Том 1 · Глава 1. Полная новелла

Совет Сорока Шести — высший судебный орган Общества Душ, уступающий во власти лишь Королю Душ. Состоит он из сорока мудрецов и шести судей, которых отбирают исключительно из дворянских семей. Амакадо Наюра, несмотря на юный девичий возраст — одна из самых высокопоставленных мудрецов, унаследовавшая от своего отца пост верховного смотрителя Великой Духовной Библиотеки после его смерти от рук Айдзэна. Переняла она от него и дворянскую гордость, потому и считала, что Совет 46 имеет полное право решать судьбу синигами. Она свято верила, что так и должно быть. Но после встречи с одним синигами её мировоззрение начало потихоньку меняться...

НАШИ ДНИ — ГЛАВНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ СОВЕТА СОРОКА ШЕСТИ — ПОДЗЕМНЫЙ ЗАЛ СУДА.

Наюра не могла пошевелиться. Её ноги, наверняка сломанные, были придавлены грудой обломков. А может, её сковал страх перед квинси, взирающим на неё сверху.

“За что нам это?..” — Прочие судьи, валявшиеся в ранах вокруг неё, сетовали на то, как извратился мир. Однако Наюра знала, что мир не стал ни на йоту порочнее. Только тогда она поняла, что это Совет Сорока Шести до сей поры проживал свои дни в пороке. На ум ей пришел тот самый день…

18 МЕСЯЦЕВ ТОМУ НАЗАД — ГЛАВНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ СОВЕТА СОРОКА ШЕСТИ — ПОДЗЕМНЫЙ ЗАЛ СУДА

—Так это и есть ваш ответ, а, Хисаги Сюхэй, Кира Идзуру? — раздался грозный глас судии по подземному залу суда. В тот день Совет Сорока Шести собрался на судебное заседание. Два молодых человека, стоявшие в центре зала, подозревались в содействии предателям Итимару Гину и Тосэну Канамэ. К тому времени Айдзэн уже был побежден Куросаки Ичиго и заключен в Мукэн, но все прочие дела лежали в долгом ящике, пока выкошенный Совет Сорока Шести не был созвал вновь.

Хинамори сочли жертвой манипуляции, поэтому мерой наказания для неё была избрана пристальная слежка. Сюхэй же, сначала проходивший как потерпевший, оказался на скамье подсудимых за сочувствие Тосэну. Кроме того, он заметно ухудшил свое положение, начав припоминать не относящиеся к делу прецеденты, как, например, спорное решение Совета по вопросу об убийстве подруги Тосэна.

Несмотря на то, что в глазах большинства мудрецов Сюхэй был дураком из-за неразумного поведения, он всё же вызвал интерес у Наюры. Кира, однако, распалил его ещё больше. Поступки Сюхэйя и его верность Тосэну ей были понятны, но Кира ответствовал о своих отношениях с Гином объективно и беспристрастно. Он признавал, что Гин содействовал Айдзэну, но при этом сказал кое-что любопытное: Кира утверждал, что не получал приказа поднять свой меч на Хинамори и Мацумото, посему сей проступок был его грехом и ничьим больше. Он даже ходатайствовал об исключении его противозаконных деяний из перечня злодейств Гина. Кира признавал, что Гин был преступником и ничто не могло оправдать его поступки, но в то же время настаивал, что на протяжении многих веков он предано защищал Общество Душ.

—Неплохая попытка выстроить защиту на логическом трюке, — прозвенел голосок Наюры в каменной палате. — Я, конечно, могу согласиться с мыслью, что предсмертный поступок Гина может косвенно указывать на его изначальный план предать Айдзэна, но это ни коим образом не освобождает его от ответственности за прочие вины.

Кира на секунду изумился, увидев посреди синклита мудрецов дитя, но быстро возразил:

—Я и не собираюсь оправдывать Гина, но в то же время не позволю взвалить на него преступления, ответ за которые должен держать лишь я.

Мудрецы злобно забормотали, услышав его тираду, суля юноше дурной исход за дерзкие речи, однако Наюру его слова заинтриговали, ведь взглядом он будто молил: “Не снимай с меня мой грех!”.

В итоге Кира и Хисаги получили выговор, но дальнейших санкций вроде понижения в звании либо увольнения не последовало, поскольку наблюдался дефицит кадров, обладающих силой капитанского уровня. Готэйю 13 было необходимо восстановить дееспособность как можно быстрее, поэтому их умения были сочтены необходимыми для этой задачи. Пока шли судебные разборки, просьба об их возвращении поступила от нескольких капитанов, но юношей об этом не оповестили. Кроме того, у Совета Сорока Шести были дела поважнее, например решение вопроса по Вайзордам и предъявление обвинения Маюри Куроцути в убийстве своих же подчиненных. Поскольку было жалко тратить время на текущее судопроизводство, парней отпустили.

Таким образом, указом главнокомандующего Ямамото Кира и Хисаги вернулись к работе на посту заместителей капитанов.

—Кира Идзуру, подожди!

Обретший наконец свободу, Кира направлялся к лестнице, но был остановлен Наюрой. Сперва он обратился к ней фамильярно, но быстро поправил себя, вспомнив, кто перед ним. Наюра успокоила его, сказав, что в формальностях нет нужды, а затем, словно ведя монолог, принялась перечислять все, что знала о том, как и где учился Кира, о его родителях, Кире Кагэкиё и Кире Сидзукэ, о его любимой еде, хобби.

—Ты что, следила за мной? — спросил Кира, на мгновение позабыв, с кем разговаривал.

Наюра, казалось, не обратила внимания на его вопрос, потому как задала свой:

—В последнее время слова и поступки синигами все больше напоминают людские. Не кроется ли причина во влиянии Куросаки? — Заметив смущение на лице Киры, она поняла, что следует внести ясность: — Я Амакадо Наюра, смотритель и главный архивариус Великой Духовной Библиотеки. — Архив в обязательном порядке собирал и хранил всю информацию, касающуюся Общества Душ. Тогда уже было общеизвестно, что Айдзэн вырезал весь Совет Сорока Шести с целью получения доступа к сведениям о Хогёку, хранящимся в Библиотеке.

Кира пришел к выводу, что нечего было дивиться осведомленности девочки о его личной жизни.

—А разве Библиотека ведет подробный отчет о жизни каждого? — спросил он.

—А как же иначе? Не можем ведь мы судить синигами именем Короля Душ небрежно, — ответила девочка. Внезапно её ротик искривился в хитрой ухмылке, и она поинтересовалась: — Кстати, а ты часом не автор серийного романа, публиковавшегося в “Вестнике Сэйрэйтэйя”? Мне следует принести извинения: твоё сочинение и вправду можно назвать шедевром.