Том 6 · Глава 50. История вторая: Книга гроба
История вторая: Книга гроба

Земля рокотала, вздымалась и опадала, как волны на море.
Темная комната без окон.
Толстые базальтовые стены, казалось, отражали саму мысль о проникновении извне.
В центре стоял саркофаг, окруженный сложными механизмами из латуни и бронзы, которые работали, издавая звуки в такт с толчками земли.
Как стук сердца матери, вынашивающей дитя.
В саркофаге лежала молодая женщина. Хотя это сильно сказано, девочка: на вид ей было не больше пятнадцати лет.
Вместо одежды все ее тело оплетали длинные и узкие полосы белой ткани, резко пахнущей каким-то лекарством.
А еще во тьме блестела… алая кровь.
Отец…
Высокий мужчина крупно вздрогнул.
Его зубы задергались так, как будто он хотел засмеяться, но потом разъехались в плаксивой гримасе.
Отец… не надо… Мне уже…
Мужчина упрямо, можно даже сказать, исступленно замотал головой.
Тебе не о чем беспокоиться, Ирида,
Видимо, он тяжело болел.
Ты… никогда не умрешь. Ты будешь жить вечно в раю…
Он засмеялся, кривясь от мучительной боли, а потом что-то сделал с машинами, и амплитуда толчков возросла.
Крышка саркофага сместилась и встала на место.
Девушка отчаянно вытянула руку, как будто хотела в последний раз коснуться чего-то дорогого ее сердцу, но такого далекого.
Выгравированные на саркофаге письмена вспыхнули и погасли.
Комнату окутала кромешная тьма.
Когда-нибудь ты обязательно вернешься… Обязательно…
Мужчина удовлетворенно улыбнулся и упал на саркофаг.
Механизмы отбивали точный ритм.
Земля вздрагивала, вздрагивала, вздрагивала…
Эпизод 22: Тексты саркофагов
1
Это маленькое островное государство располагалось в Атлантическом океане близ полярного круга, к северо-западу от королевства. Оно обрело независимость совсем недавно, незадолго до окончания мировой войны.
Благодаря теплому океаническому течению и высокой вулканической активности, зима здесь была мягкой, однако почвы были неплодородными, а внутренние районы находились в плену вечной мерзлоты.
Большая часть населения концентрировалась на побережье острова, центральные же регионы покрывали обширные ледники.
По неприветливой голой равнине шли юноша, девушка и лошадь.
Юноше было около двадцати лет. Каждая черта его лица будто говорила о хорошем происхождении, а умение держаться — о соответствующем воспитании, однако при всем этом он быстро и ловко карабкался по невысоким скалам. В нем чувствовался не дворянин, а, скорее, опытный солдат, привыкший к походам по пересеченной местности. Вдобавок он носил плотный кожаный комбинезон полярника, имевший много общего с униформой летчика.
Как странно… Судя по записям, мы должны уже прийти…
Ты почему начал оправдываться, Хьюи? Неужели ты снова заблудился, голова садовая? — миниатюрная девушка двенадцати-тринадцати лет в черном одеянии.
Ее струящиеся темные волосы достигали талии, а глазами могла глядеть сама ночь.
Странное — не то доспех, не то платье — одеяние также было черным. Оно выглядело как церемониальное облачение средневековых рыцарей.
Слои оборок и кружев делали юбку очень пышной. Металлические наручи и пластина на талии очерчивали контуры тела. А на груди, где обычно располагалась лента, тускло поблескивал сталью старый замок на металлических цепях.
Что ты за неумеха такой? Потащил меня в такую даль, в мороз, но сбился с дороги и… опустил руки?
А мне казалось, что это из-за тебя, Далиан, мы оказались здесь, — Да и как тут можно сбиться с дороги, если самой дороги нет? Я думаю, мы потерялись из-за твоей карты.
Хмф, — Раз карта бесполезна, тогда найди дом, испуская ультразвуковые волны или радиоволны. Главное, найди и побыстрее, а то скоро стемнеет.
К сожалению, я не умею. Хотя было бы удобно.
Вот и закрой рот. Мне эта пустошь уже поперек горла стоит. И вообще, почему мне пришлось ехать верхом на этой зверюге?.. Эй, а ну пошла прочь! Не зли меня!
Низкорослая белая лошадь с длинной гривой добродушно повела мордой.
На острове никто не прокладывал дорог, поэтому основным средством передвижения оставались лошади. Местная порода славилась выносливостью, послушанием и миролюбием, что не помешало Далиан невзлюбить ее. Она вообще терпеть не могла животных.
Однако лошадь все равно ходила за ней хвостом. Возможно, ее привлекали необычная одежда и длинные черные волосы.
Вот и сейчас она пару раз ткнула девушку носом, но та проигнорировала ее.
Ты ей очень нравишься,
Далиан раздраженно цокнула языком и отошла в сторону.
Как же меня раздражает это вьючное животное… Нет! Нет!
Лошадь внезапно потянула ее за волосы. Наверное, увидела, как они развеваются на ветру, и решила попробовать на зуб.

Прекрати, непарнокопытное! — Мои волосы
Внезапно лошадь послушалась.
Далиан по инерции сделала несколько шагов вперед, попыталась выпрямиться… но споткнулась обо что-то и все-таки упала лицом в траву. И застыла.
Далиан?
…
Девушка попыталась встать и снова упала. Ее как будто кто-то схватил за ногу.
Присмотревшись, Хьюи увидел тонкую веревку.
«Видимо, кто-то присыпал ее землей и оставил. Далиан наступила на нее и активировала ловушку, — Хорошо хоть, у нее ботинки с металлическим голенищем, а то серьезно поранилась бы».
Это еще что такое?
Петля-ловушка. Охотничья.
Рассмотрев сложную систему из узлов и гибких веток дерева, Хьюи со знанием дела хмыкнул.
«Попадешься в такую и потом не распутаешься».
И откуда здесь ловушка?
Полагаю, кто-то ее поставил,
«Она, наверное, увидела эту ловушку и старалась не подпустить Далиан к ней…»
Хо!
Эрна, кажется, мы кого-то поймали. Это успех!
Да, профессор, видимо, так,
Профессору было около шестидесяти, но он прямо-таки источал энергию, как беззаботный мальчишка, а растрепанные, точно воронье гнездо, курчавые волосы только усиливали эффект.
Спутница была намного моложе него — лет двадцать или около того. Она выглядела как образцовая студентка: носила большие круглые очки, не пользовалась косметикой и завязывала волосы в пучок на затылке. Симпатичная, но чересчур спокойная, даже безэмоциональная.
Утепленная одежда и большой рюкзак у Эрны за спиной придавали им обоим вид исследователей неизведанных регионов.
Профессор увидел в ловушке Далиан и остолбенел.
Хм. Это… человек.
Да, профессор, это человек,
Если точнее, человеческий ребенок. Девочка в странной одежде.
Ты кого тут девочкой назвал, лохматый?
Она разговаривает,
Да, профессор, она разговаривает.
Значит, есть ее нельзя.
Нельзя.
Жалко…
Хьюи наконец-то отошел от изумления, вызванного их внезапным появлением, и неуверенно проговорил:
Простите, а вы кто?
Профессор резко вскинул голову: видимо, только сейчас заметил Хьюи.
М? А ты ее опекун?
Ну, вроде того,
Далиан бросила на него недовольный взгляд, но ничего не сказала.
Профессор внимательно осмотрел Хьюи и вынес вердикт:
Иностранец. Как звать?
Хью Энтони Дисвард… Можно просто Хьюи. А это Далиан.
А я Кимбелл Магнусон. Ученый, как видишь.
