Глава 127. Рассвет
У меня мало друзей (Новелла) · Том 10 · 0% · ещё ~16 мин

Том 10 · Глава 127. Рассвет

Утром, позавтракав, мы выехали из гостиницы около восьми. План был прост до безобразия: сразу, без остановок, в академию.

График — бешеный, но выбора не было. Если «Клубу соседей» на каникулах сам бог велел бездельничать, то наш водитель Пегас и все члены студсовета — люди занятые. Пришлось подстраиваться.

Рассадка в этот раз отличалась от той, что была по дороге сюда. Я постарался усадить Хинату и Ёдзору поближе друг к другу. Хоть чуть-чуть, но пусть.

Ёдзора сидела у окна на заднем сиденье. Рядом с ней устроилась Карин. В детали плана я Карин не посвящал, просто сказал: «Пока я отвлекаю Кобато, которая всё никак не отлипнет от Ёдзоры, займи место рядом с ней!». Карин с радостью согласилась, даже не спрашивая зачем.

После того как «живой щит» в лице Карин и Ёдзоры был установлен, перед ними сели Хината-сан и Аканэ-сан. Ёдзора метнула в меня сердитый взгляд — кажется, она раскусила мои коварные замыслы.

В итоге места распределились так:

Рика, как и по пути сюда, смотрела в окно в наушниках, отгородившись от мира. На противоположной стороне автобуса Ёдзора, подперев щеку рукой, с непроницаемым видом пялилась в окно, холодно игнорируя Карин, которая то и дело подсовывала ей то сок, то конфеты. Карин, кажется, всё поняла, перестала быть навязчивой и просто тихонько сидела рядом. Впереди меня щебетали Юкимура и Аой, уткнувшись в телефоны. Они листали сайт со спортивной одеждой. «Юкки! Юкки, смотри, какая прелесть!» — «А эти кеды ничего так». — «О, точно!» — только в этой части автобуса царила привычная, уютная атмосфера. Пегас-сан, как и прежде, сидел за рулём с кислой миной. За завтраком он спросил, почему я вчера так поздно вернулся в номер, и когда я сказал, что мы все вместе играли в игры, он надулся: «А меня почему не позвали?..» Мне было дико стыдно. Рядом со мной сияла Кобато, наслаждаясь видами за окном. Сэна то и дело пыталась подсунуть ей конфету, но Кобато решительно отвергала все попытки. Отвергнутые сладости тут же отправлялись в рот Марии, которая сидела сзади. Позади меня, как и по пути сюда, сидели Хината-сан и Аканэ-сан. Они разложили перед собой кучу каких-то бумаг и, судя по сосредоточенным лицам, обсуждали что-то серьёзное. Наверное, готовятся к рождественской вечеринке. Рождественская вечеринка, которую организует студсовет, пройдёт в спортзале академии Святой Хроники двадцать четвёртого декабря. Это последнее крупное мероприятие в этом году для совета, где главные — Хината-сан и остальные. После него почти все дела перейдут к новому составу.

Интересно, а когда вообще следующие выборы в студсовет? Помню, на классном часе через пару дней после фестиваля нам говорили выдвигать кандидатов, но из нашего класса никто не вызвался. И потом я вроде ничего больше про выборы не слышал. Да и на прошлой неделе, когда я помогал в студсовете, никто эту тему не поднимал.

Поэтому так... и вот так... нужно сделать вот так... — М-да... Вот это сложный момент...

До меня доносились голоса спорящих Хинаты-сан и Аканэ-сан. Я решил не мешать их серьёзному разговору и обратился к Аой.

Аой, можно спросить? — А? Что такое, Кодака-кун? Аой обернулась ко мне, высунув голову из-за сиденья. — Меня тут мучает вопрос: новый состав студсовета уже определился? — Новый состав? Президент и вице-президент почти утверждены. После зимних каникул будет голосование по доверию, и их официально изберут. — Голосование по доверию? Это когда только один кандидат, да? И только президент с вице-президентом... — Ага, — Аой вздохнула и надула губки. — Хотелось бы, конечно, чтобы побольше народа проявило инициативу... Но, наверное, Хината-сан слишком хорошо работала в этом году, и теперь должность кажется какой-то неподъёмной...

Да уж... Даже за ту неделю, что я там был, мы выли от занятости: помогали разным комитетам и клубам плюс обычные дела... И теперь понятно, почему даже те, у кого есть желание, сомневаются, идти ли в студсовет. Даже если там дают дополнительные баллы за активность, которые учитываются на экзаменах, всё равно мороки больше. И неизбежно будут сравнивать с Хинатой-сан и остальными.

