Том 3 · Глава 121. Всё же, случайность может стать судьбой (17)

Закончив с обработкой ушибов, я нанесла мазь на лицо Итана. Если приглядеться, его опухшие веки выглядят немного комично. Улыбка невольно тронула мои губы, уголки рта дёрнулись.

—Не смейся.

—Я не смеюсь.

—Но ты собиралась, — обиженно буркнул Итан.

—Ничего подобного.

Изображая саму невинность, я взяла полотенце и осторожно приложила его к опухшим векам. Такими темпами завтра его глаза вообще не откроются. Похоже, и треснувшие губы тоже распухнут.

Я легонечко прижимала полотенце ко всем больным местам. Итан, молча уткнувшийся лицом в мои ладони, внезапно улыбнулся.

—Что вообще значат те слова о примирении с помощью драки?

Чем больше об этом думаешь, тем абсурднее это звучит. Я сама не понимала, к чему всё это. Винсент сказал, что поднимет мне настроение, но чего он добивался, устроив потасовку на ровном месте? Только не говорите, что меня должно было развеселить побитое лицо Итана.

—Утром ваше лицо будет выглядеть ещё краше, — поддразнила я.

—…Насколько?

—Настолько, что вам завтра лучше вовсе не показываться из комнаты.

Если выйти с таким лицом, то слухов среди прислуги потом не оберёшься.

Итан раздражённо пробормотал:

—И это всё?

Я утвердительно кивнула, прежде чем прижать полотенце к его глазам. Жалостливые возгласы о том, как сильно досталось его «прекрасному личику», я пропускала мимо ушей.

—Чем больше я об этом думаю, тем сильнее злюсь.

—Можете потребовать компенсацию за лечение.

—Само собой, я собираюсь это сделать, — решительно пролепетал Итан опухшими губами.

Я снова осмотрела его лицо. Судя по всему, одного холодного полотенца будет недостаточно. Оттянув полотенце от его лица, я развернулась и сказала, что принесу немного льда. Но за поворотом меня ждал сюрприз – Винсент.

—Как там Итан? — спросил он.

—Ну, он… Вы ведь не будете снова драться?

—Нет, не буду.

Неужели ты и правда намерен поговорить как нормальный человек?

Лицо Винсента, находившееся довольно близко, ничуть не уступало по синякам и ссадинам лицу Итана. Тем не менее, его кожа поблёскивала от лекарств, а значит, он уже подлечился. Теперь у него была изранена не только шея, но и лицо. Я слегка нахмурилась.

Он заметил мой пристальный взгляд и резко отвернулся. Когда я снова приближаюсь к нему, он делает два шага назад, а я, не отставая, – два шага вперёд. Винсент отворачивается. Я не отступаю, пытаясь заглянуть в его лицо.

Какое-то время мы просто ходим друг за другом кругами. Винсент быстро сдаётся и открывает своё лицо, спросив:

—И как? Сработало хоть немного?

Я внимательно вглядываюсь в его лицо с немым вопросом.

—Ты ведь сама говорила, что не повредит подраться.

Я? Когда это? Винсент помрачнел, заметив, как недоумённо захлопали мои ресницы. Затем он прижимает руку к лицу, будто страдая от боли.

—Ты посоветовала это для снятия стресса, — уточнил он.

И тут в памяти всплывает наш разговор:

—Если до этого дойдет, можно и подраться.

—Подраться?

—Да, насилие, конечно, не лучшее решение, но иногда может помочь снять стресс.∗

(∗Прим. пер.: диалог из 99 главы).

О господи… Он что, воспринял те слова всерьёз? Мой шок не описать словами. С каких это пор он прислушивается к моим советам? И если уж собрался их выполнять, то хотя бы слушай внимательно. Он напрочь забыл, что я предупреждала не доводить дело до крови и сильных синяков.

—И всё же, я говорила, что нет ничего лучше слов.

—Я прослушал.

Даже не знаю: действительно ли он не слышал, или просто притворяется. Но когда до меня доходит, зачем он затеял драку с Итаном, я не выдерживаю и смеюсь.

—Хоть я и сказала так, но не думала, что вы воспримете это буквально. Если уж вы хотите помириться, то следует поговорить сначала. Вы так не считаете?

—Я пробовал, но ничего хорошего не вышло.

—А были ли вы честны в тот момент? Делали ли вы это как положено?

