Том 1 · Глава 170. Переосмысление великой классики (2)

—А почему бы нам не запустить ещё одну айдол-группу? С тех пор как появились Eddios и DiaTeen, интерес к айдолам не угасает. Даже если не взлетим, как минимум средний уровень обеспечен…

На слова Ли Хён Джи Кан Юн покачал головой.

—В прошлом году дебютировало больше ста таких групп. Не уверен, что стоит лезть в такой перенасыщенный рынок.

—Но ведь у нас достаточно идей, чтобы создать группу, которая будет выделяться, разве нет? Например, сделать упор на вокал или продемонстрировать максимум перформанса… Посмотри хотя бы на Eddios — продажи за счёт мужской аудитории просто колоссальные. Думаю, запустить ещё одну такую группу — неплохая идея.

В какой-то мере Кан Юн был согласен с Ли Хён Джи. Группа, которая привлекает внимание и при этом обладает высоким уровнем вокала или исполнения — это действительно могло бы «выстрелить».

Однако Кан Юн хорошо знал, как сложно довести женскую группу до успеха. Чтобы заявить о себе среди сотен подобных, нужно обязательно как-то привлечь внимание публики. Некоторые даже прибегали к сомнительным методам, вроде «случайного» оголения на сцене. Кроме того, в его прежней жизни, он видел, как большинство таких групп быстро угасают. Он не хотел идти на такой риск.

«Даже талантливые девушки, едва оказавшись в составе группы, сталкиваются с пренебрежением — мол, настоящих способностей у них нет. Предвзятость — страшная вещь. Сам по себе перенасыщенный рынок уже является вызовом, а бороться с подобным предубеждением ещё труднее…»

Кан Юн понимал: даже если он сам лично отберёт девушек для новой группы, это не даст никаких гарантий.

Он спокойно предложил:

—Почему бы для начала просто не выбрать стажёров? А уже потом решим — собирать группу или запускать сольный проект. Думаю, будет разумнее отталкиваться от их способностей.

—В этом есть смысл. Если подумать, то и Ын Ха, и White Moonlight, и Eddios — все они очень разные. У нас в World каждый обладает яркой индивидуальностью. Делать ставку на личность… может, в этом и есть наш стиль.

—Спасибо за понимание. Тогда давай проведём прослушивание. Только, думаю, стоит сделать его не публичным, а закрытым.

—Что? Закрытым?

Ли Хён Джи удивлённо склонила голову. В большинстве агентств вроде MG, YeRang, YoonSeul или недавно появившейся GNB давно уже практикуются открытые прослушивания. Люди, мечтающие стать певцами, сами приходят, что удобно для компании — экономятся и время, и ресурсы.

И вот теперь Кан Юн предлагает отказаться от таких преимуществ. Она задала вопрос:

—Стажёры, конечно, важны, но где мы найдём кандидатов? В прошлый раз ты раздавал визитки уличным артистам, но никто так и не откликнулся. Закрытое прослушивание требует связей или бюджета. Разве мы потянем?

(п.п: если интересно, почитайте в интернете, чем отличаются открытые прослушивания от закрытых и почему для последних нужны связи или деньги.)

Ли Хён Джи была настроена скептически. По её мнению, проще и надёжнее — оценивать тех, кто сам пришёл.

Поняв её сомнения, Кан Юн начал убеждать:

—Напомни, как к нам попала Джи Мин?

—Ну… ты её привёл.

—Как думаешь, в чём преимущество такого подхода?

—Хм…

Ли Хён Джи задумалась, подперев подбородок рукой. Ким Джи Мин тогда вылетела с кастинг-шоу, и именно Кан Юн нашёл её, взрастил и вывел на звёздный уровень.

«— Учитель!»

Одно лишь обращение Ким Джи Мин к Кан Юну выражало всё.

«Он её благодетель, её опора, она считает его почти что семьёй…хм, family?»

Ли Хён Джи сразу поняла, к чему он клонит.

—Семья — это закрытый круг. Со стороны не разглядеть, что происходит внутри. Но члены семьи знают друг о друге всё. И связаны крепкими узами. Например, я — отец, а ты…

—Я — незамужняя девушка! — Ли Хён Джи надула губы, изображая обиду. Кан Юн рассмеялся.

—Ха-ха-ха! Я тоже пока холост.

—Такие разговоры (про семью) обычно ведутся после свадьбы…

—Хочешь, я тебя с кем-нибудь познакомлю?

