Том 1 · Глава 90. Для дракона(1)
Курсанты, которые оставались в Лэйре на каникулы, в основном делились на две группы.
Первая — те, у кого не было денег.
Портальные станции обходились очень дорого. Некоторые курсанты просто не могли позволить себе дорогу домой и оставались в Лэйре.
Например, Содзиро и Ким Джиин.
Содзиро, ты в порядке?
У-у… А! Ай, голова.
Ким Джиин извинилась: во время спарринга случайно попала ему тренировочной стрелой в голову.
Содзиро отмахнулся.
Вторая группа оставалась ради инфраструктуры Лэйра. Его тренировочная система считалась одним из лучших в мире комплексов магической инженерии, поэтому курсанты, для которых стать сильнее было вопросом жизни, продолжали заниматься и на каникулах.
Эй, ты на тех посмотри.
А? А-а.
Они вообще железные, да…?
Ким Джиин отпила воды и нахмурилась.
На другой стороне зала физической подготовки тренировались курсанты клуба пятого уровня.
Самые перспективные молодые люди Лэйра. После выпуска они вернутся в свои страны и станут сверхлюдьми высшего класса.
Вот ведь. Чем талантливее, тем упорнее.
Н-не сравнивай! Нам тоже просто надо стараться!
Да знаю. Ц.
В этот момент раздался рёв.
Нет! Нет, курсантка Ёрым!
Инструктор зала боевой подготовки Бурак повысил голос.
Ким Джиин и Содзиро обернулись.
Вам обязательно нужно получить серьёзную травму, чтобы наконец понять?!
Лысая голова. Крестообразный шрам на ней. Грозное лицо Бурака налилось красным.
Он был настоящим мировым ранкером — 5813-е место — и опытным инструктором, в прошлом военным.
Ёрым смотрела на него, стоя в вызывающе расслабленной позе.
Чего?
Тренировка адаптации к ударам делается не так. Начинают с силы, которую тело способно нормально принять. Сначала джеб, потом джеб, и только потом хук. Сколько раз повторять?
Знаю. Но мне и так нормально, вот и делаю.
Ты, маленькая… Так кишки наружу вывернет! Все внутренности разнесёт!
Ёрым с раздражением поковыряла ухо.
Она занималась «адаптацией к ударам».
Машина выстреливала шарами из сплава, а тренирующийся принимал их телом. Повторяя удары, человек привыкал к шоку и учился локально направлять ману, укрепляя нужный участок тела.
Например, если шар летит в живот, собираешь ману в животе и защищаешь его.
Да нормально мне. Не лезьте.
Нет. Я уже несколько дней смотрю и больше не позволю. На каникулах этот зал закреплён за мной. Может, инструктор Карлин на такое закрывал глаза, но я не буду! Пока я здесь работаю, никто не получит травму!
…
Поэтому молча делайте, как сказано. Если вам нравится получать травмы
Да я… говорю же, не больно. Я не ранена.
Просто делайте, что велят!
От крика Ёрым поморщилась и тяжело вздохнула.
Тогда что? Показать? А?
Что?
Подниму одежду и покажу, есть у меня синяки на животе или нет. Подойдёт?
Нет, это…
Ёрым вдруг начала снимать защитную экипировку. Под ней оказались футболка с коротким рукавом и легинсы. Этого ей показалось мало — она без колебаний задрала футболку и оголила живот.
Эй!
Смотрите. Вот живот. Смотрите!
Белая кожа.
Чёткий пресс без грамма лишнего. Ни синяка, ни даже маленькой царапины.
В следующий миг Бурак вздрогнул и отвёл глаза.
Ты… ты что вообще творишь?
Ой-ой! Как же так? Синяк! Да тут всё в кровоподтёках. Бедный наш миленький животик Ёрым~.
Ю Ёрым…!
Другие курсанты и опекуны вокруг начали смотреть на инструктора.
Решив, что над ним издеваются, Бурак страшно нахмурился.
Живот закрывает защита. Меня беспокоят внутренние органы, а их повреждение не обязано оставлять синяки. Поэтому прекрати! Если продолжишь надо мной издеваться…
А, вот как?
Ёрым хмыкнула.
Значит, хотите посмотреть ноги? Там синяки появляются легко.
…Что?
Подождите! Никуда не уходите.
Её руки опустились к поясу легинсов.
Эй! Эй!
Похоже, она всерьёз собиралась их снять.
