Том 1 · Глава 11. Моррисон

Дело было на авеню Фером, расположенной в двух кварталах от бизнес-района. Моррисон шёл по улице в обнимку с букетом гербер — зрелище само по себе то ещё. В этих местах старик не бывал уже лет двадцать, хотя раньше наведывался в захолустье, где сплошь пропойцы, чуть ли не каждый день. Точнее, наведывался конкретно в паб на самом конце улицы — в «Подвал Бобби».

Но заходил туда не пить, пусть в таком-то местечке алкоголь всегда рекой льётся. И у Моррисона была особая причина тащиться сюда за тридевять земель — тут собирались мастера на все руки. Таких-то парней Моррисон нанимал для кое-какой работы.

Этим и жил: находил заказы, передавал исполнителям, а себе оставлял процент. Сам Моррисон — типичный посредник, но на это никто особо не жаловался.

Скорее, кого ни возьми — всем нужен такой полезный человек. Мастера на все руки — люди неоднозначные, порой и говорить толком не умеют и даже этим распугивают клиентов своих маленьких агентств. А вот Моррисон — совсем другое дело: и галантен, и язык подвешен как надо, и костюмчик на нём ладно сидит. Ну а что костюмчик? Не одним же исполнителям положена хорошая одёжка.

В те времена в «Подвале» яблоку было негде упасть — наемников всегда хватало: Нищий Салли, постоянно требующий деньги вперёд, Рукастый Диего, предпочитающий тяжёлый труд, Гончая Влад и его пёс-напарник, а ещё Крохобор Грю...

—Ничего себе! — вырвалось у Моррисона, когда он увидел знакомую пивнушку.

Перед ним стоял тот самый «Подвал Бобби», будто прямиком из прошлого, хотя в один день от него и камня на камне не осталось.

Моррисон, конечно, слыхал, мол, отстроили заново, но и подумать не мог, что новенький бар будет таким же, как прежний: даже обшарпанный вид сохранили, ведь использовали старую древесину.

И ту надпись, какой славился «Подвал Бобби», — «Вали домой, просрись и дрыхни» — высекли на двери.

Вот только вывеска была другая — «Подвал Грю».

Улыбнувшись, Моррисон толкнул дверь — звякнул колокольчик, которого отродясь не бывало в «Подвале Бобби».

—Добро пожаловать! — послышался голос из-за стойки. Там стояли две давние знакомые, которых старик не видел чёрт знает сколько лет, — сёстры Нести и Тики.

—Моррисон! А я знала, что ты к нам заявишься!

Заметив гостя, Тики выскочила из-за стойки и кинулась к нему. Обняв и поцеловав её, Моррисон передал ей букет гербер.

—Поздравляю с открытием. Прости, что букет такой маленький.

—Не переживай. Лучше давай выпьем, — лукаво улыбнулась Тики и крикнула сестре, оставшейся за стойкой: — Нес! Неси бутылку шампанского!

Суровый же ему оказали приём! Улыбка не сходила с губ Моррисона — так он радовался за Тики и Нести. И есть чему радоваться: девочки сумели восстановить милый его сердцу бар.

—Эй, Моррисон, давай сюда! — окликнул посредника Салли, сидевший за угловым столиком. Моррисон криво улыбнулся — заметил же, как поседел за те годы, что они не виделись, ещё один давний знакомец. Старик подошёл и уселся напротив.

—Что это с тобой, Салли? Ещё немного, и станешь Лысым нищебродом.

—Не пори чушь. Деньги у меня есть, вот и волосы повыпадали.

После этих слов оба усмехнулись. И тут же за стойкой послышался хлопок — вылетела пробка из бутылки с шампанским.

—Хей, а не рановато для выпивки? — спросил Моррисон Тики, пока та несла шампанское. Причина тому была проста: кроме них с Салли в баре никого не было. Расставляя бокалы, Тики ответила:

—Наёмников не ждут. Они же вечно опаздывают, так? — и улыбнулась.

—Не могу не согласиться, — немножко едко ответил Моррисон и пожал плечами. Тики же разлила шампанское по бокалам и два из них оставила Моррисону и Салли, а два других унесла к стойке.

—За «Подвал Грю»! — прозвучал первый тост, и Моррисон с Салли, улыбаясь, подняли бокалы.

