Том 1. Глава 106

Глава 106.

Психея недоумённо взглянула на графа, бормотавшего неведомые ей слова.

После чего лицо Эрика исказилось сильнее.

—Хотите сказать, не сможете?

—Зачем мне это делать?

—Ха, — Эрик холодно усмехнулся. — Не ожидал, что у Вас есть и безжалостная сторона.

—Не понимаю, к чему Вы ведёте. С чего бы мне давать Вам, граф, время?

При виде её искреннего непонимания Эрик стёр с лица своё прежнее выражение.

Он полагал, что Психея решит убить его.

Поскольку Эрик был единственным свидетелем инцидента, он ожидал, что принцесса воспользуется им как наживкой, чтобы выманить вора знака и вытянуть из него информацию.

Но…

А, точно. Эта принцесса совершенно не ведает, как пользоваться людьми, – Эрик облегчённо вздохнул и честно признался в своих мыслях.

—Если сделаете из меня приманку, с лёгкостью его схватите.

Даже если не я сам, прикажет кто-то другой, – он подумал, что лучше самостоятельно взять на себя эту роль, а взамен выиграть время на выбор преемника.

Но Психея твёрдо отказалась, помогая ему подняться:

—Не собираюсь.

Эрик застыл от неожиданного ответа. «Силькисия», но сказала так?

Но вскоре резко спросил о пришедшей к нему в голову догадке:

—Разве тот знак не был важен? И не страшно, если не вернёте?

—Нет, его нужно вернуть.

—…Тогда почему? — он, казалось, искренне не понимал. — Почему Вы не желаете меня использовать?

—Я уже говорила Вам раньше. Я не намерена закрывать глаза на Вас и Ваши чувства, граф. Вы не желаете умирать.

—…Неужто Вы считаете меня полезнее, чем знак?

—Это не вопрос пользы, — Психея вздохнула.

Тело и без того было тяжело контролировать, так ещё и измоталась, оказывая графу поддержку в бою.

—У меня нет намерения использовать Ваши чувства каким-либо образом. Буквально.

—Даже если на кону будет Ваша жизнь?

—Да.

—… — Эрик напрягся от её лаконичного ответа.

На какое-то время мужчина опешил и замолчал, но после еле слышно спросил:

—Есть кое-что, что я хотел бы у Вас узнать.

—Спрашивайте.

—Вы, принцесса, участвуете в турнире. Очень важном турнире, что определит Вашу жизнь. В финале турнира Вам пришлось биться с другом, которому Вы могли бы доверить собственную жизнь.

Девушка поняла, что имел в виду Эрик.

Должно быть, он о том разе, когда соревновался с Изаром за должность заместителя командира Икаша.

—Турнир был важен и для него. Поэтому вы пообещали друг другу выложиться на все сто и биться без сожалений. Между тем за день до финала Вы нашли способ не допустить своего друга в финал, — Эрик, сказавший эти слова, вздохнул. — Что бы Вы сделали, принцесса?

—А что я должна делать? — ответила Психея, приняв устойчивое положение. — Сражусь с ним в финале.

—Это определит Вашу жизнь.

—Придётся выложиться на полную.

—Вы можете проиграть. Нет, Вы стопроцентно проиграете.

—Тогда ничего не поделать. Значит, я была недостаточно хороша.

—Разве в Вас не вспыхнет эгоизм? — он повысил голос.

—Такой уж я человек.

—Тогда Вы не сможете дойти до финала…

—Я не настолько слаба, чтобы прибегнуть к такому подлому ходу.

—Нет, если предположить, что Вы стопроцентно проиграете…

—В мире ничего не случается стопроцентно. Но если я стопроцентно проиграю, значит, мне там попросту не место.

—…

—Я задам Вам встречный вопрос. Что насчёт Вас, граф? Вы бы помешали выступить своему другу в финале?

После тягостного молчания он приоткрыл губы:

—…Помешал, — но его слова не несли уверенности. — Должен. Должен был так…

Он раз за разом повторял одно и то же снова и снова, словно пытаясь убедить самого себя.

Пока в какой-то момент не замолк.

—Вам в самом деле не место в кресле герцога, — бросил мужчина в конце.

И более не раскрывал рта, пока его не отвели в храм Висенте и не позволили жрецу осмотреть его раны.

—Принцесса! — Берндия, запоздало получивший известие о теракте, вбежал внутрь.

Психея, лежавшая на храмовом ложе с забинтованной лодыжкой, со стоном проснулась.

Святая сила жреца могла исцелить лишь рваные и резаные раны, так что они справились с мелкими повреждениями. А вот с вывихом лодыжки при побеге ничего нельзя было поделать.

—Вы в порядке? Ранены?

—Меня излечили. Всё хорошо, — она показала тыльную сторону ладони и плечо, на которых не осталось и следа прежних ран. — Что важнее. Знак украли.

—Об этом будем думать позже. Травм больше нет?

—Да, всё в порядке.

Берндия испытал облегчение, видя, что она в самом деле легко отделалась.

Когда герцог узнал, что магазин, где находилась принцесса, обрушился, у него сердце в пятки ушло.