А-а! Ё-Ёрым!
Эй! Успокойся!
Перепуганные Ким Джиин и Содзиро подбежали и схватили её за руки.
Чего мешаете? Я что делаю?
П-потерпи!
Да говорю же, на ногах тоже нет синяков!
Поняли! Просто успокойся…!
Они вдвоём отчаянно удерживали Ёрым.
Бурак покачал головой от абсурда, но всё же отступил под давлением непонятной энергии этой девицы.
Куда пошли? Я же ноги показать хотела!
Завтрак.
Сегодня — простой удон. Бом сама сварила лапшу и разогрела прилагавшуюся темпуру. Всё было готовым продуктом, поэтому даже после её рук вкус ничуть не испортился.
Если подумать, в последнее время её готовка уже не казалась настолько странной.
Может, человек действительно ко всему привыкает.
Или какая-то часть вкусовых рецепторов просто умерла.
Ю Джитхэ ненадолго задумался.
За столом Каыль, наконец закончившая пазл, без конца хвасталась Бом, Ёрым и Ю Джитхэ. Бом поздравляла её с успехом. Кёуль тоже выглядела гордой и постоянно поглядывала на рамку с картиной в гостиной.
Ёрым почти ничего не говорила. Сегодня настроение явно было плохим: она сидела, скрестив ноги и подперев подбородок, и палочками бездумно мешала лапшу, которую не собиралась есть.
…
Кёуль аккуратно ела лапшу ложкой-вилкой.
Очень старательно. И хорошо.
Хотя удон едва ли был горячим, она не забывала подуть на него, копируя сестёр.
И почти перестала проливать еду. По сравнению с тем, как во время поездки на санках с Ю Джитхэ половина рамёна оказывалась мимо рта, прогресс был огромный.
…
Но сегодня что-то её не устраивало.
Кёуль задумчиво посмотрела на свою ложку-вилку, затем на палочки Ю Джитхэ. Потом быстро оглядела палочки Бом, Ёрым и Каыль и снова перевела взгляд на собственный прибор.
…
Взгляд: недовольство.
Она потянула Ю Джитхэ за рукав на предплечье.
Что?
…Я тоже, палочки.
Ю Джитхэ молча достал из подставки палочки и передал ей.
Маленькая рука неумело попыталась ими пользоваться.
Первой целью, похоже, была одна-единственная лапшинка.
Кёуль сосредоточилась, но палочки всё время расходились, а лапша скользила и падала обратно.
От напряжения она сама не заметила, как высунула язык.
Но палочки, которых она никогда раньше не держала, не могли вдруг начать слушаться. После долгой борьбы Кёуль нахмурилась и посмотрела на Ю Джитхэ.
…
Взгляд явно просил помощи.
Может, ешь вилкой?
Мот-мот.
Почему?
Кёуль лишь покачала головой.
Обычно, когда она вот так упрямилась по непонятной причине, проще было уступить.
…Возьми вот так.
Весь остаток завтрака Ю Джитхэ учил её держать палочки.
К концу еды
Кёуль очень осторожно подняла одну разбухшую лапшинку и успела отправить её в рот прежде, чем та оборвалась.
…!
Хлюп.
Она медленно втянула лапшу и широко улыбнулась Ю Джитхэ.
Молодец.
Довольный кивок был куда бодрее обычного.
Эй.
И тут Ёрым, которая после еды так и не ушла от стола, позвала его.
Тебе весело? Учить её палочками есть?
В голосе была какая-то колкость.
Регрессор обернулся.
Кёуль тоже округлила глаза и посмотрела на Ёрым.
Что?
Просто спрашиваю. Весело тебе это?
Весело ли?
Он не знал.
Просто Кёуль попросила — и он научил. А когда она всё-таки справилась и так обрадовалась, смотреть на это было довольно приятно.
Ю Джитхэ собирался ответить, но Ёрым уже поднялась.
Да ладно. Весело, не весело…
И ушла в свою комнату.
Ю Джитхэ спросил у Кёуль:
Чего она такая?
…!
Кёуль понятия не имела и просто улыбнулась, размахивая палочками.
Сзади раздался голос Бом.
Аджосси, разве вы не обещали с каникул начать кое-чем заниматься с Ёрым?
Обещал.
Учить боевому мастерству.
Проще говоря — сделать её сильнее.
Из-за истории с видео Каыль всё отложилось на несколько дней.
