Том 3 · Глава 39. I SEE YOU VI

В какой-то момент я почувствовал, будто все мои клетки расщепились, а затем снова собрались в единое целое. И в тот же момент я очутился не в кафетерии, а в каком-то другом месте.

Если быть точным, то в отделении интенсивной терапии. За окнами было темно, свет в помещении бил в глаза. Судя по всему была ночь.

Перед моим взором предстал один пациент, накрытый белой тканью. Какой-то мужчина в черном костюме и маске подошел к изголовью кровать, взялся за поручни и покатил её из палаты.

«Что произошло?»

Я огляделся. Несколько плачущих опекунов проследовали за кроватью. За ними я разглядел доктора Бён Гю Нама. Рядом с ним стояла медсестра Чха Ю Ри. По какой-то причине её глаза были красными. Вскоре до меня дошло.

«Смерть»

Кто-то умер в отделении интенсивной терапии. Возможно это даже пациент, которого я мог знать.

Я медленно подошел к кровати, чтобы разглядеть лицо. Однако все тело пациента было накрыто белой тканью, поэтому его было не видно. Я протянул руку, чтоб приподнять ткань, однако конечность прошла сквозь предмет. В этот же момент меня как будто обдало холодной струей воды и я вернулся в реальность.

—Врачи сильно устают, когда сближаются со своими пациентами. Лучше сохраняй дистанцию, как я… Ты меня слышишь? — спросил доктор Бён Гю Нам, сидящий напротив.

—Да… — ответил я как обычно.

Однако в этот момент я думал о будущем, которое только что увидел.

Если подытожить, то кто-то умер ночью, и этого кто-то, накрытого белой тканью, увезли из палаты. За всем процессом наблюдали доктор Бён и медсестра Чха Ю Ри. Все.

Чёрт, вы издеваетесь надо мной? что я должен делать, имея такой маленький объём информации? Я не знал ни точной даты, ни точного времени. К тому же не было никакой подсказки относительно того, кто умер. В критическом состоянии находится ни один и не два пациента… а около десяти.

—Вот же ж.

—Что?

—А… Да не, ничего.

Сам того не осознавая я начал разговаривать сам с собой.

Спустя какое-то время я вернулся на стойку и взглянул на график работы сотрудников в отделении. Дайте-ка подумать. В видении доктор Бён Гю Нам был вместе с медсестрой Чха Ю Ри. Так как это была ночь, можно предположить, что дежурным врачом был доктор Бён, а Чха Ю Ри вышла работать в ночную смену. При таком раскладе…

«Одиннадцатое мая и двадцать второе мая»

Примерные даты я узнал. Теперь нужно было подумать о том, как я мог предотвратить несчастье. Я достал мобильник.

—Юн Сон, ты занят? Можешь разговаривать? Могу ли я поменяться сменами…

Прошло несколько дней. Наступило утро 11 мая.

Я пошёл на работу с большими мешками под глазами, так как всю ночь не мог уснуть. Всю ночь я размышлял какой пациент может сегодня скончаться и от чего.

Инфаркт миокарда? Тромбоэмболия легочной артерии?

Я думал о различных осложнениях, которые могли возникнуть после операций. Однако мне сложно было предсказать причину, основываясь лишь на знаниях, полученных в университете.

Должен ли я сидеть на жопке ровно и ждать до тех пор, пока звук тревоги не разразится в отделении!? Или не смыкая глаз наблюдать за всеми пациентами в отделении…

Если я расскажу об этом доктору Бён Гю Наму, сможет ли он помочь? Из-за этого я долго ворочался в кровати и не смог уснуть.

—Доктор Сон Хан, что-то случилось? Выглядите не очень! — удивленно спросила медсестра Чха Ю Ри, догнавшая меня по дороге в отделение.

Поскольку девушка закончила ночную смену, на ней была обычная одежда.

Грубовато обменявшись с ней приветствиями, я прошёл мимо медсестры будто зомби.

«Как же мне изменить будущее в этот раз…»

После прибытия на станцию и сев за компьютер я начал пересматривать карты пациентов. Я нервно щелкал мышью, закусив губу. Очевидно, что кто-то из них сегодня может умереть. Однако предсказать кто — очень сложно. Поэтому я просматривал одну карту за другой.

Вчера было сказано, что состояние парня становится лучше…

Этот пациент также страдает гипертонией и гиперлипидемией.

(пр. п. гипертония — Болезнь, выражающаяся в повышенном кровяном давлении.

гиперлипидемия (гиперлипопротеинемия) — аномально повышенный уровень липидов и/или липопротеинов в крови человека)

Неужели этот пациент сегодня ночью …?

Одну за другой я продолжал просматривать карты пациентов.

Вероятность того, что это может быть она — довольно высока. Поскольку состояние женщины было не очень хорошим. Другими словами, она была «бомбой замедленного действия».

«Если бабуля Ким Хе Чжон умрет, что я должен сделать?»

Думая об этом я дошёл до пациентки. Сегодня бабуля выглядела не очень.

—Бабуля, как Вы себя чувствуете? — осторожно спросил я.

Бабушка подняла руку и указала куда-то в сторону. Что же она хотела сказать? Я аккуратно вложил в руки пожилой женщины листок и ручку.

<Н рм но> — написала бабуля своим фигурным почерком.

Она выглядела очень милой, однако глядя на графики, мне сложно было сказать, что она в норме.