И кто же этот новый президент? Тот, кто добровольно взял на себя такую ответственность, зная, с чем придётся столкнуться. Честно говоря, я впечатлён. — Это я. — Что? Я не сразу понял, что Аой ответила на мой вопрос, и переспросил. — Я собираюсь стать следующим президентом студсовета. Никто другой до дедлайна не выдвинулся, так что кандидат — я. — Серьёзно?.. — А Карин, кстати, будет следующим вице-президентом. — То есть нынешние казначей и секретарь становятся президентом и вице-президентом? Если других кандидатов нет, то логично, но... — Следующие казначей и секретарь ещё не определены? — И должность главы по общим вопросам тоже вакантна. — И вы вдвоём справитесь? Мне было тревожно за них, но сама Аой ни капли не переживала. — Ну, как-нибудь справимся. Попросим друзей помочь, пока не наберём новых членов.

Если я правильно помню, президент может сам назначать людей на вакантные должности из числа учащихся. Хорошо бы они побыстрее нашли себе помощников.

Юса~ Юса, я тоже помогу! — Ага. Конечно, буду на тебя рассчитывать, Юкки, — смущённо, но с радостью ответила Аой на слова Юкимуры. Всё-таки это здорово, да? Иметь друзей, на которых можно положиться в трудную минуту.

Позади меня всё ещё шло бурное обсуждение между новым президентом и вице-президентом. — Вот так... Видишь? Так надо. — М-да... Хм... Ага... Вот так?.. — Нет, не так... Смотри сюда... Я же только что объясняла, — в голосе Аканэ-сан послышалось раздражение. — Эй, эй, сюда глядите! Видите? Эту «y» надо заменить на эту цифру.

Внезапно в разговор Хинаты-сан и Аканэ-сан вклинилась Мария. — А? Мария? Та подняла голову и огляделась. Мария заглянула в раздаточный материал, который держала Хината-сан, и, тыча пальцем, начала объяснять: «Вот, смотрите. Это корень из трёх, понятно? А это становится двойкой». Я тоже уставился на листок — Хината-сан держала... что? Математика?

Э-э... А вы чем заняты? — Как видишь, объясняю Хине, — ответила Аканэ-сан, перемежая слова со вздохами. — Да уж... Настоящий абитуриент... Похоже, они обсуждали вовсе не студсовет, а готовились к экзаменам. Они же третьекурсницы... Те, кто собирается поступать в университет, наверное, вынуждены использовать любую свободную минуту для учёбы.

Ну, понимаешь, экзамены... — туманно начала Аканэ-сан. — Ага... — Хината-сан тоже неловко отвела взгляд и шмыгнула носом. — Хм? Это же программа первого класса? С такими знаниями ты хочешь в университет? Мария вонзила кинжал правды в их скудоумие.

Программа первого класса? Я присмотрелся к заданиям. Да там сплошь простые примеры, которые даже я могу решить без проблем.

О, повторяете базу? — спросил я. — Вот именно! База — это важно, да! — ответила Мария. — Д-да, конечно! Основа — всему голова, ха-ха-ха! Самое главное — разобраться с основами, правда ведь! По смеющемуся лицу Хинаты-сан градом катился холодный пот.

Сейчас же декабрь, да? От моего комментария лицо Хинаты-сан застыло. — А! Точно! То есть ты уже всё выучила и теперь просто для уверенности повторяешь материал первого класса, да... Я хотел добавить своим обычным тоном и с определённой улыбкой: «Конечно, так и есть!», но Хината-сан отвела глаза, чтобы не встречаться со мной взглядом.

И тут я внезапно вспомнил. Слухи о Хинате-сан, которые Ёдзора рассказывала мне на спортивном фестивале, или те, что я слышал от других учеников, когда помогал в студсовете. — Хидака Хината, третий класс. Два срока подряд была президентом студсовета благодаря своей невероятной популярности. Нарасхват как помощница в куче спортивных клубов из-за своей разносторонней физической подготовки. Очень ответственная, но при этом никому не отказывает в помощи. Любимица младшеклассников и одноклассников. Весёлая, открытая. Освежает, как утренний бриз. Ведёт себя как старшая сестра. Надёжная. Добрая. Феноменальная реакция. Пока она президент — всё будет хорошо. Очень сильная. Красивая. Клёвая...

