. После я представила своего нового последователя всем, кто оставался в замке в то время, как я была в академии. — Это — Родерих, служащий-ученик, который посвятил мне имя. С этого момента он будет жить в общежитии для рыцарей как один из моих последователей. Дамуэль, пожалуйста, немедленно отведи его туда. Я уже обсудила этот вопрос с аубом Эренфеста, так что для него уже должна быть подготовлена комната.

—Понял.

—Родерих, поговори с Хартмутом и Филиной на счет твоей работы, — продолжила я. Сейчас все собирались разбирать свои вещи, привезенные из дворянской академии. Так что занятия для несовершеннолетних последователей начнутся только завтра.

—Чай готов, госпожа Розмайн, могу я предложить вам пройти в комнату для чаепития? — предложила Оттилия. — Ваши брат и сестра уже ждут вас, — похоже она подготовила напитки для нас и наших последователей, чтобы мы могли скоротать время, ожидая пока наши слуги закончат с распаковкой багажа.

Вот так, Ангелика и Оттилия увели меня в комнату для чаепитий в главном здании, где я увидела Вильфрида и Шарлотту, которые сидели и потягивали чай.

—Комната Мельхиора была подготовлена, пока мы были в академии, — сказал Вильфрид. После крещения и до самого совершеннолетия дети герцога жили в северном крыле. Как и в общежитиях академии, комнаты мальчиков располагались на нижнем этаже, а девочек — на верхнем. Вильфрид был очень рад соседству Мельхиора, ведь до этого он жил там один.

Судя по всему, все необходимые приготовления к переезду были завершены даже раньше, чем обычно. Я была приемной сестрой Мельхиора и не являлась его кровной родственницей, поэтому не могла навещать его в главном корпусе, где он жил сейчас. Я видела его только единожды, когда его привели в столовую, чтобы он мог пожелать нам спокойной ночи, но мы никогда полноценно не разговаривали с ним.

Но все-таки одну вещь о Мельхиоре я запомнила. Он был очень похож на Флоренцию. Как внешностью, так и своей аурой. Волосы у него были пурпурно-синего цвета, как и у Сильвестра, что добавляло ему большего сходства с отцом, чем у Вильфрида. Но тем не менее, я не могла представить Мельхиора мини-Сильвестром, поскольку всегда думала так именно о Вильфриде. Пожалуй это было странным.

—Если говорить об этом, — вспомнила я. — Сильвестр упомянул, что крещение Мельхиора будет проходить одновременно с праздником весны.

—Верно, — кивнул Вильфрид. — Мельхиор родился весной. Я тоже, если уж на то пошло, мое крещение тоже совмещали с пиром. Я помню что тогда бабушка... — его ностальгические воспоминания оборвались, когда он заметил мой взгляд.

Надеясь сломать установившееся неловкое молчание, я снова перевела разговор на крещение Мельхиора.

—Я собираюсь благословить его как глава храма, так же как я благословляла тебя, Шарлотта.

—Мельхиор наверняка будет рад этому, — ответила Шарлотта. — Твоя улыбка придавала мне сил, когда я поднималась на сцену.

Пока мы ждали, пока наши последователи позовут нас, Шарлотта рассказала мне о том, как была обставлена комната Мельхиора. Я действительно очень хочу поскорее познакомиться с ним.

Для Фердинанда и Бонифация было обычным делом устраивать ужин в тот же день, когда мы возвращались в Эренфест. Я, как обычно, сидела рядом с дедом, и мы все вместе обсуждали состязание герцогств, игру в диттер против Дункельфельгера, нападение во время церемонии награждения и танец Корнелиуса с мечом. Оглядываясь назад, можно сказать, что за такой короткий промежуток времени произошло слишком много всего.

—Рыцари-ученики просили у тебя благословение Бога Тьмы, несмотря на то, что черное оружие запрещено?! — спросил Бонифаций, едва сдерживая свое возмущение. — Они намеревались подставить под гнев короля собственного кандидата в аубы?! Кажется, они совершенно забыли, кого должны защищать в первую очередь! Может быть они повышают свои навыки в диттере, но они явно все еще ничего не смыслят в том, как быть рыцарем! — его выражение лица мгновенно окаменело и стало серьезным. — Хм... Может быть, мне стоит поехать на следующее состязание герцогств вместо Фердинанда.

