Том 3. Глава 15

Изуми Масамунэ, возраст — пятнадцать лет, старшеклассник, третий год обучения. Кроме того, я еще и писатель. Мой псевдоним — Изуми Масамунэ.

По различным причинам уже прошел год с тех пор, как я начал жить один со своей младшей сестрой-хикикомори.

Мне надо быстро стать независимым, чтобы поддерживать мою младшую сестру — вот что я когда-то думал.

Но сейчас я понял, что слишком многое на себя взвалил.

Потому что моя младшая сестра — синеглазая красавица с серебряными волосами, Изуми Сагири — это иллюстратор Эроманга-сэнсэй.

В некоторой степени её работа оплачивается выше моей.

Позволь мне позаботиться о тебе.

Она думала то же самое обо мне.

Это не твоя мечта — это наша мечта.

Мы вместе работали и вместе мечтали об одном.

Я влюбился в свою младшую сестру с первого взгляда. После того, как она отвергла меня, это чувство вспыхнуло лишь сильнее. Я люблю Сагири даже больше, чем раньше.

Я люблю её весь день и всю ночь.

У меня есть тот, кто мне нравится.

Но у Сагири уже есть тот, кого она любит.

Поэтому я попытался стать её братом, чтобы защищать её и поддерживать.

Хотя это и не звучит многообещающе, и не то чтобы я мог сделать хоть что-то сейчас... но...

План «вытащить Сагири наружу» всё ещё продолжался.

Это был единственный путь, чтобы моя младшая сестра смогла встретиться с тем, кого она любит.

Тогда я вытащу тебя из твоей комнаты и мы будем смотреть аниме вместе! Моя оригинальная история, твои персонажи, наше аниме!

Потому что это наша мечта.

Потому что это была самая радостная мечта в мире, о которой я мог думать.

Мы двое, смеющиеся вместе, не волнуясь о каких-либо плохих воспоминаниях. Я хотел, чтобы мы стали такими родственниками.

Теперь уже был август, время летних каникул.

После того как я сбежал от домашней работы, я проводил всё моё время за писательством. И я не занимался этим в своей комнате, как обычно. Сейчас я жил в редакторском отделе и продолжал вносить изменения в свою рукопись.

Некоторые из вас могли это уже и забыть, поэтому позвольте мне повторить:

В июле я участвовал в Мировом турнире ранобэ и выиграл его, чтобы получить право на публикацию моей истории. Моё новейшее ранобэ Самая милая в мире младшая сестренка было запланировано на публикацию десятого сентября.

Оооорррррррррряяяяяяяяяяяяяяяяя!!!! Я сосредоточил все свои силы на писательстве.

Я работал так, как я и привык писать.

Но в этот раз «решение принято в июле — публикация в сентябре», так что времени на работу было мало. Ну, хотя я так и сказал, но вы, наверное, не поймете меня.

Просто у моего редакторского отдела есть привычка к постановке крайних сроков для рукописей — три месяца до публикации, так что вы просто запомните, как это тяжело.

Ладно? Запомните?

В любом случае, причина, по которой я был недавно занят, была такой — план по публикации моей новеллы был сдан двадцатого июля.

Через десять дней после этого я представил на рассмотрение мою рукопись Мирового турнира ранобэ. Затем я встретился со своим редактором, представил мою отредактированную рукопись. Затем последовала еще одна встреча, редактура, проверка, дебаты, другая редактура, другие дебаты...

Так время шло до вчерашнего дня, когда я закончил свою финальную рукопись.

—Сделано. Всё сделано.

Я не говорил это как какую-то метафору, потому что когда вернулся домой, то так устал, что тут же заснул как убитый. И только что я проснулся.

—Хух... ах...

Я сделал несколько легких растяжек и зевнул.

Часы показывали, что сейчас шесть утра. Хоть я хотел поспать чуть больше, но...

—Ладно, надо вставать.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как я был дома, и я волновался о своей младшей сестре. Она питалась как надо? У неё всё в порядке? Она не забывала принимать ванну и чистить зубы перед сном?

