Том 21 · Глава 201. Химекава Ёшино

«Личность формируется не только от рождения, но и от окружения», — когда я впервые услышала об этом, то чуть-чуть обрадовалась. Ведь я оказалась там, где сейчас, благодаря Шидо и девчатам. Они подарили много незабываемых воспоминаний, столькому научили. О городе, школе и обществе. О том, как важно общаться. О том, что такое любить.

Время, которое я провела вместе с ними, сделало меня, какая я есть сейчас. И поэтому я горжусь. Мне нужно ещё многому научиться, я по-прежнему стесняюсь, но уже не стыжусь этой части себя.

Я не исчезла, когда не стало кристалла Сефиры Мио. Котори сказала, потому что я человек. Но я не помню ничего до того, как стала Духом. Иногда я волновалась: кто же я на самом деле? Останусь ли прежней, если вспомню?

Месяцем ранее.

Ёшино пригласили на «Фраксинус» — корабль, что парил в небе над Тенгу. Духовная сила исчезла, пространственные искажения больше не случались — девочка почти не появлялась на судне. Тем не менее она хорошо запомнила все его каюты и коридоры и уверенным шагом направлялась в зал для совещаний.

—Но почему Котори так внезапно позвала меня? — пробормотала Ёшино по дороге.

Девчушка шла совсем одна, и вместе с тем нельзя сказать, что она находилась в одиночестве. Дело в плюшевой кукле кролика, которая сидела на её руке, — Ёшинон. Она забавно замахала лапками и ответила:

—Как знать? Гм... А! Вдруг в любви признаются?! Для Котори зал совещаний как задний двор спортзала для школьников?!

Ёшинон взволнованно задрыгала, и Ёшино слегка улыбнулась:

—Ну... не думаю.

За разговором они вскоре дошли до нужной комнаты. Система защиты распознала девочку и открыла дверь. Войдя же внутрь, Ёшино удивлённо распахнула глаза: в зале обнаружились и другие гости — трое девушек.

—Нацуми, Кагуя и Юзуру?

Нацуми играла на смартфоне за столом, а сёстры Ямай по загадочной причине сидели на невидимых стульях, прижавшись спинами к стене. Их ноги тряслись от напряжения.

—Кхи-кхи-кхи... Вижу, Юзуру, ты уже еле держишься, — с трудом произнесла Кагуя. — Н-не пора ли тебе... сдаться?

—Заверение: я ещё полна сил. Разве ты не на пределе? Смотри не переусердствуй, — сдавленно ответила Юзуру.

Они так и провоцировали друг друга за соревнованием, кто дольше продержится на воздушном стуле.

Это были близняшки, и по лицам их не отличишь. Только по причёскам и фигурам можно разобрать, кто есть кто. А сейчас ещё и по состоянию: Кагуя вся вспотела и держалась, стиснув зубы, а Юзуру ничего не выражала, хотя её ноги тряслись не меньше.

Нацуми отложила телефон и повернулась:

—Тебя тоже позвала Котори?

—Да, — кивнула Ёшино. — Значит, и тебя?

—Ага... Я уж сперва решила, что Рататоск прекращает поддерживать нас и сейчас уведомит, мол, пора выселяться, но, раз ты здесь... — с облегчением вздохнула девочка.

Её привычный пессимизм улыбнул Ёшино.

Кагуя услышала Нацуми и недовольно сморщилась:

—Хочешь сказать, это мы виноваты?!

—Уверенность: ты много шумишь — из-за постоянных жалоб тебя попросят съехать, — хихикнула Юзуру.

—Чего?! Разве тебя это не касается тоже?! Кто жалуется-то?!

—Цитата: громкий храп. Невозможно уснуть. Ю. Ю.

—Храп доносится из другой комнаты! И вообще это явно твои инициалы!

—Что вы тут устроили? — прервал их перепалку властный голос.

Девчата обернулись: у дверей стояла Котори в военной форме с большим конвертом в руке. Смотрела она сурово.

—Добрый день, — поздоровалась Ёшино.

—Привет. Спасибо, что пришли. Ёшино, присаживайся.

—А-ага, — кивнула девочка и села по соседству с Нацуми.

Та чуть вздрогнула, порозовела, было отодвинулась, но сдержала себя.

—Вас тоже касается, — сказала Котори, легонько ткнув сестёр Ямай в ноги.

—Фха!

—Падение: кха...

Обе уже выбились из сил и одновременно рухнули на пол.

—Кхи-кхи... Я продержалась на долю секунды... дольше.

—Отрицание: у тебя ноги короче — твоя попа приземлилась на пол раньше.

—Мы одинакового роста!

—Садитесь уже, — устало вздохнула Котори.

Кагуя и Юзуру подняли руки, мол, поняли, попытались встать, но ноги буквально одеревенели. В итоге до стульев они ползли на коленях.

Когда все собрались, Котори положила конверт на стол:

—Есть определённая причина, по которой я позвала вас сюда.

—Определённая... причина? — повторила Ёшино.

—Ой, и что же это? — заволновалась Ёшинон. — Хотите сказать, я не кролик?

—Оставь шуточки на потом, — скосила взгляд командир.

Девочка в назидание ткнула плюшевую куклу в мордочку.

—Вернёмся к делу. Оно крайне серьёзное. Если хватит ума, то посмотрите на людей вокруг и поймёте, о чём пойдёт речь, — продолжила Котори, окинув взглядом стол.

Ёшино непонимающе наклонила голову на бок, близняшки тоже озадаченно уставились на командира, и лишь Нацуми в затруднении отвела глаза:

—Мы все здесь не помним прошлое... так?

Ёшино изумлённо распахнула глаза. В зале совещания собрались не чистые Духи, как Тока, а люди, которые ими стали. В то же время, в отличие от Котори, Оригами, Мику и Мукуро, они не помнили, как Мио дала им кристалл Сефиры, и не было у них возможности вспомнить, как у Нии и Куруми.

—Хороший ответ, — выразительно кивнула Котори. — Рататоск выяснил ваше прошлое, до того, как вы стали Духами.

Девушка вытащила из конверта три файла.

Кагуя и Юзуру разинули рты:

—Что? Правда?

—Потрясение: до того, как стали Духами?

—Сказать честно, расследование мы провели ещё давно. Просто истории не самые приятные, и в верхах спорили, нужно ли вам рассказывать, — добавила командир, размахивая файлами. — На последнем совещании учли ваш образ жизни и эмоциональное состояние и наконец разрешили. Одним словом, они признали независимость. Можете порадоваться.

