Том 1 · Глава 711. Передышка и откровения (4)
Площадь Кроссроуда.
Хотя восстановительные работы продвигались быстрыми темпами, руин вокруг всё еще было гораздо больше, чем уцелевших зданий.
Зенис и Ганнибал шли бок о бок по главной улице города.
Хе-хе, все вокруг кажутся такими юными и полными жизни...
Кстати, Ганнибал, а как у тебя дела на личном фронте? Есть кто на примете?
Что?
Я уверен, что ты нравишься многим. Ну же, неужели нет никаких хороших новостей?
Ганнибал неловко почесал затылок.
Он пользовался немалой популярностью даже внутри общины метисов, а количество мимолетных романов в его жизни уже давно исчислялось двузначными числами.
Просто с тех пор, как он прибыл в Кроссроуд, он так и не встретил «ту самую» единственную.
...Ганнибалу было не по себе обсуждать это с отцом, поэтому он решил поскорее сменить тему.
А как насчет вас, отец?
Меня?
У вас-то есть какие-нибудь хорошие новости?
Ну... у меня не может быть таких новостей. Я ведь всю жизнь был священником...
Но разве священникам культа Богини запрещено вступать в брак? Насколько я знаю, ограничений нет.
...К тому же, теперь я отлучен от церкви.
Разве это не делает вас еще более свободным в выборе?
Э-э... Ну...
Видя замешательство отца, Ганнибал осторожно продолжил:
А как насчет жрицы Розетты? Вы ведь кажетесь довольно близкими. Что скажете о ней?
Кха-кха!
Мы с Розеттой... между нами всё совсем не так!
Неужели?
Да. Мы скорее как брат и сестра. Розетта спасла мне жизнь, когда я был совсем молод... Наша связь находится на гораздо более глубоком, духовном уровне, чем просто отношения мужчины и женщины...
Ганнибал, сохраняя невозмутимый вид, перебил Зениса, когда тот попытался пуститься в дальнейшие объяснения:
Отец.
Хм? Что такое?
Я думаю, было бы здорово, если бы у меня появилась мать.
Кха-ак!..
Попытка разузнать о делах сына обернулась для него самого сокрушительным ответным ударом. Покрывшись холодным потом, он едва смог выдавить из себя ответ:
Я... я постараюсь...
Хотя такие вещи обычно не решаются одним лишь только старанием...
Довольный произведенным эффектом, Ганнибал быстро зашагал вперед, а Зенис, скрестив руки на груди, тяжело вздохнул.
«Романтика? У меня? Теперь я стал обычным простолюдином, но в моем-то возрасте?»
Внезапно ему вспомнились слова, которые когда-то произнес Эш:
«Отныне сегодняшний день
Он также вспомнил то, что сын говорил ему раньше:
«Отец, как ты хочешь жить дальше? Теперь ты волен делать всё, что захочешь».
На суровых губах Зениса промелькнула едва заметная улыбка.
Да. Сегодня — самый молодой день, и в будущем действительно можно заняться чем угодно.
Если встретится подходящий человек, то нет никаких причин отказываться от счастья.
«Подходящий человек... если бы он только был...»
И это, пожалуй, было самым сложным.
С горькой ухмылкой Зенис поспешил догнать сына, который уже ушел далеко вперед.
Кроссроуд. Переулок.
Эй, Куйлан! Приди в себя! Зачем ты столько пил, если совершенно не умеешь держать удар?
Чейн поддерживал мертвецки пьяного Куйлана, пока они пробирались к своему жилищу.
Тащить на себе пьяницу было тем еще кошмаром, особенно учитывая, что раны Куйлана еще не зажили, и каждое движение давалось ему с трудом.
Стиснув зубы, Чейн практически волок Куйлана на себе.
После долгих мучений они наконец добрались до казарм, и Чейну удалось затащить Куйлана в его комнату.
Уф, я чуть не сдох. Ты мне по гроб жизни за это должен, понял?
Именно в этот момент Куйлан, находясь в состоянии тяжелого опьянения, что-то невнятно пробормотал, уткнувшись лицом в подушку:
Чейн...
...
Я должен вернуться домой...
...
Наверное, не мне это говорить, ведь я прожил меньше твоего... Но лучше всего быть рядом с теми, кого любишь.
Чейн плотно сжал губы. Голос Куйлана становился всё более сонным и прерывистым.
Они все ждут тебя... Так что, пока не стало слишком поздно, расскажи им, что ты чувствуешь...
