Том 7 · Глава 62. Приглашение Магнум Опуса

—Ну так о чем ты хотел поговорить?

Двор академии Сэйдокан. Прибыв к беседке, Юлис сразу же перешла к делу.

В кабинете школьного совета Аято согласился присоединиться к команде Клаудии и, закончив с формированием команды для Грифов, взял с собой Юлис, чтобы поговорить с ней.

—Вечно ты так.

—Ничего не поделать, такой у меня характер. Да тут еще и холодно.

На дворе как раз стояла зима.

Хотя здесь было не так холодно, как в той же Лизельтании. Но если долго стоять, то мороз пробирал до костей.

—Может, найдем другое место?

Место было не так уж важно на самом деле.

—Не стоит. Если ты меня привел сюда, значит не хочешь, чтобы кто-то нас подслушал, так?

—Нет, не в этом дело. Я всё равно собирался рассказать всем об этом. Просто… Юлис, я хотел сначала рассказать тебе, — сказал Аято, отчего Юлис нахмурилась.

—Хм… судя по твоему лицу, разговор не из приятных. Давай быстрее с ним покончим. У нас и так завтра будет тяжелый день.

Едва собрав команду, Клаудия попросила всех завтра собраться в тренировочном зале.

—Ага, знаю. — Аято взял небольшую паузу, а затем продолжил, — Я уже говорил тебе о больнице, но кое-чего не дорассказал.

—Чего?

В тот день Аято услышал отчет Мадиаса и, наконец, встретился с сестрой. Но, похоже, она наложила на себя собственную способность, и спала все эти пять лет. И даже Ян Корбел, директор госпиталя, не смог поставить её на ноги, — это он уже обсудил со всеми, включая Юлис, однако…

—По пути домой я встретил Магнум Опус.

Едва Аято сказал это, как Юлис помрачнела.

—Что ты сказал?..

В её сдавленном голосе буквально сочился гнев.

От силы этого гнева Аято, в некой мере предполагавший, что это произойдет, невольно дрогнул. Впрочем, ничего удивительного, ведь Магнум Опус была лидером той группировки, которая забрала близкую подругу Юлис, Орфелию. Естественно, Юлис была крайне зла на этих людей.

—…

Но крепко сжав кулаки и заскрипев зубами, она закрыла глаза на пару мгновений. Юлис, казалось, поддалась яростным чувствам, пылавшим в ней, и сейчас приводила их в порядок.

Затем она открыла глаза и пронзительно взглянула на Аято.

—Расскажешь всё поподробнее? — выдавила из себя Юлис, и Аято кивнул с серьезным видом.

—После того, как я попрощался с капитаном гончих Линдвалл, меня окликнула одна женщина. Она вдруг сказала: «Я могу вылечить твою сестру».

—!

Юлис чуть не разинула рот от удивления, но Аято сразу же продолжил:

—Потом она назвалась Хильдой Джейн Роландс и сказала своё прозвище — Магнум Опус.

Аято слегка поднял глаза и размеренно начал свой рассказ о том вечере.

—Магнум Опус? Ты?

Услышав это имя, Аято насторожился еще сильнее.

Но окликнувшая его женщина спокойно кивнула и притворно усмехнулась.

—А, да это не я себе такое имя придумала, так что не надумай там чего. Я скорее скромница. Но ребятня из Арлекинта так долго думала над именем для меня, что просто так отказываться было бы слишком жестоко, согласись? Плюс, пока я даю хорошие результаты, все мои начинания так или иначе создают прелестную атмосферу. Прекрасно то как.

Дело было ночью. Приемная в больнице уже давно закрылась, и лишь уличные фонари разгоняли ночную темноту. Конечно, была приемная для экстренных случаев, но она располагалась по другую сторону от главных ворот, где стояли Аято с женщиной.

—У меня есть вопрос. Ты правда сделала стрегу из Орфелии Лендлюфен?

