Том 1 · Глава 46. Путешествие (3)

—А-а-а?!

Каыль вскрикнула от удивления.

—Кёуль умеет говорить? Хотя нет, это же естественно! Я вообще с самого рождения разговаривала… наверное?

Кёуль неловко улыбнулась.

—Господи! Тогда почему ты всё это время молчала? Как вообще терпела, если хотелось что-то сказать? Ути-пути, малышка наша.

Каыль прижалась щекой к щеке Кёуль и начала тереться.

Похоже, малышке понравилось ощущение, и она широко улыбнулась.

—Может, посмотрела на тебя и решила: «Вот такой шумной я точно не буду».

—Чего? Я вообще-то молчаливая!

Никто не согласился.

—А! Я поняла! Наверное, суп аджосси был настолько вкусный, что Кёуль наконец заговорила! От вкуса речь прорезалась!

—Если настолько вкусно, надо умирать.

—Что? Почему?

—Не знаешь выражение? «Ели вдвоём — один умер, а второй даже не…»

Ю Джитхэ смотрел на Кёуль.

Голос малышки оказался куда спокойнее, чем он ожидал.

Ситуация казалась ему странно удивительной.

Если подумать, и в прошлых циклах он почти никогда не видел, чтобы Кёуль много говорила.

Эта девочка с волосами цвета воды была ещё тише Бом.

Всегда.

…И даже в тот момент, когда умирала.

Ей было больно — но она не говорила, что больно.

Чего-то хотела — но никогда не просила вслух.

Даже знай он об этом тогда, вряд ли исполнил бы её желания.

Теперь, когда его жизнь хотя бы немного стала похожа на обычную, прошлое выглядело иначе.

Тогда он существовал с намертво закрытыми глазами и ушами.

Он был неправ.

Теперь всё будет иначе.

—…Спасибо.

«Вкусно» — это похвала.

За похвалу следует благодарить.

Пройдя эту нехитрую логическую цепочку, регрессор произнёс именно эти слова.

…

Кёуль вздрогнула, отвела взгляд и снова осторожно взялась за ложку.

Подцепила белое мясо рыбы, отправила в рот. Потом выпила немного бульона.

Движения оставались медленными и неуклюжими, но ела она удивительно старательно.

В воспоминаниях двойника о жизни в полицейском участке был маленький сын руководителя группы.

Когда ребёнок хорошо ел, взрослые часто говорили ему: ешь побольше и расти здоровым.

Маленькие дети хрупки.

Слишком многое может им навредить, поэтому растить их приходится осторожно на каждом шагу.

На чужих детей Ю Джитхэ было всё равно.

Но когда речь шла о Кёуль, почему-то появлялось беспокойство.

В прошлых циклах она болела чаще остальных драконов.

Однажды он даже спросил: «Как вообще дракон может постоянно болеть?»

Зелёная драконица тогда посмотрела на него с ненавистью и ответила, что вода в Аскалифе и на Земле слишком разная.

Драконьи обстоятельства, которых ему было не понять.

И теперь, глядя на синеволосую малышку, регрессор мысленно пожелал хотя бы в этом цикле одного.

Пусть ты вырастешь здоровой.

Кастрюля была почти размером с небольшой котёл.

Но для драконов с их аппетитом и этого оказалось мало.

Ёрым посмотрела на пустое дно.

—Ещё не сваришь?

Ю Джитхэ покачал головой.

—Так. Тогда давайте всё уберём после еды.

Бом распределила уборку между девочками.

Ёрым, уже успевшая развалиться на траве, недовольно скривилась.

—Онни, Бом сказала убираться!

…

Ёрым немного подумала.

А потом на лице появилась характерная улыбка красного рода.

Мана собралась в кубическую магическую схему.

Ёрым исчезла.

—А-а? Бом-онни! Ёрым-онни сбежала!

—Что?

Сбежала, потому что не хочет убираться?

Бом посмотрела на пустое место и склонила голову.

Потом будто что-то почувствовала и тут же сделала безразличный вид.

—Пойдём ловить?

—Нет. Не надо.

—Почему?

Через минуту ответ появился сам.

Ш-ш-ш.

На месте, где снова возник кубический магический круг…

Лязг.

…вместе с Ёрым материализовался Хранитель.

—Госпожа, а зачем мы…

—Сам не понимаешь?

Красные огни в шлеме растерянно мигнули.

Ёрым широким жестом показала на грязный лагерь вокруг.

—Как думаешь, что теперь твоя работа?

И ухмыльнулась.

Лязг.

Хранитель молча начал убираться.

Тяжёлые шаги застучали по земле.

Пока остальные занимались своим, Ю Джитхэ смотрел куда-то за кусты.

Кёуль на его руках некоторое время разглядывала лицо Ю Джитхэ, а потом повернулась туда же.

Что он там увидел?

Малышка долго вглядывалась в заросли.

Вскоре из-за них вышел незнакомый мужчина.

Он был на целую голову выше Ю Джитхэ, который и сам приближался к метру девяносто.

Плечи и корпус такие огромные, что издали было не сразу понятно — человек это или огр.