И тут до меня дошло: сколько бы люди ни хвалили её характер, физические данные или внешность — никто ни разу не упомянул её успеваемость.

Кажется, ты наконец-то понял, Хасэгава-кун, — сказала Аканэ-сан с кислой улыбкой. — В плане мозгов Хина... как бы это помягче... ну... мягко говоря, не блещет... тормозит... — Э-э... Что ты... Я осёкся, не договорив «…имеешь в виду?». Почувствовал, что не стоит даже произносить дежурное «Что ты имеешь в виду?». Не говорить этого — тоже своего рода ответственность. — Видишь, Хина? У Хасэгавы-куна от шока речевой центр отказал. — Н-не надо так удивляться, Кодака! Хината-сан покраснела и возмутилась. — П-прости... Но ты, Хината-сан, всегда производила впечатление очень умной... Я ляпнул то, что думал. — Фух... Я же тебя предупреждал об этом, Кодака! Хината-сан почему-то гордо выпятила грудь и заявила тоном, от которого и не подумаешь, что она — та ещё тормозная. — Судить о людях по внешности — удел глупцов!

В моей голове раздалось воображаемое БАМ! и Ого!. — Т-ты сама это говоришь, но!.. Тогда, когда я впервые это услышал, меня это очень тронуло, но... понимаете! Это ведь моя внешность заставляет людей думать обо мне плохо, поэтому для меня естественно не судить по внешности. Но в её случае всё с точностью до наоборот... Это из-за внешности у людей складывается о ней слишком хорошее мнение. Она — первый человек, который действительно не судил меня по внешности. Ситуация перевернулась с ног на голову, невероятно...

Наверное, Аканэ-сан убила Хинату-сан в первую же ночь, когда Ёдзора была оборотнем, именно потому, что та совершенно не подходит для подобных интеллектуальных игр (другими словами), и хотела избежать разоблачения этого факта при всех.

Вот оно что... Ну и ну... Услышав хриплый голос, я отвлёкся от Хинаты-сан. Не успел я оглянуться, как Ёдзора уже стояла позади меня и сверху вниз смотрела на Хинату-сан. — Ё-Ёдзора! Хината-сан с испуганным лицом уставилась на сестру. Ёдзора несколько мгновений смотрела на ошеломлённую Хинату-сан... и вдруг уголки её губ поползли вверх в хищной усмешке. — Значит, ты тупая, да? То, что Аканэ-сан сказала намёками, Ёдзора выпалила прямо в лицо родной сестре. — Г-Глупая та, кто обзывает других глупой! Хината-сан возразила с таким же детским упрямством, как Мария или Кобато. Ёдзора лишь презрительно хмыкнула в ответ: «Ну да... конечно, тупая...» Ёдзора — без капли злорадства, а с какой-то невероятно мягкой и нежной улыбкой, словно увидела единственный лучик света в своей кромешной тьме. — М-да... Я надеялась, что Ёдзора никогда об этом не узнает... Это всё Аканэ виновата, заставила меня учиться в автобусе... В отличие от своей младшей сестры, Хината-сан выглядела по-настоящему расстроенной.

Ну, ты сама слышала, Микадзуки-сан. Аканэ-сан снова кисло улыбнулась, обращаясь к Ёдзоре. — Хина — дура. — Я же просила не называть меня дурой... Игнорируя ворчание Хинаты-сан, Аканэ-сан продолжила: — И это касается не только математики. Она абсолютно безнадёжна по всем предметам. Честно говоря, при таком раскладе даже не стоит мечтать об университете... Вопрос стоит о том, сможет ли она вообще окончить школу. — Настолько плохо?! Даже Ёдзора, кажется, была удивлена — её глаза расширились. — Увы... Поэтому я хочу попросить тебя о помощи, Микадзуки-сан. — О... помощи? — Да... Я хочу, чтобы ты взяла шефство над учебой Хины. — Ч-ЧТО?! — ЧТО-О?!

Ёдзора и Хината-сан уставились на Аканэ-сан. — Ты меня бросаешь, Аканэ?! Мой уровень настолько высок, что никто, кроме тебя, не справится! — Ты только что сказала что-то ужасно обидное, Хина? Мне и самой нужно учиться, я не могу торчать с тобой круглосуточно. — Н-но я же в третьем классе! Предметы для третьекласснтков будут слишком сложны для... — Если ты сможешь подтянуть её до уровня, на котором она хотя бы более-менее будет понимать программу второго класса, с остальным я как-нибудь разберусь потом. К счастью, у неё куча дополнительных баллов за активность... Я всё же надеюсь, что даже если она провалит выпускные экзамены, учителя сжалятся над ней из жалости и позволят ей получить диплом.

