Том 1. Глава 29

Солнце постепенно садилось на западе. Я сидела на скале, прислонившись к иве ростущей рядом с ней и, слегка прикрыв глаза, наблюдала за двумя бабочками, танцующими над скоплением цветов передо мной. Фиолетовые, с примесями белого, гладиолы, уже начали терять своё полное великолепие и понемногу увядать, обеспечивая не очень приятную картину. Однако, из-за этих двух бабочек, которые кокетничали друг с другом в свете заходящего солнца, как будто они безумно влюблены, я ощущала будто вид передо мной особенно красивый.

Внезапно, позади меня, донесся детский, но ясный голос:

—Что ты здесь делаешь? И почему сидишь так, вообще не двигаясь?

Я повернула голову в сторону, чтобы посмотреть кому он принадлежит и увидела мальчика шести или семи лет. Пухлого и очень милого. Судя по одежде, я могла предположить, что его статус не был низким.

—Я смотрю на бабочек, — ответила я, вновь посмотрев в сторону заката.

Он подошел ко мне и посмотрев на них, спросил:

—Что интересного в том, что бы наблюдать за бабочками? Поймать их было бы куда веселее.

Я улыбнулась, но ничего не ответила. Он, в свою очередь, продолжил разпрашивать:

—В каком дворце ты работаешь?

—А откуда вы? — по-прежнему смотря на бабочек, спросила я.

—Я спросил тебя первым!

Я снова проигнорировала его вопрос, всё так же продолжая наблюдать за бабочками. Они летали один перед другим, по очереди ловя и обгоняя друг друга и порхая над цветами, пока, в конце концов, не улетели далеко от моего взора. Как было бы хорошо, если бы и я могла вот так улететь.

Мальчик, некоторое время, ждал моего ответа, но видя, что я не обращаю на него внимания, понял, что у него нет другого выбора, кроме как ответить первым.

—Я принц Хун Ши[1].

Поражённая этими словами, я быстро повернулась назад и внимательно на него посмотрела, а затем задумалась: "Это сын Юнь Чжэна, которого он позже понизил до общего статуса". Оглядев его несколько раз, я снова лениво отвернулась.

—Ты не собираешься высказать мне своё почтение? — Спросил он.

Я повернула голову назад, чтобы посмотреть на него снова. Даже ещё не взрослый, а уже имеет четкое различие между хозяином и слугой. Подумав об этом я улыбнулась:

—У меня нет намерений делать это сейчас, но когда вы выростете я буду делать это в обязательно порядке.

Он несколько минут поглазел на меня, а затем возразил:

—Другие дворцовые слуги уже сейчас выражают мне почтение. Также ты не отвечаешь, когда я задаю тебе вопросы. Ты не ведешь себя как дворцовая служанка.

—Кто привел вас во дворец? Почему вы гуляете здесь сами по себе? — прямо смотря на него, с улыбкой спросила я.

Он не ответел мне, продолжая свой допрос:

—Кто ты?

Озадаченная на мгновение, я не сразу ответила. Он же, в свою очередь, ясным голосом повторил:

—Кто ты?

Я повернулась, чтобы посмотреть на одинокое скопление цветов в лучах заходящего солнца и прошептала про себя: "Кто я? Маэртай Жо Си? Чжан Сяо? Дворцовая служанка в династии Цинь? Молодая девушка из современности?" На некоторое время, мои мысли сплелись в хаотичный клубок. "Действительно! Кем я являюсь? Даже я не имела ни малейшего понятия." С потерянной улыбкой я посмотрела на него снова и наконец ответила:

—Я не знаю, кто я.

Он, кажется, был немного поражен моим ответом, так как просто тупо уставился на меня. Увидев его реакцию, меня поразила тревога, я быстро взяла себя в руки и изобразила теплую, дружескую улыбку. Не желая пугать ребенка из-за моей секундой потерянности, я подошла, чтобы успокоить его. Как раз в этот момент примчался евнух.

—О! Юный господин, ваш слуга повсюду искал вас. Вы в мгновение ока убежали от меня.

Мой взгляд повернулся в его сторону, и я увидела, что Четвертый принц следует позади, приближаясь к нам быстрыми шагами. Я поспешно встала и церемониально поклонилась, выражая почтение.

—Что происходит? — хладнокровно посмотрев на мальчика спросил он.

Хун Ши, кажется, очень боялся его и ответил кротко:

—Я некоторое время разговаривал с ней. — Затем, вдруг, как будто что-то вспомнив, мальчик громко пожаловался, — Отец, она не выразила мне почтение, так же когда я задавал ей вопросы, она не отвечала. И она говорит, что не знает, кто она.

Услышав это, мне тут же захотелось упасть в кому или провалится под землю. Этот маленький Хун Ши! Ты любишь так много болтать? Неудивительно, что люди возненавидели тебя!

Не зная, как на это реагировать, я решила, что в конце концов, у меня нет другого выбора кроме как, не выражая никаких эмоций, молча стоять там.

—Отведи Хун Ши обратно к его матери. — обратился к евнуху четвёртый принц.

Тот, покорно поклонившись, быстро подошёл к мальчику. Перед уходом Хун Ши посмотрел на меня так, словно хотел что-то сказать, но, увидев холодное выражение лица отца, он не смел издать ни единого звука и послушно ушёл с евнухом.

Я думала, что четвертый принц уйдет вместе с ними, но он всё так же продолжал неподвижно стоять. Зная, что я, в любом случае, не смогу уйти отсюда, я решила просто остаться и услышать, что он собирается сказать. И вот, я тихо стояла там с опущенной головой, наблюдая за тем, как заходящее солнце растягивало тень ивы.