Фердинанд в ответ на эти слова усмехнулся.

—Теперь я действительно могу оценить это предложение. Насилие — это явно не моя сильная сторона.

Ты — лжец... Это абсолютная ложь!

Если отложить в сторону бои, то Фердинанд помогал во многих вещах во время состязания герцогств и выпускной церемонии, так что я хотела бы, чтобы он приехал и в следующем году.

—Хорошо. Хорошо. Тогда решено, — кивая, сказал Бонифаций. — Я поеду в следующем году. Что бы ни случилось, ты будешь в безопасности рядом со мной, Розмайн.

—Но кто будет врачом Розмайн, если ты не поедешь, дядя? — спросил Вильфрид, пытаясь предотвратить надвигающуюся катастрофу. Сильвестр кивнул, соглашаясь с каждым сказанным словом, и я конечно была солидарна с их мнением. Никто не разбирался в вопросах связанных с моим здоровьем лучше, чем Фердинанд, а состязание герцогств было настолько загружено заботами и делами, что мне обязательно был нужен кто-то, кто присматривал бы за мной и следил за тем, чтобы я не совершила каких-нибудь фатальных ошибок во время общения. Всего этого явно было слишком много, чтобы свалить эти обязанности на Бонифация.

—Поскольку я больше не буду присутствовать на состязании герцогств, Розмайн, нам придется оставлять тебя в общежитии, вместе с Бонифацием, — заключил Фердинанд. — Это твоя судьба и ты должна принять ее. В такие моменты мы должны выбирать меньшее из двух зол.

Фердинанд вел себя странно с тех пор, как встретился с командиром рыцарей Центра в библиотеке. Он ни с того, ни с сего начал пытаться полностью уклониться от посещений дворянской академии, и это стало совершенно ясно в нашем текущем разговоре.

Серьезно, что вообще означает «Адальгиза»?

Мне было любопытно, но судя по тому, как переживал Фердинанд, я могла догадаться, что это не та тема, которую стоит внезапно поднимать во время разговора. А пока мне нужно было просто плыть по течению и надеяться, что дела наладятся.

—Давайте вместо этого подумаем о предстоящем весеннем молебне, — предложила я. — Мы можем обсудить следующее состязание герцогств тогда, когда эта тема будет более актуальной. К тому времени, возможно, я окрепну настолько, что смогу следить за своим здоровьем без участия Фердинанда.

—Невозможно, — отрезал Фердинанд.

Серьезно?! Я вообще то стараюсь быть внимательной к тебе!

Сдерживая свое желание зарычать на него, я продолжила говорить о весеннем молебне. Мне нужно было подготовиться к длительному путешествию , а это означало спланировать все вместе с Вильфридом и Шарлоттой. Сейчас было самое удобное время для этого, ведь Фердинанд тоже здесь. Я спросила Сильвестра, какая новая провинция выбрана для того, чтобы заложить там печатную мастерскую, и начала планировать кто и куда поедет, принимая во внимание разъезды Гутенбергов.

—Отец, Мельхиор присоединится к нам во время весеннего молебна? — спросил Вильфрид.

—Нет, — ответил ему Сильвестр. — Он еще не научился контролировать свою ману. Я не могу представить, что он будет помогать вам до следующего года.

То, что случилось со мной, после инцидента с похищением Шарлотты, стало причиной тому, что ей пришлось спешно учиться контролировать свою ману во время зимнего общения, чтобы помочь с весенним молебном. У Мельхиора не было таких жестких временных рамок, поэтому было решено, что он присоединится к нам в следующем году.

—Была ли обнаружена какая-то информация о создании сцен для весенних молитв? — спросила я Сильвестра.

—К сожалению, нет, — ответил он. — Я продолжу свои поиски, но это будет не просто, — в качестве альтернативы в этом году Фердинанд собирался взять с собой группу служащих в Хальдензель для изучения магического круга и церемониальной сцены.