Вскоре Куйлан уже вовсю храпел.
Тяжело вздохнув, Чейн закрыл дверь и направился в свои покои.
Комната в казарме, которую он делил с Неймлессом, была абсолютно пуста.
Опираясь на костыль, Чейн вошел внутрь и тяжело опустился на свою кровать.
...
Чейн выудил из кармана сложенный листок бумаги и развернул его.
Это было письмо от его жены, полученное несколько дней назад.
«Кейт благополучно родила».
«Это здоровый мальчик».
Кейт — так звали дочь Чейна.
Письмо сообщало ему, что его дочь произвела на свет сына, а значит, Чейн стал дедушкой.
Пока он читал эти строки, на его лице невольно играла улыбка, но она медленно застыла, когда он перешел к следующей фразе.
«На всякий случай, даже не думай возвращаться».
...
«Не смей появляться сейчас и тревожить нашу жизнь».
«Такой редкой переписки вполне достаточно».
Лицо Чейна стало мрачнее тучи.
«Прошло уже десять лет с тех пор, как ты нас бросил».
«Мы привыкли жить без тебя. Не нарушай наш покой».
...
«Надеюсь, ты живешь хорошо, где бы ты ни был».
На этом письмо заканчивалось.
...Я был позорным мужем и никудышным отцом.
Осторожно сложив письмо и убрав его обратно в карман, Чейн тихо и протяжно вздохнул.
Он ужасно скучал по дочери. Он хотел увидеть зятя, с которым никогда не встречался, и своего новорожденного внука.
Но больше всего на свете он хотел вновь увидеть лицо своей жены.
Однако у него не хватало смелости даже показаться им на глаза.
Куда же мне теперь идти?
Что мне делать, Неймлесс?..
Кроссроуд. Особняк лорда.
Пока я общался с основными членами отряда в приемной, незаметно наступила ночь.
Время было позднее, и отправлять их по домам было как-то неудобно, поэтому все решили заночевать в особняке.
Собственно, Лукас и Евангелина и так жили здесь, так что нам просто нужно было выделить Джуниору и Демиану по гостевой комнате.
Разместив всех по комнатам, я наконец вернулся в свой кабинет.
Человеческие сердца
Это было так же трудно, как выстраивать стратегию против монстров, а может, и того сложнее.
Ворча себе под нос, я зашел внутрь и...
Хм?
Я увидел знакомого седовласого мужчину, вальяжно восседавшего на гостевом диване. От неожиданности я выпалил его имя:
Эйдер?
А, мой лорд.
Директор, которого я не видел уже довольно давно, лениво помахал мне рукой.
С возвращением.
Эй, ты! Где тебя, черт возьми, носило? Почему ты объявляешься только сейчас?
В руках у Эйдера был королевский скипетр Озерного королевства — последний предмет из трофеев, который я планировал изучить.
Этот скипетр...
Эйдер, внимательно рассматривая артефакт, внезапно выдал странное замечание с виноватым выражением лица:
Он напомнил мне о моей безответной любви. Я немного погрузился в воспоминания.
...
Что? Безответная любовь?
И ты туда же?
Неужели всех вокруг поразила лихорадка под названием «Любовь на фронте монстров»?
Ладно, валяйте, влюбляйтесь сколько влезет! Весь мир вокруг решил разбиться по парам, черт возьми!
Спустя некоторое время.
Безответная любовь...
Значит, предмет твоего обожания
Приняв чашку, Эйдер лишь слабо улыбнулся.
Пока без комментариев.
Да брось ты, сколько можно? Даже сейчас «без комментариев»?
Мы уже на финишной прямой, мог бы и выложить все карты на стол!
Как долго ты собираешься держать это в секрете?
Моя унылая история любви прояснится достаточно скоро. Сейчас есть кое-что поважнее.
Эйдер слегка качнул скипетром, который держал в руке.
Вот это.
...
Я перевел взгляд на скипетр, а затем снова посмотрел на Эйдера.
Он начал объяснять:
Изначально этот скипетр символизировал королевскую власть Озерного королевства. Это был прекрасный посох с белоснежным основанием, украшенный сверху лазурными самоцветами.
Теперь же камни на верхушке полностью почернели, а по всему корпусу, словно кровеносные сосуды, расползлись темные вены.
Удивительно, что в таком состоянии он всё еще сохранял свое величие.
После того как Кошмар поглотил Озерное королевство, Король Демонов влил свою силу в этот скипетр. Поскольку он часто отлучался для исследования Кошмара, ему нужен был кто-то, кто мог бы действовать от его имени.