—А малышки сильно подросли. Грю-то наверняка танцует твист на небесах, — хлебнув шампанского, пробормотал Салли и повернулся к сёстрам — те хлопотали за стойкой, готовили закуски.

—Ага.

Грю, в честь которого и назвали бар, был отцом Тики и Нести. А еще постоянным клиентом «Подвала Бобби».

—А вот кстати… всё же случилось в одно время, да? Ну, смерть Грю… та заварушка в «Подвале Бобби»... — почти шёпотом сказал Салли, будто не хотел, чтобы сёстры услышали. Моррисон молча кивнул. Салли же не унимался и сыпал и сыпал словами. То ли выпивка подействовала, то ли просто обрадовался, что любимая пивнушка открылась: — Вот спасибо, так спасибо, Моррисон! Если бы ты тогда не подкинул ту работёнку с тасканием багажа у чёрта на рогах, я бы не выжил.

—Ты меня тоже спас, когда уговорил поехать с тобой, — заметил тот.

Да, им во всех смыслах повезло. Если бы ради муторной работёнки не пришлось уехать из города и бросить «Подвал Бобби» на пару дней, вряд ли бы оба выжили.

Тогда-то всё и случилось.

Второсортный оккультный журнальчик Folklore Times назвал происшествие «Шабашом на Фероме».

И ведь всё случилось здесь, прямо в баре «Подвал Бобби».

Тогда вместе с наёмниками выпивали ещё гостей десять, и вдруг — резня! Тела мёртвых были так изуродованы, что даже засомневаешься, человек ли такое устроил.

В городе, конечно, много чего творилось, повсюду сновали бандюганы с хулиганами, но такого зверства ещё никогда не бывало.

—Весь город переворошило. Всякая чертовщина творилась. Даже вспоминать страшно.

—Ага. Много чего было. Даже слишком.

Салли не соврал. Одним «Подвалом Бобби» дело не кончилось. За несколько дней до резни из местной больницы вдруг разом пропали все пациенты и врачи. А чуть раньше на одной подземной сходке прогремел взрыв — померло тогда бог весть сколько. Поговаривали, что мафия постаралась.

Нелл Голдштейн умерла примерно в то же время. Талантливая оружейница сгорела в собственном магазине и отправилась на небеса.

И вдобавок погиб отец Тики и Нести — Грю.

Сам он был наёмником, которого местные прозвали Крохобором: он «подбирал» грошовую работу, за какую обычно никто не брался.

Однако же, если Моррисона не подводила память, Грю был профессионалом, каких поискать, не чета всем тем, кто заходил в «Подвал». И сил у Грю побольше других было. Вдобавок, несмотря на обидное прозвище, работал он усердно — старался прокормить сразу трёх дочек.

И тут Моррисону вспомнились последние слова Грю: «Мне деньги нужны». Кажется, тогда же посредник пытался отговорить его брать заказные убийства.

Заказные убийства — работёнка грязнее некуда. Обычно за неё берутся те наёмники, каким уже всё равно, что за поручения выполнять. И те же «мастера на все руки» поговаривают: взялся раз, и дороги назад не будет. Сродни наркотику это ваше убийство.

Моррисон уважал Грю и не хотел, чтобы тот запачкал руки, да и сам наёмник клялся, что не возьмёт заказное убийство.

Но в один день старшая дочка Грю, Джессика, слегла с серьёзной болезнью, и Грю пришлось пойти на заказное убийство. Моррисон узнал об этом слишком поздно, к тому же на лечение требовалась кругленькая сумма — просто вынь да положь. Хорошую работу за такие деньги так просто не сыщешь.

Грю взялся за работу, но так и не вернулся. Некто говорил, что он умер на той подземной сходке, где прогремел взрыв, но свидетелей тому не было. Под завалами нашли тела наркодилеров, множества погибших клиентов, и так закончилась война за территорию между наркобаронами. А инцидент в «Подвале Бобби» случился примерно через две недели.

А за неделю до резни из больницы, где лежала Джессика, вдруг пропали все пациенты и врачи. По иронии судьбы Джессика тоже исчезла, словно последовала за Грю. Где она сейчас — никто не знает и по сей день.

Умер Грю, исчезла Джессика, и маленькие Тики и Нести остались одни.

За ними присматривали Моррисон да Салли — посредник и наёмник, те, кому посчастливилось остаться в живых.