А-а… Ученый?
«Хоть он и сказал “как видишь”, но у меня в голове образ загорелого энергичного старика не вяжется с ученым».
Профессор преподает геологию в Ютландском∗ университете. Я Эрна, его ассистент,
Зачем профессору геологии понадобилось ставить ловушку?
Потому что на полевых работах нам приходится обходить большую территорию пешком,
А-а…
Следовательно мы берем с собой как можно меньше вещей. Еду и воду, например, мы добываем своими силами.
И охотитесь?
Ага. — Охотимся. Но ее есть нельзя.
Нельзя.
Да освободите меня уже из этой чертовой ловушки! Вы, тупой профессор и его тупая ассистентка!
Однако профессор не обратил на нее внимания.
Кстати, а что в такой дали от цивилизации делаете вы? На обычных путешественников не похожи.
Ищем один дом,
Дом?
Да, дом, который спроектировал известный архитектор Трёстур Орлик и переехал в него двадцать лет назад.
Архитектор Орлик? Где-то я уже слышал это имя.
О его доме писали в газете несколько дней назад,
Трёстура Орлика знали во всей Европе.
По его проектам было построено множество театров и музеев, ставших впоследствии символами своих городов, юные архитекторы жадно перенимали его стиль.
Однако в какой-то момент Трёстур внезапно заявил, что отходит от дел, и исчез.
И сейчас, двадцать лет спустя, о нем вновь вспомнили.
Во-первых, несколько дней назад нашли последнее спроектированное им здание — дом, который он построил для себя двадцать лет назад в обстановке строгой секретности где-то здесь, на далеком острове среди ледников. Если внутри остались чертежи и планы, их находка принесет огромную пользу архитекторам.
Во-вторых, его дом отыскали при чрезвычайно странных обстоятельствах.
Начать с того, что его обнаружили совсем случайно. Это сделали люди из географического общества, составлявшие карту местности. Увидев дом на отшибе, они решили зайти внутрь, никого не нашли, зато получили доказательства, что его владельцем был Трёстур Орлик.
А потом… они и сами не поняли, что увидели. Но, видимо, нечто ужасное, потому что трое из четырех картографов так и не вернулись, а единственного выжившего нашли среди гор страшно обожженным, в состоянии тяжелого психического расстройства и с панической боязнью собак.
Тем не менее, у него сохранились данные о точном местоположении дома, однако, отправившись туда, следователи нашли безлюдную пустошь.
Дом бесследно исчез.
Выслушав Хьюи, профессор Магнусон хмыкнул и переглянулся с Эрной.
Вообще-то мы видели тут какой-то дом. Но я не знаю, тот ли это, что вы ищете.
Правда?
Ага, — Час на лошади, и вы там… Хм, Эрна, может, и мы с ними пойдем?
Хорошо, — Нам не получилось раздобыть оленину, поэтому нужно найти еду в другом месте. И погода к вечеру испортится.
Да? Тогда надо поспешить.
Магнусон развернулся и направился к их лошади.
По-прежнему лежавшая на земле Далиан громко закричала:
Освободи меня, кому сказала!
Ах да. Тех, кого нельзя есть, нужно отпускать на волю. Следует беречь природу,
И это все, что ты скажешь тому, кто попался в ловушку, курчавый?!
Не отвечая ей, Магнусон посмотрел на Хьюи.
Кстати, а вам зачем этот дом?
Книгу одну ищем,
Книгу?
Перед тем как отойти от дел, Орлик одолжил у моего деда книгу. Срок прошел, ее нужно вернуть.
Хьюи пожал плечами, а потом резко поднял голову.
В синевато-сером небе кружились снежинки.
2
Дом стоял на склоне пологого, поросшего мхом холма.
Ни сада, ни забора — просто каменное здание в три этажа, каждый из которых был меньше предыдущего. Как ступенчатая пирамида древних времен, только небольшая. Парадная дверь была наглухо заперта — гостей здесь явно не жаловали.
Судя по записям картографов, здесь и живет архитектор Орлик.
Хьюи слез с лошади, привязал ее в тени скалы и, стянув Далиан как простой чемодан, настороженно осмотрел дом.
Мрачноват. Не дом, а, скорее, склеп,
Склеп? А что, похож,
Благодаря толстым стенам из черного базальта и полному отсутствию окон он действительно напоминал мемориальный зал или мавзолей какого-нибудь великого деятеля истории. Вероятно, его так долго не могли отыскать еще и по этой причине.
Но, думаю, мы сейчас видим своеобразную ширму, построенную для отвода глаз. Картографы пишут, что всю суть отражает подвал. Видимо, основная часть дома расположена под землей.
Под землей? То есть он разрывал эти скалы?
Он приехал сюда, чтобы изучать геологические пласты, и заинтересовался оригинальным проектом.
Наверное, поэтому о доме никто не знал. Но зачем было так заморачиваться?
Без понятия, — Мистер Орлик слыл чудаком. Я слышал, что его замыслы часто шли вразрез со здравым смыслом. Он придумывал передвижные мосты, дома на поверхности морей…
Хм… Ну, логика здесь есть, — В подвальных помещениях нет сильных перепадов температуры воздуха, значит отопление обойдется дешевле, и снег с крыши счищать не надо.
В данном случае это не имеет никакого значения. — Мне все равно, склеп это или подземный склад. Я не хочу стоять на этом морозе и покрываться снегом. Здесь даже книгу не почитать. Настоятельно рекомендую найти кухню и приготовить мне горячий ужин.
Она направилась ко входу в дом, как вдруг Эрна наступила ей на ногу.
Не ожидавшая этого Далиан нелепо вскрикнула и упала, да так и застыла.
Постой,
Ты что творишь, очкастая молчунья?!
Но та просто перешагнула через библиодеву и наклонилась к земле.
Хьюи проследил за Эрной взглядом и помрачнел.
Там трещина. И глубокая.
Разлом шириной семьдесят-восемьдесят сантиметров протягивался более чем на десять метров, опоясывая дом. В принципе, его можно было легко перепрыгнуть… если заметить: один край нависал над другим, и беспечный путник имел все шансы соскользнуть вниз.
Хм, срез пород свежий. Это очень и очень интересно, Эрна,
Да, профессор, это очень и очень интересно, — Вероятно, это произошло во время землетрясения.
Может быть. Давай-ка осмотрим тут все.
Чего вы стоите над этой трещиной и несете всякий вздор, парочка идиотов? И прямо у меня над головой! Хулиганы,
«Небольшой, относительно новый, с континента. Приехал недавно: на крыше и капоте практически нет снега»,
Рядом с автомобилем стояли мужчина средних лет и невысокая девушка и, похоже, ругались.
Кажется, нас опередили,
Магнусон и Эрна тем временем распотрошили рюкзак и уже принялись брать образцы горных пород и зарисовывать разлом.
Далиан устала жаловаться и с недовольным видом подперла рукой подбородок. Самостоятельно вставать она, скорее всего, не собиралась.
3
Небольшой автомобиль немецкого производства в народе назывался «пупхеном»∗. Благодаря высокой проходимости по горным районам на войне он использовался разведотрядами.
Рядом с «пупхеном» стоял мужчина лет сорока-сорока пяти. Выступающий нос и нахмуренные брови придавали ему вид нервного человека, а застегнутые на все пуговицы рубашка и куртка выдавали аккуратиста. Он то и дело смахивал платком с плеч снег.
С ним спорила девушка, ровесница Хьюи. Веснушчатые щеки, розовые губы, большие глаза, искрящиеся озорством, — не красавица-сердцеедка, но весьма симпатичная особа. И одета она была необычно, броско: кепка в черно-красную клетку, клетчатая же шерстяная юбка. Через плечо она носила небольшую сумочку… нет, не сумочку, а американский складной фотоаппарат. И все, больше никакого багажа.
