Том 1 · Глава 57. Пэк Вишин (3)

Пэк Вишин ошеломленно созерцал небо. Первое, что он увидел, открыв глаза – густая россыпь звёзд на ночном небе.

И сколько же он пролежал без сознания?

—Учитель, Пэк Вишин очнулся.

—Какое счастье. Кажется, он не умер.

До него донеслись голоса Амутара и Сёльён.

С трудом опираясь о землю, Пэк Вишин сел. В голове всё ещё туманилось, а череп раскалывался от боли.

Подумать только – выбыть от одного-единственного удара кулаком.

—Хи-хи, выглядишь убого, — ехидно ухмыльнулась Кая, поддразнивая Пэка Вишина. — Ты правда думал, что сможешь победить? И не мечтай. Тебе нужно тренироваться ещё лет десять, чтобы хотя бы стать достойным соперником.

—…А ты чего бахвалишься, если сама даже не дралась? — Буркнул Пэк Вишин.

—Потому что я держалась куда лучше тебя! Я заставила учителя Нарина попотеть сильнее всех. В отличие от тебя, я не отключилась от одного удара.

—Ну да, ты у нас самая крутая.

Пэк Вишин неохотно отмахнулся и высморкался. Из носа вылетели сгустки запёкшейся крови. Из-за сломанного носа дышать было тяжело, а распухшие губы саднило. Во рту стоял стойкий металлический вкус.

—Эй, разбойник, взгляни на меня.

Нарин сидел на стуле, который пододвинул себе, пока Пэк Вишин был без сознания.

Пэк Вишин вытер лицо рукавом и посмотрел на него.

—Я проиграл.

—Я и сам знаю. Поделись впечатлениями.

—Сказывается разница в навыках и опыте. Я не смог прочесть ход боя…

—Да я не об этом.

В глазах Пэка Вишина мелькнуло недоумение. А о чём ещё он должен был спросить? Ведь он даже не смог оказать Нарину должного сопротивления.

Нарин гордо расправил плечи и выпрямил спину:

—Ты, должно быть, заметил, но сегодня на мне новый наряд. Это работа первокурсника, который очень уважает и почитает меня. Поделись своими впечатлениями.

Это было одеяние, сшитое лично Альберой.

Он надел его на следующий же день после доставки, но никто так и не заметил изменений. Ни Пэк Вишин, ни остальные ученики.

—Выглядит… так же, как обычно.

—Само собой. Я специально заказывал неброский дизайн. Но настоящее качество кроется в деталях. Разбойник, ты видишь, чем уникален этот наряд?

—…Не имею понятия.

—А гордиться тут нечем. Не знаешь — учись. Я расскажу.

И хотя Пэку Вишину это было ни капли не интересно, Нарин загорелся идеей во всех красках расхвалить обновку.

—Змейка, метни в меня кинжал.

—…Почему это я Змейка? И что, правда бросать?

—Давай. Целься прямо в сердце.

Кая без колебаний метнула кинжал.

Донн! Клинок не пробил грудь Нарина. Он отскочил, словно наткнувшись на каменную стену, и Нарин на лету подхватил его.

—Как видишь, материал мягкий, но отлично держит удар. Говорят, его соткали из нитей, пропитанных маной. А вдобавок наложили защитные чары, так что большинство заклинаний он просто рассеивает. Ну как тебе?

«Ну как тебе», спрашивает он…

Пэк Вишин лишь ошеломленно хлопал глазами. Зачем вообще нужно было спрашивать его мнение об одежде?

—Поделись впечатлениями, — с серьёзным видом поторопил Нарин.

Похоже, сдаваться он не намеревался, поэтому Пэк Вишин выдавил сдержанный отзыв:

—…Впечатляет.

—Вот именно, впечатляющая одежда. Мне она очень нравится. А вы что скажете?

—…Выглядит дорого, — неохотно похвалила Сёльён.

—Хвастаться некрасиво, — фыркнула Кая.

