Том 1 · Глава 166. Тайны Пограничья: Первые шаги (4)
Я ждал Джафара в коридоре перед операционной. Когда я выглянул в окно, то увидел, что перед зданием собралась огромная толпа. Новости о ранении Ангиз Реджины разлетелись мгновенно.
Что тут, чёрт возьми, происходит?! Ангиз ранили, а не Хойота?..
Джафар бежал по белоснежному коридору, за ним поспевали наёмники-эквестианцы.
Я выстрелил в неё, потому что она пыталась покончить с собой. Я ведь всё правильно сделал?
Я наклонил голову набок. Джафар пошатнулся, вероятно, от шока.
Ангиз
В наши дни технологии настолько развиты, что регенерация живых тканей не проблема. Денег у вас хватит.
Я наблюдал за Джафаром. В возбуждении он вскинул руку с длинными ногтями и указал на меня.
Я просил вас найти человека! Я не просил калечить её! Здравый смысл…
Если вам нужны были решения, основанные на здравом смысле, следовало нанять кого-то другого. Если хотите выследить Кинуана, вам придётся отбросить здравый смысл и начать действовать.
Джафар беспокойно заходил перед дверями операционной.
Если с Ангиз что-то случится…
Её ранили всего лишь в колено. С ней всё будет в порядке, я даже не задел коленную чашечку. Заживёт полностью, не останется и шрама. Если вы так за неё переживали, стоило установить охрану и следить за каждым её шагом.
Я раздражённо фыркнул. Джафар резко вскинул взгляд.
Я уважаю частную жизнь Ангиз Реджины. При условии, что мы можем связаться с ней хотя бы раз в день.
Она ожидала, что я приду за ней. Подобное случалось каждый раз, когда вы нанимали мастера Ачьес Виктима, верно? Кумиры сбегают из дома, а детективы их ищут. Это было чем-то вроде проверки моих способностей.
Джафар промолчал. Уголок моего рта дёрнулся в кривой усмешке.
Впрочем, ваши дела меня не касаются. Я больше не буду спрашивать, зачем вы наняли меня для преследования Кинуана. Моего опыта в Империи достаточно, чтобы понять, насколько запутана человеческая жизнь. Так что прекратите жаловаться на то, как я выполняю свою работу, и выплатите обещанное вознаграждение.
В следующий раз, если произойдёт нечто подобное, вам придётся использовать ненасильственные методы. Это не просьба, а предупреждение…
Свирепо произнёс Джафар. Затем последовало несколько слов на языке Таджирун, которые, судя по интонации, были ругательствами.
У меня тоже есть одно предупреждение. Я не ваш подчинённый. Если вы будете скрывать детали и просто скидывать на меня работу, сегодняшняя ситуация повторится. Если Ангиз Реджина для вас «драгоценное существо», а не просто «важный продукт», вам следовало сообщить об этом заранее.
Джафар облизнул губы. Похоже, мои слова попали в самую точку.
Я вернул вас в этот мир. Надеюсь, у вас есть хоть капля уважения.
Я никогда не просил возвращать меня в такой мир.
Господин Лука, вы куда более сломленный человек, чем я думал. Как бы то ни было, вот оплата. Я держу свои обещания. Надеюсь, и вы тоже.
Джафар протянул мне чип данных.
Я взял его и прошёл мимо. Джафар остался на месте, решив дождаться окончания операции Ангиз Реджины.
Эй, Лука. Снаружи шумно, так что лучше незаметно выйти через заднюю дверь. Транспорт уже готов.
Джафар внезапно заговорил своим обычным деловым тоном.
«У Ангиз Реджины и Джафара какая-то особая связь. Это не просто отношения идола и работодателя».
Но у меня не было нужды копаться в этом прямо сейчас. Если это связано с моей работой, всё откроется само собой. Проводя время вместе, мы узнаем друг о друге даже то, чего знать не хотели бы.
Сейчас меня больше интересовал чип данных.
«Он отвечал за безопасность в то время, когда пропала Жизель».
Бывший начальник службы безопасности всё ещё находился в Пограничном Городе.
Пик.
Я вставил чип в терминал. Перед глазами возникла фотография, а под ней — краткое досье.
Это было неожиданно, но в то же время вполне предсказуемо.
Официально объявили, что Ангиз Реджина сломала ногу, упав с лестницы. Джафар отлично поработал, чтобы замять инцидент. Если бы стало известно, что популярный идол получила огнестрельное ранение, посыпались бы самые невероятные слухи.
Я направился в трущобы Пограничного Города. Там не было дорог для транспорта — лишь узкие щели переулков между тесно прижатыми друг к другу зданиями.