—Я должна вернуться в храм, — сказала я. — Мне нужны моя церемониальная одежда и другие мелочи.

Сильвестр покачал на эти слова головой.

—Ты можешь оставить это на своих слуг. Как ты думаешь, зачем еще я разрешил твоим последователям посещать храм?

Я хлопнула в ладоши, когда поняла, что никогда даже не задумывалась о такой возможности. Я никогда и не думала о том, что могу оставить часть храмовых дел моим последователям из замка.

—Я планирую отправить Юстокса в храм, в сопровождении твоего последователя, — сказал Фердинанд. — Я свяжусь с Франом с помощью магического письма, и скажу ему подготовить все необходимое.

—Спасибо.

Мои мысли вскоре перешли от храма к нижнему городу, если подумать...

—Сильвестр, когда начнутся продажи книг компании «Плантен»? — спросила я.

—Поговори с Морицем и обслуживающим персоналом игровой комнаты, чтобы уточнить все детали.

—Поняла. Еще кое-что, когда будет урок по сжатию маны? Шарлотта должна будет участвовать в этом году, а у меня новый последователь. Список учеников уже составлен?

—Да. Приглашения для всех участников уже разосланы.

Я позаботилась о том, чтобы Родерих и Филина были добавлены в этот список. Договор Филины нужно будет перезаключить, чтобы он распространялся на всю страну, а не только на наше герцогство.

—Итак, когда ты планируешь передать информацию, собранную в дворянской академии нашим служащим? — спросил Сильвестр.

—Я была бы признательна, если бы мне дали два дня на то, чтобы обсудить последние детали с служащими.

—Считай, что это согласовано. Я свяжусь с центром сбора данных и сообщу дату, как только мы договоримся на ее счет.

Сильвестр и я начали обсуждать, что еще нужно сделать до тех пор, пока все дворяне находятся в дворянском районе. Нам было удобнее обсудить это лично, потому что переписка займет слишком много времени, и в таком случае все это может затянуться до праздника весны.

—Розмайн, — сказал Фердинанд. Я повернулась и увидела, что он смотрит прямо на меня, а его палец снова постукивает по виску, выдавая его раздражение. — Пусть Вильфрид и Шарлотта сопровождают тебя, когда ты будешь передавать информацию, собранную в дворянской академии.

—Зачем? — спросила я. Я планировала включить их в этот процесс в следующем году, ведь если они присоединятся сейчас, то скорее всего будут сильно отставать от нас из-за недостатка знаний.

Фердинанд вздохнул.

—Ты с самого начала ясно дала понять, что твое основное намерение — собирать истории из других герцогств, верно? Просто случайно к этой информации начала примешиваться еще и информация о делах других герцогств. Но в любом случае, все эти данные очень важны для герцогства, и центр сбора данных сейчас очень ее ждет. Поэтому ее нельзя передавать без присутствия Вильфрида, который в будущем станет герцогом.

Больше всего на эту новость отреагировал Вильфрид, он задрал подбородок вверх, показывая, что он в полной боевой готовности. Если бы главы различных ведомств герцогства, о которых говорил Фердинанд, на ежегодном собрании по передаче данных видели только меня, то они бы начали выделять меня среди остальных кандидатов в аубы.

—Более того, так как договоры были изменены, а герцог теперь лично возглавляет полиграфическую промышленность, сбор историй превратился в дело герцогства, — продолжил Фердинанд. — Они больше не могут спонсироваться только из твоего бюджета.

Мне все еще казалось, что печатное дело существует в первую очередь для удовлетворения моих увлечений, но теперь, когда появились официальные договоры с другими герцогствами, завязанные на книги, это становится делом бюджета Эренфеста.

—Также ты должна передать часть своей текущей нагрузки последователям Вильфрида и Шарлотты, — добавил Фердинанд. — Это замечательно видеть, насколько вырос уровень навыков твоих последователей, но их превосходство над другими последователями тоже становится все очевиднее.