Мне кажется, это называется не надеждой, а самообманом, но я благоразумно промолчал. — И вообще, почему я-то? — Я тут почитала кое-что. У тебя отличные оценки, ты умна... Настолько, что обыграла меня в «Оборотня». И, что самое главное — ты младшая сестра Хины. Лицо Ёдзоры дёрнулось от недовольства. — Аргумент «потому что я её сестра»... Не думаю, что это моя обязанность — нянчиться со старшей... — Логично, — Аканэ-сан кивнула, соглашаясь. — Но что, если твоя сестра окажется с тобой в одном классе? — Гх! Лицо Ёдзоры застыло. Она переводила взгляд с Хинаты-сан на Аканэ-сан и обратно. Когда Ёдзора перейдёт в следующий класс, а Хината-сан завалит экзамены, они обе окажутся в третьем классе вместе. Даже если родственников не обязательно сажают в один класс, если они окажутся на одной параллели, встречаться они будут часто. А если узнают, что они сёстры, поползут разные неприятные слухи.

Эй. Голос Ёдзоры, обращённый к Хинате-сан, прозвучал угрожающе низко. — Д-Да? — Ты не против называть меня «учителем» с этого момента? Она внезапно предложила нечто из ряда вон выходящее! — З-Зачем мне называть свою младшую сестру «учителем»?! — Ты так уверена, что не станешь моей одноклассницей... вернее, моей кохай по году обучения? Когда я буду выпускаться, подаришь мне букет как первокурсница? — Я не настолько тупая! Учитывая, что она даже с программой первого курса мучается, нельзя исключать, что это действительно может случиться.

Эй, тупица. — Т-Тупица?!.. Ёдзора, я, конечно, всё понимаю, но... Мы хоть и сёстры, но я твоя сэмпай. Нельзя так разговаривать со старшими! — Через четыре месяца мы будем одноклассниками, разве нет? — Я п-пока ещё твоя сэмпай! Почему она вдруг перешла на вежливый? И что значит «пока»?

Слушай сюда, тупица. — Да! Хината-сан дрогнула под напором взгляда Ёдзоры. — Я тоже буду говорить вежливо с тем, кто этого заслуживает. Но ты — особый случай, поняла? Если тебе это неприятно — докажи, что твои мозги способны вытянуть хотя бы на средний уровень... С завтрашнего дня... нет, как приедем в школу — начинаем учиться.

Ёдзора внезапно перестала церемониться со своей безалаберной сестрой и вошла в привычный режим «самый лучший напор». — Н-но у меня работа в студсовете... — Можешь оставить это нам, — перебила её Аканэ-сан. — Я поручу Аой подготовку к рождественской вечеринке. Пусть набирается опыта, пока не поздно, верно? А ты, Микадзуки-сан, спокойно занимайся с Хиной. — Поняла. Я докажу, что способна поднять уровень IQ этой малолетней дуры с обезьяньего до австралопитека. — Фуха-ха! Ну и громкое же заявление ты делаешь, сестрёнка! — А ты чего такая самоуверенная... Я на всякий случай уточню: ты хоть знаешь, кто такие австралопитеки? — К-конечно, знаю! Ну... это... те, кто жили в древности, да? — Ну, хоть это знаешь, и на том спасибо. — Ещё бы! Фуфун — Это же знаменитость, австралопитек... Кажется, она перепутала их с Аристотелем. — Эт-то ж обезьяна... Ёдзора простонала сквозь зубы, массируя виски. — Ч-что ты так смотришь, Ёдзора, как на безнадёжную?! Рядом с Хинатой-сан Аканэ-сан только пожала плечами. Наши глаза встретились, и она многозначительно подмигнула. Возможно, Аканэ-сан специально начала заниматься с ней в автобусе, чтобы привлечь внимание Ёдзоры.

Господи... Ёдзора вздохнула и села на место. Потом достала телефон и начала что-то в нём искать. Выражение её лица было каким-то... мягким. Ёдзора есть Ёдзора, она наверняка поняла замысел Аканэ-сан и решила подыграть. Если так, значит, Ёдзора готова помириться с Хинатой-сан. С этой мыслью я тоже сел.

И тут мне пришло сообщение. — Хм? Отправитель: Микадзуки Ёдзора. Тема: «Спасибо» Текст: «придурок»

Придурок? А, «продуманный ход»? Опечатка, в её стиле.