—Разве не потому, что духовная сила исчезла? Что бы с нами ни случилось, искажения больше не произойдут, — усомнилась Нацуми.

—Не отрицаю, это сыграло важную роль... — пожала плечами Котори и разложила перед всеми файлы: — Вам даётся выбор: открывать или нет. Принять то, что в нём написано, или нет. Решите прочесть — необязательно идти до конца. Это не шутки. Возможно, некоторые факты отсюда вы бы знать не хотели. Чтобы отказаться, тоже нужно мужество. Правильного ответа нет. Не обязательно принимать решение сразу — можно отложить на пару дней и посоветоваться с нами. Всё зависит только от вас.

Девушка опустила глаза, давая знать: что бы они ни решили, винить их не станет.

Ёшино сидела, затаив дыхание. Вся её личность была в одном файле перед ней. Сердце колотилось сильнее и сильнее.

Внезапно раздался грохот о стол. Девчушка обернулась: близняшки вцепились за файл на столе.

Кагуя предвкушающе хмыкнула:

—Кхи-кхи-кхи. Как любопытно. Вот оно — доказательство, что я истинная старшая сестра!

—Улыбка: с сегодняшнего дня будешь звать меня старшей сестрицей, — отрезала Юзуру.

—С чего бы вдруг?!

—Объяснение: как правило, старшая сестра больше во всём. Не знала?

—Что за бред?!

В итоге между близнецами вновь разгорелась перепалка. Наверняка они быстро решились, поскольку не хотели, чтобы другая сторона прочла документ первой.

Нацуми же наоборот — осторожничала. Сложив руки на груди, она крепко задумалась, даже промычала вслух, и в конце концов замотала головой:

—Пока воздержусь. Там явно ничего хорошего...

Тогда Ёшино перевела взгляд с девчат на плюшевого кролика в руке:

—Ёшинон...

—Делай так, как считаешь нужным, — отозвалась кукла. Она смотрела хозяйке в глаза и нисколько не шутила.

—Хорошо, — кивнула девочка и решительно посмотрела вперёд.

Шидо складывал бельё в гостиной у себя дома, когда его отвлёк голос позади. Он обернулся и обнаружил Ёшино. А за ней и Нацуми, которая пряталась за спиной.

—Что такое? Уже проголодались? — спросил Шидо. — В шкафу есть печенье. Если подождёте — сделаю панкейки.

Ёшиино просияла, но тут же замотала головой:

—Нет, я не против, но... эм-м... — сказала девочка с бегающими по сторонам глазами, подошла и села напротив парня, выпрямив спину.

Нацуми поспешила повторить за ней.

—Если не занят... — начала Ёшино. — Если не занят, можно мы вместе посмотрим кое-что?

—И что же? — смутился Шидо от её серьёзного вида.

Девочка перевела дух и положила на стол большой файл с бумагами.

—Что это?

Ёшино коротко объяснила, и Шидо нахмурился:

—До того, как стала человеком?

—Кажется, да, — кивнула девочка.

Юноша посмотрел на файл.

Ёшино, Нацуми и сёстры Ямай отличались от остальных — они ничего о помнили из жизни, когда ещё были людьми. Кристалл Мио исчез, а девчонки нет, следовательно, никто из них не истинный Дух. Раз так, можно разузнать и об их прошлом.

—Значит, тебе тоже дали такой файл? — поинтересовался Шидо у Нацуми.

—Да, но... Моё прошлое подождёт, — ответила она. — Я только за компанию — Ёшино сказала, что боится одна, — отвела Нацуми разговор в сторону от себя, смущённо пряча взгляд.

Девчушка словно переживала, что её осудят за выбор. Конечно, парень не собирался этого делать.

—Понятно. Я тоже когда-то боялся.

Шидо прекратил складывать бельё и повернулся к Ёшино. Их истории отличались, но парень также не помнил прошлое и понимал, как тяжело девчатам приходилось.

Семья Ицука тепло приняла его, и Шидо грех жаловаться на жизнь. Тем не менее парень не знал, с чего всё началось, и оттого на души будто кошки скребли. Откуда он взялся? Что делал? Не знать, откуда растут твои корни, на удивление очень страшно.

Так было для Шидо, который не помнил своё детство, так есть и для Ёшино, которая не помнила ничего до того, как стала Духом.

И вот она решила узнать правду.

—Ты ведь ещё не читала, да? — заговорил Шидо. — Ты точно хочешь прочесть вместе? Может, там найдётся то, что другим лучше не знать?

Ёшино вмиг залилась краской и опустила лицо. Нацуми грохнула рукой по столу:

—Да что ты несёшь?! По-твоему, Ёшино вытворяла что-то неправильное?!

—Н-нет! Я не это хотел сказать! — замахал руками юноша.

—Какой же ты невежа, — развела лапками Ёшинон. — Тебя же сама Ёшино и попросила.

Шидо замер, и тогда Ёшино медленно подняла поникшее лицо:

—Я хочу знать, кто я. Как жила, росла, и... почему стала Духом. Мне страшно... немного. Страшно, что изменюсь, когда узнаю прошлое. Мне нравится моя жизнь. Каждый день с вами мне приносит радость. Поэтому... — Девочка чуть смолкла и нерешительно потянулась к Шидо: — Возьми меня за руку. Я не хочу никуда уходить. Хочу остаться собой.

—Ёшино... — прошептал юноша, встал, положив ладони на колени, сел рядом и крепко сжал её руку. — Что бы мы ни узнали, ты останешься собой.

—Да, — радостно улыбнулась Ёшино и сжала ладонь Шидо в ответ.

—Можно сказать, я первопроходец. Мне передались воспоминания Шиндзи — изменился ли я хоть как-то? Не бойся, — подмигнул Шидо.

Девочка улыбнулась ещё ярче.

Тут Ёшинон кое-что заметила:

—Эй-эй, Нацуми, куда намылилась?

Шидо и Ёшино повернулись: Нацуми пыталась скрытно улизнуть. Однако Ёшинон схватила её за юбку, и побег провалился.

Нацуми сдалась, неловко вернулась обратно и, отведя взгляд, объяснилась:

—Ну, как бы сказать... мне показалось, будто меня хотят убить, вот и решила оставить вас наедине.

Ёшино снова вспыхнула алым. Но руку не отпустила. Ёшинон скрестила лапки и осуждающе покачала головой:

—Хорошо читать атмосферу — здорово, но имей в виду: ты должна держать меня на лапку. Это очень важно.