—Боже, так ты знаешь об этом? Результаты эксперимента еще не анонсировали, но… ки-хи-хи-хи, так будет даже проще, — Хильда прищурилась, сухо рассмеявшись. — Да, да, именно так. Это особый тестовый образец для меня. Да-а, если бы он всё ещё был у меня, кто знает, сколько ценной информации удалось бы собрать?.. Боже, какая досада, — женщина покачала головой с печальными видом, а затем надулась, — Это всё вина того енота револьфовского. Украл результаты чужих исследований, которые дались с таким трудом. Ну что за сволочь? Ни за что не прощу его.

По тому, как она подбирает слова, было предельно понятно:: Хильда не считает Орфелию за человека, она для Магнум Опус лишь подопытный кролик. Человечности ей явно недоставало, и Аято невольно двинул бровью.

—Ладно, чего дуть на убежавшее молоко. Ученые всегда должны смотреть в будущее. По-э-то-му… — Хильда вдруг резко подалась вперед, к Аято, и самодовольно, зловеще улыбнулась. — как насчет сделки, Амагири Аято? Ради нашего светлого будущего.

—Сделки?

В обычном случае Аято бы сразу же отказался и ушел.

Но в мыслях промелькнуло лицо сестры, которую он не видел пять лет, и не позволило это сделать.

—Хильда Роландс, ты правда можешь вылечить мою сестру?

—Ки-хи-хи-хи. Зови меня просто Хильда. А ответ на твой вопрос — ДА. Если согласишься, я быстренько разбужу твою спящую красавицу.

Хильда рассмеялась и эксцентрично поклонилась.

—Как?

—Ну, объяснять долго. Твоя сестра ведь наложила на себя собственную способность, так? Чтобы рассеять подобную способность извне, нужно вызвать отторжение маны, но для этого сначала придется проанализировать модель соединения праны и маны пользователя. Это что-то вроде отпечатков пальцев — у каждого эта модель своя. Доктору Корбелу особенно тяжело пришлось с твоей сестрой, потому что эта модель невероятно сложная. Понял теперь? — Аято кивнул, и Хильда медленно продолжила, словно читая лекцию ребенку: — Самая главная проблема заключается не в этом. Даже если удастся закончить анализ модели, для самого отторжения нужно особое устройство. Но в нашем случае для применения способности использовалось огромное количество праны, и больничному варианту не справится. Чем больше праны участвует в процессе, тем больше образуется маны.

—Устройство?

—Ага, называется манаколлайдер. Короче, эта штука для контроля маны без праны, это отличает его от стрег и данте. С помощью ускорения маны можно добиться увеличения энергетического состояния без вмешательства праны, хотя, воспроизвести способность всё равно нельзя, так, на всякий случай сказала, и отследив модель соединения с маной в подобном состоянии, способность можно отменить. Таким образом, если кто-то захочет снять способность твоей сестры, понадобится манаколлайдер покруче, чем местный.

Аято понял теорию, хоть и смутно, но согласиться не мог.

—Но с большим манаколлайдером доктор Корбел тоже сможет снять способность.

—Кхе-кхе-кхе… — Хильда покачала указательным пальцем, остановив Аято. — Боюсь, доктор Корбел не обладает достаточными навыками для использования большого манаколлайдера. Нет, скорее даже кроме меня никто не испытывал такую машину на человеческом теле. Во всем мире никого не найдешь, ки-хи-хи, — рассмеялась Хельга, а после добавила, взглянув исподлобья: — Ну, можешь спросить доктора, я не против.

—…

В её словах чувствовалась ошеломляющая уверенность.

Стало быть, по крайней мере в этом она не соврала.

—А что ты хочешь взамен?

—А?

Раз она сказала «сделка», значит, она что-то хочет получить от него.

—А, что-то быстро мы тему сменили. Не волнуйся, ничего сложного…

—Подожди! Я просто спросил, не думай, что я уже согласился…

Хильда радостно собралась было продолжить, и Аято попытался в спешке предупредить её, но застыл, услышав следующие слова Магнум Опус.

—…Выиграй Грифы.

Голос Хильды был ровным, словно она просила товар в каком-нибудь магазине.

—Выиграть… Грифы?

—Следующий Линдвурм тоже сойдет, но ждать до следующей зимы я не могу. Я слышала, что ты пойдешь на Грифы с командой вашего президента?