Они так быстро совершенствуются, потому что вы продолжаете нагружать их работой в храме...

Пока я протестовала внутри, Фердинанд снова заговорил, на этот раз его тон звучал тише, так чтобы его слышала только я.

—Ты будешь первой женой, а не аубом. Не выделяйся слишком сильно.

Очевидно, его намерением было напомнить мне, что мне нужно быть поддержкой Вильфрида, а не выпячивать собственные достижения.

—Я собираюсь развивать печатную промышленность, потому что это мое желание, — сказала я. — Поэтому я не считаю правильным доверять эту работу Шарлотте и Вильфриду, все-таки они не являются моими подчиненными. О... Но так как вы уже когда-то обучали моих последователей, возможно, вы предлагаете мне сделать то же самое и обучить их последователей?

Хотя я не уверена, что это работа для меня...

—Сколько раз я должен говорить тебе, чтобы ты не взваливала на себя еще больше работы?.. Они сами могут заняться образованием своих последователей. Я хочу сказать, что теперь книгопечатание это не только твоя работа, и ты должна убедиться, что эти знания будут переданы и дальше.

Мне казалось лицемерным, что такой трудоголик как Фердинанд, говорит мне разделить мою рабочую нагрузку и поделиться знаниями, но я не могла отрицать того, что он всегда действовал для поддержки герцога. Поэтому я пошла ему на встречу и согласилась, хотя и не была полностью убеждена его словами.

На следующий день я позвала Шарлотту, Вильфрида и их последователей, в соответствии с полученными инструкциями, а затем начала распределять информацию, которую мы получили в дворянской академии.

—Шарлотта, пожалуйста, займись этими расчетами. Вильфрид, пожалуйста, перепиши эту информацию на один лист.

Необходимость учить всех новым навыкам на самом деле не сильно увеличивала мою рабочую нагрузку, так как нам в любом случае нужно было обучать этому Родериха. Я проверяла всю информацию, которую мы будем передавать взрослым, и в то же время, попросила Филину подсчитать, сколько бумаги и чернил мы потратили, чтобы определить необходимую сумму для компенсации этих затрат.

Я следила за каждым, и видела, что Вильфрид и Шарлотта не отстают от своих последователей и работают наравне с ними. Однако дело шло куда медленее, чем планировалось. Для того, чтобы сделать работу, с которой с легкостью справлялся один Хартмут, требовалось три человека, которые корпели над ней в поте лица.

Как и говорил Фердинанд, мои последователи куда компетентнее... Но что я могу с этим поделать? Я не могла придумать никаких методов для уменьшения этого разрыва.

Как только информация была систематизирована и разбита по отделам, которым она будет нужна, я попросила Вильфрида и Шарлотту составить мне компанию на встречах с руководством различных отделов герцогства. Мы должны были представить эти данные в наиболее выгодном свете, выжать денег из тех, кто будет в ней заинтересован и распределить прибыль между теми, кто ее добывал.

—Ты успела сделать все это в прошлом году, несмотря на то, что так долго болела? — с раздражением спросил Вильфрид.

—Теперь я понимаю, почему дядя так хочет уменьшить твою рабочую нагрузку, — добавила Шарлотта. — Если хочешь, ты можешь полагаться на нас еще больше.

—Я очень благодарна тебе, Шарлотта, — ее добрые слова вызывали у меня улыбку.

Вильфрид кивнул, соглашаясь со своей сестрой.

—Мы помолвлены, но я ничего об этом не знал, — сказал он. — В будущем, ты не могла бы звать меня, когда будешь говорить с отцом о вашей работе?

—Конечно, — согласилась я. — Именно так я и поступлю в следующий раз.

Когда урок по сжатию маны был окончен, Родерих начал постоянно практиковать его, преодолевая тошноту, вызываемую болезнью сжатия, которая, без сомнения, его одолевала. Именно в это время его отец попросил о встрече со мной, ведь его сын не вернулся домой, а новости о том, что он стал моим последователем разошлись во время зимнего общения.

Я отказала в этой просьбе. Вместо меня этот вопрос взял на себя Сильвестр.