Том 1 · Глава 17. Подготовка

Кавик ждал ее за больницей в круге примятой травы.

—Все те люди были из Бин-Эра? — спросил он, когда Янгчен вышла.

Он звучал спокойно, но это давалось тяжело.

—Многие, — сказала Янгчен. — Побег из города без пропуска обычно означает, что с собой мало еды, как и нет знаний, чтобы добраться безопасно до Храма Воздуха. Нам приходится следить за окрестностями на зубрах, чтобы забирать тех, кто заблудился. В этих горах можно зайти не туда и…

—Что будет? — спросил он, кивая на больницу.

—Настоятель Сонам отправит команду на поиски ее ребенка, — эти слова могли к чему-то привести. Можно было лишь надеяться. Она посмотрела на напряженную позу Кавика, он держал вес на носочках, словно тут был противник, с которым он мог сразиться врукопашную за судьбу пропавшего мальчика. Было бы так просто. — Нельзя давать этому ранить тебя, — сказала она. Цитировала. Она слышала эти слова не одну жизнь. — Ты спас чью-то жизнь. Нужно держаться за победы и отпускать поражения, иначе не сможешь снова спать.

Он смотрел на свои ступни, словно в земле была закопана мудрость.

—Идем, — она задела его руку. — Я покажу тебе Храм Воздуха. Тебе нужны истории для родителей.

—Я думал, что останусь тут. Мне можно на священную землю?

—Ты — гость Аватара. Тебе можно во много мест. Отойди немного.

Янгчен отошла, потом свернула язык, сжала губы и издала пронзительный свист, который начался низко и становился все выше, настолько, что человек уже не мог это слышать. Большая тень выросла вокруг ног Кавика. Он отскочил на случай, если шум потревожил ком снега или булыжник над ними.

Но лавина не случилась. Вместо этого летающий зубр Янгчен обрушился на землю, сотрясая ее шестью лапами. Нуцзян тряхнул кудрявой гривой и подставил голову угасающему солнцу, подняв переднюю лапу.

—Хватит прихорашиваться, — сказала Янгчен своему спутнику-зверю. Нуцзян жил ради появлений, восхищения, ему нравилось быть зубром Аватара среди зубров. Порой это было неприлично.

—Ох, — Кавик замер, ладони уже тянулись к мягкой шерсти. — Можно?

Янгчен кивнула. Он погладил блестящую белую шубу зубра, получив в ответ одобрительное урчание.

—Нуцзяну ты нравишься, — сказала она. — Это хороший знак.

—Ты назвала зубра «Стрела»? Как-то без воображения, не думаешь?

—Мне было восемь! Умолкни! — она фыркнула и с маленьким торнадо подняла себя на зубра, плюхнулась, и одеяние опустилось вокруг нее. — Ты залезаешь или нет?

Кавик с неохотой перестал гладить зубра и забрался в седло за ней. Широкая платформа была без сидений. Он сжал поручень и смотрел за край, на места, где шерсть зубра была заплетена на раме седла.

—Откуда он знает, когда взлетать, а не идти? Нужно двигать поводьями или сказать что-то а-а-а-а!

Нуцзян взлетел быстро, как стрела. Янгчен научилась общаться со спутником пятками, взглядом, тоном. Кавик отлетел, выпрямился и стал кричать на глупого кучера. Но вскоре он захихикал.

Янгчен хотела отвлечь его от мрачных мыслей. Сработало. Ветер бил в лица, резкий и холодный. Шум, вылетевший из его горла, был создан чистым весельем.

Они летели.

Янгчен невольно улыбнулась, глядя, как Кавик вопит с несдержанной радостью. Это было глупо, но она не шутила. Проверка Нуцзяна была важной. Ее спутник-зубр инстинктивно не любил многих членов ее команды, которые оказывались шпионами, например, Сидао. Но сердце этого мальчика было создано для небес.

—Сделай петлю! — закричал он.

Может, чересчур хорошо подходило.

—Если ты будешь путешествовать со мной, тебе нужно научиться управлять Нуцзяном самому. И это означает, что нужно знать, что можно и нельзя делать в воздухе. Зубры летают без опоры, люди — нет. Даже маги воздуха.

Смысл ее слов был утерян.

—Я возьму поводья?!