Несмотря на разгар дня, бездомные и бродяги валялись прямо на мостовой, используя её вместо постели.
Тук! Тук!
Некоторые с методичным упорством бились головами о стены или грязный пол. Они продолжали это делать, даже когда кожа на лбу лопалась и заливала лица кровью. Обычное поведенческое расстройство, характерное для тяжёлых наркоманов.
Кирит карат гур-р-р…
Услышав странный хрип, я обернулся. В сыром тёмном тупике колыхались тени.
Шарк. Шарк. Шарк.
Ко мне направился бродяга, замотанный в вонючее тряпьё. Из-под его ног тянулся след липкой, густой жидкости. Вслед за ним начали подниматься и остальные тени.
Щёлк.
Я достал из-под пальто пистолет с системой автоматического наведения. Как только в полумраке блеснул воронёный металл высокотехнологичного оружия, бродяги, собиравшиеся окружить меня, замялись и попятились.
Ближе к центру трущоб проходы стали шире, появились пустыри. Улицы здесь выглядели оживлённее. Члены банд, так и фонтанирующие агрессией, провожали меня оценивающими взглядами.
Я остановился.
«Пришли».
Перед глазами стояло здание, из которого валил дым неопределённого цвета. Разноцветные испарения сочились из каждой щели: из окон, дверных проёмов и даже из трещин в стенах.
«Наркопритон».
Худшее место в любом городе. Обитель тех, кто уже забронировал себе место в аду. Рядом находилось здание больницы, но вряд ли там занимались спасением жизней.
Я вошёл внутрь. Дверей на входе не было — отсюда всё равно никто не пытался сбежать.
Входишь?
Спросил человек за стойкой. На нём была сложная маска с механическими фильтрами. Необходимая мера предосторожности для тех, кто здесь работает.
Я ищу человека.
Здесь нет людей. Только живые трупы.
Я посмотрел вдоль коридора. Судя по дверям, расположенным вплотную друг к другу, комнатушки внутри были крошечными. С потолка доносился натужный гул системы вентиляции.
Когда закончишь свои дела, уходи тихо. Нечего тут шум поднимать.
Вместо кредитного чипа я достал золотую монету. В Пограничном Городе золото было самой надёжной валютой для быстрых сделок.
Мужчина забрал монету и кивнул.
Топ. Топ.
Я спокойно шёл по коридору. В каждой двери было маленькое окошко, позволяющее заглянуть внутрь.
Обстановка везде была одинаковой: кровать, унитаз и телевизор, транслирующий бессмысленные помехи.
Беспомощные наркоманы сидели или лежали неподвижно, как мертвецы. Физиологический эффект препарата, похоже, не делал различий между расами — добрая половина обитателей были инопланетянами. В основном млекопитающими, чья биология была схожа с человеческой.
Вздох.
Я поднялся на следующий этаж. Ржавые железные ступени неприятно скрежетали под ногами.
В коридоре второго этажа я замер. Сделал шаг к одной из дверей и присмотрелся. Внутри виднелась знакомая тень.
Скрип.
Я открыл дверь.
На кровати, низко склонив голову, сидел мужчина. Он был крупного телосложения, с кибернетическими протезами конечностей.
Вжик.
Почувствовав чужое присутствие, мужчина рефлекторно поднял голову. Даже спустя время его суровое лицо почти не изменилось.
Мне нравятся змеи. Я хочу встретить мужчину, похожего на змею. Сплетённые змеи не отпускают добычу легко…
По старому телевизору крутили клип Ангиз Реджины. Картинка была размытой, звук тонул в помехах.
Скрежет.
Я выдвинул стул и сел напротив него.
Габриэль.
Я позвал его по имени.
Тем, кто до самого конца защищал Жизель Кусторию, был Габриэль. Бывший начальник 4-й группы безопасности G&G Кибернетикс.
Для выходца из низов ты добился немалых успехов, Габриэль.
Взгляд его был мутным. Он явно с трудом осознавал реальность.
Гр-р-р. Лука… Лукаус Кустория. Ты помнишь меня?
В затуманенных зрачках на мгновение вспыхнул проблеск узнавания.
Я терпеливо ждал его реакции.
Лука?
Габриэль уставился на меня. Его волосы и борода отросли, придав ему дикий вид. В спутанной шерсти копошились какие-то паразиты.
Уходим. Сначала выберемся отсюда.
Хороший мальчик…
Габриэль был крайне слаб. Я попытался подхватить его под руку, чтобы помочь встать. Мой протез мелко завибрировал, наращивая мощность.