Показатели жизненно важных функций несколько раз были нестабильными. Результаты компьютерной томографии, сделанной несколько дней назад, также были не очень хорошими. Это было связано с тем, что рак начал распространяться дальше по телу.

—Бабуля, будь сильной. Я сделаю все, что в моих силах, — сказал я и сжал маленькую морщинистую руку старушки.

Пожилая женщина слабо улыбнулась.

На часах было пол восьмого вечера. Наступил второй отрезок свиданий. Возле пациентов начали собираться опекуны в масках. Однако сегодня никто не пришёл навестить бабушку Ким Хе Чжон.

—Кажется, к бабуле никто не пришел, — осторожно сказал я доктору Бён Гю Наму, сидящему рядом.

—Да, как только начинаешь проводить много времени в отделении, замечаешь, что не ко всем приходят каждый день. Такое часто бывает.

—А, вот как, — грустно ответил я.

В любом случае, опекуну будет трудно приезжать каждый день к пациенту, когда он на протяжении 70 дней лежит в больнице. Однако приезжать раз в неделю, это немного….

—Это довольно долго.

—А?

—Независимо от обстоятельств, члены семьи просто взяли и бросили её. Никто не может сказать, когда она покинет этот мир, — нервно сказал я.

Доктор Бён ухмыльнулся.

—Ты когда-нибудь находился длительный промежуток времени с членом семьи, лежащим в отделении интенсивной терапии? Семьям нелегко приходить сюда каждый день. Особенно, когда член семьи находится в отделении очень долго, — сказал доктор, похлопав меня по плечу. — Однако почему ты стал таким нервным и чувствительным? Расслабься~ В такой ситуации ты ничего не сможешь сделать.

Доктор Бён был прав. Я не в состоянии судить кого-то, не зная обстоятельств, по которым семья не может навестить старушку. Тем не менее, я был очень зол на них. Интересно, почему? Я просто был зол на тех, чьих лиц я ни разу не видел.

«Если бы к бабуле пришел опекун, может быть у неё прибавилось бы сил…»

Уф. Я сделал глубокий вдох и попытался успокоиться. Надеюсь, сегодня с бабулей Ким Хе Чжон ничего не случится.

Я оставался в отделении интенсивной терапии до поздней ночи. Если появлялась какая-то работа, то я быстро выполнял её и возвращался в отделение при хирургии.

—Чего? Ты сегодня дежуришь? — спросил доктор Бён.

—По личной просьбе… я поменял даты.

—Вот же… Неужели твой сонбэ настолько хорош? Если я настолько тебе нравлюсь, то ты останешься у нас в отделении? — рассмеялся доктор Бён Гю Нам.

Неожиданно доктор Бён протянул мне две листовки с доставкой готовых блюд из курицы. Вот же ж. Сейчас не время думать о доставке!

—Мы вместе с другими резидентами собираемся покушать курочки, хочешь с нами?

—Нет, спасибо.

—Если не поешь с нами, заработаешь себе расстройство пищеварения, — сказал доктор Бён и скрылся в комнате дежурного врача.

Я весь день находился в состоянии повышенной готовности, поэтому очень устал.

—Доктор Сон Хан, Вы ещё не собираетесь ложиться спать? — спросила медсестра Чха Ю Ри, вернувшаяся в больницу для работы в ночную смену.

—Да, я хочу побыть здесь немного.

—Вас что-то беспокоит?

—На самом деле, я немного беспокоюсь о бабуле Ким Хе Чжон. Я видел результаты компьютерной томографии, они были не очень хорошими.

—А…

Когда я назвал имя пациента, Чха Ю Ри вздрогнула. Кажется, она хотела мне что-то сказать, но колебалась.

—На самом деле, я хотела кое-что Вам сказать.

—Что?

—На самом деле, со мной связался опекун бабули Ким Хе Чжон…

Что происходит? Медсестра Чха выглядет не так как обычно. Раньше она не делала таких длительных пауз.

В этот момент…

Пи-пи-пи-пи

Где-то запищали аппараты. Где-же!? Пятая кровать!

«Бабуля Ким Хе Чжон!»

Я быстро подбежал и взглянул на пациента. На лице бабули не было той улыбки, что я видел сегодня утром. Она тяжело дышала и не могла открыть глаза. Давление упало до восьмидесяти.

—С жизненно важными показателями бабули Ким Хе Чжон происходит что-то странное, — крикнул я медсестре Чха Ю Ри.

—А, это…

—Быстро позовите доктора Бён Гю Нама.

Я снял с себя халат и приготовился делать искусственное дыхание. Мониторы продолжали пищать, а артериальное давление падать. Семьдесят. Шестьдесят. Бабуля начала бледнеть.

—Думаю, надо вколоть эпинефрин (адреналин)… Нужно сделать сердечно-легочную реанимацию!

Я залез на кровать, чтобы начать делать сердечно-легочную реанимацию. В этот момент в палату зашел доктор Бён.

—Доктор! — с тревогой в голосе позвал я Бён Гю Нама.

Я ждал, что он начнёт что-то делать. Однако он даже бровью не повел.

—Сон Хан, слазь.

—Что?

—Не нужно делать сердечно-легочную реанимацию.

Что он сказал? Как это понимать? Я не мог поверить своим ушам. Почему я должен опустить руки и перестать что-то делать, когда пациент умирает?

—У нас есть бумаги об отказе на реанимирование, — серьезно сказал доктор Бён.

—…

Слова доктора Бёна стрелой вонзились мне в сердце. Мне казалось, я вот вот упаду на пол.