Том 1 · Глава 37. Условия рождения новой души

Цинь Луань и впрямь сумел самостоятельно одолеть демона сердца, немало удивив наблюдавших за ним людей.

На всей территории Девяти земель лишь единицы были способны одолеть демона сердца уже на стадии Возведения основания. Неужели между культиваторами одной и той же стадии могла лежать столь огромная пропасть?

Сун Ин радостно заморгала, и глаза её засияли.

После того как Цзян Ли преподал участникам урок, превратив прекрасный сон в кошмар, никто больше не осмеливался принимать нелепые обличья. Ставшие куньпэнами обрели человеческий облик, применившие Дхармическое тело, равное небу и земле, вернулись к обычным размерам, а представители народа, преследующего солнце, вновь стали людьми.

Ещё до входа в тайное царство Цинь Луань заметил одиноко стоявшего Цзян Ли и сам подошёл составить ему компанию. Уже тогда Цзян Ли понял, что у юноши доброе сердце. Теперь же, когда тот сумел одолеть демона сердца, стало ясно, что и характером он обладает достойным.

По мнению Цзян Ли, Цинь Луань вполне заслуживал стать кандидатом в Императоры человечества: и дарованиями, и силой духа он заметно превосходил прочих.

Станет ли он настоящим кандидатом в Императоры человечества, а затем и самим Императором — это уже зависело от его будущей судьбы.

Цзян Ли спросил:

—Каким был твой демон сердца?

—В детстве наставник часто оставлял меня одного в обители. Там было темным-темно, словно в доме с привидениями, и мне становилось страшно.

—Значит, твоим демоном сердца был призрак?

—Нет, моим демоном сердца оказался наставник Юань Усин. Он принял его облик, а я его избил.

«Ну и ну. У ворот управы Лазурного города твой наставник вцепился в меня, у входа в тайное царство — уже ты. Вы, наставник и ученик, только ко мне и умеете цепляться?» — подумал Цзян Ли.

—Наставлять тебя мне особенно не в чем, поэтому просто дам совет. Рассудительность — хорошее качество, но в твои годы не помешало бы проявлять побольше юношеского задора.

В мире сновидений только Цинь Луань спокойно и обстоятельно выводил путь к следующей ступени развития, и Цзян Ли счёл его чересчур зрелым для своих лет.

Впрочем, это был всего лишь совет. Зрелость и рассудительность нельзя назвать недостатками, а излишняя пылкость вовсе не гарантировала, что совершенствование пойдёт легче.

—Испытание окончено. Первые тридцать участников получат награды сообразно результатам обоих испытаний, — раздался голос Мэн Чунь, возвестив о скором закрытии тайного царства.

Все поспешно поклонились Цзян Ли и хором произнесли:

—Благодарим Императора человечества за наставление! Мы навеки сохраним его в сердцах!

Награды тайного царства теперь мало кого прельщали. Одно наставление Императора человечества стоило десяти подобных наград.

При распределении наград участников отделяли друг от друга, чтобы никто не увидел, кому что досталось, и не попытался отнять чужое сокровище после выхода из тайного царства.

—Ну что, старейшина Мэн, понравилось зрелище? — с улыбкой спросил Цзян Ли, вновь встретившись с Мэн Чунь.

Та уныло ответила:

—Ничуть. Я-то думала, что увижу легендарную мощь стадии Великой колесницы, а вы даже не показали своей истинной силы!

—Ха-ха, ничего не поделаешь. Лишь тело того паренька, что превратился в истинного дракона, по прочности достигло стадии Преодоления бедствий. Остальные поднялись самое большее до стадии Единения. Не мог же я обрушить на них всю свою силу? Такая душевная травма осталась бы с ними навсегда. А если бы я ещё и стал их демоном сердца, дальнейшее совершенствование далось бы им нелегко.

Цзян Ли рассмеялся и продолжил объяснять.

Стадия Преодоления бедствий таила в себе множество чудес, недоступных воображению тех, кто лишь недавно вступил на путь совершенствования. Они и мощь стадии Единения могли представить лишь весьма приблизительно. Даже Ли Литун, некогда достигавший стадии Преображения духа, не понимал, что такое истинная стадия Преодоления бедствий, и сумел вообразить себя лишь на вершине стадии Слияния.

Только участник, превратившийся в истинного дракона, схитрил и благодаря могуществу драконьего тела едва коснулся порога стадии Преодоления бедствий.

Мэн Чунь тоже рассмеялась:

—И то верно. Тогда, может быть, позволите мне испытать силу стадии Великой колесницы?

Мэн Чунь была выдающейся культиваторшей, лишь немного не достигшей стадии Преодоления бедствий. К тому же ей доводилось видеть в бою многих мастеров этой стадии, а потому она вполне могла представить их истинную мощь.

—Как пожелаете, старейшина Мэн, — с улыбкой ответил Цзян Ли.