Конечно, могли бы девочек и в детский дом сплавить, но нет — решили скинуться и обеспечить малышкам достойное будущее. Может, какую-то роль в этом сыграла известность Грю, а может, у двух стареющих холостяков проснулся отцовский инстинкт, когда оба увидели детей, которым и податься некуда.

Что ни говори, но Моррисон и Салли остались довольны своим решением. Особенно теперь, когда видели, как выросли их воспитанницы.

—Слушай, Моррисон, — прервала разговор двух мужчин Нести, — а как там Тони?

Моррисон заметил, как Салли недобро прищурился.

—Тони? Ну, Тони сейчас... кое-чем занят, — уклончиво ответил посредник, на что его друг состроил кислую мину и бросил:

—Наверняка этот придурок сыграл в ящик... Будь он жив, я бы ему дробовик в задницу засадил.

Нести не обрадовалась его словам.

—Но Тони же помог нам деньгами! Не надо так говорить!

—Что, прощение вымаливал? Ха! Сам ведь — чума натуральная! Придурок со здоровенной волыной! — не унимался Салли, пока не поднял бокал с шампанским и не опрокинул его в глотку.

Тики с удивлением поглядела на опекуна и пошла к стойке за бутылкой.

—Но ведь он чем-то занимается… верно? Напарник папы всё же... — робко заметила Тики, уже наливая шампанское в бокал Салли.

Тот усмехнулся:

—Напарничек... да, было дело. Эти два чёрта — Тони и Грю — были самыми крутыми здесь. Вечно спокойный Грю и чокнутый Тони... прямо как в фильме каком-то. Я даже думал как-нибудь поработать с кем-нибудь в паре, чтобы как они. Вот только... — Салли опять же осушил бокал и так стукнул им по столу, что едва ли не разбил. — А потом рядом с Тони стало как-то опасно. Даже суеверие пошло, мол, лучше не работать с этим засранцем. И вообще не приближаться к нему. Но Тони как ни в чём не бывало захаживал в «Подвал». А потом случилось «это». Выжили только мы с Моррисоном, да Диего с Владом.

Моррисон скривился, а вот лицо Салли покраснело, как помидор.

—Ты что, уже набрался перед тем, как прийти сюда? — догадался Моррисон, а Салли на это лишь лениво зевнул.

—Совсем чуть-чуть. Стаканчиков пять... эля и рома... Ну я же рад был, понимаешь, Моррисон? Вот смотрю на малышек, и всякое как нахлынет!.. О чём-то вообще вспоминать не хотелось, но годы своё берут... А что помню, уже дорого сердцу стало… — объяснил Салли, а потом вдруг покачнулся и распластался на столе.

Алкоголь и раньше не был ему другом, а теперь Салли, верно, вырубался с полрюмки. А в чём его винить? В лучшие времена «Подвала Бобби» наёмникам там было от силы за тридцать, а теперь все пятьдесят стукнуло, постарели уже.

—Прости, старики вечно байки травят и засыпают под них, — объяснил Моррисон Тики, а та лишь пожала плечами.

—Вечеринка ещё не началась, а он уже отключился... Жалко даже.

—Да ладно тебе, через тридцать минут очнётся. Бывало уже, — возразил Моррисон.

И тут зазвенел колокольчик — все невольно поглядели на дверь.

Сначала подумали, может, кто из наёмников пришёл, но нет…

—А... эм-м...— стушевалась Тики, и её можно было понять.

На пороге стоял незнакомый паренёк. Донельзя тощий, весь в татуировках, и только лицо белое, бледное. В руках — трость. Такого гостя никак «нормальным» не назовёшь.

—Простите, у нас сегодня зарезервировано.

Решив, что не стоит оставлять это дело Тики, Моррисон встал с места и подошёл к пареньку, а сам махнул рукой Тики, мол, не вмешивайся.

—Понимаю, место здесь красивое, но сегодня мы закрыты. Планируем пировать всю ночь напролёт, — сказал он гостю, ожидая, когда тот поймёт, в чём дело. Но тот лишь внимательно посмотрел на Моррисона.

Ожидая ответа, Моррисон не терял времени зря — он тщательно осмотрел гостя. Ну, мало ли что он вдруг припас. И мало ли кем он может оказаться.

Да, в одной руке у паренька была трость, а в другой — книга. Обложка так выцвела, что не понять, кто автор, однако на ней явно проступала большая буква «V». Может, какой-нибудь вензель? Впрочем, с такого расстояния Моррисон не мог разглядеть и сказать точно.

