Глава 122. Развязка
У меня мало друзей (Новелла) · Том 9 · 0% · ещё ~11 мин

Том 9 · Глава 122. Развязка

Вернувшись в комнату, я убил пару часов за портативной консолью и легким чтивом, а потом решил, что одного купания сегодня явно мало, и снова потопал в онсэн.

Не тут-то было. Едва я устроился в воде, как рядом с победным «плюх» материализовался господин Пегас. И мы снова, сам не знаю как, принялись натирать друг другу спины.

Понятия не имею, что с ним не так, но ему это, кажется, доставляет жуткое удовольствие. Зато теперь моя спина сияет — и на том спасибо.

После второго захода я вернулся к себе как раз к ужину. Хозяйка принесла еду прямо в комнату.

Нам подали горные овощи, речную рыбу, а на горячее — тушеную оленину. Давненько я её не пробовал. Вкус необычный, с дичинкой. — А ведь оленина — это ж объедение? — Господин Пегас пребывал в отличном расположении духа и снова пустился в воспоминания. — Вот однажды, когда мы с Хаято были на Хоккайдо... Алкоголь он, кстати, даже не пригубил. Вот если бы этот совершенно не умеющий пить человек вырубился, я бы вздохнул с облегчением и наконец сходил в купальню один. Но на моё предложение пропустить по рюмочке он ответил с убийственной серьезностью: — Завтра мне везти всех обратно. К тому же, париться в нетрезвом виде — опасно для здоровья. Странный он всё-таки человек, этот господин Пегас. Но, видимо, даже он умеет брать себя в руки, когда дело касается действительно важных вещей. Честно говоря, стоило этого ожидать.

После ужина я снова отдыхал пару часов, пока господин Пегас не позвал меня на третье купание. Разумеется, мы снова драили спины друг другу. Как обычно, я выскочил из воды пораньше, оставив его нежиться в одиночестве. Несмотря на то, что я просидел в горячем источнике уже три раза, расслабиться так и не вышло. Не то чтобы я был фанатом онсэнов, но сейчас мне отчаянно хотелось просто посидеть в тишине и горячей воде. Может, сходить, когда господин Пегас уснет?.. Хотя, стоп, купальня работает только до полуночи. Похоже, сегодня расслабиться мне не суждено.

Хаа-а... Я тяжело вздохнул, выходя из раздевалки, и мой взгляд снова упал на карту здания. Вестибюль, холл, магазин, комната для пинг-понга, большая общая купальня «Рай Красного Цветка» (мужская), большая общая купальня «Рай Королевского Цветка» (женская), открытая купальня «Золотое Кольцо» (общая). В голову вдруг пришла мысль. Общая купальня. На время лыжных сборов она, конечно, под запретом. Но сегодня-то никаких ограничений нет. Кроме нас, тут всего несколько пожилых постояльцев. А девчонкам, судя по всему, выделили отдельную женскую купальню, так что в общую они вряд ли пойдут. Конечно, есть вероятность, что там всё-таки окажутся какие-нибудь пожилые дамы... Но даже если так, что-нибудь придумаю.

Ладно. Решение принято. Я развернулся и быстрым шагом направился не к своей комнате, а к открытой общей купальне.

«Золотое Кольцо» находилось довольно далеко от двух основных, и мне, к счастью, удалось добраться до раздевалки, не попавшись на глаза ни одной из девчонок. Я, конечно, не собирался делать ничего плохого, так что даже если бы меня кто-то увидел, проблем бы не было. Но было бы жутко неловко, если бы они узнали, что я поперся в общую купальню.

С облегчением выдохнув, я скинул юкату с бельем и, чувствуя невероятную легкость, шагнул наружу. Как только я открыл дверь и вышел под открытое небо, декабрьский воздух заснеженного пейзажа вцепился в мое разгоряченное тело ледяными клыками. Ай-яй-яй, холод-то какой... просто жуть! Тело уже успело трижды прогреться в ванне, так что я припустил к центру купальни — и тут до меня донеслись голоса из источника.