Неужели из-за этого обиделась?
М-м…
Даже Бом, которая почти всегда знала правильный ответ, когда речь шла о драконах, на этот раз выглядела неуверенно.
Похоже, разобраться придётся самому.
Легинсы, футболка, сверху пуховик и кепка.
Так Ёрым обычно одевалась на индивидуальные тренировки.
…
Она покосилась на Ю Джитхэ и молча пошла дальше.
Они почти не разговаривали.
Через некоторое время Ёрым будто мимоходом буркнула:
Рано же ты начал.
Извини, что задержался.
…Ты ещё и такое умеешь говорить?
Научился.
Не идёт тебе.
Снова тишина.
Они долго шли молча.
Наконец показался Центральный тренировочный комплекс Лэйра — гигантское здание с купольной крышей и всевозможными залами.
Ёрым остановилась.
Знаешь. По-моему, мне не обязательно у тебя учиться.
Что?
Что ещё это значит?
На её лице не было ни намёка на шутку.
Просто… Я не потому, что ты поздно начал. Я подумала нормально и поняла. Я всё-таки дракон. Чему мне вообще нужно у кого-то учиться? Думаю, сама справлюсь.
…
Так что иди домой.
Сказав это, она вошла в комплекс. Волосы были кое-как собраны, и красный хвост прядей слегка качнулся из-под кепки.
Неожиданно.
Но просто закрыть тему и уйти Ю Джитхэ не мог. Он вошёл следом.
Ёрым одна пользовалась разными тренажёрами и делала упражнения с собственным весом. Ю Джитхэ молча наблюдал.
Иногда их взгляды встречались. Она лишь немного хмурилась и больше ничего не говорила.
В конце концов он спросил сам:
У тебя что-то случилось?
Нет?
Даже когда тренировка закончилась и они пошли обратно, Ёрым ничего не объяснила.
…
Ни начала, ни конца.
Я же сказала, иди домой. Хотя хочешь ходить следом
Уйти?
Ю Джитхэ в принципе мог её не учить.
Она всё равно дракон. Даже если ничего не делать, со временем станет сильнее сама. Его цель — просто защищать её от травм, поэтому насильно обучать причин не было.
Ему лишь было любопытно,
почему она вдруг изменила решение.
Регрессор, не умевший толком разговаривать о чувствах, решил просто походить следом.
На следующий день Ёрым каждые два часа переходила в другой тренировочный зал.
Несколько знакомых курсантов здоровались, но почти всё время она была одна. Больше ничего необычного.
Поэтому следующие три дня Ю Джитхэ продолжал сопровождать её и смотреть, как она тренируется.
На третий день совместных походов
в зале боевой подготовки его кто-то позвал.
Невысокая женщина. На синем бейдже: «Ха Юн, совместитель, профессор рукопашного боя».
Имя было знакомым.
Вы опекун курсантки Ю Ёрым?
Да. Ю Джитхэ.
Впервые встречаемся. Я хотела кое-что сказать.
Как часто бывало у людей с армейским прошлым, профессор Ха Юн без вступлений перешла к делу.
Вам стоит лучше следить за Ёрым.
…Что?
Я наблюдаю за ней ещё с позапрошлого месяца. Она тренируется совершенно неправильно. И настолько упряма, что не слушает ни профессоров, ни инструкторов.
…
Она чрезмерно нагружает суставы и мышцы. Мана у неё ещё не полностью прижилась в теле. Если продолжит так долго, скоро заработает хронические повреждения. Вы как опекун разве этого не понимаете?
Ю Джитхэ медленно провёл пальцами по нижней губе.
…И?
Если честно, у меня даже появлялась мысль, что вы ею пренебрегаете. Простите за прямоту, но впредь прошу следить за ней лучше. Ради правильного развития Ёрым.
Профессор сказала всё, что хотела, развернулась и ушла.
…
Оставшись один, Ю Джитхэ снова оглядел зал боевой подготовки.
Сложные тренажёры разных видов. Курсанты среди них.
И ни один не тренировался в одиночку.
Только Ёрым занималась одна и полностью игнорировала правила безопасности.
Сотрудники с синими бейджами, проходившие мимо, время от времени смотрели на неё и цокали языком. На лицах у всех была одинаковая обречённость.
И только тогда Ю Джитхэ понял,
почему Ёрым внезапно сказала, что больше не хочет у него учиться.
И что именно так изменило её отношение.