—…

Винсент промолчал и отвернулся. Видимо, и близко нет. Я прищурилась. Наверняка ведь руки чесались∗, да? За всё это время у него накопилось столько эмоций и, вероятнее всего, они наконец выплеснулись наружу.

(Прим. пер.: руки чешутся – образное выражение; здесь в значении: сильное желание подраться)

—Тебе хоть немного полегчало?

—Ни капельки. Какое отношение это имеет к моему самочувствию?

—Разве тебе не станет легче, если мы помиримся?

Что за ерунда? Я не нахожу слов. В какой момент всё пошло не так? К тому же, вместо того чтобы разрядить обстановку, они ещё больше всё усложнили. Я тяжело вздохнула:

—Простите, но такое мне не по душе.

Мой отец был из тех, кто предпочитал кулаки словам. Он был до того вспыльчивым, что не знал, куда направить свой гнев, и ему настолько хотелось продемонстрировать свою силу, что он применял её против собственной семьи.

Некоторые деревенские женщины задавались вопросом, отчего такой некогда хороший и добрый человек так изменился с возрастом, но я не верила этим бредням. Отец, которого я знала, всегда был жестоким. И я с детства презирала насилие.

—Я не могу и не хочу этого понимать. Зачем лезть в драку, если всё можно решить словами?

—Прости.

Ну, он не должен извиняться.

—Вам не за что извиняться передо мной.

—Но ты испугалась.

Это правда. Мне было страшно. Я нервно топала ногами и вместе с тем дрожала от страха. Вид размахивающих кулаками людей напомнил мне отца. Я старалась скрыть это, но когда он успел заметить?

—Вышла неприятная ситуация. Между нами накопилось слишком много недосказанного. Это не та проблема, которую можно так просто решить, поэтому я подумал, что будет лучше действовать радикальнее. Это оказалось ошибкой. Больше я так не поступлю.

—…

—Тебе больше не придётся бояться.

Прозвучало твёрдо, но голос был успокаивающим. Лицо Винсента выглядело спокойным, но его плечи почему-то были чуть опущены. Он напоминал ребёнка, которого только что отчитали за плохой поступок. Я слушала его – и чувствовала себя всё более неловко.

—Я тоже виновата, потому что неправильно подобрала слова. Извините, — я поспешно сложила ладони и склонилась.

Не имеет значения, кто затеял саму драку, поскольку, как ни крути, а спровоцировала её именно я. Так что кому и следует извиняться первой, так это мне за свою оговорку.

—Кто и что там посоветовал? — послышался неожиданный голос.

Я удивлённо повернула голову, наткнувшись на Итана, который прислонился к стене и с явной усмешкой смотрел на нас с Винсентом.

—Не ожидал, что ты раздаёшь такие советы. Я думал, вам неловко друг с другом, но когда вы успели так сблизиться? Похоже, я единственный, кто не в курсе.

Его улыбающееся лицо выглядит зловещим. Я быстро завертела головой.

—Это не совсем то, что я имела в виду!

—Она посоветовала мне подраться на кулаках.

—…

Я открыла рот, чтобы оправдаться, но Винсент опередил меня. Я метнула на него обиженный взгляд, но он лишь равнодушно пожал плечами:

—А что?

Нет, этот человек действительно…

—Это недоразумение. Я не предлагала драться.

—А похоже, что именно это ты и сказала, — ответил Итан.

—…Это была оговорка. Прошу прощения.

—Ха-х. К чему теперь все эти извинения? Совет что надо. Благодаря тебе у меня теперь такое «прекрасное» лицо.

Итан погладил свою опухшую челюсть. Я молча стояла, съёжившись от стыда. Моей ошибке нет оправданий. Поколебавшись, я всё же приняла решение и повернулась лицом к Итану.

—Если хотите, то можете ударить меня.

—Что ты сказала?.. — ошарашенно переспросил Итан.

Я добавила, что он может ударить и дважды, а если этого будет мало, то может бить, пока не станет легче… Стоило мне это произнести, как лицо Итана так исказилось, что я тут же умолкла.

Как бы там ни было, с точки зрения Итана вся эта ситуация выглядит как полнейший бред. Я подставилась, потому что мне было всё равно, если меня ударят. Если так ему станет легче… Но лицо Итана изменилось, словно он услышал что-то мерзкое, и я поняла, что снова делаю что-то не так.

Итан резко повысил голос. Он выглядел так, будто в нём закипело:

—Я что, похож на никчёмного парня, который бьёт всех подряд? Нет, ну правда, какое у тебя представление о людях?!