Да чтоб вас, у каждой из них такие красивые лица, черт возьми! Думала, хоть здесь халявные сиськи посмотрю, так эти две здоровенные бабищи откуда ни возьмись вылезли! Почему именно я должна торчать между двумя кусками сала, которые всего на два года меня старше?! Тьфу, чертчертчерт, эти выскочки смотрят на меня с жалостью, да?! Строят из себя заботливых, ничего не понимая в моих страданиях, проклятые нормисы, ублюдки! Черт, почему именно я должна здесь торчать одна! Одна, именно я, одна?! Да нет же! Я не жалкое создание! Это не изоляция, а одиночество! О, как же я скучаю по тебе, братан! Давненько я не была в одиночестве, черт! Но всё равно, одной реально тоскливо... Не люблю ни холод, ни одиночество, Кодака... хлюп...

В углу купальни, по самую шею погрузившись в воду и глядя в звездное небо, с невероятной скоростью выплевывая ругательства и жалобы, сидела...

У-у-у... я думала, что уже пришла в себя... — Рика? — КЬЯ?!

БУЛТЫХ! Когда я робко позвал её, Рика взвизгнула и ушла под воду с головой.

Апчхи! Я чихнул. Стоять на морозе было слишком холодно, поэтому я быстро залез в горячий источник. Как же хорошо... Жар онсэна разлился по телу, и вся усталость словно растворилась в воде. — Уф... Жить буду. — Не надо тут оживать, дурак!

Плюх! — голова Рики с негодованием вынырнула из-под воды, чтобы обозвать меня, а потом она, слегка смущаясь, прикрыла грудь руками и повернулась ко мне спиной. На Рике не было даже полотенца, то есть она была совершенно голой. При виде её белоснежной спины сердце едва не выпрыгнуло у меня из груди, и я в панике тоже отвернулся. Я подумал, что нужно бы отодвинуться подальше, но открытая купальня оказалась меньше двух других, так что толку от этого было мало.

П-ПОЧЕМУ Кодака приперся сюда?! — Председатель в мужской купальне, там не расслабишься! А т-ты?! Зачем ты специально пошла в общую?! Рика подняла шум, я и сам был слегка не в себе, поэтому ответил вопросом на вопрос.

У-у... — простонала Рика и быстро выпалила: — Потому что стыдно мыться с другими. Она сказала то, чего я совершенно не понял. — Почему тебе стыдно мыться с другими девчонками? — П-Потому что! В купальню же заходят голышом, да? — Ну да, это же купальня. — Там уже есть эти монстры из Соседского клуба, и Хината-сэмпай с Оотомо-сэмпай из совета — они и так красивые, но у них ещё и грудь огромная. Дзингудзи-сэмпай красивая и фигура у неё классная, а Юса-сэмпай — милая. Для девушки, которая сама по себе не очень, мыться в такой компании — это пытка... — А? Я снова не понял, о чём она, и удивлённо поднял брови. — Эм, погоди. Эта «не очень девушка», о которой ты говоришь... это ты, что ли? — Ну а кто же ещё? Я был поражён тем, как Рика надулась и пробормотала это. Серьёзно, что за чушь она несёт? — Ну, я имею в виду, ты... ты же красивая... м-милая, вообще-то? Мои слова, кажется, только ухудшили её настроение. Она огрызнулась: — Опять говоришь какие-то странности. — Нет, это ты странное говоришь... Я имею в виду, сколько раз я тебе это говорил? Что ты... милая, и всё такое... — Ты это говорил? Но ведь это просто глупости, чтобы посмеяться над Рикой? — То есть ты так думала? Услышать, что на самом деле думает Рика, было, мягко говоря, неожиданно. Когда после летних каникул Рика сняла очки и распустила волосы, я, не подумав, ляпнул, что она милая и что она прямо в моём вкусе. Без сомнений, это были мои искренние чувства. В поезде по дороге в Нагаю я тоже сказал, что «Рика обычно выглядит мило». Я, конечно, специально дразнил Рику, но слово «мило» было чистой правдой. — Ты же и сам должен понимать. Не может Рика быть милой. Говоря о самой себе, Рика пробормотала это как-то грустно. Эти слова разожгли огонь в моём сердце. Почему эта девчонка так низко оценивает свою собственную внешность? — Хватит уже нести чушь. Не думая, я процедил это сквозь зубы. — А? — Когда я говорил, что ты милая, и что ты в моём вкусе... это... без сомнения, было тем, что я действительно чувствовал. — Ага, конечно... Видя, как жалко выглядит Рика, я разозлился и выпалил: — Ах, да чтоб тебя! Почему ты такая умная, но иногда ведёшь себя как полная дура?! — Д-Дура?! Рика потеряла дар речи, и я, повернувшись к ней, заорал во весь голос:

ТЫ МИЛАЯ!!!