…

В мире сновидений Мэн Чунь одновременно обратилась к Пути сновидений и Пути иллюзий. Сочетание двух Путей позволяло обратить вспять инь и ян, превратить иллюзорное в действительное и смешать истину с вымыслом. Бесчисленные диковинные заклинания сменяли друг друга без конца, но ни одно из них не устояло перед одной-единственной рукой Цзян Ли.

Он вновь без труда одолел Мэн Чунь.

—Недаром культиваторы стадии Великой колесницы встречаются реже, чем вознесшиеся бессмертные. Поистине невероятная сила.

О том, что над стадией Преодоления бедствий существует стадия Великой колесницы, знали все.

Пока существовала Лестница Вознесения, культиватору достаточно было достичь стадии Преодоления бедствий, чтобы совершить Вознесение. Зачем оставаться в Девяти землях и пытаться прорваться к стадии Великой колесницы, если можно было вознестись в Мир бессмертных и совершенствоваться с помощью бессмертной силы? Лишь после исчезновения Лестницы Вознесения людям пришлось задуматься, как вообще достичь стадии Великой колесницы.

И оказалось, что это куда сложнее, чем совершить Вознесение. Поэтому после исчезновения Лестницы Вознесения лишь Цзян Ли сумел достичь стадии Великой колесницы!

—Император человечества Цзян занял первое место, а по правилам награждения победитель может обратиться ко мне с любой просьбой. Итак, чего вы желаете? Мою главную технику совершенствования «Великий сон на тысячу осеней»? Рассказ о прошлом? Или… меня?

Цзян Ли с улыбкой пропустил заигрывание Мэн Чунь мимо ушей:

—Что вы, старейшина Мэн. Я явился без приглашения и тем самым уже нарушил правила тайного царства. Где это видано, чтобы Император человечества отбирал счастливую возможность у юнцов стадии Возведения основания? Лучше вычеркните меня из списка: пусть участник, занявший второе место, станет первым, а третий — вторым.

—Раз уж вы не стали взыскивать с меня за вторжение в тайное царство, позвольте отплатить вам тем же. Попросите меня о чём-нибудь, с чем я способен помочь.

Мэн Чунь слегка огорчилась, когда Цзян Ли не ответил на её заигрывание, однако следующие слова вновь привели её в восторг.

С надеждой она спросила:

—Вы сможете помочь мне покинуть тайное царство и вернуться в Девять земель?

Цзян Ли немного подумал и покачал головой:

—Сейчас это ещё невозможно.

—Вот как… — Мэн Чунь вновь приуныла, но тут же насторожилась. — Сейчас?

Цзян Ли серьёзно объяснил:

—Старейшина Мэн, вы и сами прекрасно понимаете своё положение. Нынешняя вы — лишь остаточная мысль, существующая благодаря Тайному царству Сокровенного чуда. Чтобы покинуть его, вам необходимо собрать воедино три души и семь духов. [Прим. пер.: Три души и семь духов (三魂七魄) — традиционное китайское представление о десяти составляющих человеческой души.]

—Не нужно меня утешать, Император человечества Цзян. Моя прежняя сущность уже не выдержала испытания небесным бедствием и ушла в круг перерождений. Откуда же мне взять три души и семь духов?

Не будь надежды, Цзян Ли не стал бы продолжать. Но раз он заговорил об этом, значит, был в некоторой степени уверен.

—Из всех остаточных мыслей, какие мне доводилось видеть, ваша обладает наиболее ясным сознанием. По моим расчётам, если вы сохраните нынешнее состояние ещё двести лет, из самой пустоты у вас родится собственная душа. Тогда вы станете новой жизнью, независимой от отшельницы Великого сна!

Цзян Ли говорил с такой уверенностью, что в сердце Мэн Чунь вспыхнула надежда.

Подавляющее большинство живых существ рождалось благодаря душам, вновь и вновь проходившим круг перерождений. Однако случались и исключения. Если какой-либо предмет достаточно долго насыщался духовной энергией, сущностью солнца и луны и прочими субстанциями, наделёнными духовным началом, со временем в нём пробуждался духовный разум, а затем рождалась новая душа.

Обычно этот процесс измерялся десятками тысяч лет. Однако Мэн Чунь уже была остаточной мыслью и обладала духовным разумом, поэтому необходимый для рождения души срок мог значительно сократиться.

К этому выводу Цзян Ли пришёл, когда разбирался, в какую сторону открываются врата преисподней, а заодно исследовал природу души. Помимо этого, он разработал целый ряд других теорий о душах.

Узнав о его открытиях, последователи Пути взращивания души расплакались от радости и едва не стали почитать Цзян Ли как патриарха, возродившего их учение.

—Через двести лет я приду и буду охранять вас на Пути.

—Благодарю вас, Император человечества.