Пускай он и говорил, что у носителей дара крепкие тела и хорошая выносливость, благодаря чему они не умрут легко, сам Берндия сейчас об этом даже не задумался.

Не говоря уже о том, что сейчас принцесса неспособна использовать свой дар.

—Давайте вернёмся, — убедившись, что больше никаких травм нет, он осторожно поднял Психею на руки.

Поскольку служители храма уже сделали всё, что могли, пора было вернуться в Лестир и отдохнуть.

—Я могу пойти сама, — смутившись под удивлёнными взглядами жрецов, Психея попыталась слезть на пол.

—Я тоже могу ходить. И куда лучше Вас, принцесса.

—Я не это хотела сказать.

—Мне пойти туда, где меньше людей? — Берндия понял причину её смущения и сменил направление.

Он отправился куда-то далеко, что даже принцесса засомневалась, есть ли там вообще проход, и прошёл по белому, извилистому, будто в лабиринте, коридору

Как ни посмотри, а это не дорога для посетителей, так что Психея заколебалась и спросила:

—А нам можно здесь пройти?

—Да, всё в порядке. Я часто здесь бывал.

Это произошло в детстве, когда я попал в беду из-за своего дара, – но Берндия не стал вдаваться в подробности.

И вот так, когда они уже были у выхода из коридора, предназначенного для жрецов…

—Откровение гласило: «Потерявшая свет слава поглотит свет солнца».

…то кое-что услышали.

Юный жрец-подмастерье, которому, казалось, только недавно исполнилось десять, говорил со жрецом низшего ранга.

—Слышал, что человеком из откровения была принцесса Лилиан, а не принцесса Глориэль. Это правда?

Берндия замер.

Кто человек из откровения?

Пока что оставалось неясным, кто им является.

Большинство сошлось во мнениях с заявлением Логана Силькисия, что оно имело отношение к «имени».

Так же, как и я.

—Пока что мнения разделились, — произнёс низкоранговый жрец с веснушками на лице.

На вид он был юношей, только-только вступившим в период полового созревания.

—Сказать по правде, я сам думал, что речь о принцессе Глориэль. Но теперь, узнав о результатах церемонии, больше в том не уверен.

—Вот бы Бог выразился яснее, — словно сожалея об этом, облачённый в большой, плохо сидящий на нём наряд священнослужителя, жрец-подмастерье выпятил губы, будто утка.

К таким вопросам нельзя относиться легкомысленно, ведь на карту поставлена чья-то судьба. Но мальчик, видимо, не слишком глубоко задумывался в силу юности.

Берндия приблизился к ним, нарочно топая.

Мужчина всё ещё нёс принцессу на руках.

—Могу я узнать, что вы сейчас обсуждали?

—Ох.

—Ик.

Он даже обратился с наивысшим почтением, дабы выразить своё уважение к священнослужителям. Но лица тех, ведавших о дурной славе Берндии, побледнели.

Особенно при виде Психеи у него на руках, прятавшей лицо в ладонях.

—З-здравствуйте, уважаемый старший брат.

—Пусть судьбой Вашей Светлости и принцессе не будет уготовано бед.

Берндия остановил их, попытавшихся удрать после спешного приветствия:

—Вы говорили о человеке из откровения.

—Э-это…

—Просим прощения… — низший жрец, не ожидавший здесь встретить гостей, растерялся.

Священник-подмастерье спрятался за ним, не зная, что делать. Его глаза были настолько несчастными, что, казалось, мальчик расплачется, скажи герцог ещё хоть слово.

—Если кто увидит, решит, что я вас съем.

—Пожалуйста, отпустите меня, — Психея, прятавшая раскрасневшееся от стыда лицо, вступилась, вновь попытавшись отговорить.

Берндия неохотно спустил её на пол.

Наконец встав на твёрдую землю, девушка наклонилась и заглянула в глаза двум священнослужителям.

—Это касается меня, вот я и хотела бы послушать. Не могли бы вы рассказать?

—Это…

Мало того, что речь касалась державшегося в тайне дискриминанта Лилиан…

Жрец, который должен был предельно ясно передавать волю Божью, не мог примешать к ней своё личное мнение, если желал избежать неприятностей. Поэтому низший жрец не мог ответить без оглядки на своё положение.

Подмастерье ещё теснее прижался к спине старшего коллеги, поскуливая.

Как вдруг позади них, попавших в такую передрягу, сошёл спасительный луч света.

—Могу я чем-нибудь вам помочь?

Два жреца дружно обернулись и мгновенно просияли.

—Жрец Селио!

—Хны-ы-ы! — жрец-подмастерье подбежал к нему и обнял.

Мужчина по имени Селио погладил растерянного и перепуганного ребёнка.

—Что… — он оборвался на полуслове, запоздало заметив гостей.

Что ещё сказала эта дьявольская пасть юным жрецам? – читалось в его взгляде.

Берндия ухмыльнулся:

—Ничего мы не сделали.

Психея выпрямилась, герцог же лишь небрежно пожал плечами.

Очевидно, что у меня никогда не было каких-либо связи с почитателями Висенте, но почему-то этот жрец странно знаком.

Где я могла его видеть? – Психея сощурилась, после чего тихо выдала «А-а».

—Это ведь Вы привели Лилиан?