Янгчен закатила глаза и направила зубра резким поворотом к лентам стен СеверногоХрама Воздуха. Ровная земля не существовала среди звезд и скатов, и резко выделяющиеся башни на небе усиливали ощущение изоляции. Южный Храм был рядом с карстами, а Восточный и Западный были построены как связанные острова. Но Северный был одиноким.

Она дала Кавику глазеть на тренировочный двор с узором для ходьбы кругами, монастыри, открытые воздуху, они даже пролетели через чеканные стойки ворот для поло на зубрах. Нуцзян опустился на террасу посреди большой синей полосы в центре.

—Это было круто! — заорал Кавик, все еще пытаясь перекричать ветер. — Прости. Это было невероятно. Летать всегда так весело?

Он был таким мрачным в Бин-Эре, но сейчас счастье было заразительным. Янгчен стало теплее, словно ее грело солнце. Ей нравилось то, что ее согревало.

—Мне еще не наскучило.

Кавик спешился первым и протянул руку, чтобы помочь ей. Она спрыгнула над его головой и приземлилась за ним.

—Да, — буркнул он. — Маг воздуха.

—Но спасибо за галантность, — Нуцзян улетел, подняв порыв ветра, чтобы найти еду среди деревьев. Янгчен повела Кавика к храму, попросив его не наступать на крабов-отшельников, усеявших дорогу.

Двери не перекрывали вход в большой зал. Можно было войти, все время глядя на грозного зубра, вырезанного на дальней стене. Янгчен он больше напоминал фыркающего дракона, а не зубра, но, может, когда его создавали тысячи лет назад, спутники ее народа были не такими дружелюбными.

Она предпочитала рисунки на стенах, монахи были нарисованы на облаках краской, которая выцветала со временем, преподавая урок непостоянства. Чтобы сохранить их, нужны были навыки, которые передавали из поколения в поколение, постоянные усилия веками. Упражнение было абсолютно тщетным против силы времени, но его стоило выполнять. Как многое в жизни.

Кавик кружился, шагая за ней, пытаясь рассмотреть статуи старейшин в нишах.

—Так много, — сказал он. — Они сделают и твою статую?

—Когда я умру, храмы исполнят традицию Аватара, — Янгчен скривилась. — Надеюсь, моя будет меньше этих. Мне не нужно, чтобы все смотрели вечность на мою большую голову.

Они вошли в круглый монастырь. Группа юных монахинь из Восточного Храма шла в другую сторону. Они серьезно поклонились Янгчен, она сделала жест благословения. Некоторые приподняли брови, глядя на Кавика, но промолчали. Было понятно, что Аватару нужна была помощь других народов в делах мира.

Оскорбление раздалось, когда они прошли мимо нее:

—Куда идут Западные? — крикнула главная монахиня. Янгчен повернулась, увидев, что она указывала тремя пальцами на землю. Девочки ответили в унисон:

—ВНИЗ! ВНИЗ! ВНИЗ!

По законам, нерушимым, как все у ее народа, Янгчен была обязана ответить. Она прижала ладони вокруг рта.

—Тебе семь и десять в моей эпохе! Восточная сторона хуже всего!

—Разрыв быстро сокращается, Аватар! — восточные монахини уходили с улыбками, раскрыв широко руки, дразня, но стали вести себя прилично, пройдя в главный зал.

Кавик был ошеломлен.

—Соперничество в аэроболе, — объяснила Янгчен.

Она повела его вверх по лестнице к одной из башенок. Они обогнали вереницу юных монахов, заканчивающих дела, неся ведра мыльной воды, ударяясь коленями об деревянные края. Кавик рассматривал каменные построения. Может, он ощутил любое притяжение своей стихии оттуда. Янгчен ощущала.

—Знаешь, — сказал он. — Если пробурить несколько дыр и сбить пару старых стен, поток будет двигаться выше.

В нем говорил город. Янгчен покачала головой.

—Люди должны знать вес воды. Цель жизни — не удобства, — но она повернулась и направила воду из ведер, подняла ее шарами в воздух. Мальчики радостно завопили, следуя за ней и Кавиком выше, временно освобожденные от ноши. — Только один раз! — сказала она. — Не говорите настоятелю!

Они добрались до вершины лестницы, оставили небольшой парад и вошли в башню. Внутри снова ждали ступени, вели спиралью все выше вдоль стены. Ради его гордости она не спешила. Воздух в горах был разреженным, редкие привыкли к концепту «плоскость магов воздуха». Долго подниматься, долго опускаться, но остаться на той высоте, где и начал. Пустяки.