—П-правда, что ли?

—Ну конечно. Когда узнаем прошлое, я могу стать сама не своя. А вдруг выяснится, что я ужасный кролик, который пожирает миры? Тогда в последний момент прокричу, чтобы все спасались.

—Б-было бы ужасно...

Нацуми боязно взяла Ёшинон за лапку.

Шидо посмотрел на них с улыбкой, глубоко вздохнул и снова взглянул на биографию.

—Тогда начнём, — решил он. — Ёшино, раз у тебя руки заняты, ничего, что я открою?

—Да... пожалуйста, — нервозно кивнула девочка.

Парень одной рукой распахнул папку и вынул содержимое. Внутри оказалось несколько скреплённых бумаг и старая фотография.

Все удивлённо уставились на изображение:

—Это Ёшино?

—Похоже... Такая милая...

Девочка на фото выглядела чуть моложе, но определённо — Ёшино. Она в миленькой пижамке сидела на кровати. Лицо украшала застенчивая улыбка, но была в ней какая-то печаль, не свойственная детям.

—Гм? — приподнял Шидо брови.

Что-то на фотографии казалось не так. И вскоре он нашёл, что именно. То же касалось и Нацуми.

—А где Ёшинон?

Потому фото и выглядело странным — на руке Ёшино не было её плюшевого кролика.

—Может, Ёшинон тогда ещё не появилась?

—Как не появилась? — переспросила сама Ёшинон. — Ещё не вросла, наверное.

—То есть как это врастаешь? — побледнела Нацуми от шутки.

Ёшино, которая обычно всегда отвечала на выходки кролика улыбкой, ничего не сказала и смотрела на документ, что содержал краткую характеристику.

—Химикава... Ёшино... — прошептала она. Имя несколько раз эхом отозвалось в груди.

На бумаге было написано полное имя девочки, которое до сих пор оставалось покрыто тайной.

—Химекава Ёшино? — повторил Шидо. — Красивое имя.

—Ага... Есть в нём что-то.... благородное. Даже божественное, — впечатлённо признала Нацуми.

Ёшино застенчиво улыбнулась:

—Спасибо. Мне неловко, но... я рада. Химекава Ёшино. Химекава Ёшино.

Девочка несколько раз повторила имя и глубоко вздохнула.

Нацуми опустила взгляд.

—Что случилось? Тоже хочешь узнать фамилию? — полюбопытствовал Шидо.

Та что есть сил замотала головой:

—Н-нет! Будет какое-нибудь Некурагава или Инкяда.

—Разве такие фамилии существуют? — криво усмехнулся парень, и вместе с Ёшино погрузился в текст документа.

Химекава Ёшино без вести пропала двадцать шесть лет назад. Вероятно, тогда она стала Духом, в тринадцать — примерно в это же время и сделали фотографию.

Девочка постоянно болела и почти не покидала больницу, отец умер, и мать, Химекава Нагиса, сутками работала, чтобы оплатить лечение. Тогда женщине было тридцать четыре года. Если она ещё жива, то ей уже все шестьдесят.

На второй странице нашлись адрес и описание больницы.

Ёшино молча и серьёзно читала документы. А когда закончила, Шидо обратился к ней:

—Ну как? Вспомнила что-нибудь?

—Ничего, — несколько разочарованно покачала головой девочка. — Я знаю, это я на фото... Но то, что написано, кажется ненастоящим... Словно прочла о жизни другого человека.

—Понятно, — тяжело вздохнул парень.

Потерянные воспоминания можно вернуть, но у каждого человека своя ниточка, за которую нужно дёрнуть. С чтением биографии то же самое.

Вдруг Шидо заметил, как Ёшино не отрывала взгляд от адреса дома на второй странице. И тогда он предложил:

—Хочешь сходим? Завтра нет уроков.

—Э?! — вздрогнула девочка и изумлённо повернулась к нему: — П-почему?

Ёшино скорее спрашивала, почему он знает, что она думает.

—Видно же, что хочешь, — хмыкнул Шидо.

Девочка покраснела и спрятала лицо.

—У-ля-ля, да вам слова-то не нужны!

—Ё-ёшинон! — закрыла кукле рот Ёшино.

Рассмеявшись, парень погладил её по голове:

—Тогда решено. Встретимся все вчетвером завтра утром перед домом.

—И я?! — обескураженно выпалила Нацуми.

—Ну конечно. Или у тебя есть другие дела?

—Не то чтобы... — забормотала девочка. — Просто не хочу вам мешать...

Ёшино увлажнёнными глазами посмотрела на Нацуми:

—Не... хочешь?

—Угх... — Та вскинула руки в знак сдачи: — Ладно. Пойду.

Ёшино вмиг посветлела. Нацуми облегчённо вздохнула, но сразу же спросила:

—Но с чего вы решили, что твоя мама всё ещё там живёт? Может, Рататоск сперва разузнает?

—Нет... Не хочу беспокоить их, — улыбнулась Ёшино. — Даже если её там нет, думаю, я что-нибудь вспомню, когда приду туда, где жила.

Шидо понимал её. С одной стороны, было бы лучше, разузнай Рататоск всё за них, а с другой — некоторая неизвестность в таких вещах предпочтительнее. Возможно, Ёшино что-нибудь вспомнит. Возможно, она встретит маму. Если бы девочка знала заранее, возможно, не решилась бы пойти.

—Если... Если встречу маму, я уже знаю, что сделаю сразу, — произнесла Ёшино.

—И что же? — поинтересовалась Нацуми.

На лице девочки вспыхнула яркая улыбка:

—Познакомлю со своими друзьями.

Нацуми неловко отвернулась, вся пунцовая от смущения.

На следующее утро Шидо, Ёшино, Ёшинон и Нацуми собрались перед домом, сели на поезд и отправились до одного городка в префектуре Канагава. Двадцать минут на автобусе после станции, и вскоре они прибыли в спальный район с синевой моря на горизонте.

—Какой приятный ветерок, — заметил Шидо, потянувшись. — И вид замечательный. Отличное место.

—Здесь жила Ёшино... Так вот какова святая земля... — поглаживая подбородок проговорила Нацуми.

Ёшино же ничего не сказала и лишь круглыми глазами озиралась по сторонам.

—Что-то не так? — обеспокоился парень.

Девочка задумчиво помотала головой:

—Я не знаю... ничего.

—Понятно. Пошли тогда сперва к твоему дому.