Амутар же решил, что это его звёздный час:

—Тебе безумно идёт! Словно эта одежда создана специально для тебя, учитель. Аскетичная гармония нейтральных тонов выглядит восхитительно. Выразительная сдержанность просто поражает. Если сравнивать с живописью, то это настоящая эстетика пустоты…

—Заткнись.

Вместо того чтобы заработать очки, Амутар лишь навлек на себя гнев. Нарин до сих пор не забыл, как тот посмел усомниться в его привлекательности.

—Вернёмся к делу, разбойник. Как думаешь, в чём разница между твоим мечом и этой одеждой?

—…Этот вопрос как-то связан с нашим боем?

—Не сомневайся в намерениях старшего соученика и учителя. Я начал заниматься разбоем раньше тебя.

—Я не знаю…

—А у тебя богатый выбор отговорок, — Нарин цокнул языком. — Правильный ответ — в простоте. В отличие от этой одежды, твой меч не был простым. В нём отразился весь тот хаос, что творится у тебя в голове.

Быстрый меч не должен быть таким.

Если ты не способен сохранить лаконичность прямой линии, твой клинок больше нельзя назвать быстрым мечом.

—Не используй недоработанные финты. Обманные движения, за которыми ничего нет, не пугают. К тому же твой меч совершенно не подходит для тактических игр. У тебя лишь один реальный удар, ты не сможешь обхитрить противника.

Меч белого грома, преследующий душу – это техника для молниеносной развязки. Если не закончить всё одним ударом, все её достоинства блекнут.

Именно поэтому быстрый меч подходит тем, кто живёт одним днём.

Быстрый меч страшен своей простотой и прямолинейностью. Нельзя стать простым, не отбросив мысли о завтрашнем дне.

У Пэка Вишина было слишком много мыслей.

—Не пытайся схитрить, дерись честно. Даже если твоё движение разгадали, думай только о том, как рассечь цель. Если бы ты не стал менять форму удара на полпути, всё вышло бы куда лучше. Проще говоря, быстрый меч должен быть простым.

Нарин повторял ему это из раза в раз, когда учил его.

Чётко расставляй приоритеты. Скорость всегда важнее изменений. В противном случае траектория меча становится грязной.

Твой быстрый меч должен проходить гладко и без задержек…

—Понял что-нибудь?

—…Да.

Пэк Вишин поднялся на ноги, пошатнувшись.

На его лице застыло задумчивое выражение. Из-за разбитого носа вся его фигура выглядела довольно мрачно.

—Спасибо за поединок. Я многое понял.

Склонив голову в глубоком поклоне, Пэк Вишин поплёлся прочь тяжелыми шагами.

Нарин долго провожал его взглядом, погрузившись в раздумья.

Причина, по которой Пэк Вишин попросил о поединке…

Сколько бы он ни размышлял, ответа найти не мог.

—Да тут и думать нечего, — проговорила Кая, качая головой, будто придя к тому же выводу.

—Ему просто не даёт покоя застой в тренировках. Гарм с каждым днём становится всё сильнее, а у него самого ничего не выходит.

—При чём тут Гарм?

—Вот глупый, ты же общаешься с Гармом, неужели не замечал? Они же при каждом удобном случае рычат друг на друга.

—Я думал, они так дружат.

—Понятно, просто помолчи.

Амутар скривился, но напряженно заскрипел мозгами. Гарм и Пэк Вишин… Неужели они действительно в таких плохих отношениях?

—Мне… тоже кажется, что Кая права, — осторожно вмешалась Сёльён, собираясь с мыслями. — Пэк Вишин ведь ни разу не смог победить Гарма. На прошлой аттестации было то же самое. Наверное, от безысходности он и пришёл к вам?

—Безысходность я могу понять, но почему именно ко мне?

—Потому что учитель Гарма — профессор Хассель. Вполне естественно, что он решил попросить совета у вас.

Нарин так и не понял, что здесь было «естественного».

Нарин – это не противоположность Хасселя. Нарин – это Нарин, а Хассель – это Хассель. С чего вдруг напрашивается такой вывод?

Нарин насупился:

—А почему именно сегодня?