То есть этот скипетр...
Да. Можно сказать, он символизирует власть наместника Короля Демонов.
Эйдер заставил скипетр парить в воздухе и поднес к нему ладони.
У него несколько функций, но основная его роль напрямую связана с нашей текущей «игрой»... «Пиром Рока».
...!
Он определяет время начала этапов, назначает легионы монстров для отправки и активирует темные события.
Трессь! Трессь!
С кончиков пальцев Эйдера сорвались сложные магические формулы и начали проникать внутрь скипетра.
Вокруг артефакта то и дело всплывали и исчезали системные окна, точь-в-точь как в игре.
Пальцы Эйдера порхали в воздухе, словно он печатал на невидимой клавиатуре.
Хрусть!
В мгновение ока все системные окна втянулись в скипетр.
Мне показалось — а может, это была лишь игра воображения, — что камень на вершине стал капельку прозрачнее.
Вот, теперь он твой.
Эйдер почтительно протянул мне скипетр обеими руками. Я принял его, пребывая в полном замешательстве.
А? Ты отдаешь его мне?
Разумеется, он принадлежит вам. Это ваш законный трофей.
Эйдер кивнул.
Независимо от того, как именно это произошло, вы захватили символ вражеского командующего. Вы заслужили то преимущество, которое он дает.
Значит, я могу использовать функции скипетра... сам назначать время начала этапов, выбирать легионы монстров и темные события?
На данный момент
Эйдер продолжил:
Король Демонов сейчас отсутствует. Он всё еще исследует глубины Кошмара. Пока его нет, вы можете использовать скипетр, чтобы настраивать этапы так, как вам удобно.
...!
То есть я могу планировать нападения на удобное для нас время, выбирать самых слабых монстров и активировать наименее опасные темные события, чтобы максимально облегчить прохождение?
Но когда Король Демонов вернется и восстановит свою власть, скипетр утратит эти функции... и превратится в обычный посох.
Эйдер горько улыбнулся.
Он станет лишь блеклым, лишенным силы жезлом, символом былого величия павшего королевства.
...
Поэтому, пока скипетр еще обладает мощью, используйте его, чтобы облегчить свои битвы до возвращения Короля Демонов.
Я сосредоточился на артефакте.
Перед моими глазами развернулся знакомый системный интерфейс атаки Кошмара.
«ЭТАП 41»
Период иммунитета: 3 недели (Штраф при нарушении) Выбор легиона монстров Список темных событий
Я сделал интерфейс максимально удобным, как в игре.
Иногда ты и вправду ведешь себя как настоящий директор...
Быстро пробежавшись глазами по содержимому, я немного поразмыслил и спросил:
А что, если я вообще не буду назначать никаких монстров? Если я просто пропущу этап, что тогда произойдет?
Эйдер слегка покачал головой.
Не забывайте, для кого создана эта игра, «Пир Рока». Этот мир, по сути своей, является игровой площадкой для Внешних Богов... «Наблюдателей».
Не убедив их, вы не сможете этого сделать.
...
Если вы попытаетесь пропускать этапы без веской причины или сделаете их слишком легкими, они вмешаются напрямую.
Вмешаются напрямую? Что ты имеешь в виду?
Эйдер указал на меня рукой.
Помните 3-й этап, давным-давно? Помните то темное событие?
Разумеется, помню.
Начало первого года. Этап 3.
Время, оставшееся до начала этапа, внезапно сократилось, а монстры устроили отвлекающий маневр.
Это был полный хаос. Евангелина тогда едва не погибла.
То темное событие было прямым вмешательством Наблюдателей.
...?!
Проверьте старые записи. Теперь, когда вы обрели божественность, вы должны быть способны «увидеть» это.
Я поспешно открыл системные журналы и зашел в «Трекер темных событий», пересматривая старые записи. И там оно было.
«??? вмешивается в игру!» +1
Это системное сообщение, полное вопросительных знаков, которое я раньше не мог расшифровать.
По какой-то причине сейчас я смог его «прочитать».
«Воля Наблюдателей вмешивается в игру!»
Холод пробежал по моей спине, а по всему телу высыпали мурашки.
Значит, та злоба, которую я ощущал всё это время, была...
Теперь вы видите это отчетливо?
Пока я, стиснув зубы, перечитывал записи, слабая улыбка Эйдера стала шире.
Воля этого мира... всей этой вселенной, жаждущая уничтожить нас.