Ёшино напряжённно кивнула. Они шли к месту, где она жила двадцать шесть лет назад. Может, увидит родную маму, с которой уже так долго не виделась. Они не знали, примет ли мать тот факт, что Ёшино почти ни капельки не изменилось за столь огромный срок, и всё же она её дочь. Даже просто взглянуть на маму издалека — и то стоило девочке колоссальных переживаний.

Шидо открыл карту на телефоне и повёл Ёшино и Нацуми за собой, как неожиданно резко остановился. В итоге Ёшино уткнулась ему в спину, а Нацуми — в её.

—А?!

—Ч-что за дела?

Сзади тут же последовали возгласы и недовольства. Юноша с извинениями повернулся:

—Судя по карте, дом Ёшино здесь...

—Что?.. — ахнула девочка.

Перед ними не возвышалась многоквартирная высотка, не стоял частный дом. Обыкновенный магазинчик, каких полно и в самом Тенгу.

—Здесь?

—У-ля-ля, в интересных же местах ты обитала, — прокомментировала Ёшинон.

Нацуми почесала щеку:

—Ну, двадцать шесть лет ведь прошло...

Поэтому она и предлагала, чтобы Рататоск разузнал заранее.

Сама Ёшино тоже не выглядела сильно разочарованной, словно готовилась к подобному. А может, и потому, что ничего не помнила.

Они поговорили с соседями, но ничего не выяснили. Все в округе жили здесь не более двадцати лет и не знали никого по фамилии Химекава. Шидо задумчиво почесал голову, когда рядом стоявшая Нацуми прошептала:

—Разве люди так легко переезжают?

Видимо, не хотела, чтобы их услышала Ёшино. Парень глянул исподтишка:

—То есть?

—Ну, понимаешь, её дочь исчезла. И никто кругом уже не знает о ней. Она так быстро переехала? Есть люди, которые хотят покинуть места, навевающие грусть, но разве мама не будет оберегать дом, куда однажды ребёнок может вернуться? Хотя я не родитель, так что не мне судить...

Слова Нацуми звучали резонно.

—Почему даже следов не осталось? — подумав, задался вопросом Шидо.

—Наверное...

Девочка смолкла, но по лицу и так понятно было, что она предполагала. То, что Ёшино не должна услышать.

—Шидо, Нацуми, — внезапно окликнула их сама Ёшино.

Те аж подскочили:

—Чего?!

—А?!

—Ага, секретничаете тут без нас? — угрожающе приблизилась Ёшинон. — И что же вы задумали?

Шидо и Нацуми растерянно рассмеялись.

—Н-ничего такого. Что-то хочешь? — спросил юноша.

Девочка подняла голову и указала на вершину холма, что вырастал из-за крыш домов.

—Хочу пойти... туда.

Шидо проследил, куда смотрела Ёшино, и обнаружил большую больницу — ту самую, в которой она когда-то лежала.

Девочка ничего не помнила, но больница странным образом манила. Друзья и без того планировали посетить её — вскоре они взобрались на холм и оказались у огромного здания с белыми стенами.

—А снизу больница выглядела куда ближе, — заметил Шидо.

—Склон... такой... крутой...

Нацуми уже еле стояла и жадно глотала воздух, заставив парня растянуться в улыбке.

—Простите, что из-за меня проделали весь этот путь... — повесила голову Ёшино.

—Н-ничего! — тут же выпрямилась и яростно замахала руками Нацуми. — Я-я тренируюсь! Спасибо, что дала повод поупражняться!

Шидо не выдержал и прыснул со смеху.

—Н-ну чего ещё? — буркнула девчушка.

—Ха-ха-ха, да так... Ёшино, ты что-нибудь вспомнила?

Девочка окинула взглядом вестибюль больницы также, как город, когда они приехали.

—Кажется, что я была здесь... и никогда не была... — сказала Ёшино, хмуря лобик.

—Гм... Почему-то я припоминаю запах обеззараживающего средства... — задумалась Ёшинон. — А, или это память с тех времён, когда я была доктором вне закона?

Она всё ещё не вспомнила.

—Мы знаем номер палаты, где ты лежала. Правда, вряд ли нас пустят... — рассудил Шидо.

—Ёшинон?! — воскликнула кто-то сзади.

—Что?

—К-кто?

Друзья обернулись и увидели медсестру — красивая женщина лет пятидесяти. На бейджике было написано «старшая медсестра». Именно она воскликнула, собрав на себе удивлённые взгляды сотрудников и пациентов.

Однако женщина не обратила на них внимания, подошла, опустилась на колени перед Ёшино и пристально разглядела Ёшинон.

—Не может быть... Но ведь...

—Так моё имя гремит на всю страну? Вот же мороки прибавилось, — отшутилась кролик.

Медсестра осторожно коснулась её и повернулась обратно к Ёшино:

—Так ты дочка... Ёшино?

Друзья встали как вкопанные.

—Чего?!

—В-вы знаете Ёшино?! — воскликнул Шидо.

Женщина мягко кивнула:

—Да... Больше двадцати лет прошло... Я присматривала за девочкой, и эта дитя выглядит один в один. Её кролика же зовут Ёшинон, верно?

—Ага, она самая, — ответила кукла. — А это Ёши, дочка Ёшино.

—А? Да, меня зовут Ёши, — сразу поддержала Ёшино.

Двадцать шесть лет прошло, как Ёшино исчезла — куда сложнее объяснить, почему она с тех пор нисколько не изменилась.

На глаза медсестры навернулись слёзы, и она заключила девочку в объятия.

—Э? Что? — опешила та.

—Слава богу... Ёшино жива... Я так за неё боялась.

Женщина быстро отпустила её:

—Ах, п-прости, что так внезапно. Я и представить не могла, что когда-нибудь увижусь с дочерью Ёшино...

—Н-ничего, всё хорошо... Эм-м, а вы можете рассказать о моей маме? — спросила девочка.

—Я не против... — смешалась медсестра. — Но где сама Ёшино? Разве вы не вместе?

—Эм-м...

Ёшино не нашлась с ответом. Она выглядела ещё как ребёнок — логично подумать, что девчушка пришла с родителями. Да и не лучше ли задать такой вопрос самой матери?

Отделаться, мол, Ёшино погибла, было плохим вариантом, и Шидо всё гадал, что же ответить, когда голос подала Нацуми:

—Эм-м, видите ли, мама Ёши потеряла память...

—Что?! — поразилась женщина.

