Глава 8
Болезненный муж? Жена по контракту (Новелла) · Том 1 · 0% · ещё ~8 мин

Том 1. Глава 22

Хотя об этом нигде не говорилось, было совершенно ясно, в чем «причина». Если «условия» брака исчезнут, то и надобность держать такую женщину в качестве супруги герцога отпадёт. Гораздо целесообразнее подобрать красивую и влиятельную особу под стать будущему титулу.

Однако, опять же, ключевую роль во всем этом играло здоровье герцога.

Если Камилла сама попросит развестись с ним… то, не имея весомой причины, обусловленной пунктами контракта, я не смогу ничего поделать. Денежное финансирование прекратится, однако возвращать ничего не придётся. Нет, вообще-то так было бы даже лучше.

[Если контракт расторгается по инициативе «А», «А» обязуется выплатить дополнительно половину аванса в качестве компенсации «В».]

Мелочь, а приятно. Пусть этот пункт и был прописан мелким шрифтом в самом неприметном месте, раз он есть на обоих экземплярах договора, то Камилле ничего не останется, как только согласиться.

Среди множества несправедливых отговорок, это было единственное условие, поддерживающее мои интересы. Я бы, конечно, извлекла из этого максимум пользы… но слишком уж много у "А" было "инициатив".

Я здесь, чтобы кое-что обсудить с вами, — произнесла серьёзно.

Поговорить?..

Да

О чём же? — во взгляде Камиллы промелькнуло подозрение.

Неужели я была слишком серьёзной? На лице её читалось: «Ну и что ты задумала?».

Вдохнула поглубже. Вдох, выдох, вдох.

С этого момента я хочу сама заботиться о своем муже.

Сказала! Наконец-то сказала! Боже мой... Едва слова сорвались с губ, я отпрянула от свекрови и затаила дыхание.

Ту-дум. Ту-дум. Звук тяжёлых ударов сердца колко отдавался в ушах.

Что это значит? — ответила пристальным взглядом Камилла.

Думаю, я слишком плохо знакома с Амидом.

Знакома? Что ты имеешь в виду? — она склонила голову и нахмурилась.

Сердце мгновенно перешло на галоп.

«Спокойствие, главное — сохранять спокойствие», — мысленно повторяла, как заклинание заклинание. Нельзя сдаваться. Ни при каких обстоятельствах.

В самых элементарных вещах вроде любимой еды или времени прогулок, периодичности и продолжительности припадков… что-то вот такое.

К чему этот внезапный интерес? — её подозрительность лишь усилилась.

Я переложила свои обязанности по заботе о муже на матушку и Рэймонда, а сама лишь проливала слезы.

Смесь удивления и недоверия исказила лицо свекрови, будто прозвучало что-то немыслимое.

И?

Я хочу сама исполнять свои обязанности.

Ты?

Теперь она выглядела так, будто хотела сказать: «Как ты смеешь?!», но сдержалась в последний момент.

Хочу позаботиться о здоровье Амида.

О чем ты говоришь? — удивление читалось и в широко распахнутых глазах Камиллы.

Он мой супруг, — и неожиданно покраснела. Требовалось много мужества, чтобы произнести это слово собственными устами, несмотря на то, что это чистая правда. Муж, мой муж. Муж Селены.

Супруг? — свекровь раздражённо фыркнула в ответ. — Не делай ничего бестолкового. Просто сосредоточься на своей непосредственной работе. Рэймонд достаточно заботлив в отношении Амида. Я не знаю, что вдруг взбрело тебе в голову, но не забывай, зачем ты здесь. Твой долг...

Рождение здорового наследника.

Рада, что ты не забыла.

Конечно, поэтому и прошу об этом, — ответила улыбкой на сарказм.

Тогда просто сосредоточься на том, чтобы забеременеть. Ты ведь принимаешь лекарства, которые прописал Рэймонд, верно? — она откинулась на спинку дивана.

Да, — слишком поспешный ответ? Я поступила взор.

И принимаешь их вовремя, не так ли?

Зачем спрашивать о том, что и так знаешь? Я мысленно вздохнула. Лекарство мне подавала не Рона, моя личная горничная, а Грета - горничная Камиллы. Она приносила его три раза в день и ждала, пока не выпью.

Кроме того, в дни совместного "времяпрепровождения" Грета подавала дополнительный флакон, содержимое которого, как утверждалось, было полезным для зачатия. И, конечно же, строго контролировала его приём. Каждый раз я внимательно изучала лицо этой женщины.

Интересно, способно ли оно вообще быть эффективным.

Что это значит? — Камилла нахмурилась.

Думаю… Мы не можем безоговорочно верить каждому слову Рэймонда.