«Как же она пробралась безо всего по местным пустошам?»
А!.. Эй, вы!
Заметив приближающуюся компанию, девушка подпрыгнула и замахала рукой. Мужчина обернулся, явно осторожничая.
Как вы вовремя! Вы же знаете мистера Орлика? Скажите, что вы приехали к нему по делу. Правда же?
Ну… да, а вы кто?
Далиан тем временем бросала из-за его спины грозные взгляды на спорщиков.
Внезапно девушка сорвалась с места и, подбежав к Хьюи, обхватила его руку.
Прошу, хоть вы вступитесь за меня. Этот злой дядька запрещает мне заходить в дом!
Мужчина громко кашлянул и с неприязнью поправил:
Я тебе не дядька и не злой, и ни о чем подобном я не говорил.
Но если не дядька, то почему не впустил меня?
Как это связано?!
Ой, а у нас тут дядька, который не осознает, что он дядька!
Что ты хочешь этим сказать?!
Девушка показала ему язык.
О чем вы вообще говорите? — И что значит «не впускаете»? Вы живете здесь?
Нет. Я владелец этого дома.
Владелец?
Да,
Но это же дом Трёстура Орлика, разве не так?
А, так вы тоже пришли, начитавшись газет,
Та с невинным видом отвела взгляд.
Да, этот дом построил Трёстур Орлик. Есть документы, подтверждающие это. Но право владения у меня. Я купил этот дом шесть лет назад.
Купили?
Именно. Я Свейн Кеслер. Вкладчик.
Вкладчик? А зачем вкладчику дом?
Перед исчезновением мистер Орлик оставил большую часть своего состояния ютландскому распорядителю, который вложил его средства не в ту отрасль и потерял их…
То есть мистер Орлик остался без своего состояния?
Да. Этот дом также выставили на торги, и я выкупил его. По правде говоря, я и сам сомневался, существует ли он.
Понятно,
«Этот Кеслер, вкладчик, купил дом мистера Орлика по очень низкой цене, хоть и не был уверен в его существовании, недавно узнал о происшествии с картографами, спешно собрался и приехал, чтобы воочию увидеть свою собственность. Если не лжет, то ничего подозрительного. А вот она…»
А она тогда кто? Кем она вам приходится?
Об этом сами у нее спрашивайте,
Девушка надулась.
Ужасно. Сам притащил меня в эту глушь, а теперь…
Так, а ну-ка без двусмысленности! Это ты без спроса залезла ко мне в багажник!
Так я и объясниться могу,
Ах, можешь?!
Хьюи сокрушенно посмотрел на девушку, и та пожала плечами и засмеялась.
Меня зовут Шура, Шура Ильмария, я фотожурналист. Приятно познакомиться.
Фотожурналист? Ты?
«Как ни посмотри, а она не похожа на журналиста. Да и вообще женщины-журналисты
Шура гордо продемонстрировала ему камеру и выпятила грудь.
Я еще новичок, работаю в маленькой газете… Но подождите, пройдет немного времени, и я откопаю такое, что у всего мира дух захватит!
Повисло молчание.
Ну и, фотограф, зачем ты забралась в багажник к этому дядьке?
Я не фотограф, а фотожурналист!
Да не дядька я,
Неужели вы до сих пор не поняли, зачем я приехала сюда? Это же дом с привидениями! Я хочу собрать материал о доме с привидениями.
Дом с привидениями?
Именно, — Смотрите, во-первых, это дом архитектора, который пропал двадцать лет назад. Во-вторых, картографы либо умерли, либо сошли с ума. Это же сенсация! Я не могла упустить такое!
Вот поэтому я и не пускаю ее внутрь! Дом с привидениями, ага. Полиция говорит, что картографы погибли по трагической случайности, и я склонен им верить,
Он видел в Шуре источник одних только проблем.
Если она опубликует свою «сенсационную» статью, и люди заговорят о привидениях, цена на дом резко упадет, и перепродать его не получится.
Тиран. У меня есть право на свободу информации, а ты его нарушаешь.
Они снова начали сверлить друг друга взглядами.
Хьюи с Далиан вздохнули.
Мне кажется, я слышал спор, Эрна.
Да, профессор, это похоже на спор.
К ним подошли Магнусон и Эрна, обмениваясь беспечными комментариями. Похоже, они закончили с исследованием разлома.
Заметив большие рюкзаки, Кеслер поспешно повернулся к ним.
Стойте! Вы еще кто? Только не говорите, что сейчас попросите приютить вас в доме!
А почему мы должны это сказать?
Кеслер нахмурился.
Что за дела… Что вы нашли в этом доме?..
Во время полевых работ геологу приходится много дней блуждать по безлюдным горам.
Что?
Он имеет право как поставить палатку, так и попросить ночлега в ближайшем доме. А найти добрых людей в незнакомой местности подчас очень непросто. Правда, Эрна?
Да. Непросто, но потом на сердце тепло.
Профессор и его ассистентка обменялись кивками. Они жили на своей волне.
Что? Ну, полагаю, это не повод для вторжения, — Во всяком случае, дом необитаемый. Никакого гостеприимства, никакой доброты не ждите.
Главное, чтобы он защитил нас от ветра и снега. Да и вам стоило бы переночевать здесь, нежели возвращаться в город в такую метель.
Ну, это да,
До захода солнца оставалось часа два, но уже стемнело, снегопад усилился. В хорошую погоду они быстро добрались бы до города, но по темноте и в буран…
Шура подошла к входной двери, коснулась ручки и радостно сказала:
Да и… похоже, сам владелец дома разрешает нам отдохнуть.
Чего?
Большая металлическая дверь со скрипом открылась.
Сам дом приглашал их войти внутрь.
4
В зале царил полумрак.
Тьму разгонял лишь тусклый свет электрических ламп, но его хватало, чтобы разглядеть лестницу в подвал.
Дом был необитаем, однако мраморный пол блестел так, будто его отполировали совсем недавно.
Как глубоко,
Да, — Не торопись и спускайся медленнее. Ох уж эти дураки и вода: стоит только отвести взгляд, сразу норовят стечь как можно глубже.
«Да ты так боишься этой темной узкой крутой лестницы, что у тебя колени подкашиваются»,
Дом архитектора Орлика умел удивить. Каждый подземный этаж был больше и шире предыдущего, и, казалось, им нет конца.
Подавленный размерами Кеслер примолк. Видимо, он и сам не догадывался, что увидит внутри такое.
А вот Шура то и дело щелкала камерой.
Наконец они добрались до столовой, судя по обеденному столу человек на двадцать и новенькой скатерти на нем. Люстра заливала комнату мягким светом, и опять же нигде не было ни пылинки.
Так, Эрна, давай передохнем.
Давайте, профессор. Я заварю чай.
Они проворно скинули рюкзаки.
Куда без разрешения?
А мистера Орлика… точно нет здесь?
Лампочки горят, везде идеальная чистота. Разве что никого не видно и не слышно, и запахов характерных не ощущается.
Трёстур отошел от дел лет в сорок-сорок пять, то есть сейчас, двадцать лет спустя, он мог быть еще жив.
Нет его, — Ты, кстати, знаешь, почему он вообще отдалился от всех?
Кажется… из-за смерти дочери, да?
Ага.
Кеслер опустил голову, но Хьюи успел заметить скорбное выражение на его лице.
«Какой чуткий. А на вид просто вкладчик, которому повезло купить дом».
