Том 2. Глава 168
Раздался свист, и мы вчетвером схватились за головы — рядом разорвался миномётный снаряд. За эти годы меня взрывами задевало не раз и не два, но под прямой миномётный обстрел я попал впервые. В ушах звенело, а с неба посыпались жухлые листья и грязь, набив мне полный рот чёрной жижи. Каньцзянь в ужасе посмотрел на меня и, заикаясь, пролепетал:
Б-б-босс, что, война началась?
Я подполз к краю ямы и поднял бинокль, но из-за густых крон деревьев ничего не было видно. Снова раздался свист летящей мины. Я прислушался — интуиция подсказывала, что дело плохо. Не успел я и слова сказать, как Лю Санг резко изменился в лице.
Бежим!
Мы выскочили из ямы и успели отбежать шагов на десять, как снаряд угодил точно в нашу яму. Мы рухнули на землю.
Гасите фонари, гасите!
Не гасите, — бросайте их подальше!
Каньцзянь выгнулся, размахнулся, напрягая мышцы на своей здоровенной белой ручище, и швырнул фонарь в небо. Тот, описав дугу, невозмутимо приземлился прямо у него под ногами. Я посмотрел на него. Он посмотрел на меня и принял позу бодибилдера.
Фонари типа «Волчий глаз» — тяжёлые, их можно использовать как оружие. Лю Санг пнул один из них ногой, да так, что взвыл от боли. В воздухе снова засвистело, и я, схватив его и Каньцзяня, рванул вперёд, в темноту. Снаряд разорвался там, где мы только что стояли. Спрятавшись за деревом, мы оглянулись. Лю Санг тут же разразился бранью:
Твою мать, что с твоим подчинённым? Он им что, сигнальные ракеты подаёт?
Я покосился на его ногу и подумал: «Сам-то ты, твою мать, не далеко ушёл». Стерев с лица чёрную грязь, я решил, что, наверное, вот так и выглядит война.
Лю Санг указал в одну сторону:
Снаряды летят оттуда. Стоит нашему фонарю сверкнуть, и он тут же засечёт наше местоположение. Он хочет нас прикончить. Люди, скорее всего, на склоне горы.
Вокруг стояла кромешная тьма. Вдалеке виднелся тусклый огонёк нашего фонаря. Внезапно раздался свист, затем — оглушительный взрыв, и свет погас.
Стоя за стволом дерева, я даже не мог разглядеть лица Лю Санга. Ещё один выстрел уничтожил второй фонарь — тот, что Лю Санг отшвырнул подальше. И снова всё мгновенно стихло.
Это люди Босса Цзяо?
Блядь, а у тебя что, кроме этого Цзяо, есть и другие враги? — Ты им приглашение выслал, что ли? Может, пойдёшь спросишь? — Мы покойники. Ядовитый газ вот-вот опустится.
«Эта дрянь не накрывает всё дно долины, не может нам так не повезти, — Я же видел, что область поражения
Кун Сань, мы же знакомы! Дай нам уйти, твою мать! Сколько тебе заплатил этот Цзяо, что ты так стараешься нас взорвать? Мы, блядь, живые люди, а ты всего лишь наводчик, стоит ли так надрываться?
Ты его знаешь?
Я видел его на Четвёртом этаже, — Кто ещё может так лупить из миномёта? Это Кун Сань из Иньчуаня. Мы с ним даже в маджонг играли. Этот сукин сын, видать, долг отдавать не хочет. — Денег за маджонг мне не надо!
Вскоре со склона горы донёсся ответ с сильным северо-западным акцентом, эхом разнёсшийся по долине:
Ты мне зубы не заговаривай. Выдай У Се, и можешь уходить. Ты мне не нужен.
Их трое, а я один! Я их, твою мать, не одолею! — Может, пожертвуешь собой?
Чего ты так из-за этого ядовитого газа паникуешь? — Мы прячемся здесь, не факт, что умрём. А если люди Босса Цзяо спустятся на дно долины, нам же проще будет. К тому же мы до сих пор не знаем, газ ли это вообще.
Лю Санг посмотрел на меня:
У Се, я что, по-твоему, спектакль разыгрываю? Если нет, то с чего бы мне так бояться? Я шучу, что ли? Я тебе, твою мать, говорю: если я сказал, что это, значит, это оно и есть! Я в отряде как раз за это отвечаю! Мои уши расширяют ваш радиус восприятия со ста метров для глаз до двух километров! Что я слышу, то и правда! Говорю тебе, в радиусе двух километров больше двухсот облаков этого газа! Двухсот! Это больше, чем извилин в твоей башке! Нам нужно найти яму и зарыться! Зарыться!
Когда он закончил орать, я холодно на него посмотрел.
Яму, говоришь?