Итан выплёвывал слова одно за другим, но вскоре стиснул зубы и попытался умерить свой пыл. Я не имела в виду ничего плохого, но, похоже, мои слова серьёзно задели его, поэтому я хотела извиниться ещё раз, но внезапно выскочила рука и загородила мне обзор. Чужая ладонь опустилась на моё плечо, и моё тело откинулось назад.

Моя спина упёрлась во что-то мягкое. Я недоумённо моргнула, оказавшись приклеенной к Винсенту. Над головой раздался его голос:

—Не бей её.

—Да я и не собирался!

Итан рассердился не на шутку и вымученно вздохнул, закрыв лицо одной рукой.

—… Ха, с меня хватит. Я устал.

Итан успокоился, вздыхая и бормоча что-то под нос. Я пришла в себя и, заметив, что всё ещё в объятиях Винсента, поспешно вырвалась из его рук.

Винсент выглядел недовольным, но затем посмотрел в сторону Итана.

—Итан.

—Что?

—Мне нужно тебе кое-что сказать.

Итан замер на мгновение, издал облегчённый вздох и провёл по лицу обеими руками. Несмотря на то, что ушибы сильно болели, он не показывал этого и пристально посмотрел на Винсента.

—Я ждал этого, засранец, — с необычайной лёгкостью из уст Итана вырвались резкие слова.

Я положила руку на сердце и искренне молилась, чтобы всё разрешилось мирно.

Ночная пьянка закончилась дракой, но Джоэли не жаловалась. Даже посреди всего этого хаоса она спокойно сидела на диване, допивала остатки вина и протяжно зевала.

—Бомба уже взорвалась. Теперь остаётся лишь надеяться, что всё разрешится благополучно.

Дав скудный комментарий, Джоэли сказала, что хочет спать, и ушла в свою комнату. Мы с Алисией остались, чтобы навести порядок в гостиной. Алисия, которая, казалось бы, должна шлифовать меня из-за моих отношений с Итаном, тихонечко убирала со стола. Такая сдержанность не могла не удивлять.

—Почему ты ничего не говоришь?

—О чём?

—Я думала, что ты спросишь о моей связи со здешним гостем.

Алисия взглянула на меня, отставила пустые бутылки в сторону и выпрямила спину. Она хлопнула в ладоши, как бы завершая работу, но её спокойное лицо было мне незнакомо.

—Это неважно.

—Что?

—Я больше не буду донимать тебя вопросами.

С этими словами она обернулась и добавила, чтобы я закончила с остальным. Я слишком погрузилась в размышления о её неожиданном поведении, поэтому поздно заметила, что Алисия лишь убрала пустые бутылки от вина. Она сбежала прежде, чем я успела её остановить, так что оставшийся беспорядок пришлось разгребать мне.

Убравшись в одиночку, я столкнулась с Итаном на выходе из гостиной. Он был один, а значит, уже договорил с Винсентом. Как только он заметил меня, то потащил обратно в гостиную с безостановочным ворчанием:

«Если у Паулы были какие-то намерения, то было бы достаточно обсудить это со мной. Зачем же провоцировать драку? Если есть претензии — говори мне прямо…». После бесконечных поучений я наконец вернулась в комнату и быстро уснула.

Как только наступило утро, я в полусонном состоянии направилась к Итану. Он, как обычно, лениво валялся на кровати. Я растолкала его – завтрак не намерен ждать.

Как и ожидалось, его с трудом оторвавшееся от подушки лицо сильно распухло.

—Я не могу открыть один глаз.

—Кто бы сомневался. Пожалуйста, не выходите из комнаты сегодня, — серьёзным тоном предупредила я, завернув принесённый с собой лёд в полотенце и приложив его к отёкам Итана. Он повернул ко мне своё лицо и болезненно дёрнул распухшими губами.

Завтракать ему пришлось в комнате. Итан несколько раз пережевал порезанное мясо и насупился. Его лицо так распухло, что даже глаза сузились.

—Э-эх, моё лицо так опухло.

—Жуйте медленно и тщательно.

Я цокнула языком и налила воды в стакан. Итан принял его и сделал несколько глотков, затем с мрачным лицом посмотрел на вилку с мясом.

—Вчерашний разговор был удачным? — поинтересовалась я.

—Наверное…неплохим.

Вопреки этим поверхностным словам, его лицо просияло. Кажется, всё-таки какое-то продвижение есть.

—Какое облегчение.

—Но я больше не хочу драться.

Итан застонал, потирая опухшую щёку.