Хотя самым важным было то, что я хотел увидеть лицо девушки, которую я люблю — Сагири. Я хотел доложить Эроманге-сэнсэю, что «Я закончил написание хорошего ранобэ!»

Конечно, оставалось множество возможных проблем до того, как оно уйдет на публикацию, и мне всё ещё не стоит расслабляться — но в любом случае, пока что я прошел.

«Бам!» — затрясся потолок.

Еще один день для меня и моей младшей сестры начался.

Её «требование завтрака» побудило меня к действиям. Я закончил с готовкой, положил всё на поднос и пошел к лестнице. Сегодня я сделал куриный салат с крутыми яйцами и фруктовый йогурт. Вкусы моей младшей сестры были довольно легки, но я решил сделать другую порцию для себя. Несколько дней питаясь только бэнто из супермаркета, я хотел съесть чего-то другого — не говоря о том, что у меня были тайные мысли.

—Сагири! Завтрак тут! — крикнул я перед «запертой дверью».

Обычно я оставлял всё в шаге от двери и уходил. Но сегодня я остался стоять здесь.

Хотя я знал, что Сагири не любила встречаться с людьми...

Но недавно... иногда мы встречались лицом к лицу.

И Элф. И Мегуми тоже. Возможно, они могли стать ей друзьями.

Вот почему... ну, ах да, я же был не в счет.

Я лишь хотел увидеть свою младшую сестру. Просто увидеть её ненадолго.

—Это плохо…

С прошлого года мы редко говорили. Прошлый же раз был...

Агх... черт... Я хочу увидеть Сагири...

Моя голова трещала от мыслей о младшей сестре.

Внезапно дверь открылась. Я этому очень удивился.

—Э?..

Я смотрел вперед. Запертая комната снова настежь распахнулась передо мной.

И передо мной стояла красивая девушка в юкате — Сагири.

—Я так и знала.

Моя младшая сестра не выглядела очень удивленной, обнаружив меня тут.

Возможно, она предугадала, что я буду тут... нет, нет — не время для этого!

—С-Сагири... что это за одежда?

Вид девушки, которую я люблю, в юкате заставил меня смотреть на неё не отрывая глаз. Я чувствовал себя так, словно могу умереть в любой момент.

Такая милая! Прошла всего лишь пара секунд, а ощущения были такие, словно у меня горела голова. Я даже видел галлюцинацию — ангела рядом с моей младшей сестрой.

Сагири посмотрела вниз и прошептала:

—Ну... это... юката...

Она была такой милой, что я был совершенно ею пленен.

Я не мог в это поверить. В юкате она была такой красивой.

Кстати, Сагири не использовала свои наушники, как обычно. Мы разговаривали друг с другом напрямую.

Она мельком глянула на меня и сказала:

—У... у...

Похоже, она собиралась что-то сказать.

Что же ты хочешь сказать? Как я могу понять, если ты ничего не говоришь?

Я подал ей поднос и спросил наугад:

—Почему ты... надела юкату?

—...

Похоже, что этот вопрос был «ошибочным». Сагири... надулась. Она забрала у меня поднос и поставила его внутри комнаты, а затем ответила:

—Потому что...

Но сколько бы я не ждал — дальше она не говорила. Это было что-то, что сложно было сказать?

Я изо всех сил постарался понять мысли моей младшей сестры.

Так, подумаем. Юката... Юката — это лето. Юката. Лето. Сейчас — август. Прошлым месяцем был Июль. Лето...

—Фестиваль фейерверков, верно?

—Э?

Глаза Сагири расширились.

Теперь я вспомнил. Около десяти дней назад, когда анонсировали результаты Мирового турнира ранобэ, в районе Адачи у реки Аракава проводился фестиваль фейерверков. Я не мог на него пойти, так как был в тот день занят.

—Возможно... ты хотела пойти на фестиваль фейерверков?

В этом случае... все очень плохо.

Она хотела пойти на фестиваль фейерверков, но не могла выйти наружу... Я оставил свою младшую сестру одну в течение долгого времени…

—Нет, всё не так.