—Откуда мне знать? Может, произошло что-то конкретное, а может…

Сёльён осеклась и мельком бросила взгляд на Каю. Та недоуменно выгнула бровь:

—Чего ты на меня смотришь?

—Может, посмотрев на Каю, он убедился в ваших способностях? У господина Нарина явно есть талант к обучению. Если уж он смог перекроить человека, то и в других вещах у него есть чему поучиться.

Кая прищурилась:

—Звучит как-то подозрительно. Ты меня сейчас оскорбила?

—Я тебя похвалила. Сказала, что ты стала куда шелковистее.

Змея и Лисица снова начали цапаться. Амутар тем временем продолжал усиленно размышлять.

Нарин тоже задался запоздалым вопросом.

—Эй, вы.

Он обращался не к Пэку Вишину, а к ребятам перед ним.

—А вы домой не собираетесь?

Приближался комендантский час в общежитии.

Змея, Лисица и Тигр.

Всех троих объединяло одно – выдающиеся навыки в уборке.

—Я ненавидел уборку. А теперь я ненавижу ещё и сосны.

—Вместо того чтобы жалеть себя, махай метлой. До конца еще далеко.

Троица, нарушившая комендантский час, получила лёгкое наказание – общественные работы по благоустройству территории кампуса.

Ушедший раньше Пэк Вишин удачно избежал опоздания.

—Какой сумасшедший вообще додумался посадить в школе сосны? О пыльце он вообще не подумал? А иголки? А шишки?

Кая раздраженно ворчала, хаотично махая метлой. От каждого взмаха поднимались тучи желтоватой сосновой пыльцы.

Заметив, как свежесобранные сосновые иголки разлетаются во все стороны, Сёльён закричала:

—А-а-а! Хватит уже! Нам теперь всё заново переделывать!

—Лисица, такими вещами нужно наслаждаться, тогда и дело быстрее пойдёт! Не злись, попробуй сама. Это веселее, чем кажется!

—…Гм.

Слушая её, Сёльён сочла эту идею заманчивой. Убедившись, что вокруг никого нет, она боязливо взмахнула метлой.

Хви-и-ик. Глядя на улетающую вдаль сосновую пыльцу, она ощутила, как легчает на душе.

—Ой, и правда… Это отлично снимает стресс…

—Весело, значит?

Лицо Сёльён окаменело. За спиной раздался голос, который она меньше всего хотела слышать.

Резко повернувшись, она увидела Нарина, смотревшего на неё холодным взглядом. Рядом с ним стоял незнакомый мужчина с смущённой улыбкой.

—Я отправил вас убираться, а вы тут дурака валяете?

—…Господин Нарин, всё не так!

Сёльён отчаянно пыталась придумать оправдание. Ничего не приходя в голову, она бросила умоляющий взгляд на Амутара и Каю.

Но те, как ни в чём не бывало, уже вовсю орудовали метлами, делая вид, что убирались без перерыва.

Сжатые кулачки Сёльён задрожали:

—Ах вы… Предатели…!

—А ну-ка, подойди на минутку, — Нарин отвёл Сёльён в сторону. Сёльён, которую держали за ухо, едва не плакала.

—Я за вами с самого начала наблюдал. Набралась от Каи всякой дряни и довольна. Я тебя для этого старостой назначил? Если мелкие лентяйничают, их надо давить авторитетом! А ты просто стояла и смотрела?

—…Ч-что?

—В следующий раз выбей из них дурь, но заставь работать! Я разрешаю. Если кто станет огрызаться — сразу мне говори.

Нарин усадил Сёльён в тень и сунул ей в руки прохладный кофе. Он купил напитки для трудившихся учеников.

Сёльён хлопнула глазами, совершенно не понимая, что происходит:

—Вы… вы меня не ругаете?

—Ругал уже. Ухо надрал только для виду, чтобы перед гостем стыдно не было.

—И всё?

—Я знаю, что ты старалась больше всех. Посиди, попей кофе. Ты и так тратишь много сил на обязанности старосты.

—…Да!

