Том 1 · Глава 52. 5★ Матерь Дурных Знамений Карне — (1)
На следующий день, еще до рассвета, Альянс вызвал нас.
Когда мы в спешке прибыли в штаб, обстановка разительно отличалась от вчерашнего затишья: повсюду сновали пробужденные и сотрудники. Казалось, на службу вывели даже тех, у кого был выходной. Они суетливо перетаскивали оборудование, а на их лицах читалось сильное напряжение.
Я подошел к Лэйху, лидеру Альянса, который в самом центре событий четко и слаженно раздавал указания.
Что случилось?
Сегодня на рассвете пал Второй лагерь.
Лагерь?
...Лагерь беженцев.
Лэйху объяснял с мрачным видом, а Лаоин, который, видимо, догадывался об истинной сути этих мест, переводил с горькой усмешкой.
Я и сам вчера узнал от Мириэн всю подноготную. И только Ю Джунсо, нахмурившись, недоуменно качал головой.
Пал лагерь беженцев? От чьих рук?
От чьих же еще. Бедствия.
...Это опасно?
Разумеется, опасно.
То, что пал Второй лагерь — а проще говоря, «человеческая башня-приманка» — означало, что Бедствия начали полномасштабное движение.
Бедствия никогда не перемещаются по своей воле. Если их не провоцировать намеренно, они обосновываются на месте, создают Гнездо, наращивают силы и формируют подземелье. Только после создания данжа начинаются Выбросы, но даже тогда количество выходящих монстров невелико.
Другими словами, случаи, когда полчища Бедствий совершают массовую миграцию, как сегодня, — огромная редкость.
Да.
Почти никогда... но всё же это случается.
∗Динь!∗
Системные окна всплывали одно за другим.
Как я и думал, Матерь Дурных Знамений Карне начала полномасштабное вторжение.
Как говорила Селена, Карне могла бы захватить Пекин в любой момент, если бы захотела. Но она перешла к действиям именно на следующий день после моего прибытия в Китай.
А значит...
«Она ждала меня».
Я не верил в такие совпадения.
Карне — Бедствие с более высоким показателем навыков выслеживания, чем у Мириэн.
Она наверняка шла по моему следу с того самого момента, как моя нога коснулась китайской земли.
«Похоже, я невольно стал катализатором падения Китая...»
Судя по всему, эта страна и так была обречена из-за обилия Бедствий, но мои действия определенно ускорили финал. Ответственности мне не избежать.
Укоры совести снова дали о себе знать.
Но сейчас не время для рефлексии.
Я отогнал лишние мысли и похлопал Лаоина по плечу.
Спроси у Лэйху. Что они намерены делать теперь?
Лаоин передал вопрос, и Лэйху вместо ответа с решительным видом повернул голову на запад. Лаоин пожал плечами:
Говорит, будут сражаться до последнего.
Значит, ответный удар всеми силами.
Сейчас все пробужденные Альянса выдвигаются к Первому лагерю беженцев. Бедствия неизбежно направятся туда. Гораздо эффективнее выстроить линию обороны в лагере, чем пытаться защитить весь Пекин.
Лаоин изложил план операции.
Лэйху посмотрел на меня и Ю Джунсо с надеждой в глазах.
Пусть мы другой национальности, но мы — такие же пробужденные, да еще и S-ранга.
Лэйху отчаянно нуждался в нашей помощи.
...Ничего не поделаешь.
На самом деле, просил бы Лэйху или нет, я и так собирался на запад вместе с Альянсом.
Матерь Дурных Знамений Карне. Раз уж это я выпустил её на волю, мне и разгребать последствия.
Я пойду с вами.
Простите?
Ю Джунсо, конечно, тоже не скрывал шока.
Д-Джуён-сси... ты серьезно? Какое нам дело, передохнут эти «чжанкэ» или нет? Бедствия ведь не переплывут море. А если и переплывут, наша страна маленькая, обороняться проще...
...Ну, в чем-то вы правы.
Но проблема в том, что в их смерти будет и моя вина.
Карне начала движение, чтобы найти меня, и, по иронии судьбы, её цель — Пекин.
Однако я не мог сказать правду. Пришлось выдумать подходящий предлог.
Я не могу стоять в стороне, когда на моих глазах гибнет столько людей. Давайте сделаем всё, что в наших силах.
Лаоин не стал переводить мои слова дословно, но настрой и атмосфера передали смысл лучше любого языка.
Взоры всех пробужденных в штабе Альянса одновременно обратились ко мне.
Даже те, кто еще вчера смотрел на корейского гостя с неприязнью, теперь взирали на меня с благоговением, как на героя.
...
Лучше бы они так не смотрели.
Чувствую себя «плохим мальчиком».
«Блять, сука, пиздец».
Сидя на заднем сиденье фургона, Ю Джунсо мысленно изрыгал проклятия.