Оставь меня… Я не заслуживаю жизни. Я… я трус, а не воин.
Это я решу сам, когда выслушаю твою историю.
Ты
С уголка рта Габриэля потекла слюна.
Я настоящий. Выпей воды и приди в себя. У тебя есть стимуляторы?
Я поднялся, чтобы обыскать комнату.
Ложь. Ты спустился с небес, чтобы спасти меня? Хе-хе-хе…
«Буду ли я на небесах? Даже в аду я окажусь на самом дне».
Я хотел это сказать, но осёкся. Изо рта Габриэля донёсся странный хруст.
Щёлк.
Тело Габриэля внезапно забилось в конвульсиях, словно от вибрации. Лицо мгновенно стало мертвенно-бледным.
Эй, ты что…
Я рванул его за подбородок, заставляя открыть рот. Оттуда выпали осколки раздавленной капсулы. Насыщенный фиолетовый цвет жидкости не предвещал ничего хорошего.
«Чёрт! Проклятье!»
Я засунул пальцы ему в глотку, вызывая рвоту.
Угх… кха-кха!
Габриэль согнулся, извергая на пол лекарство, смешанное с желудочным соком.
Однако его пульс и сердцебиение продолжали стремительно слабеть — яд впитывался очень быстро. Что бесило больше всего, так это блаженная улыбка на его лице.
Идиот. Если выживешь
Я до хруста сжал кулаки.
Вж-ж-ж!
Схемы на тыльной стороне моей ладони ярко вспыхнули, мощность подскочила до предела. Оболочка Ляпис Лазули № 21 была превосходным изделием.
Я нанёс резкий удар в стену.
Бам!
Стена взорвалась, разлетаясь бетонным крошевом. Прохожие на улице истошно закричали, когда на них посыпались обломки.
Больница была прямо по соседству. Пускай там не лечили, но там точно были инструменты и медики.
Вперёд!
Я взвалил Габриэля на спину и врубил сервоприводы ног на полную. Под подошвами возникла мощная вибрация, выбивающая каменную пыль.
Бум!
Одним прыжком я преодолел расстояние до соседнего здания. Двадцать метров — пустяк для этого тела.
Грохот!
Я проломил внешнюю стену больницы и ворвался внутрь.
А-а-а! Ты кто такой?!
Кха… кха…
На перепуганных людей мне было плевать. Я нёсся по коридору, расталкивая и сбивая с ног любого, кто оказывался на пути.
Сверившись с указателем, я вышиб дверь операционной. Четверо медиков как раз потрошили какой-то кусок мяса — трудно было понять, труп это или ещё живой человек. Я мельком глянул на стол: вскрытая брюшная полость была пуста, а извлечённые органы, лежавшие рядом, ещё дымились.
Как я и думал, это были не врачеватели, а мясники. Трудно было подобрать другое слово.
Бах!
Я ногой подкатил пустой операционный стол и сбросил на него Габриэля.
Спасайте его. Он принял фиолетовую дрянь в притоне, показатели падают.
Я кратко обрисовал ситуацию. Старший из медиков сделал шаг вперёд.
Да брось, парень, это же обычное дело…
Я вскинул пистолет и приставил ствол к его лбу.
Если он умрёт, вы все ляжете здесь рядом. Жалеть о вас никто не станет
Ты, кажется, не понимаешь, с кем связался…
Старик начал было качать права, полагаясь на свой опыт. Я перевёл ствол на самого молодого из ассистентов и нажал на спусковой крючок.
Бам!
В голове парня появилась аккуратная дырка, по лицу потекла кровь. Он дёрнулся и мешком рухнул на пол.
Ещё одно слово или жалоба, и я начну выбивать вас по одному. За дело.
Предупредил я и ударом ноги вынес дверь в коридор.
Бах!
Металлическая створка врезалась в противоположную стену и согнулась.
Я медленно закрыл глаза, активируя слуховое зрение.
Лязг. Скрип.
По лестнице поднимались вооружённые люди. Охрана этого поганого заведения. Они перезаряжали оружие, прижимаясь к углам.
Уф…
Я открыл глаза и медленно выдохнул.
Уголок рта продолжал непроизвольно дёргаться.
Да, я понимал, что сейчас я на взводе. Обычного, умеренного насилия было недостаточно, чтобы утолить эту жажду.
Я — неправильный человек. Битва и насилие для меня — такая же потребность, как еда или секс. Нет, даже сильнее. Это желание, которому невозможно противостоять. Мой разум просто не переносит покоя.
И я слишком долго себя сдерживал.