Вершина башни была маленьким полом для медитации, открытым со всех сторон. На западе опускающееся солнце окрасило горный туман в сиреневый. Утесы вокруг Северного Храма Воздуха обрывались так резко, что вид из его окон вызывал мысль, что место парило в небе.

—Чудесно, — вздохнул Кавик.

Янгчен обошла его, чтобы не закрывать свет.

—Я должна хоть раз увидеть закат, когда прибываю в Северный Храм. Это было любимое место моей… — она заставила себя это сказать. Не было смысла прятаться от памяти о Джетсун. — Моей сестры. Она первой показала мне его.

—У тебя есть сестра, — сказал Кавик, все еще очарованный оранжевым сиянием вдали.

Янгчен надула губы.

—Это так странно?

—Нет. Прости. Это нормально, — он повернулся, солнце падало на его скулы. — Такая большая разница между… то есть…

Он махнул ладонями, чтобы начать заново.

—Сверху ты такая, как я представлял Аватара. Вдохновляющий герой. Внизу ты совсем другая. Я не могу это понять.

Ах. Да. Старый вопрос. Почему ты такая? Но контекст был другим. В прошлом вопрос звучал из ртов старейшин, пока они плакали и боялись ее.

—Ты слышал о месте под названием Тиенхайши? — спросила она. — Это был город искусств и культуры. В чем-то величайший в мире.

—Там ты билась с великим духом, — сказал Кавик. — Я знаю основную историю. Сложно поверить, что я смотрю на человека, который одолел великана из моря, — он сделал паузу. — Но со временем я все чаще слышал, что это тайфун устроил обвал. Не пойми меня превратно, я был бы так же потрясен, если бы ты смогла остановить бурю.

Янгчен утомляло то, что, что бы ни случалось, сколько бы свидетелей ни было, кто-то топал ногой и заявлял, что все было иначе. Мелочно пытались завладеть не своей историей.

—Это был дух, — сказала она. — Видел бы ты бой. Я была той, что сверху. Сильной. Величественной.

Она сжала кулак перед своим лицом, повернула пальцы к себе, а потом разжала ладонь, не зная, как еще выразить Состояние Аватара. Кавик, наверное, не понял, что она имела в виду этим жестом, но он уловил достаточно.

—Я заключила сделку с титаном, — сказала она. — Он отложит агрессию, а люди покинут ту часть берега. Мои люди сейчас заботятся о земле, где был Тиенхайши и поводят ритуалы как часть соглашения. Пока это работает. Хоть одно Четыре Народа уважают — священные места Воздушных кочевников.

Кавик кивнул. Аватар хорошо делала работу. Правда. Проблемой были последствия, оставшиеся вихри, дым после огня.

—Бой разбил город, — продолжила Янгчен. — Дома разрушены. Жителям было некуда идти. Я осталась с ними, искала для них новые места. Я не думала, что будет просто, но я думала, что будет прогресс. «Верьте», — сказала я народу Тиенхайши.

Солнце было едва видно.

—Мы ходили от города к городу, двери закрывали перед нашими лицами, даже я не могла уговорить их открыть. Люди ждали нас, вооружённые, прогоняли нас. Мы спали в полях, жили на подаяния. Мои друзья-монахи добывали для нас припасы мольбами, — она вспомнила, как посылала Нуцзяна подальше, боясь, что он съест слишком много еды, собранной в округе. Собирала семена, съедобную кору и прочее. — Как только мы стали терять людей из-за болезни, я дала обещание, — сказала Янгчен. — Я буду задабривать, льстить, скулить, использовать все доступные мне тактики, чтобы добиться цели. Все стало проще, когда я стала играть, давя в нужной ситуации.

Она не была обязана описывать детали, но они полились из нее как вода.

—Как-то раз я смогла найти место для многих ремесленников Тиенхайши, соврав двум состязающимся аристократам о том, как сильно другой хотел заполучить так много умелых работников, — сказала она. — Пришлось подделать пару писем. Это было весело. В другой раз я запугала верящего духам мужа губернатора так, что он угрожал убежать от нее, если она не проявит больше доброты, открыв свои территории.

Она ждала отвращение Кавика, слов, что она испортила для него картинку Аватара. А потом она вспомнила, что уже сделала это в Бин-Эре.