За мужчиной шла длинноволосая женщина.

Выбравшись из кустов, великан посмотрел на их компанию и направился прямо к ним.

Кёуль напряглась и крепко схватила Ю Джитхэ за одежду.

Незнакомец подошёл без предупреждения и при этом сумел не попасть даже в драконье восприятие.

Кёуль снова посмотрела на Ю Джитхэ.

Но в нём не чувствовалось ни капли напряжения.

И малышка решила, что можно не бояться.

—Здравствуйте, господин!

Гигант легко склонил голову.

Вежливая речь у него звучала не изысканно, а грубовато и прямолинейно.

Ю Джитхэ знал этого человека.

Девятое место официального мирового рейтинга.

Третий по силе человек Республики Корея.

Мён Ёнха.

В прошлых циклах они иногда сражались на одной стороне, иногда становились врагами.

Близкими их отношения никогда не были, но во время войн мирового масштаба пути неизбежно пересекались.

За каждым шагом этого человека следили иностранные СМИ.

Как стратегическое оружие государства, он не мог даже свободно перемещаться без разрешения властей.

Встретить такого ранкера здесь было неожиданно даже для Ю Джитхэ.

—Здравствуйте.

—Да-а. Господин, вы тоже выбрались сюда с семьёй?

Ю Джитхэ посмотрел на тех, кто шёл следом за Мён Ёнха.

Мальчик примерно пяти лет, почти ровесник Кёуль.

Его за руку держала женщина с заметно округлившимся животом.

—Мы приехали отдохнуть. А вы?

—Мы тоже время от времени выбираемся сюда на пикник. Только я не думал, что это место знает кто-то кроме наших друзей.

«Наших друзей».

Так он называл организацию мировых ранкеров.

—Уа-ха-ха!

Смех был громким и открытым.

Ю Джитхэ вспомнил, как этот мужчина когда-то вырвал огромное дерево с корнями и забил им химеру насмерть.

Но сейчас дел с ним у Ю Джитхэ не было.

Если обе семьи приехали отдыхать, можно просто разойтись и заниматься своим.

Зачем этот громила специально подошёл?

Мён Ёнха был «друидом регенерации» — крайне редким сверхчеловеком природного типа.

К природным относили тех, кто управлял естественными стихиями: огнём, водой, электричеством и так далее.

В СМИ часто говорили, что по власти над природой он почти не уступает драконам.

И тут Ю Джитхэ догадался.

—Вы случайно не собирали грибы неподалёку?

—Гриб Абаддона?

Глаз Мён Ёнха дёрнулся.

—Ох! Вот оно что. Вы не знали, что у него был хозяин. А вас не удивило, что гриб сохранился в таком хорошем состоянии?

—Решил, что повезло.

—Ха-а… Понимаю. Я бы, наверное, тоже так подумал. Вы… всё съели? Там должно было быть около пяти пучков.

—Всё. Простите.

Мён Ёнха огромной ладонью закрыл огромное лицо.

—Ох… Да ничего! Сам виноват, что табличку не поставил.

Он говорил это, но по лицу было видно — расстроился всерьёз.

И ещё украдкой поглядывал назад.

Ю Джитхэ знал, зачем ему понадобился гриб.

Гриб Абаддона, выросший у Озера Жизни и впитавший его энергию, прекрасно восстанавливал силы.

Жена Мён Ёнха не была сверхчеловеком.

К тому же сейчас она беременна, а насколько помнил Ю Джитхэ, здоровьем женщина никогда не отличалась.

—Тогда приятного отдыха!

Мён Ёнха поклонился и развернулся.

На самом деле Ю Джитхэ не чувствовал никакой вины.

Его «простите» было лишь подражанием нормальной жизни.

Ни гриб, ни незнакомая больная беременная женщина не вызывали у него эмоций.

Но раз он решил жить обычной жизнью, то понимал, как в такой ситуации должен вести себя нормальный человек.

Ю Джитхэ погрузился во внутреннее пространство.

К нему приблизились серые руки.

В начале седьмого цикла, чтобы больше не думать о деньгах, он убил несколько чудовищ.

Все они были боссами подземелий ранга S и выше.

Среди добычи оставались по-настоящему редкие вещи.

Тысячелетний женьшень.

Корень, который тысячу лет рос на голове огромной черепахи.

Предмет из другого измерения и настолько мощное общеукрепляющее средство, что гриб Абаддона рядом с ним ничего не стоил.

Тому, кто понимает цену, можно было продать его за состояние.

Но на драконов он почти не действовал, поэтому Ю Джитхэ просто хранил корень.

Вернувшись в реальность, он уже держал в руке чёрный корень.

И обнаружил, что Мён Ёнха каким-то образом снова стоит совсем рядом и сияющими глазами смотрит на Кёуль.

—У-о-о-о! Это ваша дочка? Какая же красивая малышка!

…Не дочка.

Но объяснять всю историю было незачем, и Ю Джитхэ просто неопределённо кивнул.

Кёуль тут же изумлённо посмотрела на него.