Сёльён радостно улыбнулась и бойко ответила. Белал, наблюдавший за этой картиной, тихо усхмыльнулся.

Душевная сцена между учителем и учеником радовала глаз. Наверное, именно благодаря такой душевности ученики так тянулись к нему.

Белал не спеша подошёл к Кае. Та делала вид, что полностью ушла в уборку, но он давно заметил её беглые взгляды.

—Сестрёнка.

—…Я-я тоже старалась.

—Да, ты молодец.

Амутар бочком-бочком осторожно отполз в сторону. Хоть его и считали дураком, элементарной сообразительностью он обладал.

—Я слышал от старшего соученика Нарина, — произнёс Белал.

—А? Старшего соученика?

—Неважно, — Белал кашлянул. — Ты стараешься измениться. Для меня, как для брата, нет новости радостнее. Меняться нелегко, может, я могу чем-то помочь?

—Нет, всё в порядке. Я и сама справлюсь.

—…Может, тебе не хватает карманных денег? Купи с друзьями сладостей. Если нужно, я дам столько, сколько захочешь.

—С этим тоже порядок. Я зарабатываю, сливая всякие новости в твою газету.

—А… Ну да. Тогда… может, хоть изредка будешь приходить домой? Это ведь недалеко.

—Сейчас учебный семестр, тяжело. Да и перед другими неудобно — остальным нельзя покидать кампус.

—…Понимаю.

Белал удручённо опустил голову.

Он специально выкроил время, чтобы навестить сестру, но разговор совершенно не клеился. Ну почему он выбирает такие глупые темы?

Сглотнув тяжёлый вздох, Белал заставил себя улыбнуться:

—Пиши мне иногда. Я пойду.

Белал развернулся, а Нарин, наблюдавший из тени, лишь укоризненно качал головой. Сложные отношения не исправить за один день.

—Б-брат…

Кая окликнула Белала именно в этот момент.

Застыв на месте, Белал обернулся к сестре.

—…Спасибо за всё, — прошептала Кая, выдавливая из себя слова.

Белал почувствовал, как у него дрогнули зрачки. Сдерживая накатившие чувства, он молча кивнул и ушёл вместе с Нарином.

—Ох…

Кая с облегчением выдохнула. Она высказала то, что было так непривычно произносить вслух. Щёки до сих пор пылали от смущения.

Подошедший Амутар поднял большой палец вверх:

—Отличная работа.

—…Заткнись.

Смутившись ещё сильнее, Кая скривилась и грозно уставилась на Сёльён:

—Лисица, хорош прохлаждаться, иди помогай! Тебе одной прохладный напиток пить нормально, да?

—Предателям напитки не полагаются! — Осушив остатки кофе, Сёльён засеменила прочь из тени.

А тем временем Белал, отошедший на приличное расстояние…

—Кхм… Хнык…

—Не ной.

Он всхлипывал, содрогаясь всем телом.

Сколько бы он ни смотрел на небо, слёзы не останавливались.

Подумать только, сестра сказала ему «спасибо»! Нахлынувшая радость переполняла его, выливаясь наружу потоком слёз.

—Прости, старший соученик… Твои… твой непутёвый младший соученик так опозорился… Ы-ы-ы!

—Мужские слёзы — это не позор.

Белал буквально опустился на корточки прямо посреди улицы, громко рыдая. Проходившие мимо студенты Академии начали перешептываться.

Нарин похлопал ранимого младшего соученика по плечу:

—Плачь, не стесняйся. Настоящий позор — это не знать, когда нужно плакать. А ты знаешь. Я понимаю твои слёзы.

Слёзы члена Десяти великих, известного как Кровавый Змей!

Такое зрелище выпадало не каждый день.

Слухи мгновенно разнеслись по кампусу, созывая зевак. Вскоре вокруг Нарина и Белала собралась целая толпа любопытных.

Спустя какое-то время сквозь толпу пробрался профессор, прознавший о происходящем.

—…Мать вашу, что здесь происходит?!

Не в силах осознать творящийся абсурд, Хассель не сдержал крепкого бранного словца.