Она быстро отвергла мою идею.

—Фестиваль фейерверков... можно полностью посмотреть дома по телевизору... хотя я немного и хотела там пройтись...

—Поэтому ты внезапно захотела туда сходить. Прости, я....

—Нет! Это всё не так! Так что... не заостряй на этом внимания! Ты и так сделал всё что мог!

—...

Как же так... Я начинаю себя чувствовать словно отец, которые не смог прийти на День Посещения своей дочери, а теперь она меня утешает?

В любом случае, Сагири имела в виду «пусть я и хотела сходить на фестиваль фейерверков, но это не та причина, по которой я одела юкату». У неё не было причин врать, так что это, наверное, была правда.

—Тогда... почему?

—С-совершенно просто так.

Сагири покраснела, она выглядела возбужденно.

Похоже, что она не планировала отвечать мне. Ну, забудем об этом. Пока я мог смотреть на то, как мила она была в этой одежде.

Всё же мне надо немного подумать о фестивале фейерверков. В этом месяце также должен проходить один... но как же всё сложно для людей, которые не могут выйти наружу. Мне надо что-то придумать.

—Нии-сан, о чём ты думаешь?..

Сагири посмотрела на меня и спросила это.

Так как я не хотел, чтобы она узнала, о чём я думал, а также не хотел ей врать, то я ответил:

—Ну, я думаю, что ты выглядишь очень красивой в этой юкате.

—Да, да.

—Как бы мне получше сказать...

—Ну, ну?..

—Ты выглядишь, словно Мурамаса-сэмпай.

—...

Э?

Почему воздух вдруг стал намного холоднее?

—Нии-сан, то, что ты только что сказал… повтори это, пожалуйста.

—Э... ну это...

Глаза Сагири так пугали! Словно у лоли-яндере!

—Я... имел в виду... что ты... выглядишь очень красивой в этой юкате... словно как Мурамаса-сэмпай... ну ты знаешь... Возможно, ты и не знаешь, но она обычно одета в такую одежду и ей она очень идет! Поэтому это я и имел в виду, когда говорил, что ты словно она...

—Хм!..

Э? Э? Почему её настроение становится всё хуже и хуже?

Я же стараюсь изо всех сил, чтобы похвалить её, верно?

—Забудь это... Нии-сан?

—Да?

—Она призналась тебе, не так ли?

—Эм…

Она словно сбросила бомбу на меня. Внезапная смена темы застала меня врасплох.

Да. Тот день в июле, который я не могу забыть.

У меня была дуэль с моим давнейшим заклятым врагом, величайшим автором ранобэ — Сенджу Мурамасой.

Я люблю тебя.

Она призналась мне.

Сэмпай, который был моложе меня, призналась мне.

—Как, как... как ты об этом узнала...

Это произошло на первом этаже этого дома — в гостиной. Сагири никак не могла услышать это.

—Это... Я просто знаю. Я могу сказать. Потому что она... с Нии...

Сагири злобно надулась и указала на сборник ранобэ JUMP, а затем сказала:

—Она призналась тебе твоим же способом, не так ли?

—Эм... ну да...

Возможно, Сагири знала, лучше, чем кто-либо другой, как Мурамаса-сэмпай призналась мне с помощью ранобэ в сто страниц. Прямо как я признался своей сестре с помощью ранобэ длиною в триста страниц.

Не говоря о том, что в своём ранобэ Мурамаса-сэмпай особо ничего и не скрывала... любой мог это понять, если читал внимательно.

Если говорить более конкретно, то это поняли я, Сагири, Элф, и мой редактор — Кагуразака-сан, тоже. Возможно, некоторые другие читатели также это заметили.

Думая об этом сейчас, понимаешь, что Мурамаса-сэмпай сделала действительное нечто совсем неожиданное.

Воистину, любовь сводит людей с ума.

—Прочитав это... Я поняла, как сильно... она любит тебя... это так ясно... но я не знала, как ты ей ответил.