Двадцать лет назад дочь мистера Орлика умерла по неизвестной причине. Тогда он и бросил работу.
Его можно понять,
Трёстур потерял дочь, а вместе с ней и всякий интерес к своему увлечению. Такое случается с людьми.
Многие в те годы выражали ему искренние соболезнования.
Всего за несколько лет до этого заболела и умерла его жена. Да и сам он страдал от тяжелой болезни. Врачи говорили, что жить ему осталось всего ничего.
То есть он построил этот дом, чтобы умереть в нем?
Видимо, чтобы провести остаток жизни в тишине и покое. Я его понимаю,
Хьюи же вспомнил, как Далиан сравнила дом со склепом, и взглянул на нее.
Если предположить, что Трёстур строил не дом, а мавзолей для себя и своей семьи, то все становилось на места: и место расположения, и необычная конструкция.
Вот в чем дело,
М-м?
Мы пришли сюда за книгой,
Книгой?
Да. Ее написали древние жрецы. О чем она, мы не знаем. Нам известно только название: «Книга гроба царей».
Гроба… царей?
Есть вероятность, что мистер Орлик спроектировал этот дом под влиянием книги. Хотя, может, это просто совпадение.
Кеслер погрузился в молчание.
Ага… Кстати, Хьюи, а я о вас слышала. — Точнее, о вашем деде. Говорят, виконт Уэсли Дисвард обладал личной библиотекой… призрачной библиотекой, в которой были собраны так называемые призрачные книги, содержащие знания, чуждые нашему миру. Никто не знает, где сокрыта она
Как интересно, — Выходит, «Книга гроба царей», которую мой дед одолжил мистеру Орлику, одна из этих призрачных книг?
Может быть. А значит где-то в доме спрятан крутой механизм, созданный при помощи запретных знаний. Надо бы покопать в этом направлении.
Шура так разволновалась, предчувствуя сенсацию, что даже вскочила на ноги.
Все сокрушенно посмотрели на нее, а Кеслер с неприязнью бросил:
Какой бред.
С чего вдруг?
Этого не может быть. Зачем архитектору, который вот-вот умрет, строить всякие странные машины?
Не знаю, но обязательно разведаю.
Слушай, ты, не зарывайся.
У нас, вообще-то, свобода информации законодательно закреплена…
Далиан с презрительной гримасой на лице слушала их пустой спор, а потом вдруг сказала:
В любом случае, мы все поймем, когда найдем «Книгу гроба царей».
Ага. Дом большой, мистер Орлик наверняка оборудовал одну комнату под библиотеку. Надо бы ее найти,
Но перед этим я предлагаю поесть!
Поесть?!
Далиан развернулась самой первой.
Магнусон и Эрна принесли подносы с теплым супом, хлебом, заварочным чайником и сладостями.
Где вы все это взяли?
Профессор невозмутимо отломал кусочек хлеба и бросил его в рот.
Это все уже стояло готовым на кухне.
Что?! — Значит, в доме кто-то есть?!
Нет. Мы нашли только еду. Как будто кто-то приготовил ее нам.
Кто-то… Что за?.. Эй, стойте, не ешьте! Мы же не знаем, кто и для чего все это приготовил!
Расслабься. Она не испорченная.
Да я не об этом! Вам не приходило в голову, что кто-то оставил в доме свежие продукты?
Приходило. Ешь быстрее, пока горячее.
Магнусона не интересовали ни сам дом, ни его владелец. Он, наверное, не верил и в то, что здесь много лет никто не живет. Складывалось впечатление, что он просто вошел в дом, пока хозяева отсутствуют, и принялся хозяйничать.
Кеслер схватился за голову.
«Горящий свет, чистые полы, свежая еда… В принципе, профессор мыслит и действует трезво»,
Фотограф, положи эту печеньку на место. Я приметила ее первой.
Чего? Кто первый встал, того и тапки. И я не фотограф, а фотожурналист. Фотожурналист!
Тем временем и Далиан с Шурой принялись сражаться за еду.
Да что с вами?.. Вот же!
Внезапно его стул задрожал.
И не только стул. Стол, стены, потолок — дрожал весь дом.
Землетрясение. Не очень сильное, но продолжительное.
Свет мигнул.
Уа-а…
Сами по себе землетрясения не были редкостью здесь, в стране действующих вулканов. Свою роль сыграл психологический фактор: они находились в чужом доме, так еще и на большой глубине.
Наконец толчки прекратились, только Кеслер продолжил трястись от страха.
Поняв, что на него все смотрят, он неловко отвел взгляд и с досадой пробормотал:
Да что это за дом такой?! Черт!
5
Отдохнув, они разделились на группы и начали искать библиотеку.
Что удивительно, комнат было немного, чего нельзя сказать о коридорах. Длинные, короткие, прямые, извилистые, восходящие, нисходящие — они пронизывали дом подобно своеобразному лабиринту. Сбиться с пути было очень просто.
Далиан, ты знаешь, как выглядит «Книга гроба царей»?
Библиодева мощным усилием проглотила полный рот печенья и хмуро покачала головой.
Нет. Уэс хранил ее в личной коллекции и одолжил Орлику до того, как я увидела ее.
Ясно. Это плохо,
«Дом сам по себе странный. Я даже не могу понять, повлияла на него призрачная книга или нет. К слову, мистер Орлик знал, что скоро умрет. Зачем ему понадобилась книга?.. Одни загадки».
Так-так, о чем это вы тут говорите?
Далиан остановилась, медленно обернулась и смерила ее недовольным взглядом.
Клетчатая, зачем ты идешь за нами?
Очевидно, затем, чтобы собрать побольше материала. Прошу, расскажите мне все, что знаете о библиотеке Данталиан. М-м, призрачная библиотека, в которой хранится девятьсот тысяч шестьсот шестьдесят шесть запрещенных книг, которых не должно существовать в этом мире… Если она и правда существует, это будет находка века!
Библиодева холодно прищурилась.
Ну, узнаешь ты о ней, а что дальше?
Я просто хочу послушать об удивительных вещах. А как использовать полученные знания, я придумаю, — Среди всех существ на Земле только люди жаждут знаний, неисчерпаемых знаний. Я считаю, что люди родились, чтобы гнаться за знаниями. Вы не думаете, что читать книги и делать фотографии
Позволь предупредить тебя, Шура Ильмария, — В мире есть то, чего знать не следует.
Ее хриплый, как скрежет старого инструмента, голос эхом прогремел в коридоре.
Шура лишь пожала плечами и неловко опустила взгляд.
Ты права, Далиан. Ты абсолютно права. Но я все равно хочу знать правду.
Библиодева скривилась и сокрушенно вздохнула.
Я тебя предупредила.
Да, — А, кстати, раз мы заговорили о правде, кто такой этот профессор Магнусон? Да и женщина с ним…
Геолог и его ассистентка, не?
Далиан фыркнула и презрительно посмотрела на Шуру.
Нет, Хьюи. Вероятно, она хочет собрать сплетни. Не парочка ли они, не любят ли друг друга, не изменяют ли супругам… Такова природа фотожурналистов.
Нет-нет, я не про то, — Мне стало любопытно, почему вдруг геолог появился близ дома мистера Орлика в таких обстоятельствах. Уж не скрывают ли они от нас что-нибудь?
Без понятия, — Вряд ли они лгут… Да и какой смысл скрывать что-то от нас, случайных знакомых?
М-да, в этом все девушки в клетчатых кепках,
Моя кепка тут совершенно не при чем, — Вам не кажется, что мы недавно проходили тут?
К сожалению, кажется,
Далиан холодно посмотрела на него.