От моего спокойного ответа лицо свекрови слегка помрачнело.

Рэймонд — один из лучших докторов! Его рецепт неоспорим.

Неважно, насколько он хорош, ничего не выйдет, — ответила категорически, с оттенком смирения, будто уже сдалась.

Что ты имеешь в виду? — выражение лица свекрови ожесточилось при неоднозначном ответе.

Ну… думаю, существует иная проблема, — я сглотнула. Начала намеренно заикаться, теребя край чашки, которую держала в руке.

Другая проблема?

Я имею в виду… для продуктивного зачатия не только здоровье матери, но и отца должно быть хорошим.

Здоровье отца? — её лицо не сулило чего, кроме неприятностей. О здоровье драгоценного сына герцогини Селена знала ещё до замужества. Почему же она внезапно подняла эту тему сейчас?

Да, конечно, знаю, что он слаб, но… хочу сказать… — умолкла неловко.

Именно в этот момент лицо Камиллы дрогнуло.

Говори чётко, чтобы я могла тебя понять.

Свекровь сжала руки в кулаки до побелевших костяшек. Она прищурилась, будто о чём-то размышляла, но глаза постепенно расширялись от удивления.

Должно быть, я рассердила Вас, — взглянула ей в лицо. — В общем... — я намеренно тянула, делая вид, что слежу за её реакцией. — Вряд ли Рэймонд знает, что происходит в нашей постели.

Бледное лицо Камиллы стало краснеть.

Он не знает? — Выражение лица вновь стало жёстким.

Непосредственным участникам процесса виднее, — ответила я с неопределенной улыбкой. — Есть вещи, которые нельзя сделать по воле жены, как бы усердно она ни принимала лекарство.

Я прикрыла глаза и умолкла. Камилла наверняка поймет, что имелось в виду, даже если это не сказано напрямую.

Мой сын ... ни за что, — голос герцогини слабо задрожал.

Ни за что, не говори мне, — чашка в её руке ходила ходуном.

Ей понадобилось какое-то время, чтобы осмыслить услышанное.

…Ты говоришь, что он импотент?!

Лицо свекрови стало белее, чем чашка в руках.

Видимо, это было настолько неожиданно? Однако я никогда не произносила слово «импотент» собственными устами.

Ни за что! Мой сын не такой! Это ложь! Невозможно! — привычный налёт элегантности моментально осыпался, да и реакция была куда красочнее, чем я предполагала.

О нет, матушка, вы слишком повысили голос, — заговорчески приложила указательный палец к губам.

Хм? — Камилла тут же пришла в себя и нервно огляделась.

Несмотря на то, что все слуги были распущены до вечера, кто-то все равно мог ожидать за дверью.

То, что вы не можете зачать ребенка... Может быть проблемой Амида? — с глубоким вздохом повторила свекровь.

Я многозначительно улыбнулась.

На мгновение глаза Камиллы задрожали.

Это не может быть правдой. Рэймонд, будучи уже длительное время врачом моего сына, никогда даже не упоминал о подобном...

Слепая вера Камиллы в Рэймонда была выше моего понимания. Вероятно, потому что он был потомственным врачом, кои из поколения в поколение служили семейству Ифрит. А ещё из-за убеждения, что Амид задержался на этом свете лишь усилиями этого человека, что не раз спасал ему жизнь.

Свекровь изо всех сил старалась сохранить самообладание.

Тогда сами подумайте, — прикрываясь нежной улыбкой, добила окончательно. — Откуда бы Рэймонду об этом знать?

...

Я его жена, матушка, — констатировала факт.

…

Посудите сами: я исправно принимала лекарства, следуя наставлениям Рэймонда, и спала с вашим сыном в рекомендованные дни. Но это не дало никаких результатов...

Должно быть, с твоим телом что-то не так, — решительно заявила Камилла. — Я слышала, ты недавно упала. Разве не странно падать без причины, когда ты молода и полна сил?

В глазах этой женщины все ещё тлел уголек надежды, однако это была просто жалкая попытка сбежать от реальности.

Что ж... Я тоже не отступлюсь.

Это просто стресс, вызванный внезапным приступом Амида.

Мой сын и раньше терял сознание, но это никогда не шокировало тебя настолько…

Я и сама была недалека от обморока. Нервное истощение способно и не на такое.

Камилла смутилась от спокойного ответа и постаралась вернуть себе невозмутимый вид.

Трудно наблюдать, как больной человек постоянно сражается с недугом. Мои душевные терзания не идут ни в какое сравнение с вашими, матушка, однако и я невольный тому свидетель.

…

В этот момент глаза Камиллы наполнились слезами.