—Лучше сначала себе пару найди, хотя… есть тут несколько твоих безумных фанаток.

—А?

—Да ничего, забудь.

Ли Хён Джи пожала плечами — развивать тему она явно не собиралась.

Разговор снова вернулся к теме стажёров.

—Я хочу как следует развить наш сайт. Благодаря White Moonlight и Eddios он стал немного активнее, но сейчас туда в основном заходят только фанаты. Я хочу добавить больше музыкального контента и информации о наших артистах. А ещё можно использовать видеоплатформу Tune для поиска талантов.

—То есть ты предлагаешь принимать UCC-заявки через сайт или искать талантливых ребят на Tune и приглашать их на прослушивание?

—Да. Что касается самого прослушивания — большую часть будем просматривать мы с тобой, а иногда можно будет подключать некоторых наших артистов.

Изначально настроенная скептически, Ли Хён Джи теперь, похоже, прониклась идеей — она хлопнула в ладони.

—Это довольно нестандартно. Можно даже использовать как часть маркетинга: этакая тесно связанная группа людей, которые заботятся друг о друге… World Family, так сказать?

—World Family?.. А что, звучит неплохо.

Когда план по набору стажёров более-менее сформировался, Кан Юн потянулся.

—Пойду к Со Ён, пора поработать.

—Удачи. Надеюсь, у неё всё получится.

Пару раз похлопав Кан Юна по широкой спине, Ли Хён Джи покинула крышу.

—Хааа…

Пак Со Ён тяжело вздохнула.

—С чего тут вообще начинать…

Она запустила программу для аранжировки и попыталась собрать в голове мелодические образы, но — увы. Ничего путного не всплывало. Точнее будет сказать: в голове стояла глухая, звенящая пустота.

Песня, которую ей поручили, называлась «Проспект» — хит 1987 года. Это была спокойная композиция с акцентом на акустическую мелодию.

«Джи Мин хотела, чтобы песня сохранила своё оригинальное звучание.»

Со Ён принялась настраивать оборудование с учётом пожеланий Ким Джи Мин, но вскоре покачала головой. Воссоздать нужное звучание оказалось непросто.

Проблема началась уже с ударных. Она перебрала десятки различных тембров, пытаясь подобрать нужный, но ни один не звучал достаточно хорошо. В оригинале это было сделано куда лучше. А если не удаётся даже с ударными, то что уж говорить о басе или мелодической линии, которая должна лечь поверх…

В итоге, промучившись в одиночестве несколько часов, Пак Со Ён не выдержала и с воплем вцепилась в волосы:

—Всё! Не могу, не хочу, не буду!!

Она вскочила, начала метаться по комнате, то приседая, то подпрыгивая, в отчаянной попытке найти хоть какую-то идею. Но вдохновение не приходит по заказу. Волос на голове у неё заметно поубавилось.

И тут в студию зашли гости — Ким Джи Мин и Кан Юн.

—Онни?

—О, Джи Мин…

Со Ён поспешно пригладила волосы, но было уже поздно — её состояние и паника были слишком очевидны.

Кан Юн покачал головой.

—Всё ещё ничего не придумала?

—Эээ… ну, это…

Со Ён замялась. Сказать, что не сделала ни строчки, — всё равно что подписать себе приговор.

Но Кан Юн лишь усмехнулся и дружелюбно похлопал её по спине:

—Джи Мин.

—Да?

—Какую сцену ты хочешь?

—Ммм…

Ким Джи Мин задумалась — вопрос был неожиданным.

В воображении возник свет прожектора, освещающий только её. Слаженная игра живой группы, танцовщица в лёгком наряде, парящая в танце, и зал, в котором зрители поднимаются со своих мест и машут руками. [1]

Темп — не быстрый и не медленный, но достаточно ритмичный, чтобы завести публику. Такой и была её идеальная сцена.

Собрав мысли, Джи Мин спокойно озвучила своё видение. Кан Юн обернулся к Пак Со Ён с лёгкой улыбкой:

—Ну что, чувствуешь направление?

—Да! — Пак Со Ён, лихорадочно записывавшая всё, что говорила Джи Мин, с энтузиазмом закивала.

Кан Юн добавил:

—Когда не знаешь, с чего начать, просто поговори с артистом. В конце концов, именно он будет стоять на сцене.

—Верно… И почему я сама до этого не додумалась? — Со Ён хлопнула себя по лбу — к ней явно начало возвращаться вдохновение.

Ким Джи Мин тоже поддержала её:

—Онни, можешь позвонить или написать мне в любое время.