—Вы ведь Моррисон? — после долгой паузы спросил паренёк. Моррисон удивился, ведь ещё не называл своего имени, но решил кивнуть.

—Верно... У тебя ко мне дело?

—Искал вас… У меня к вам запрос.

—Какой? — насторожился Моррисон.

Помолчав, паренёк вздохнул и безучастно попросил:

—Не могли бы вы познакомить меня… с Данте.

У Моррисона перехватило дыхание, но в его голове всё сразу встало на свои места. Подозрительный гость перед ним как раз из «тех самых».

—У тебя особый заказ? — уточнил Моррисон на всякий случай, и паренёк кивнул.

Когда на такой вопрос дают уверенный и скорый ответ… да, запрос клиента точно связан с демонами.

—Простите, девочки, у меня тут дело появилось.

Достав бумажник, Моррисон подошёл к стойке и положил несколько банкнот у кассы.

—Ты не вернёшься? — с грустью — настоящей или нет — спросила Тики.

—Не знаю. Если разговор будет серьёзным, возможно, приду не сегодня. Но в другой день — обязательно. Честно-честно, обещаю, — успокоил её Моррисон, и Тики надулась как ребенок, а потом капризно покачала головой:

—Я уже взрослая!

—Тоже верно. — Моррисон улыбнулся и снова повернулся к пареньку. — Ну что, пойдём? — предложил он, и они вышли из бара.

Шли они по улочкам долго: Моррисон впереди, клиент — позади.

—Детали расскажешь по дороге. А, кстати, деньги-то у тебя есть? — вдруг вспомнил посредник.

Если работёнка действительно связана с демонами, то Данте и так сделает всё, что требуется. Такой уж он охотник.

Но деньжата всё равно к месту. Даже трёхлетний ребёнок знает, что за работу надо платить. К тому же репутация Данте теперь совсем ни к чёрту, и заработок ему не помешает.

Клиент сунул руку в карман, достал пачку денег и передал Моррисону.

—Сколько удалось собрать.

Моррисон взглянул на банкноты, и ему почудилось, что от новёхоньких бумажек разит кровью.

Вдруг послышался чей-то стон.

Моррисон обернулся и увидел, что неподалёку, прямо на асфальте, лежит человек. Рядом с ним — кровавые следы, словно только что закончилась драка. Но больше этого Моррисона удивила странная птица рядом — таких в здешних краях не водится. С виду смахивает на огромного стервятника, но что за порода — никак не сказать: Моррисон птицами никогда не увлекался.

Клиент вскинул руку, и птица, словно по команде, подлетела к нему и вцепилась когтями в кожу.

—Твоя птичка?

Но посреднику ответил не клиент, а та самая птица:

—Старик, я — это я. А не чья-то там вещь.

Сказанное не походило на заученную фразу. Стало быть, птица говорила что хотела.

Не отрывая глаз от Моррисона, она двинула клювом.

—А, понятно, он сам нарвался, видать, — пробормотал Моррисон и снова поглядел на пачку банкнот.

—Деньги есть деньги, согласен, старик? Или что, брать брезгуешь? Ну раз нежная душонка и не выносишь вида человеческой крови... ха-ха! Ну что тут поделаешь! Отнесём в банк и обменяем на свеженькие! — объявила птица.

Моррисон снова поглядел на клиента. Тот невозмутимо добавил:

—Если этого покажется мало... найдём ещё.

Да уж, в лучшие времена «Подвала Бобби» окровавленные мужики по улочкам не валялись. Получается, уже после того, как Моррисон вошёл в бар, кто-то напал на бедолагу и обокрал.

—Нет, вполне хватит, — успокоил клиента Моррисон и засунул испачканные кровью банкноты в карман пиджака.

Посреднику не стоит лезть в дела клиента. К тому же нет никаких доказательств, что заказчик перед ним — грабитель. Так что Моррисону только и остаётся, что поскорей сделать работу. А для этого — побыстрее уйти отсюда, пока ограбленный бедолага не пришёл в себя и, обнаружив обидчика, не позвал на помощь.

—Перед тем, как идти в офис Данте, мне нужно заскочить в пару мест. Вы не против?

Клиент и птица промолчали. Приняв это за согласие, Моррисон направился к главной улице.