—Со временем людей Тиенхайши поглотил континент, — сказала она. — Мы нашли пахотную землю для работы некоторых, другие добрались до семей в Ба Синг Се. Уверена, некоторые из них сейчас в городах шаней, нуждаются в помощи. Представляешь? Аватар подводит тебя ужасно дважды за одну жизнь.

Янгчен кривилась в сгущающихся тенях башни, пока не убедилась, что не сорвется. Свет над горами был прохладным и тусклым. Подходящее место для истоков той, какая она внизу.

—Я узнала, что не могу заставить людей поступать правильно. Но я могу… направлять их. Я могу давать подходящую, выгодную правду, которая помогает им видеть с более просвещенной перспективы. Маги воздуха зовут это «сформированными учениями».

Она искажала определение, чтобы ощущать себя лучше. Понять техники шпионажа, обмана и подделок не было трудно. Аватары часто были гениями, быстро учились, если была мотивация. У Янгчен был доступ ко многим жизням, прожитым в здоровые эпохи. Какая из них не была умелым обманщиком ко времени своей смерти? Один августейший Сцето уже был библиотекой интриг.

Тишина.

«Он осуждает меня», — подумала Янгчен.

—Что твоя сестра думает об этом? — спросил Кавик.

Ее застал врасплох этот вопрос.

—Что?

—Что твоя старшая сестра думает о том, как ты выполняешь работу Аватара? — он почесал голову. — Почему-то я думаю, что она старше.

—Я… не знаю, как она отреагировала бы на то, что я делаю сейчас, — для Янгчен жизнь до и после Джетсун была частями, которые не могли соединиться. — Она умерла, когда я еще не начала работать. Я равнялась на нее больше всего в мире.

Аватар Янгчен с Джетсун рядом могла быть другим лидером.

—Уверена, она сказала бы мне замедлиться. Не торопиться. Думать о том, как будет в дальнейшем. Откуда ты узнал, что она была старше?

Кавик скрестил плотно руки. Он мог пытаться остановить ответ или выдавить его.

—У меня тоже был такой человек в жизни, — сказал он. — Другой работник, которому я пытался подражать. Старше. Умнее. Казалось, я оглядывался каждый раз, когда принимал решение. Хотел узнать, смотрит ли он.

У них была схожая слабость.

—Потому что они не дали бы нам сделать неправильный выбор, — сказала Янгчен. Без кивков, покачивания головой, без их веса и присутствия пропадало равновесие. И всегда было сомнение в следующем шаге. — Твой друг ушел?

—Ушел, — сказал Кавик. — Его ничто не держало в Бин-Эре, и он убежал из города, как только добыл пропуск.

Они были близки, раз из-за его маски вытекала такая горечь. Кавик потер грудь, не выпрямляя скрещенные руки, словно он пытался удержать в себе содержимое бутылки.

—Видимо, нам придется решать самим, да? — сказал он. — Никто не скажет нам, по какому пути идти.

—Точно, — Янгчен была рада, что нашла того, кто понимал. Было неблагодарно так думать, но вся мудрость прошлых жизней не могла сравниться с уверенной рукой Джетсун в ее ладони, нежно направляющей ее в нужную сторону. — Ты сомневаешься в своем решении присоединиться ко мне?

—Нет, если мы будем предотвращать такие ситуации, как в больнице.

Его пыл удивил ее.

—Если бы в Бин-Эре лучше заботились о людях, та женщина не рискнула бы походом в горы, — сказал Кавик, провел языком по зубам, признак искреннего раздражения. — Она не была бы разделена со своим ребенком.

«И у нас была наша победа, — Янгчен понимала, что ее новый агент видел цепь событий, ведущую от жадности к пренебрежению страданиями. Что важнее, он хотел это видеть. И его реакция была недовольством. — Хорошо».

—Знаешь, что? — сказала она.

—Что?

—Думаю, с каждым разговором я доверяю тебе немного больше.

Снаружи начали сумеречный танец светлячки. Земли храма стали проколотым абажуром. Солнце садилось рано в это время года, от этого было меньше времени у команд спасения безопасно проверять горы.

Воздух наполнило безумное хлопанье, вызванное лампой на башне, теперь одним из ярких источников света в небе. Кавик услышал это и насторожился, но не мог понять, откуда доносился звук.

—Что это за шум? — сказал он, а потом белая пушистая масса врезалась в его лицо. Другая попала по его затылку.

Начался хаос. Янгчен не могла понять, кто кричал громче, мальчик или крылатые лемуры.