—Хорошо, договорились.

Пак Со Ён почувствовала себя глупо из-за своей паники. Она игриво показала язык и улыбнулась.

Когда она надела наушники и вновь принялась за аранжировку, Кан Юн и Джи Мин тихо вышли из студии, закрыв за собой дверь.

—Эй~, кого я вижу? Это же наша великая актриса!

Джу А вошла в комнату отдыха и, поздоровавшись с младшими коллегами, помахала рукой Джин Со — той, кто здесь почти никогда не появлялся.

—Добрый день, онни, как дела?

—Ну и что это за официальность такая?

Сегодня Мин Джин Со была непривычно сдержанной, но Джу А лишь рассмеялась и крепко сжала её руку.

—Эй, онни, как ты? Всё хорошо?

—Фуфу, как обычно — всё хорошо. А ты как?

Когда две топ-звезды уселись на диван в лаунже, остальные стажёры тут же вышли. Их харизма была такой сильной, что младшие просто не могли выдержать давление.

Но, похоже, ни одну из них это не волновало.

—ЧТО?! Ты ездила на отдых с ребятами из World? И не позвала меня на такое весёлое мероприятие?

Услышав про виллу на Чеджудо, где отдыхали сотрудники World Entertainment, глаза Джу А загорелись.

—Ты тогда была в Японии.

—Ну и что? Сказать-то всё равно могла бы. Джин Со, ну разве так поступают?

Увидев, как сильно она расстроилась, Мин Джин Со с виноватым видом ответила:

—В следующий раз обязательно позвоню.

—Тьфу… я всё лето вкалывала… Последние пару лет у меня такое ощущение, что работы всё больше и больше. А ты кайфуешь, да? В бикини щеголяешь?

—Я не носила бикини, только шорты…

—Но в море-то залезла? Так ведь?

Когда Мин Джин Со кивнула, Джу А закусила губу от зависти. Пока одни пашут, другие отдыхают...

—Ааа, как же я хочу повеселиться… да чтоб этот контракт в аду горел!

—Онни, ты ведь уже на таком уровне, что о контрактах волноваться не надо.

На это Джу А округлила глаза:

—Ты чего? Репутация — это всё. Стоит тебе перейти в другую компанию — сразу начнут шептаться, будто ты предательница. Пока ты на вершине — всё в порядке. Но если сорвёшься… Кто тогда тебя прикроет? Только компания. Не так-то просто уйти от тех, кто помог тебе вырасти.

—В этом ты права… Но если компания начинает творить чёрт знает что, разве это не повод задуматься?

Было общеизвестно, что Мин Джин Со плохо ладила с директорами. Некоторые даже спорили, когда же она наконец уйдёт из компании. Разумеется, Джу А тоже была в курсе.

—Я и сама этих старых маразматиков не выношу. Но тот, кто меня взял и вырастил — это председатель Вон. Я перед ним в долгу. Разве можно вот так взять и уйти?

—……

—У тебя, конечно, совсем другая история. Твоим благодетелем был Кан Юн-оппа. Чёрт… будь у меня такая возможность, я бы, не думая, ушла.

Говоря это, Джу А горько улыбнулась.

Хотя её поведение часто казалось легкомысленным, для Джу А MG была превыше всего.

Это была компания, которая сделала из неё певицу.

Пусть того человека уже нет, но Джу А хотела сохранить верность его имени.

Мин Джин Со инстинктивно обняла Джу А. Та немного растерялась, но всё же похлопала её по спине.

—Онни…

—Что с тобой, девочка? У тебя ведь всё хорошо, правда? Никто и слова не скажет, если ты решишь уйти к Кан Юну.

—……

Мин Джин Со ничего не ответила. Все и так знали, как сильно она тянулась к Кан Юну. Многие были уверены — если World Entertainment станет крупнее, она без колебаний перейдёт туда.

Мин Джин Со немного помедлила, а затем заговорила:

—А что, если… ты пойдёшь со мной?

Джу А на миг замерла. Она впервые услышала от Джин Со такие прямые слова. Но её лицо тут же омрачилось.

—Эх… нет, я человек MG. Мы с тобой — разные.

—Но онни, здесь же…

—Хватит. Я всё понимаю. Но для меня это вопрос принципа. Вот если бы Кан Юн-оппа купил MG, это другое дело. Но уйти сама — не смогу.

—Онни…

—Фуфу, наверное, я и правда слишком сложная. Но пойми меня. Мы же обе женщины — а женщин простыми не назовёшь.