То и дело отводя взгляд, девочка продолжила:

—Мы нашли название больницы в её старых вещах и подумали, что найдём какие-нибудь подсказки. Мама Ёши сама хотела прийти, но у неё такое хрупкое здоровье... Вот мы и здесь...

Нацуми аккуратно подбирала слова, выстраивая ложь. Правда в её рассказе тоже нашлась — оттого он и прозвучал убедительно.

—Понятно... — прошептала медсестра и кивнула: — Хорошо. Надеюсь, я смогу помочь. Но лучше не в вестибюле — не против пойти в другое место?

—Да! — посветлела и кивнула Ёшино и направилась за женщиной.

Шидо и Нацуми пошли седом.

—И как ты такое сходу придумала? — тихо поинтересовался юноша по дороге.

Девочка самоуничижительно усмехнулась:

—Я только выдумывать да подделывать документы и умею...

—Ну ты скажешь тоже... — натянуто улыбнулся Шидо.

Тем не менее лишь благодаря её «талантам» они и выпутались.

Тем временем они дошли до сестринской. Медсестра пригласила всех внутрь, разлила ячменный чай и предложила «гостям».

—Кстати, я ведь ещё не представилась, — спохватилась она. — Меня зовут Суммида Кахо, я старшая медсестра.

—А, я Ицука Шидо, — представился Шидо.

—Ицука Нацуми.

Было бы странно не дать полное имя, поэтому девочка назвалась тем же, под каким ходила в школу. Так Кахо решит, что Шидо и Нацуми — брат с сестрой.

—Химикава... Ёши, — застенчиво сказала Ёшино.

Она скорее с трудом назвала новообретённую фамилию, чем выдуманное имя.

—А я — Вильгельм фон Ёшинон, — гордо объявила в конце Ёшинон, сложив лапки на груди.

Кахо умилилась шутке кролика и словно посмотрела вдаль, вспоминая былое.

—Гм, с чего бы начать? — заговорила медсестра. — Ёшино была моей пациенткой. Она подолгу лежала в больнице и почти не ходила в школу. Впрочем, девочка и здесь усердно училась, так что она была очень умной. — Кахо перевела взгляд на куклу: — Если правильно помню, мама Ёшино, Нагиса, подарила ей Ёшинон.

—Это... правда? — изумлённо посмотрела девочка на плюшевого кролика.

—А! Меня раскрыли! — всплеснула лапками Ёшинон.

—Мать и дочь так хорошо ладили. Я даже завидовала. Жаль, что всё так закончилось.

—Как закончилось?

—Эм-м... — осеклась Кахо.

Дело не в том, что она забыла. Просто боялась.

—Ничего страшного. Пожалуйста, расскажите, — попросила Ёшино, смотря прямо, когда заметила, что Кахо что-то гложет.

Медсестра выглядела нерешительной, но слова девочки заставили её продолжить.

—Как-то в больницу поступил звонок: с Нагисой на работе случилось несчастье, и она в тяжёлом состоянии.

Шидо и Нацуми замерли. Только Ёшино поджала губы и стиснула кулачки, словно была готова к тому, что услышит дальше.

—Как Нагису ни старались спасти, она не вернулась. Мама для Ёшино — единственная семья. Мы должны были сказать ей об этом, но не знали, как. Да и что я могла сказать ребёнку, который боролся с неизлечимой болезнью?

Кахо с болью опустила глаза. Шидо понимал её, ведь сам так просто не сказал бы столь жестокую правду.

Женщина протяжно вздохнула и подняла лицо:

—И Ёшино... пропала.

Шидо округлил глаза. Наверняка именно тогда Мио дала ей кристалл Сефиры и превратила в Духа. Кахо не знала об этом.

—Поднялся большой шум, — снова вздохнула медсестра. — Одни считали, якобы она сбежала искать маму, другие — будто каким-то образом узнала о её смерти и пошла следом. Полиция искала Ёшино, но никаких улик не обнаружила. — Кахо повернулась к девчушке: — Поэтому я так удивилась, когда увидела Ёшинон. Я и не представляла, что Ёшино не только выжила, но и что у неё теперь такая большая дочурка. Я так рада.

Она достала из кармана платок и вытерла вновь проступившие слёзы.

—Простите. С возрастом я стала такой чувствительной.

—Сумида...

На лице Ёшино смешались разные эмоции. В конце концов она подняла взгляд:

—Спасибо, что рассказали о маме... и что помните о ней.

—Нет-нет. Это я тебя поблагодарить должна. Спасибо, что пришла. У меня как камень с души упал, — с улыбкой чуть поклонилась Кахо.

Ёшино ответила тем же и, чуть поколебавшись, спросила:

—Эм-м, можно нам попасть в палату триста два временного содержания? Хочу сфотографировать её для мамы.

Именно в триста второй палате когда-то лечилась девочка.

—Кажется, она сейчас не занята. По большому счёту вам туда нельзя... Только чур секрет, хорошо? — озорно подмигнула Кахо.

—Спасибо огромное! — поклонилась Ёшино, а вместе с ней Шидо и Нацуми.

—Идите за мной.

Медсестра повела их по коридорам больницы. Они поднялись на лифте и наконец дошли до палаты триста два.

—Это здесь. Прошу, заходите, — пригласила женщина.

Ёшино c волнением ступила внутрь, вышла в центр комнаты и огляделась. Шидо и Нацуми зашли следом.

Вдруг Кахо ахнула:

—Точно. Совсем забыла. Ёши, я ведь тебе передать кое-что должна. Подождите здесь, ладно?

—Хорошо.

К тому времени, как Шидо обернулся и ответил, медсестры в дверях уже и след простыл — лишь спешные шаги удалялись в коридоре. Уж неизвестно, что она хотела передать, но им повезло: теперь они спокойно рассмотрят палату.

Шидо окинул взглядом комнату: обычная палата с белой постелью, стулом рядом и маленьким телевизором на тумбе. С другой стороны, сквозь щели в шторах за окном раскинулся не только город, но ещё и целое море.

—Так вот где ты жила, — пробормотала Нацуми

—Ага. Что думаешь, Ёшино? Что-нибудь вспомнила? Спросил парень и замер.

Ёшино стояла, широко распахнув глаза, и безучастно смотрела в стену. Голова шла кругом. До сих пор всё, что она узнала, казалось чем-то чужим. И вот, стоило девочке взглянуть самой, как знания стали приобретать очертания. Голова раскалывалась так, что Ёшино чуть не рухнула на колени.