—Пик! Пак! — закричала она. — Хватит!

Кавик размахивал руками, Пик висел упорно на его волосах.

—Убери их с меня!

—Не паникуй, это мои друзья! Просто я надолго оставила их, и они недовольны! Успокойся, и они успокоятся!

Ее совет не услышали. Ей пришлось отцеплять когти Пака по одному от ушей Кавика. Кавик смог удержать Пика на расстоянии руки, выбросил борющегося зверька в окно, согнулся и вытер язык пальцами.

—Пхе! У меня шерсть во рту! Пхек!

Он сам узнал, откуда взялись имена Пик и Пак. Они часто цеплялись за чужаков, которые были рядом с ней, и они сильно линяли. Она не могла есть рядом с лемурами, не получив шерсть в еде.

—Если они опять нападут, сделай так, как ты сделал, — сказала она. — Брось их в воздух, и они улетят, — она позволила Паку взбежать по ее руке и улететь во тьму.

—Они могут летать?!

Она прищурилась, глядя на Кавика.

—Ты бросил моего лемура из башни, не зная, мог ли он пережить падение?

—Я защищался от жуткой мелкой крысы, напавшей на меня, если ты об этом!

А они почти нашли взаимопонимание.

—Холодает, — сказала Янгчен. — Я покажу тебе остальной храм. Надеюсь, ты не намочишь штаны из-за мотыльков.

—Я ненавижу тебя.

—Это я слышала.

Кавик не мог уснуть. Разреженный воздух не давал расслабиться в гостевой комнате, устланной одеялами. И вечером его мучило раздражение.

Он ощутил зуд в животе, увидев монахов, закончивших уроки и медитацию, общающихся у свеч или сидящих на ступенях террасы, не переживая о мире. И еще раз, когда его пригласили поучаствовать в ужине и показали, как смешивать масло с его ячменной кашей.

К концу ужина у чувства появилось название. Зависть.

Кавик завидовал магам воздуха, ощущающих себя как дома в их огромном храме. Наверное, везде для них был дом, ведь они были кочевниками, но среди людей, которых радовала их стихия, тоска по Северу стала сильнее. Он ошибся, научив юных монахов игре в перетягивание палки, и ему пришлось рано уйти спать, чтобы не расплакаться, глядя на них.

Порыв проник в окошко его комнаты. Он встал и уперся локтями в подоконник, глядя на горы. Вершина храма была такой отвесной, что он не видел землю внизу. Если он не будет осторожен, скатится за край мира.

Взгляд упал на одинокую фигуру, сидящую на самой высокой колонне того, что ему назвали полем для аэробола. Даже издалека он узнал Аватара. Она была легко одета, стояла на носочках, принимая ветер.

Может, она восприняла всерьёз насмешки ребят из Восточного Храма и тренировалась. Кавик смотрел, как она провела пальцами в невидимом потоке и спрыгнула с колонны. Он понял, что она была без планера или зубра, когда она пропала из виду.

—Эй! — закричал он, хотя его голос не долетел бы до нее. — Не надо!

Ему не нужно было паниковать. Янгчен взмыла в воздух, извиваясь, как сухой лист, без направления. Она добралась до вершины подъема, направила ладони на землю.

От силы своей магии воздуха Янгчен взлетела выше. Ее путь случайно поворачивал то в одну сторону, то в другую, а потом обратно. Не полет, а беспорядочное движение, она сдалась ветру. Аватар отдала контроль. Она танцевала над пустотой.

«Нет, — подумал Кавик. — Это не танец».

Если бы он был случайным наблюдателем, глядящим только на красоту ее движений, он решил бы, что она танцевала. Развлекалась. Но Кавик встречал не одну Янгчен. Эта версия била по земле залпами воздуха, ударяя с таким давлением, что взлетала в небо.

Он ощущал ее гнев в другой части храма, но расстояние превращало его в нежный ветерок. Ее стихия не оставит следа от ее раздражения к утру.

«Нужно отпустить поражения», — Кавик знал, что Янгчен не слушалась своего совета, не забыла, что ребенок потерялся в горах. Она ничего не отпустила.

Хоть Аватар была умелой и сильной, было все еще опасно висеть в воздухе без помощи. Кавик ждал, пока она не устала и не опустилась на землю. Он смотрел, как она ушла в галерею на ночь, убедился, что она осталась там, и вернулся в кровать.

После этого уснуть было проще.