Как тебя понимать? Неужели ты настолько тупоголовый, что заблудился в каком-то доме?
Я не заблудился. Похоже, все проходы расположены так, чтобы мы возвращались в одно и то же место.
Он обернулся и помрачнел. Тусклый свет лампочек был не в силах разогнать мрак, и дальний конец коридора терялся во тьме.
Идеальные условия, чтобы запутать посторонних людей.
Я не думаю, что архитектор просто стремился сбить нас с толку,
Намекаешь на то, что он пытается держать нас от чего-то подальше? Но как?
Хьюи побарабанил пальцами по стене, закрыл глаза и углубился в воспоминания.
Далиан немного понаблюдала за ним, заскучала, перевела взгляд во тьму и внезапно прищурилась.
Она заметила в нише дверь, немного отличающуюся дизайном от остальных.
Ты можешь думать здесь сколько угодно, но прогресса не добьешься,
Ну, делать нечего.
Хьюи возвел глаза к потолку и обреченно зашагал следом за ней.
В комнате не было ламп.
Юноша осмотрелся и в свете, проникающем из коридора, увидел старомодный стол, диван и высокий книжный шкаф.
Рабочий кабинет?
Это похоже не на кабинет архитектора…
…А на комнату молодой женщины, — Возможно, дочери Орлика. Но все выглядит нетронутым.
Она исследовала стол, но ящики оказались пусты.
Далиан же осмотрела полки и поскучнела: ее улов составили несколько тетрадок и дневников.
«И правда, словно тут никогда и не жили».
Мистер Орлик переехал сюда как раз из-за смерти дочери… Ну, так говорят,
«Потому-то тут и не жили»,
В дальней части комнаты, за перегородкой, видимо, располагалась спальня — на это указывали кровать и туалетный столик.
Сюда свет уже не доставал.
Хьюи достал из кармана сюртука армейскую зажигалку и чиркнул колесиком…
…те.
А?
Услышав незнакомый голос, он вскинул голову.
Пусто.
«Никого… И я уверен, что здесь никто не прячется».
Его взгляд упал на столик, скользнул по зеркалу…
Юноша застыл.
Из зеркала на него смотрел он сам и…
Девушка, окутанная слабым белым светом.
Уходите.
Хьюи резко обернулся и увидел ее перед собой.
Исхудавшая, но красивая. На вид лет семнадцать-восемнадцать.
На самом деле она не светилась. Такой эффект создавали белоснежные бинты, опутывающие все ее тело.

Кто ты?
«Она не желает нам зла, я чувствую это. Но… при этом она не обычный человек».
Бегите, — Бегите прочь из этого дома.
Погоди! Скажи, кто ты такая?!
Внезапно контуры девушки подернулись. Она побледнела и растворилась во тьме.
Когда Хьюи отошел от изумления, то уже стоял в пустой тихой спальне.
Что случилось, Хьюи? Почему ты разговариваешь сам с собой?
Сам с собой?.. Но ведь сейчас…
Заметив недоумение на их лицах, Хьюи прикусил губу.
«Они же все это время были рядом, но никого не видели. Значит, она не выходила из комнаты. Может, она вовсе не материальный человек, а…»
Нет… Ничего, Далиан, забудь,
Библиодева промолчала, но подозрение в ее взгляде никуда не делось.
6
В итоге Хьюи, Далиан и Шура не нашли ничего, что пролило бы свет на загадки, связанные с домом.
Разочарованные, они вышли обратно в коридор. И тут…
Лампы погасли.
Что?!
Они оказались в полной темноте. Хьюи снова чиркнул зажигалкой, однако трепетный огонек мало помог им.
Что здесь происходит? Я же теперь не смогу пофотографировать,
Это не может быть совпадением. Кто-то явно не хочет, чтобы мы шли дальше,
«Бензина надолго не хватит, а блуждать во тьме по запутанным коридорам сродни самоубийству. Придется отложить поиски, пока не найдем другой источник света… Да и сможем ли мы вернуться к входной двери?»
Хмф, какое коварство, — Ну что это за дом такой? Откуда здесь ловушка? Кто-то решил надо мной посмеяться?!
Она посмотрела, обо что споткнулась, и зарычала.
Некто вытащил из шкафа метлу и привязал к колонне на такой высоте, что не особо внимательный человек обязательно запнулся бы и упал.
Профессор Магнусон и Эрна?
Шура выглянула из-за его плеча.
Мне кажется, что это не ловушка, а метка. Наверное, профессор и его ассистентка всегда оставляют их во время полевой работы, чтобы не потеряться.
Путеводная метка, говоришь… Значит, они прошли дальше?
Присмотревшись, он заметил на мраморном полу меловые стрелку и время прохождения. Магнусон наверняка бывал не в одной экспедиции и знал, как не сбиться со сложного пути.
Пойдем за ними?
Хьюи вздохнул, поднял Далиан и поспешил за журналисткой.
Вскоре они добрались до просторной комнаты.
Здесь горел свет, пол покрывал толстый слой пыли, а большую часть стен и потолка занимали трубы, напоминающие кровеносные сосуды какого-то исполина.
Дальнюю часть комнаты Трёстур обустроил под библиотеку: высокие шкафы были заполнены книгами, а на потрепанном временем и долгим использованием столе лежали открытыми толстые томики и чертежи.
«Мы забрались очень глубоко. Я почти чувствую, как на плечи давит толща земли и камня над нами…»
Куда мы попали?
В тот же момент из-за шкафа вышел заметно нервничающий мужчина — Кеслер.
А, это вы,
Кеслер, где мы?
Я бы сказал, что это кабинет мистера Орлика, но… утверждать не решусь. Я просто пришел сюда из беспокойства,
Скорее всего, Кеслер беспокоился из-за того, что они громили дом.
Эти книги…
Далиан остановилась перед одним из шкафов, на полках которого стояли книги по медицине и фармакологии всех времен и народов. Здесь можно было найти даже языческие заклинания и молитвы об исцелении.
Это, скорее, библиотека доктора, а не архитектора,
«Конечно, мистер Орлик потерял жену, а потом и сам слег из-за тяжелой болезни. Я бы на его месте тоже почитывал медицинскую литературу, но не в таких количествах. Тем более, что книг о строительстве я почти не наблюдаю. Еще одна загадка».
Далиан тоже хмурилась — ощущала: что-то не сходится — и обходила кабинет, разглядывая корешки книг. И, добравшись до угла комнаты…
Что?..
…Она резко развернулась, как будто за ее спиной кто-то стоял.
М?
Но там никого не было. Лишь мрачная тень между шкафами.
Воображение?
Далиан? Что там у тебя?
Библиодева скривилась. Она терпеть не могла, когда к ней относятся, как к маленькой.
Ничего. И не смотри на меня, дурень.
Юноша пожал плечами и переключил внимание на Эрну, которая замерла и со странным блеском в глазах смотрела на стол, а точнее на старую рамку с фотографией, где были изображены высокий мужчина, стройная женщина и маленькая девочка, очень на нее похожая. Семья Орликов годы назад.
Вас заинтересовала фотография?
Эрна покачала головой и без особого интереса ответила:
Нет, просто нахожу это непонятным.
Непонятным?
Понимаете, у меня нет семьи,
Э?
Хьюи ждал продолжения, но услышал его от Магнусона, который сидел за письменным столом и просматривал чертежи.
Эрна сирота. Мать умерла сразу после ее рождения, а про отца она вообще ничего не знает. Несмотря на это, она отлично сдала экзамены и посвятила себя геологии. Это достойно уважения.
Профессор, без вашей помощи я не смогла бы остаться в университете, — Вы порекомендовали меня на стипендию, вы обеспечили меня необходимым минимумом денег… И не только вы.