Но девчушка терпела. Она почти вспомнила.

Ёшино уже была здесь. Эта комнатушка служила ей замком, а вид из окна — всем миром.

И тогда в двери раздался лёгонький стук. Только Ёшино повернулась на него, как заметила: она — в постели, вместо одежды — миленькая пижамка, а Шидо и Нацуми — куда-то пропали. Ёшинон тоже не было.

Но Ёшино не испугалась. Всё казалось привычным. К тому же ей с нетерпением хотелось ответить, ведь она ждала, когда наконец постучат.

—Войдите, — произнесла девочка.

Дверь открылась.

—Привет! Мамочка уже здесь! Ну как ты тут, Ёшино? — В палату вошла весёлая и жизнерадостная женщина.

Без макияжа, волосы небрежно собраны в хвост, в простой рабочей форме, но из-за жары куртка висела на талии, так что сверху осталась лишь майка. На плече — потрёпанный рюкзак, в руке — мотоциклетный шлем.

Полная противоположность больной и немощной Ёшино на самом деле — её родная мать, Химекава Нагиса.

—Мама! — обрадовалась девочка и закрыла книгу.

—Хи-хи-хи, прости, что долго не приходила, — улыбнулась Нагиса и нежно погладила Ёшино.

—Хи-хи-хи, щекотно же, — изогнулась девочка.

Тогда мама радостно стала трепать её обеими руками.

—Так поздно — я уже не думала, что ты придёшь.

—Прости-прости. Работа на участке чуть затянулась, — извинилась Нагиса, сложив ладони, но тут же просияла: — А! У меня же для тебя подарок!

—Подарок? — хлопнула глазками Ёшино.

Женщина с широкой улыбкой села на стул рядом с кроватью.

—Это большой секрет. Твоя мамочка на самом деле ниндзя.

—Правда?

—Не веришь? Тогда смотри! Ха! Техника клонирования!

Нагиса сунула руку в рюкзак, порылась и вытащила её. Ёшино удивлённо ахнула: на руке был забавный плюшевый кролик.

—Привет, Ёшино. Я твоя новая мама.

—Попридержи коней! Я её настоящая мама!

—Глупости-то не говори — у тебя даже кроличьих ушей нет.

—Ах так? На приматов свысока смотришь?

Нагиса с куклой разыграла целый спектакль.

—Здорово! — засверкала глазами Ёшино. — Как ты это делаешь?

—Хе-хе-хе, тренировалась в свободное время. Классно получается, да?

—Очень мило. Но почему на правом глазу у неё повязка?

—Хороший вопрос. Наверное, это рана, которую оставил её заклятый враг в страшной битве. Или же печать — сорвёшь её, и кролик пожрёт наш мир.

—Правда?

—На полпути куклу стало не из чего делать, — призналась Нагиса и неловко отвела взгляд.

От ответа Ёшино рассмеялась.

—Можно попробовать?

—Гм? Ну конечно, — Нагиса кичливо усмехнулась: — Кхи-кхи-кхи, но справишься ли?

Девочка надела куклу и попыталась заговорить, не двигая ртом:

—У-ля-ля, славно постаралась, другая я. Кхи-кхи-кхи, я обрела новое тело — всё идёт в точности по плану.

—Ч-что?! Ах ты коварный кролик! — схватилась за голову женщина. — Что ты задумал сделать с моей Ёшино?!

—Глупый вопрос. Её судьба — стать частью Империи кроликов!

—Не позволю! Смертельный приём! Сжатие кроличьего уха!

—Не-е-ет! Моя сила тает!..

После Нагиса и Ёшино залились смехом.

—Как так? У тебя получается даже лучше меня! — восторженно заметила мама.

—Я просто повторяла за тобой, — скромно ответила девочка. — А как кролика зовут?

—А? Зовут? Эм-м... Ёшинон?

—Тогда он скорее вторая я, а не ты.

—Круто же? А ещё Ёшинон звучит куда милее, чем Нагисан, — тепло улыбнулась Нагиса, махнув рукой.

Ёшино подняла взгляд:

—Тогда в следующий раз я сделаю для тебя куклу — вторую меня.

—Что?

—Я всегда смогу быть вместе с тобой, если будет одиноко.

—А-а-а! Правда?! Я так рада! Сейчас расплачусь! Назовём её Ёшинон Младшая.

—Не Нагисан?

—Если Ёшинон будет второй я, а Нагисан — второй ты, то мы запутаемся. Поэтому кролики станут серией «Ёшинон». А чем больше Ёшинон, тем веселее Ёшино.

—Ты так сильно любишь меня?

—Му-ха-ха! Только заметила? Твоя мамочка любит тебя больше всех! — звонко рассмеялась Нагиса и снова нежно погладила дочурку. — Теперь я всегда буду с тобой, даже если не смогу навестить.

—Да. — Девочка крепче обняла плюшевую куклу — Ёшинон — и твёрдо кивнула: — Я люблю тебя, мама.

—Ёшино! Ёшино!

От тряски Ёшино подняла лицо. Девчушка оглянулась и увидела возле себя Шидо и Нацуми.

Ёшино вспомнила: она пришла в больницу вместе с друзьями. Девочка поняла: то, что она увидела, — жизнь Химекавы Ёшино.

—Я... вспомнила...

—Что?! Правда?! — оторопел Шидо.

Парень тут же захлопнул рот руками и растерянно заглянул ей в глаза: она плакала.

—У... У.... Уа-а-а!

Всхлипывая, Ёшино рухнула на койку. Девочка маленькими ручонками стиснула покрывало и не переставала плакать. Она не хотела пачкать больничное бельё, но не могла остановить слёзы.

Знания из биографии, которые казались жизнью другого человека, будто обрели цвета. Эмоции, сдерживаемые чем-то невидимым, вырвались наружу. Как? Как она забыла? Мама так любила её. Она души в ней не чаяла.

Ёшино подняла дрожащую руку, и перед глазами показался плюшевый кролик.

—Прости... — заговорила она сквозь слёзы. — Я забыла о тебе... Ёшинон... Ты же и есть мама, которая всегда приглядывала за мной...

Ёшинон медленно покачал головой и погладил девочку:

—Всё хорошо. Главное, что ты здорова.

От голоса, от ощущения, что гладят по волосам, казалось, словно это в самом деле была мама. Ёшино разревелась ещё сильнее и крепче стиснула Ёшинон.

—Ёшино... — прошептал Шидо.