Некоторое время четвёртый молчал, прежде чем безразлично сказать:

—В следующий раз, если ты захочешь узнать больше информации обо мне, можешь просто спросить напрямую.

Услышав это моё сердце подпригнуло, и я принялась молча ворчать на тринадцатого принца. Как то я спросила его о предпочтениях четвертого принца, но ему не удалось ответить больше, чем на несколько вопросов. Но донести об этом четвертому принцу ему, однако, удалось. Если бы я знала что так будет, то даже бы не спрашивала. И что мне теперь делать?

Увидев, что я не проявляю даже малейшей реакции, он выпрямил подол своего халата и сел на скалу, на которой, не так давно, сидела я. Немного щурясь, он посмотрел на цветы впереди и, в плоском тоне, заявил:

—Мой любимый чай — "Главарь обезьян из Тайпин", любимый десерт — фруктово-гореховый торт, любимый цвет — цвет неба после дождя, любимый стиль фарфора — белый фарфор, украшенный цветами и бабочками различных цветов. Я люблю собак, ненавижу кошек, ненавижу есть острую пищу, не люблю пить слишком много вина... — Он остановился на мгновение чтобы подумать, прежде чем продолжить, — Тринадцатый брат, вероятно, уже сказал тебе все это. Было слишком много вопросов, хотя, и это всё, что я могу вспомнить в данный момент. Если есть что-нибудь ещё, что ты хотела бы знать, спрашивай сейчас.

Полностью онемев, я тупо стояла там ничего не говоря. Я действительно не знала как реагировать на это. В чем был смысл такого откровения? Должна ли я упасть на колени, объявив о своем преступлении и умолять о пощаде? Или мне стоит воспользоваться этой возможностью, чтобы получить четкие ответы на все мои вопросы?

Объяснение данным событиям, на самом деле было очень простым. Я знала только то, что во всем дворце было всего лишь два человека, которых я абсолютно не могу обидеть: первый это Канси, а второй - Четвертый принц. Старый евнух рассказывал мне сотни и тысячи раз, каковы предпочтения и отвращения у Канси, но не было никакого способа узнать симпатии и антипатии четвертого принца. Вот я и подумала что, поскольку Тринадцатый принц постоянно рядом с ним, то должен много знать, поэтому и спросил его. Тем не менее, Тринадцатый просто удивленно ответил мне:

—Я обычный человек. Откуда мне знать подобные вещи?

У меня не осталось другого выбора, кроме как бесстыдно возмутится:

—Мне все равно! Вы должны узнать их для меня, не смотря ни на что.

И я кропотливо инструктовала его снова и снова, что он может только тайно заняться поиском данной информации, и не должен никому рассказывать об этом. И что в результате? В результате Тринадцатому принцу удалось загнать меня в эту неловкую ситуацию. Увы!

Когда мои мысли достигли этой точки, я вдруг осознала, что, поскольку ситуация уже, такая как она есть, то я могу просто отбросить осторожность к черту, и будь что будет. Разве может стать ещё хуже? Поэтому я, деревянным голосом, спросила:

—Какой цвет вам больше всего не нравится?

Четвёртый принц на мгновение удивился. Вероятно он не ожидал, что я на самом деле начну спрашивать. Он обернулся и посмотрел на меня, как будто пытаясь увидеть, "ела ли я сердце медведя или печень леопарда"[2], но потом снова повернулся назад и продолжил смотреть вперёд. Его голос был безэмоциональным, как и прежде:

—Чёрный.

Я кивнул и продолжила:

—Какие благовония вы ненавидите больше всего?

—Жасмин, — быстро ответил он.

—Ваш любимый цветок?

—Магнолия.

—Любимый фрукт?

—Виноград.

—Какая погода делает вас самым счастливым?

—Легкий моросящий дождь.

—Какая не нравится больше всего?

—Палящее солнце.

.......

Я не знала, что и думать. Наверное, я читала слишком много профилей и "статистик" современных актеров и айдолов. Чем больше я спрашивала, тем более естественно, вопросы приходили на ум, пока я на самом деле не начала задавать странные вопросы, подобно: "место, которое он хочет посетить больше всего", "самое счастливое воспоминание из детства", "самая неловкая ситуация в которою он попадал", и так далее. И Четвёртый в самом деле отвечал на каждый вопрос, один за другим, когда я задавала их.

Мой мозг чувствувался, будто он пуст как у чучала, и я не была уверена, запомнила ли всё это или нет. Наконец, когда не осталось ничего, о чём можна спросить, я слегка стиснув губы, остановилась.

К тому времени, небо уже было темным. Мы двое стояли там в тишине ещё некоторое время, пока я не опустилась в церемониальном поклоне и не сказала:

—Служанка спросила всё, что хотела знать. И, если у господина нет других пожеланий, я хотела бы пойти домой.

Он встал и, глядя на меня, стоящую там в учтивой позе, мгновение что-то обдумывал, прежде чем ответить спокойным голосом:

—Тогда можешь идти.

Моё сознание будто онемело, когда я выпрямив себя обратно, развернулась и начала уходить.

[1] Третий сын императора Юнь Чжена. Родился на 43-м году правления Канси (год, когда Чжан Сяо переместилась в династию Цин). На 3-м году правления отца был изгнан из дворца и стал приемным сыном своего дяди, восьмого принца. На 4-м году император убрал его имя из семейных записей за "ненадлежащее и недисциплинированное поведение в молодости", тем самым лишив его статуса члена императорской семьи. На 5-м году его правления Хун Ши умер. Существует дискуссия о том, была ли его смерть заказана императором или же он умер в результате депрессии от наказания.

[2] Идиома означающая, что человек очень смелый.