Просто ты показала себя способной ученицей, вот люди тебя и поддерживают. Ты вправе гордиться собой. Ты же согласен, Хьюи? Она молодец?
Да, конечно. Как вы и сказали, это достойно уважения,
Магнусон усмехнулся.
Да и личиком она хороша. Правда, меня беспокоит, что она поздно расцвела и совершенно не интересуется амурными делами. Хьюи, я бы попросил тебя проверить, как она отнесется к серьезным отношениям.
Что?!
Он сразу и не понял, шутит Магнусон или нет. И вдруг…
Хьюи, сзади! Сзади!
Обычно невозмутимая, она широко округлила глаза и смотрела куда-то ему за спину.
Хьюи быстро обернулся, но увидел только пыльный шкаф с книгами.
Далиан, ты чего?
Магнусон усмехнулся и закинул руки за голову.
Думаю, она ревнует. Юная мисс тоже очень хороша собой.
Да, профессор, очень хороша,
Библиодева заскрипела зубами.
Заткнитесь, парочка болванов! Я не это имела в виду! Пару секунд назад позади вас стоял мужчина в подозрительной звериной маске!
Звериной маске?
Он никого не заметил, однако и Далиан не имела привычки лгать.
Уа-а!
На этот раз завопил Кеслер.
Он отступил от входной двери, попятился к стене и съехал по ней.
Кеслер?
Хьюи подбежал к нему.
Мужчина трясущимся пальцем указал вверх.
Сейчас… там, за шкафом, кто-то был. И сразу же исчез…
И вы тоже… Что происходит?
Юноша не знал, что и предпринять. Естественно, он никого не видел.
Вот видишь! Здесь еще кто-то есть!
Впрочем, Кеслер так перепугался, что не мог и слова из себя выдавить.
«Он не притворялся»,
А-а! Вон, смотрите!
Листы из старого папируса были испещрены странными иероглифами, изображающими зверей. Хьюи сразу узнал письмена древней страны, ныне позабытой.
Вот, Хьюи, это же та самая призрачная книга, которую вы искали, да? Это же призрачная книга?
Низкий гул, казалось, складывался в слова. Как будто неведомый гигант гневно провозгласил:
Не пущу!
А?
Перед журналисткой появилось облачко белого, почти прозрачного тумана.
Девушка воскликнула, но не из-за восхищения, а от боли, и рефлекторно отпрыгнула.
Горячо!
Книги и чертежи, которых коснулся туман, вспыхнули ярким огнем.
Назад! Это перегретый пар!
На поверку туман оказался паром, нагретым до очень высокой температуры — бумага загоралась мгновенно. А проникал он в комнату через трубы на стенах.
Невидимый гигант загрохотал вновь, перекрывая свист горячего воздуха:
Не пущу. Я больше никого не пущу… к Ириде!
На этот раз все явственно распознали отдельные слова.
Эй, клетчатая! Что ты сделала?!
Ничего я не делала! Я просто хотела сфотографировать книгу!
Труба позади нее выплюнула струю пара.
Ложись!
Хьюи оттолкнул ее и сам упал.
Профессор, что это?!
Магнусон натянуто улыбнулся и произнес нечто странное:
Перегретый пар… Вот как, значит…
Книга!
Очередной поток пара ударил прямо в призрачную книгу и поджег сухой папирус.
Страницы быстро осыпались пеплом.
Уходим, Далиан. Здесь опасно!
Но книга!..
Тем временем призрачная книга сгорела больше чем наполовину.
Книга…
Хьюи повернулся к двери в коридор и цокнул языком: пар уже перекрыл ее. Оставался единственный выход.
Не пущу… никого… к Ириде…
Сюда! Хьюи!
Они с Эрной уже покинули опасную зону, Кеслер и Шура следовали за ними по пятам.
Быстрее!
Хьюи бросился к ним и едва успел выбежать наружу, как прогремел взрыв.
Кабинет в считанные секунды сгорел дотла.
7
Дверь вывела Хьюи в смежное помещение, и юноша сразу почувствовал себя так, будто попал в фабричный цех или научную лабораторию.
Стены подпирали стальные балки, на полу поблескивали лужи пролитого масла, далеко наверху моргали сине-зеленые «звездочки» дуговых ламп. Всюду змеились толстые электрические кабели, подсоединяющиеся к пыхтящим механизмам из бронзы и латуни. Отходящие от них трубы тянулись к центру комнаты, где стоял параллелепипед идеальной формы, покрытый густой вязью иероглифов.
Сначала Хьюи подумал, что он сделан из кварца, но саркофаг — а именно такую ассоциацию вызвал странный объект — оказался ледяным. Сложные механизмы неустанно нагнетали холод, не давая тому растаять.
Из тьмы выступил трехметровый полупрозрачный великан.
Это еще кто?
Великан зарычал… если так можно было назвать громкие шум и плеск, как при извержении гейзера. Как оказалось, он тоже состоял из перегретого пара под высоким давлением.
Он выглядел как человек, не считая головы — она принадлежала шакалу.
Паровой исполин с головой зверя?! Это он напал на картографов?!
Вот видишь, Хьюи! Я же говорила, что видела мужчину с головой зверя!
Прибереги радость на потом!
Хьюи одним махом перескочил перила и спрыгнул на пол, едва разминувшись с исполинским кулаком.
Прогремел взрыв, в спину ударила волна воздуха, нагретого до нескольких сотен градусов Цельсия, и юноша застонал.
Как я понял, это наэлектризованный пар, управляемый мощным магнитным полем. Эдакое стереоизображение, которое одним касанием может поджарить нас до хрустящей корочки,
Даже пронырливый профессор геологии заметно струхнул.
Хьюи, мы должны что-то с этим сделать,
Дивард устало покачал головой.
Не проси невозможного. Я против пара бессилен.
Магнусон прокашлялся, осмотрелся и обнаружил еще один выход.
Бежим туда! Думаю, вне этой комнаты он развоплотится!
Нагруженная тяжелым рюкзаком Эрна тараном снесла дверь. Профессор побежал к ней и поманил за собой остальных.
Шура рванула было следом, как вдруг остановилась и указала на ледяную глыбу.
Смотрите! Там что, кто-то есть?!
Хьюи обернулся.
Человек… в ледяном гробу?!
Он сразу узнал эту девушку, опутанную бинтами. Ее серые волосы как будто растеклись по воде.
Только сейчас она не бродила по дому в виде призрака, а спала вечным сном. Казалось, для нее остановилось даже время.
Ирида?!
Тут же позади него возник собакоголовый великан.
Кеслер!
Не стой столбом!
Крики Хьюи и Шуры наложились друг на друга, но было поздно.
Зазевавшийся вкладчик получил кулаком в спину и отлетел, как бумажный.
А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!
Кеслер! Вставайте!
Сюда, быстрее!
Шура попыталась поднять его, но не хватило сил. Хьюи помог ей, и вместе они вытащили Кеслера из гробницы.
Даже Далиан в своеобразной манере пыталась подбодрить его:
Держись, агент. Вестиментиферы∗ живут на огромной глубине, им такой пар вообще нипочем. А у тебя лицо как погонофора, так что с тобой все будет в порядке.
Магнусон и Эрна сообща закрыли толстую стальную дверь.
Великан принялся ломиться в нее, но безуспешно.
Под аккомпанемент приглушенных взрывов все устало опустились на пол и осмотрелись.
На этот раз они попали в некое подобие машинного зала на большом корабле, а гигантские паровые турбины наводили на мысль об электростанции.
Где… это мы?