Как он до такого докатился?
Ничего не шло по плану.
Вообще-то, эту поездку в Китай Нам Джуён затеял самовольно. Ю Джунсо поехал за ним на кураже, радуясь, что тот признает в нем равного S-ранга.
Но что это за ситуация?!
Скоро прибудем. Армия воронов находится в 70 километрах от лагеря.
Пробужденный, похожий на этнического китайца, доложил Ю Джунсо обстановку.
Слушать не хотелось.
Реальность давила бетонной плитой.
Оборонять Сеул было нетрудно. Но масштаб событий в Китае был иного порядка. Число монстров исчислялось десятками тысяч. И, говорят, среди них три 4★ Бедствия.
А в китайском Альянсе, если собрать всех до единого, не наберется и тысячи бойцов. Это значит, на каждого приходится по десять монстров — чистое самоубийство.
«Нам Джуён, ублюдок...»
Ю Джунсо, нахмурившись, костерил Джуёна, который ехал в машине следом.
Он совершенно не понимал этого человека.
В Башне тот вел себя как герой. А спустя пару недель — уже шантажирует правительство и вертит всеми как хочет.
То ли герой, то ли злодей. Ю Джунсо не знал, под какую дудку ему плясать.
Но одно он знал твердо.
«Результат всегда был в его пользу».
Поступки Нам Джуёна на первый взгляд казались безрассудными, но в итоге приносили блестящие плоды.
Может, и эта помощь китайцам — не пустой альтруизм, а часть какого-то хитрого плана?
«Ай, плевать. Просто буду держаться к нему поближе».
Выход был один. Ю Джунсо решил «присосаться» к Джуёну.
Лучше быть сытым комаром, чем голодной бабочкой.
Только Ю Джунсо собрался с духом, как вдруг...
∗К-р-р-рум!∗
Дорога содрогнулась. Пробужденный на пассажирском сиденье переговорил по рации и ошарашенно обернулся.
Ч-что происходит?!
Там... S-ранг, который ехал с нами... он внезапно вышел из машины на ходу и улетел на драконе...
...Чего?!
Ю Джунсо пулей высунулся из окна.
Грозовой Дракон Темпестрада, широко расправив крылья, величаво парил в небе.
...Этот ублюдок... неужели...
Он сваливает?
Бросил меня здесь?!
...
У Ю Джунсо случился очередной приступ его «хронической болезни».
Лететь сквозь небо, забитое смогом и пылью, было крайне неприятно.
К счастью, у меня уже был опыт полетов на спине Дракона во время инцидента с Мириэн. Вместо того чтобы паниковать, я крепко вцепился левой рукой в чешую Темпестрады, а правой открыл окно статуса.
Господин, вы звали.
Ты видишь, что происходит. Сейчас мы на полной скорости летим к Карне. Если её монстры примут нас за врагов и атакуют
Прорываться в одиночку в стан врага... не слишком ли это опасно?
Опасно, конечно.
Но у меня нет времени на неспешные прогулки с Альянсом.
Приспешники Карне каждую минуту приближаются к Первому лагерю-приманке.
Если я прибуду первым и всё улажу, удастся избежать лишних жертв.
Но мой альтруизм Селене явно был не по душе.
Моему скудному уму не дано понять, почему мой господин так печется об этих низших существах. Однако... раз таков приказ, я не буду задавать вопросов, а исполню его ценой своей жизни.
Селена обнажила «Огненный Меч Преисподней». Пламя на клинке, резонируя с «Меткой Святого Пламени», вспыхнуло золотом.
Вскоре на горизонте показалась армия Дурных Знамений, окрасившая небо в черный цвет.
В паре километров над нами Мириэн следила за ситуацией через магию.
Даже если вороны атакуют, они не опасны, пока сама Карне не вступит в бой.
Однако, вопреки всем опасениям, армия Карне не напала.
Напротив, монстры расступались перед Темпестрадой, открывая нам путь.
Зрелище напоминало библейское чудо Моисея: перед нами словно разверзлось черное море.
Похоже, Карне тоже хочет встретиться со мной.
Господин, ни на шаг не отходите от меня,
Темпестрада замедлила ход. Мы летели сквозь живой коридор из воронов. Спустя некоторое время...
Актер.
...
Ты проделал долгий путь, моё дитя.
Наконец я увидел её — третье пятизвездочное Бедствие, которое я когда-то «уволил». Матерь Дурных Знамений Карне.
Она парила в воздухе, бесшумно взмахивая крыльями, а на её губах играла тонкая, холодная улыбка.
...О, мой мальчик. У этой никчемной матери накопилось к тебе очень много слов.
По крайней мере, её чувства ко мне сейчас были далеки от любви.
Пара крыльев на её пояснице начала светиться зловещим черным светом.