С лица Джу А не сходила горькая улыбка.

В глубине души она понимала: после ухода председателя Вон Джин Муна компания катится в пропасть. Но она просто не могла бросить агентство, которое её вырастило.

—Ах… Если бы Кан Юн-оппа просто купил эту компанию. Тогда мне бы ничего не оставалось, кроме как подчиниться, правда?

Шутка Джу А вызвала у Мин Джин Со странную тяжесть на сердце.

Сайт World Entertainment был обновлён.

Теперь там можно было найти не только информацию об артистах агентства, но и массу полезных материалов по обучению музыке. Там публиковались статьи по теории музыки, обучению игре на инструментах, вокалу, основам гармонии и многому другому. Некоторые даже путали сайт с образовательной музыкальной платформой.

После обновления поток посетителей заметно увеличился. Если раньше это были в основном фанаты, то теперь среди пользователей появились и те, кто просто интересуется музыкой или изучает её профессионально. На фоне этой активности на сайте появилось объявление:

—Приём UCC-видео для участия в закрытом прослушивании World Entertainment –

Условия были просты: нужно выбрать любую песню, записать видео с исполнением вокала или танца и загрузить его на сайт.

Хотя сам термин «закрытое прослушивание» у некоторых вызывал сомнения, в целом реакция была положительной. Пусть ажиотажа не было, но ежедневно загружалось по крайней мере 10 новых видео.

Разумеется, просматривать эти видео приходилось Кан Юну и Ли Хён Джи, глаза у которых уже покраснели от усталости.

—Хм…

Кан Юн снял наушники после очередного видео, где мужчина делал хедспин.

Так как он не мог видеть музыкальные ноты на видео, ему приходилось внимательно вслушиваться — и это утомляло.

—Нет, не годится.

Ли Хён Джи тоже недовольно вздохнула, посмотрев видео с девушкой, которая пела. Она пересматривала записи по несколько раз, чтобы не ошибиться в оценке, и тоже была измотана.

Прошло уже несколько дней. Все сотрудники компании в перерывах между делами продолжали просматривать поступающие видео.

—Сегодня тоже ничего, — с сожалением сказала Ли Хён Джи.

—Да уж, — кивнул Кан Юн.

Говорят, даже на открытых прослушиваниях из ста кандидатов проходит один.

«Если бы только я мог видеть музыкальные ноты через видео… Нет, мне нужно развивать слух. Нельзя всё время полагаться только на ноты».

У него, как у профессионала, конечно, был слух, но даже он не мог с уверенностью сказать, что превосходит всех в этой сфере. И сейчас, когда ему приходилось судить без нот, он испытывал трудности.

Внезапно их позвал Ким Чжэ Хун, который просматривал видео на компьютере Чон Хе Джин.

—Хён, директор!

—А?

Они подошли к нему. Ким Чжэ Хун снял наушники и переключил звук на колонки.

—Послушайте. Эта девушка поёт трот — голос просто потрясающий!

—Трот?

Глаза Ли Хён Джи округлились — такой жанр она точно не ожидала услышать.

—Трот? Не уверена, что у него будет коммерческий потенциал…

—Н-ну, может, всё же стоит послушать?

Ким Чжэ Хун немного смутился от реакции Ли Хён Джи.

Жанр трот давно начал терять популярность из-за сложности в привлечении молодой аудитории. А тут — молодая девушка поёт трот? Ли Хён Джи не видела в этом особой перспективы.

Но Кан Юн был другого мнения.

—Думаю, стоит сначала послушать, а потом уже делать выводы.

Он был прав — Ли Хён Джи кивнула в знак согласия.

Когда Ким Чжэ Хун включил видео, на экране появилась девушка лет двадцати с пустой бутылкой из-под соджу, в которую была вставлена ложка.

—Это что, корпоратив?

Ли Хён Джи была поражена увиденным.

[1] Думаю, это очевидно, но всё же уточню. Живая группа» (или «живой бэнд», «живой состав») — это музыкальный коллектив, который исполняет музыку вживую, на реальных инструментах, а не под фонограмму или минусовку.

[2] Уже писал об этом, но стоит напомнить. UCC (User Created Content, также иногда расшифровывается как User Generated Content) — это контент, созданный пользователями. В корейском контексте этот термин часто используется для обозначения видео, снятых и загруженных обычными людьми (не профессионалами), например, для участия в конкурсах, прослушиваниях или просто для публикации в интернете.