Похоже на помещение для силового оборудования,
Силового?
Если точнее, на комнату управления генераторами. Насколько я понял, дом и по сей день вырабатывает колоссальное количество электроэнергии, используя в качестве топлива перегретый пар под высоким давлением, который производит магма.
То есть это геотермальные генераторы… Но зачем они?
Вырабатывают электричество, которое идет на освещение, отопление и приготовление пищи. Этот дом обеспечивает сам себя уже двадцать лет…
Я понял, профессор… Вы с самого начала предполагали это, поэтому заинтересовались домом, да?
Магнусон серьезно кивнул.
Вероятнее всего, он, ученый-геолог, в теории знал, что остров богат геотермальными ресурсами, а потом удостоверился в этом на практике и уже целенаправленно отправился на поиски генераторов.
Да, но не только. Вы понимаете, почему дом до сих пор никто не нашел? Почему в указанном картографами месте его не оказалось?
Нет. Почему?
«А ведь правда. Вокруг нет ни леса, ни даже рощи. Дом стоит посреди пустоши, и при этом никто не натыкался на него».
Дом дрейфует, — Постоянно, даже сейчас, только очень медленно. Делает пару десятков метров в день или около того.
Дрейфует? Но это просто…
…Невозможно? Но ведь и сама земля дрейфует, Хьюи. Разве ты не слышал о теории изостазии или теории дрейфа материков?
Хьюи охнул.
Ученый Альфред Вегенер сравнительно недавно выдвинул гипотезу о том, что континенты перемещаются по поверхности Земли и меняют форму. Чуть позже его высказывания подтвердила теория о тектонике плит.
Земная кора в этой области сформирована высокомобильным базальтом, то есть застывшей лавой, и покрыта глетчерами, то есть льдом. Если расплавить их, используя огромные запасы геотермальной энергии, образуется полужидкий слой, по которому дом сможет перемещаться подобно кораблю на море.
Так вот что это за дом с привидениями такой…
Далиан недовольно нахмурилась.
Получается, дом никто не нашел потому, что он блуждает по поверхности земли? Но зачем все это?
Полагаю, ответ лежит в том гробе,
«Затем, чтобы спрятать гроб с девушкой и защитить его? Не лишено логики. Запутанные коридоры, великан с головой пса
Но кто же тогда та девушка?
А вот об этом спросите его.
Магнусон указал на мучающегося от страшных ожогов Кеслера. Спокойная Эрна как раз перевязывала его бинтами.
Вкладчик осознал, что все смотрят на него, немного поколебался, но все-таки сказал:
Ее зовут… Ирида. Это дочь мистера Орлика, которую, как все говорили, постигла внезапная смерть.
А откуда вы ее знаете?
Я… Я раньше учился у мистера Орлика на архитектора.
Учились?
Да, больше двадцати лет назад. Я так и не стал архитектором, зато научился разбираться в зданиях, благодаря чему преуспел на поприще вкладчика в недвижимость, — Собственно, я покинул мистера Орлика как раз из-за Ириды. Мы любили друг друга, но мистер Орлик был против нашего брака, поэтому мы сбежали.
Вы убежали вместе с ней?
Да. Но в то время у меня не было нормальной работы, а Ирида с самого рождения часто болела. Однажды я пришел домой и нашел записку. Ирида писала, что уходит от меня и возвращается к отцу. Я отчаялся, думал, что она разлюбила меня, но… это было не так, — Она знала, что долго не проживет.
Ясно, — Так вот почему вы выкупили этот дом и в одиночку приехали сюда.
Да, — Скажите, она жива? В том ледяном гробу?
Ни один человек не выживет в таких условиях. Она мертва, — Однако клетки ее тела сохранились в том же состоянии, в котором были при жизни. Если в далеком будущем наука о человеке сделает огромный шаг вперед, то ее, может, и оживят. Полагаю, ее отец думал об этом же.
Так вот зачем мистер Орлик… учитель построил этот дом,
Трёстур создал блуждающий дом, чтобы никто не потревожил его дочь до тех пор, пока не наступит время оживления. И оставил ей свой последний подарок: свет, отопление, замороженные свежие продукты.
В кабинете я видела много книг, посвященных оживлению мертвых, — Возможно, архитектор сперва хотел спасти жену, но не успел достроить дом, и тогда решил помочь хотя бы дочери. Одолжил запретные знания из призрачной книги…
«Книга гроба царей»? Ты права, дом напоминает древнеегипетскую гробницу. В те времена тела фараонов старались сохранить навечно, чтобы они благоденствовали в мире мертвых,
Благодаря упорству архитектора, пытавшемуся отогнать смерть от дочери, мы получили автономный дом. А его, если так можно выразиться, «интеллект» видит в нас обычных расхитителей гробниц.
Юноша кивнул.
Паровой великан был своеобразным механизмом защиты саркофага, прóклятыми крыльями смерти, сулящими бедствие всем, кто потревожит сон погребенной.
Далиан фыркнула.
Раз мы все узнали, в этом доме-могиле нам больше делать нечего. Тем более призрачная книга сгорела. Давайте скорее выбираться наружу.
Я бы и сам не прочь… Вот только нельзя,
Почему?
Мало того, что эта страна находится в зоне вулканической активности, механизмы этого дома расплавляют горную породу и черпают пар недр, оказывая как прямое, так и косвенное влияние на магму, и заставляя ее активизироваться.
Хьюи помрачнел.
Неужели все эти землетрясения?..
Да. Остров расположен на стыке тектонических плит, что уже способствует возникновению сильных землетрясений. Из-за дома магма активизируется, и в плитах накапливается дополнительное напряжение. — Если так и будет продолжаться, нас ждет мощнейшее землетрясение, которое вызовет локальную катастрофу. Странам на побережье Атлантического океана тоже достанется. Естественно, и вашему королевству тоже.
Что же нам делать?
Профессор лишь хмыкнул в ответ. Даже он не знал наверняка, как взять под контроль магму.
Нам нужно разрушить этот гроб,
Далиан?
Та бесстрастно посмотрела на дверь.
Гроб покрыт символами из призрачной книги. Возможно, именно он и удерживает Орлика в этом мире.
Я согласен, — Весь этот дом создан для того, чтобы сохранить гроб. Если мы его сломаем, механизмы отключатся, и аномалии в магме сойдут на нет.
Сломаем…
И как же?
В этот момент что-то громко зашипело, и из-под двери за ее спиной повалил перегретый пар.
Что ты творишь, клетчатая?!
Э-это не я! — Дверь сама!..
Назад, Шура! Далиан, ты тоже!
Разряжась голубоватыми искрами, пар снова принял вид собакоголового великана, который подрос раза в два по сравнению с прошлым и практически уперся макушкой в потолок генераторной.
Он ударил по трубам, те не выдержали и взорвались.
Хьюи вытер пот со лба.
Он уже атакует, не боясь задеть генераторы? Неужели подслушал нас?..
Да! Но давай ты будешь размышлять потом!
Юноша поморщился.
Только один вопрос… Как нам вернуться в комнату с гробом?
Хьюи, ложись! Всем закрыть уши и глаза!
Что?!
Это была связка динамита.
По всей видимости, профессор носил с собой взрывчатку, чтобы разрушать скальную породу, мешающую исследованиям.
Связка попала великану точно в голову, мгновенно воспламенилась и взорвалась.
Ударная волна прошлась по всей генераторной. Раскаленный воздух обжег кожу, а грохот заставил съежиться.
Оборудование для контроля пара частично вышло из строя, разорванные настенные кабели сыпали искрами, а великан растворился.
В стене зияла огромная дыра, сквозь которую был виден испещренный иероглифами ледяной гроб и спящая в нем Ирида.