—Но ведь не факт, что мы победим…

Команда получится действительно сильной, если вспомнить, кто в ней будет, но Феста — не прогулка по двору, никогда не знаешь, что может случиться.

—Да не переживай ты так. Если вы с президентом объединитесь, победа будет за вами. Да, точно — заверила Хильда, несколько раз кивнув.

—Значит, ты хочешь исполнить своё желание, воспользовавшись моей победой.

—Ну, как-то так, если говорить прямо, — ответила Хельга, со слегка несогласным видом, похоже, ей не понравился выбор слов Аято.

—И чего ты хочешь?

—Ну, если сможешь победить, попроси отменить моё наказание.

—Наказание?

—Именно. По правде говоря, несколько лет назад произошел небольшой инцидент, но почему-то я была вынуждена взять на себя ответственность за него. Ну, случай не из «обычных», о которых я говорила. Думала, что потеряю парочку лабораторий, но… много чего случилось, я даже свободно передвигаться сейчас не могу, — сказала Хильда и протяжно вздохнула. — И, что обиднее всего, мне ограничили доступ к мощностям, мне нельзя входить в институты уровнем выше пятого. Так я в своих исследованиях не продвинусь. И из-за этого я трачу своё драгоценное время на работы, которые даже не интересны… боже, как же достало а… — добавила она, эксцентрично мотая головой, но вдруг остановилась и снова взглянула на Аято исподлобья. — Здесь начинается главное. В одном из институтов пятого уровня, около Женевы, есть большой манаколлайдер. В прошлом мы базировались там. Я довела его до ума под свои исследования.

—!

Теперь всё стало ясно.

Проще говоря, Хильде нужен доступ к этому институту, чтобы разбудить сестру Аято. Или что-то подобное.

Хильда кивнула и радостно рассмеялась, словно поняв мысли Аято по лицу.

—Ки-хи-хи. Да, ты верно подумал. Это сделка, абсолютно честная. Отменишь моё наказание, и я снова смогу использовать манаколлайдер для исследований. Так я разбужу твою сестру. Всё просто и логично.

Хильда довольно приподняла плечи. Тем не менее Аято не был столь глупым, чтобы просто согласится.

—Скажи мне сначала о том, что ты исследуешь.

—А?

Хильда моргнула за очками, наверное от удивления.

—Ладно, так и быть. Я исследую Апостериорное[✱]:Апостериорное создание генестелл — искусственное создание генестел из людей, путём воздействия на них извне (приобретённые знания, опыт, внешние воздействия) Понятие "апостериори" противопоставлено понятию "априори", когда человек является генестеллой от рождения. создание генестелл, — беспечно сказала Хильда.

Однако субъект исследования был настолько безумным, что о таком даже говорить невозможно. Между людьми и генестеллами была огромная разница, начиная с наличия праны, силы скелета и мышц, и заканчивая составом крови. Их можно назвать абсолютно разными видами.

Одно дело исследования, влияющие на вероятность рождения генестелл, хоть и с этической точки зрения это тоже неправильно, но делать из человека генестеллу — выходит за все рамки разумного. Это уже забота богов.

В обычном случае Аято бы скорее всего подумал, что это бредни…

Но он помнил об Орфелии.

—Разве ты уже не закончила с этой темой?

—А, ты об Орфелии Лендлюфен? — Хильда кивнула со сложным видом. — Действительно, это для меня был превосходный экспериментальный образец. Потому что я мало того, что сделала из человека стрегу, так эта стрега еще и одна из сильнейших во всем мире. Сам понимаешь, — тут Хильда вдруг помрачнела, — но… Если честно, это нестандартно даже по моим меркам.

—Нестандартно?

—Я создала идеальную теорию после долгих исследований и применила её на практике. Родилась ультимативная стрега. Сомнений в этом нет. Но я не смогла повторить результат в последующих экспериментах.

«Получается, Орфелия — единственный удачный образец?..» — понял Аято, и Хильда печально поникла.

—Нет толку от результата, который нельзя повторить. Ни мы, ни этот мир, не имеем права принять нечто, что мы не можем контролировать.