Моё лицо горело огнём — то ли от жара источника, то ли от стыда, — но я продолжал: — Если ты не милая, то кто тогда вообще милый?! Ты милая. Как ни посмотри — ты определённо милая... И пока ты сама в это не поверишь, я буду повторять это снова и снова. Рика — о-очень милая! Рика, ты просто ангел! У меня аж дух захватывает, знаешь?! Милее Сэны, милее Ёдзоры, милее Юкимуры, милее Кэйт, милее Хинаты-сан, милее Аканэ-сан, милее Карин-сан, милее Аой-сан — ты самая милая из всех! Я провозгласил это громогласно. Рика молчала. Вместо ответа я услышал всплеск — она поднялась из воды. Когда рябь на воде утихла: — Правда? Голос Рики, казалось, молил меня. — Правда.

Тогда, Кодака, посмотри сюда.

Х-ха?! Нет, ты это... ты там... — Ничего страшного.

В голове у меня была полная каша, но Рика говорила на удивление спокойно. Делать нечего, я зажмурился и повернулся к ней. — Открой глаза. Поколебавшись пару секунд, я робко открыл их.

Передо мной стояла Рика. Совершенно голая.

У тебя на лице написано: «Рика и правда голая» — и полный шок, ни одной мысли. Её лицо сейчас было пунцовым от смущения, и она, криво усмехнувшись, сказала что-то похожее на то, что говорила, когда была в платье горничной. — Ага. В голове сплошной белый шум. Я вообще ни о чём не могу думать. Когда я выдавил из своего затуманенного сознания эти слова, Рика, как и в прошлый раз, принялась бормотать «Дурак-дурак, Кодака-дурак», но улыбка на её лице была совершенно другой.

Я правда милая? Спросила Рика дрожащим голосом. — Д-Да, милая... Ответил я хрипло.

Хочешь потрогать мою грудь?

Я н-не то чтобы не хочу их трогать! На такой безумный вопрос я инстинктивно попытался всё отрицать, но в итоге только запутался в словах. Она не прикрывала руками свои холмики, и мой взгляд сам собой упал туда. Рика перевела взгляд на нижнюю часть моего тела и покраснела ещё сильнее. — Как и говорила учительница Мария, у тебя, похоже, всё в порядке? — К-К-Куда ты смотришь, дурочка?! Как не стыдно! В панике я снова отвернулся от Рики. Сзади послышался тихий смешок. А потом... Рика подошла сзади и, обвив руками мою шею, прижалась ко мне. И на моей спине я отчётливо ощутил два мягких бугорка.

Иллюстрация

~~~! А-А-А-А! Ты чего, а? Что ты делаешь?! Я заикался, потрясённый и ошеломлённый настолько, что не мог связать и двух слов. Рика прошептала мне на ухо:

Это тебе спасибо за то, что назвал меня милой.

Я не видел её лица, но точно знал, что оно такое же красное, как и моё. Сердце моё колотилось как бешеное. — Всё, хватит! Сказала она секунд через пять и убрала грудь с моей спины, отделяясь от меня. Моё сердце никогда в жизни не билось так часто, как в эти пять секунд.

Рика вышла из купальни и направилась в раздевалку. Чтобы случайно не увидеть её фигуру со спины, я крепко зажмурился и погрузил голову в воду. Дверь раздевалки открылась, потом закрылась. Она специально хлопнула посильнее, думаю, чтобы я услышал сквозь толщу воды.

Пуха-а! Вынырнув, я уставился в звёздное ночное небо, глубоко вздохнул... и выдохнул. Снова и снова я вдыхал и выдыхал. Казалось, моя кровь кипела, и сколько бы я ни вдыхал холодный зимний воздух, тело совершенно не остывало.