Хьюи!
Ага.
Превозмогая боль, юноша заставил себя подняться на ноги.
8
Автономная система защиты по-прежнему функционировала. Трубы в гробнице то и дело выпускали струи перегретого пара, в воздухе проскакивали голубоватые молнии — великан пытался возродиться.
«А ведь он всего лишь призрак, воплощение стремления мистера Орлика, который хотел защитить дочь».
Магнусон безжалостно швырнул в гиганта динамитную шашку и полез за следующей. Гробница вздрогнула, с потолка посыпались камушки.
Уймись, лохматый!
Не мешай геологу, когда он на полевых работах,
Немного погодя задрожал весь дом. Пол под ногами заходил вертикально, как перед скорым извержением вулкана.
Землетрясение?! А вот это уже плохо!
Когда они подошли к гробу, великан перестал появляться. Видимо, «интеллект» побоялся задеть охраняемый объект.
Профессор, давайте динамит!
Магнусон, тяжело дыша, покачал головой.
Извини, но у меня пусто. У Эрны должен быть запас… Эрна!
Да, профессор.
Ассистентка сняла рюкзак и принялась копаться в нем.
Тем временем землетрясение продолжалось.
И Хьюи решился.
Далиан!
В его руке появился золотой ключ.
Да,
А потом застыла.
Дело в том, что…
Никому не двигаться! — Не двигаться! Замрите, кому сказал!
Кеслер?! Что вы делаете?
Что ты задумал, вкладчик?
Не трогайте… Ириду. Прошу, не убивайте ее,
Все замолчали. Тишину нарушал только резкий свист пара.
Кеслер… она уже мертва. Это просто ее тело,
Вкладчик яростно замотал головой.
Ну и что! Если есть хоть малейший шанс, что Ириду оживят… Пусть остров расколется…
Увидев любовь всей своей жизни, Кеслер перенял желание бывшего учителя и вознамерился осуществить его даже ценой своей жизни.
Все понимали: слова тут уже не помогут. Но…
Не надо,
Все посмотрели на Эрну, которая стояла у гроба со связкой динамита в руке.
Прекрати, папа… Мама не хотела бы, чтобы ее оживили так.
Ч… Что?!
Очкастая, ты…
Далиан прервалась и резко перевела взгляд на Ириду.
Из-за взрывов Эрна где-то потеряла очки, а пучок волос на затылке распустился.
И все увидели, как она похожа на Ириду. Пусть не точь-в-точь, но сильно.
Ты… дочь Ириды? Наш с ней ребенок?..
Мою маму звали Ирида Трёстурдоттир Орлик, — Она умерла сразу после моего рождения. Она знала, что болезнь не позволит ей пережить роды, поэтому ушла от тебя. Не хотела обременять тебя тяжелой ношей… Все это я прочла в ее дневнике.
Кеслер негромко всхлипнул.
А мистер Орлик… учитель, знал про тебя?..
Нет, дедушка обо мне не знал. Если бы он узнал, что мама умерла из-за меня, то проникся бы ненавистью ко мне,
Кеслер дрогнул. Он понял, что дочь соврала: если бы ее и возненавидели, то из-за отца.
Ложь во благо, попытка защитить…
И все же я попросила профессора о большом одолжении и пришла в дом дедушки. Я же знала, как сильно вы с ним любили маму. Поэтому не делай этого.
Эрна зажгла шнур и положила динамит на гроб, как букет цветов на могилу.
Спокойной ночи, мама. Спасибо за то, что родила меня,
Далиан!
Хьюи пихнул их с Кеслером на пол.
Прогремел взрыв.
Дом заскрежетал и, казалось, взвыл в предсмертной агонии.
Всюду разлетелись осколки льда.
На мгновение отраженный свет озарил силуэт женщины, похожей на Эрну.
Она счастливо улыбнулась и растаяла.
9
Найти выход удалось лишь на следующее утро.
Мощное землетрясение не прошло незамеченным: землю вокруг дома изрыла густая сеть трещин.
Однако лошади паслись как ни в чем не бывало, а снег блестел в лучах солнца.
Хьюи обернулся, и по его губам пробежала тень улыбки.
А призрачную книгу мы так и не вернули. Зря ехали, получается.
Далиан с ненавистью уставилась на Шуру.
Не просто зря, а еще и оказались в минусе. Мне пришлось всю ночь блуждать по этому подземелью. А почему? Потому что вот эта клетчатая сожгла призрачную книгу.
Почему ты валишь все на меня?!
Хьюи усмехнулся.
Зато мы стали свидетелями трогательного воссоединения отца и дочери. Тоже неплохо.
И что в этом трогательного? Сплошной фарс,
Она до сих пор злилась на Кеслера, взявшего ее в заложники.
Так или иначе, нам удалось предотвратить землетрясения,
Я бы не стал говорить об этом так уверенно. Надо будет понаблюдать за поведением недр,
«Он что, собирается после такого приключения продолжать исследования?»
Да, профессор.
Эрна отозвалась единственной. Она снова завязала волосы, надела запасные очки и превратилась в тихую ассистентку.
Они с Магнусоном поправили рюкзаки и отправились было в путь, как вдруг Эрна о чем-то вспомнила и посмотрела на Кеслера, который стоял у машины и, едва не плача, провожал взглядом дочь.
Эрна… Это, я… Я хотел бы вернуться вместе с тобой, если можно…
Прости, но мне нужно закончить исследования.
Кеслер беспомощно опустил голову и вздохнул.
Ну да… Я понимаю… Тебе неловко быть с отцом. Но я…
Эрна немного помолчала, а потом внезапно спросила:
Расскажешь?
А?
Расскажешь мне о маме? Как-нибудь потом, когда я закончу работу.
Кеслер отреагировал не сразу, но, когда до него дошел смысл сказанного, с силой закивал и вытер слезы из уголков глаз.
Д-да… Конечно. Приходи в любое время!
«Ну не трогательно ли?»
Правда же?
Хмф.
Библиодева поджала губы и отвернулась.
Внезапно Шура взяла ее на прицел камеры, щелкнула затвором, улыбнулась в ответ на злой взгляд и гордо сказала:
Это было так трогательно. Статья получится просто загляденье.
Хьюи поморщился.
Ты хочешь написать статью об этом?
Ну… Я собиралась.
Шура сделала еще один снимок и озорно подмигнула.
К сожалению, написать о доме с привидениями не получится, потому что ценная призрачная книга сгорела. Ну ничего, тогда я возьму у счастливого отца полное эмоций интервью… А потом буду рыть в другом направлении. Более перспективном,
А-а,
Шура направила на них объектив и выпятила грудь.
Кстати, я слышала о том, что перед тем, кто жаждет получить призрачную книгу, появляется некто черная библиодева и отводит его в библиотеку Данталиан. Сегодня я, так и быть, отпущу вас, но потом соберу доказательства и напишу… А!
Журналистка пришла в себя и застонала.
Кеслер давно уехал, Магнусон и Эрна ушли, а лошадь с Хьюи и Далиан безмятежно удалялась, цокая копытами.
Эй! Эй! Вы чего меня одну оставили? Как я вернусь-то?! Хьюи! Далиан! Подождите меня!
Свежий ветер летел по ущелью между ледниками, поднимал с земли снежинки и кружил их в ведомом ему одному небесном танце…
↑Ютландия — европейский полуостров, который делят Дания и Германия.↑Puppchen (нем.) — кукла. Так назывался Опель 5/12 PS.↑Морские черви из семейства Погонофоры, обитающие в гидротермальных оазисах вблизи трещин в океанской коре.