Том 1. Глава 301
А-а-а-а-а-а-а-а!
Душераздирающий вопль разорвал тишину лаборатории.
Бэкчон, дремавший в кресле, резко распахнул глаза.
Крик, глухой из-за толстого стекла, доносился из гигантской колбы. Корчась в густой синей эссенции, Юнджэ обхватил себя руками, его лицо исказилось от невыносимой муки.
…Началось.
Бэкчон сочувственно поджал губы.
Боль, которую сейчас испытывал Юнджэ, не поддавалась описанию.
Магические каналы пронизывают тело подобно кровеносной системе. Капилляры, артерии, вены — все они сейчас подвергались тотальной перестройке.
Сталь куют в огне. Раскаляют, бьют молотом, резко охлаждают. Так она становится прочнее. Мышцы растут по тому же принципу: микроразрывы зарастают, образуя новую, более крепкую ткань.
Но магические цепи так не натренируешь. Их нельзя порвать усилием воли и заставить срастись. Для этого нужен катализатор.
«Эссенция
Юнджэ месяцами рвал свои каналы Обратным потоком. Рвал, и они срастались. Но без правильного «питания» они лишь обрастали рубцами, не становясь крепче.
Теперь же густая эссенция проникала прямо в разодранные микротрещины, растворяла старую ткань и формировала на ее месте новые, несокрушимые узлы.
Процесс был мучительным до сумасшествия. Разрыв — регенерация — укрепление. И так тысячи раз подряд по всему телу.
«Эта эссенция
Квинтэссенция, добытая Аврамом из тел тысяч химер.
«Чью ману он для этого использовал? Людей? Монстров? Всех подряд?»
Добиться того, чтобы чужеродная энергия не отвергалась человеческим телом, а встраивалась в его структуру — одно это тянуло на прорыв эпохи.
Бэкчон смотрел на извивающегося Юнджэ и чувствовал трепет перед наследием мертвого чернокнижника.
«Если бы он не сошел с ума…»
Узнав, что демоны пытались воскресить Аврама, Бэкчон лишь презрительно фыркнул. Стоило ли тратить столько сил ради одного старикашки?
Но стоило ему открыть первую страницу лабораторных журналов — и спесь слетела мгновенно.
Аврам был монстром. Титаном мысли, способным в одиночку перекроить баланс сил во всем мире. Куда бы он ни направил свой гений — к созиданию или разрушению, результат был бы абсолютным.
«Что ж, в итоге все обернулось нам на пользу».
Результаты садистских экспериментов теперь послужат правым целям.
Бэкчон закрыл глаза, вслушиваясь в бесконечный, надрывный крик, эхом гуляющий под каменными сводами.