Шидо и Нацуми ничего не говорили — только мягко хлопали девочку по спине. Тепло от них вызвало в ней странное ощущение силы и надёжности.

«Я так счастлива», — подумала Ёшино. Её родила любящая мать, вырастила со всей заботой и теплом, и теперь её поддерживали такие надёжные друзья.

Были боль и печаль, но также радость и счастье. Всё перемешалось в голове девочки, и оттого она не переставала плакать.

Наконец Ёшино пришла в себя и вытерла слёзы. К тому времени к ним вернулась Кахо.

—Ах, что случилось? — обеспокоилась она, когда увидела бардак на койке.

—Н-ничего, просто я немного упала... — встала и замотала головой Ёшино. — Простите, что испачкала кровать.

Согласно легенде, перед Кахо — Ёши, дочь Ёшино. Она не могла сказать, что к ней вернулись воспоминания, когда увидела больничную палату.

—Бог мой, не ушиблась? Не волнуйся — я потом всё поправлю.

—Простите... и спасибо, — поклонилась девочка.

Подняв голову, Ёшино изумилась коробке в руках Кахо. Медсестра заметила, подошла и поставила её на постель.

—Я хранила её всё это время — надеялась, что однажды Ёшино вернётся, — сказала она и открыла коробку.

Друзья округлили глаза внутри лежала точно такой же плюшевый кролик, как и Ёшинон. Девочка сразу узнала куклу.

—Ёшинон... Младшая...

Шидо и Нацуми раскрыли рты:

—Ё-ёшинон?

—Младшая?

Ёшино кивнула и достала кролика. Всё-таки он оказался не один в один: нет повязки на глазу, уши чуть опущены, как у вислоухих. Это была Ёшинон Младшая, которую девочка смастерила для матери.

Кахо вздохнула и мягко погладила Младшую:

—Эту куклу Ёшино сделала для Нагисы, но так и не подарила. Ёши, если можно, передашь её маме?

—Конечно, — глубоко кивнула девочка и надела кролика на другую руку.

И, когда Ёшинон и Младшая встретились, Ёшино заиграла пальцами.

—Давно не виделись, — замахала лапками Младшая. — Я так хотела встретиться.

—Да, как и я! — крепко обняла её Ёшинон.

Шидо аккуратно положил Младшую в рюкзак, и они вместе вернулись в вестибюль больницы.

—Огромное вам спасибо, — низко поклонилась Ёшино Кахо. Её глаза всё ещё оставались красными, но она уже не плакала.

—Да не за что. Рада была встретиться, — ответила медсестра. — Очень хотелось бы с Ёшино повидаться. Я обязательно навещу вас — дайте знать, когда она поправиться.

—Х-хорошо, — растерянно отсмеялась девочка.

Они уже поменялись номерами, но встреча вряд ли состоится, пока не найдется способа быстро вырастить Ёшино. Может, реаллайзеры помогут? Шидо определённо нужно будет обсудить это с Котори.

—Спасибо за всё, что для нас сделали. До свидания.

—Ага. До встречи.

Друзья помахали Кахо на прощание и вышли из больницы.

Когда они пришли, не обратили внимания, но здание стояло на вершине холма, с которого открывался прекрасный вид на город и море. Шидо посмотрел на сверкающую водную гладь вдали и потянулся:

—Рад, что ты вспомнила маму, Ёшино.

—Ага, — застенчиво улыбнулась она.

—Я аж посвежела, — сложила на груди лапки Ёшинон. — Подняла уровень, потому что увиделась с Младшей? Как так?

Кролик устроила бой с тенью.

Ёшинон — вторая личность Ёшино, которая родилась, чтобы защитить её сердце. Скорее всего, девочка невольно создала её на основе образа матери. Ёшино всё вспомнила, и это наверняка отразилось на самой кукле.

Впрочем, звучало бестактно. Куда лучше сказать, что Ёшинон — вторая Нагиса, которая всегда защищала свою ненаглядную дочурку.

—Я ещё кое-что вспомнила, — вдруг произнесла Ёшино, когда они спускались с холма к автобусной остановке. — Как передо мной появился «Фантом».

Шидо вскинул брови. «Фантом» — такое кодовое имя они назвали первородного Духа, когда ещё не знали, что это Мио. Она давала людям кристаллы Сефиры и превращала их в Духов. Кто-то помнил этот момент из жизни, кто-то — нет, тем не менее одно известно точно — «Фантом» появлялась перед всеми.

—Мама перестала навещать меня. Мне было очень одиноко. Я не переставала плакать. Здоровье ухудшилось, и однажды ночью в груди стало так больно, что я не могла дышать. Тогда передо мной появилась «Фантом», — Ёшино слабо вздохнула и опустила глаза. — Я знаю, Мио превращала нас в Духов, чтобы Шиндзи жил вечно. Но, если бы не она, я бы уже умерла. — Девочка подняла взгляд к небу. — Когда я превратилась в Духа, было много трудного. Я постоянно грустила. Но потом пришли радость и веселье. Их стало больше. Наверное, Мио хотела использовать мою жизнь и одновременно подарила мне её.

Шидо не нашёл слов ответить, и тогда Ёшино улыбнулась:

—Я мало знаю о Мио, поэтому могу быть не права. Но я знаю Рейне, и, думаю, что это правда.

—Скорее всего, так и есть, — коротко кивнул юноша.

Истину они никогда не узнают, но Рейне и впрямь подарила бы жизнь.

—Ой, совсем забыла. — Ёшино отбежала вперёд на пару шагов и развернулась. — Ёшинон, ты не против, если я?..

—Само собой, — выразительно кивнула кукла, словно знала, что задумала хозяйка.

Сняв кролика, девочка взяла её обеими руками.

—Я представлю вас ещё раз... мама, — Ёшино повернула Ёшинон к Нацуми: — Это Нацуми. Она моя самая лучшая подруга.

—Э?! — опешила та, но решила, что молчать грубо, и, заалев, поклонилась: — З-здравствуйте. Меня зовут Нацуми.

Кукла никак не пошевелилась, ведь Ёшино высунула руку, и она прекрасно это знала. Девчушка хотела представить друзей именно маме — той, что в плюшевом кролике. Так, как следует.

Вот Ёшино повернулась к Шидо. Он следующий. Парень кашлянул и выпрямился.

Но тут девочка озорно улыбнулась:

—Это Шидо. Мой самый любимый человек.

—ЧЕГО?! — воскликнул Шидо от неожиданности.