«Я — дочка?» — словно спрашивали её глаза.

—Привет, малышка! Как тебя зовут?

…

—Уа-ха-ха! Бу-бу-бу! Ку-ку!

Когда огромное лицо делает «ку-ку», милоты мало.

Кёуль скривилась почти так же, как обычно при виде Хранителя, и спряталась за ногой Ю Джитхэ.

Мён Ёнха неловко почесал затылок и выпрямился.

Но улыбаться не перестал — похоже, детей он любил.

—Какая же милая. Вот бы и у меня дочка родилась.

А потом рассмеялся:

—Хотя сыновья тоже хороши!

Скорее всего, не родится.

Во всех циклах у него было двое сыновей.

Ю Джитхэ протянул ему корень.

—Возьмите.

—Что это?

—Вместо грибов. Хорошо восстанавливает силы.

—Да нет, не нужно. Правда, всё нормально.

Ю Джитхэ просто бросил корень ему в руки.

По цене это было примерно как выкинуть многоэтажное здание в центре Сеула.

—Ох, господин. Я же говорю, не нужно.

Ю Джитхэ ничего не ответил.

—Уа-ха-ха! Упрямый вы человек.

Мён Ёнха рассмеялся и всё-таки забрал корень.

Часть его кожи превратилась в древесные волокна, обвила женьшень, а затем снова стала кожей.

Похоже, даже ранкер не смог с первого взгляда понять ценность находки.

Настолько редкой она была.

Но он друид.

Скоро разберётся.

Дело закончено.

—Хорошего отдыха.

Ю Джитхэ фактически отправил его восвояси.

К вечеру, когда небо окрасилось закатом, Ю Джитхэ лежал на шезлонге у Озера Жизни.

Кёуль тихо спала у него на груди.

На соседнем шезлонге устроилась Бом.

Вокруг стояла такая тишина, что ровное дыхание малышки щекотало слух.

Озеро было небольшим.

Если лежать у палатки, на противоположной стороне можно было видеть семью Мён Ёнха.

Иногда взгляды встречались.

Тогда они махали рукой.

Ю Джитхэ только кивал, а Бом каждый раз обязательно махала в ответ.

—Кто это? Кажется, очень сильный человек.

Ю Джитхэ не стал честно отвечать: солдат, который в далёком будущем будет сражаться в войне против маинов.

…

Бом тихо протянула «м-м», будто что-то почувствовала, и посмотрела на него.

—Что? Видишь что-нибудь?

—Угу. Думаю, мы ещё много раз встретимся.

Ю Джитхэ считал, что их миры слишком разные и пересекаться почти не придётся.

Но если зелёная драконица говорит иначе — значит, так и будет.

Он просто кивнул.

Наступила ночь.

Ю Джитхэ уже собирался идти в палатку, когда Мён Ёнха снова подошёл.

—Господин. Если не против, хотите покажу кое-что красивое?

Красивое?

—Здесь совсем недалеко есть потрясающая зона Разлома. Думаю, увидите — удивитесь. Уа-ха-ха!

Сам Ю Джитхэ особого интереса не чувствовал.

Но красивый пейзаж наверняка понравится девочкам.

Он вытащил из палатки Ёрым и Каыль.

—М-м? Красивый вид?

—Лень.

Но обе всё равно послушно вышли.

Мён Ёнха, увидев лица дракониц, заметно округлил глаза.

—А! В общем, идёмте вместе!

Недалеко от лагеря пространство было словно разрезано вертикальной линией.

Огромный Разлом высотой около двухсот метров.

Следов и ауры чудовищ вокруг не было, поэтому Ю Джитхэ раньше не придал ему значения.

—Ещё немного — и начнётся.

Мён Ёнха обнял жену за талию, взял сына за руку и посмотрел по ту сторону Разлома.

Ю Джитхэ тем временем разбудил Кёуль у себя на руках.

Сонные синие глаза медленно открылись.

Малышка поняла, что находится в незнакомом месте, осмотрелась, увидела лицо Ю Джитхэ и сразу расслабилась.

—Так! Все смотрите на небо! Начинается!

Едва Мён Ёнха закончил, по небу прочертила линию первая падающая звезда.

—Ух ты…

Каыль восхищённо выдохнула.

Бом и Кёуль тоже засверкали глазами.

Но это было только начало.

Две.

Три.

Пять.

Десять.

Двадцать.

Падающих звёзд становилось всё больше — сотни, тысячи.

Они заполнили небо по ту сторону пространства и, будто имея невидимый центр, закрутились вокруг одной точки огромным кругом.

Звёзды словно дождём падали и вращались над миром.

Ошеломлённая Кёуль маленькими пальцами крепко вцепилась Ю Джитхэ в ворот.

Он посмотрел на её лицо.

В синих глазах отражались метеоры.

Похоже, этот огромный, почти космический масштаб просто ошеломил её.

Рот малышки медленно приоткрылся.

Сидя у Ю Джитхэ на руках, Кёуль запечатлевала этот прекрасный пейзаж в памяти — как воспоминание, которое не забудет никогда.