—Я набралась смелости и даже призналась, — обидчиво продолжила меж тем Ёшино, — а он мне так и не ответил.

—Эм-м, ну, как бы...

Одна атака следовала за другой, что парень даже не нашёлся с ответом.

Ёшино призналась Шидо год назад, а он так ничего не сказал. Это случилось как раз, когда исчезла Тока, и в итоге всё повисло в воздухе. Он никак не ждал, что они вернутся к этой теме именно сейчас.

Пока Шидо судорожно придумывал оправдания, Ёшино рассмеялась:

—Всё хорошо. Просто захотелось чуточку подшутить. Я призналась в тот момент, чтобы Тока раскрыла свои настоящие чувства.

—Ёшино...

—Но, когда я вырасту...

—Что? — смутился парень.

Девочка же лишь хихикнула и надела Ёшинон обратно.

—У-ля-ля! Я вернулась! — объявила кукла и поинтересовалась у хозяйки: — Ну, как прошло?

—Секрет, — с улыбкой прижала палец к губам та.

—Чего? А ну выкладывай! — возмутилась Ёшинон и стал тыкать Ёшино в щёчки.

Красная, как помидор, Нацуми смотрела сквозь пальцы, которыми прикрывала лицо.

—Когда ты успела так вырасти… — пробормотала девочка.

Шидо согласно кивнул:

—А-ага...

Он никогда бы не подумал, что однажды Ёшино будет подтрунивать над ним. Возможно, потому она и сняла Ёшинон. Шидо словно увидел, как ребёнок оторвался от родителей.

Парень потерял дар речи. Уже год прошёл после решающей битвы. Люди растут, тем более такая девочка, как Ёшино. А вырос ли он за прошедший год?

«Я призналась в тот момент, чтобы Тока раскрыла свои настоящие чувства», — слова Ёшино буквально жалили его сердце. Она выросла.

Это не произошло сиюминутно. Уже год назад Ёшино была старше Шидо, который знал, что Тока вот-вот исчезнет, но боялся выразить собственные чувства, расстроить и Току, и девчат.

Мысль, что Тока исчезла, преследовала Шидо целый год, и вместе с тем он всякий раз отворачивался, стоило информации о ней попасть на глазао. Умом он понимал, но по-прежнему боялся принять мир, в котором её нет..

«Какой же я жалкий», — заключил Шидо, когда увидел мужество Ёшино, и как она повзрослела.

—Шидо? — неожиданно вырвала Ёшино его из раздумий.

—Ч-что такое?

—Спасибо большое за сегодня, — поблагодарила она. — Без тебя и Нацуми я бы не увиделась с мамой.

—Да не за что. Скорее, я должен говорить спасибо.

—За что? — озадаченно глянула Ёшино.

Девчушка и впрямь ничего такого не сделала, и всё же своим примером подтолкнула Шидо, который топтался на месте.

Он не мог сказать, что нужно делать, ведь ему сперва надо узнать о Токе, пространственных искажениях и Духах. Только так он шагнёт вперёд.

Ёшино хлопнула глазками:

—Шидо?

—Что это с тобой? — поддержала Нацуми.

Парень покачал головой и посмотрел на море.

—На склоне есть парк, — задумчиво начал он. — Чуть поздновато, но солнце ещё высоко — как насчёт небольшого пикника? У меня всё с собой.

Ёшино и Нацуми переглянулись и радостно кивнули.

Март. Стылая зима отступила, уже чувствовалось тёплое дыхание весны.

Ёшино заглянула в комнату Нацуми, которая находилась напротив. Изначально её подруга поселилась на самом верхнем этаже, чтобы пересекаться со всеми как можно реже, но затем передумала и после битвы въехала в комнату по соседству.

Только Ёшино позвонила в дверь, как послышались шаги. Дверь открылась, и из-за неё показалась Нацуми в мешковатой домашней одежде и неряшливо собранными в хвост волосами.

—Д-добро пожаловать... — поздоровалась она, запыхавшись.

Ёшино улыбнулась:

—Не нужно так бежать.

—Чтобы я, да заставила тебя ждать... — помотала головой Нацуми. — Да и не обязательно было приходить. Позвони — я бы молнией пришла.

—Не волнуйся так. Мы же соседи.

—С-соседи...

Девчушка почему-то вспыхнула алым, но быстро опомнилась и шагнула в сторону:

—Чего это я? Проходи, пожалуйста.

—Спасибо, — слегка поклонилась Ёшино, разулась и вошла в комнату.

—Эм-м, чёрный чай будешь? — предложила Нацуми.

—Да. Спасибо большое.

—Нет-нет, это я очень рада... — пробормотала невнятно девочка, что гостья её не услышала.

Ёшино села на диван и дождалась, когда подойдёт Нацуми с чаем и закусками. Она снова поблагодарила её, и хозяйка комнаты нервозно села напротив.

—Так почему ты пришла?

—Ах, точно. Ты завтра свободна?

—Свободна, — последовал мгновенный ответ, что Ёшино даже криво улыбнулась. — Куда ты хочешь пойти?

—Сумида отправила мне электронное письмо — сказала, где похоронили маму. Вот я и думаю навестить её и показать Младшую.

—Гулять среди могил скучновато, так что заставлять не будем, — чуть посмеялась Ёшинон.

Нацуми яростно закивала:

—Пойду. Обязательно пойду. Ведь мы д-д-д... — Девочка раскраснелась так, что казалось, из ушей повалит пар. Наконец она выдавила: — Д-друзья...

—Ага! — ярко улыбнулась Ёшино.

От такого голова Нацуми аж задымилась.

—Тогда хорошо. Кладбище находится недалеко от города, и путь будет долгий...

—Ничего-ничего. А ты говорила уже с Шидо?

—Нет ещё...

Нацуми заумно подняла палец:

—У Шидо каникулы, так что он нарасхват — лучше позвонить заранее. Слышала, сегодня он с едой пошёл к Куруми.

—Т-точно... Тогда сперва напишу...

Ёшино достала телефон и стала набирать сообщение, как вдруг пронзительная тревога с улицы сотрясла дом.

Девочки испуганно ахнули и переглянулись:

—Что?!

—Пространственное искажение?!

—Но как сработала тревога? Духов же больше нет.

—Не знаю, но сперва надо... — крепко стиснула кулаки Ёшино.

Нацуми поняла её, решительно кивнула, и затем они вылетели из комнаты, чтобы попасть на «Фраксинус».