—Не можете контролировать?.. — переспросил Аято, и Хильда подняла опущенную голову.

—Ты не заметил? — Хильда саркастично улыбнулась и продолжила: — Среди стрег и данте есть люди с экстремально полезными навыками. Люди со способностями, которые можно применить во многих сферах, а не только лишь на поле боя. Но объединенные корпоративные фонды, контролирующие мир в наше время, не ценят их. Почему? Да всё просто. Их способности сугубо индивидуальны, нестабильны, подвержены влиянию эмоций, ну и всё равно они исчезнут. Если что-то пойдет не так и они приживутся в обществе в виде важных инструментов, проблем не оберемся, согласен?

—Хочешь сказать, что фонды не верят в стрег и данте?

—Если точнее — всем генестеллам. Да сам посмотри, ни одной генестеллы у руля корпоративных фондов нет.

Аято тоже прекрасно понимал положение генестелл в нынешнем мире.

И когда ему снова напомнили об этом в такой форме, у него в груди что-то мрачно кольнуло.

Вполне вероятно, что это как-то связано с тем, что он ездил в Лизельтанию.

—То же самое касается орга люксов, а если точнее — Урм манадайтов. Возьмем тот же Грависиз, с которым ты имел дело: даже самая продвинутая метеорная инженерия в состоянии контролировать лишь маленькую толику его силы. Но людей, которые могут с ним управляться не так много, создать дубликат нельзя, еще есть риск потерять над ним контроль, поэтому корпоративщики особо и не разрешают никому пользоваться этой косой. Ну, как-то так. Эти игрушки, которые зовутся орга люксами, передаются академиям под управлениям соответствующего фонда, когда вся нужная информация уже получена, — Хильда прервалась и медленно раскинула руки в стороны. — Чтобы генестелл приняли в этом мире, необходимо провести полные исследования, развеять все страхи и заверить общество, что всё находится под контролем. Мои исследования могут стать серьезным шагом к этой цели, согласен?

—Это твоя цель?

—Да, именно так. А-а, нехорошо получилось. Я снова ушла от темы. Ну так что думаешь?

Подумав немного, Аято посмотрел прямо в глаза пошатывающейся Хильде.

—Отказываюсь, — ответил Аято, отчего женщина взглянула на него с удивленным видом.

—Ого. Почему же?

Встретившись с сестрой и увидев её спящую фигуру, ему захотелось разбудить Харуку как можно быстрее, невзирая на риски. Он так много хотел узнать у неё, хотел снова услышать её голос, а больше всего хотел увидеть её улыбку.

Но нельзя позволить повториться трагедии, случившейся с Юлис и Орфелией. После такого он едва ли сможет показаться на глаза Юлис, что уж там говорить об объяснениях перед сестрой.

Насколько Аято понял, сейчас Хильда, если можно так выразиться, скована. В таком случае её нельзя отпускать.

—Если коротко, я не доверяю тебе.

—Понятно. Вот досада то, — женщина поникла, наверное, действительно надеялась на него от всего сердца. — Хорошо. Тогда на сегодня хватит. Но… — Хильда снова взяла паузу, словно пытаясь выделить следующие слова, а затем взглянула на Аято с серьезным видом. — Запомни, Амагири Аято. Когда придет время, ты непременно примешь моё предложение. Да, непременно.

—…

Аято молча глядел на неё.

—Ладно, до встречи, ки-хи-хи-хи, — добавила Хильда и, резко развернувшись, ушла в ночную тьму.

—Понятно, — сказала Юлис, тяжело вздохнув от услышанного.

Пока они говорили, всё вокруг уже начало алеть, деревья, освещенные заходящим солнцем, отбрасывали темные-темные тени на землю.

—Я всё понимаю, но ты правда согласен оставить всё как есть?

—А? — Удивленно откликнулся Аято, и Юлис безразлично продолжила:

—Конечно, я не прощу Магнум Опус. Но это лишь моя обида. Я тоже считаю, что нельзя допускать новых жертв, подобных Орфелии, но это лишь праведный гнев.

—Но всё равно…

—Нет, я знаю. Эм, я честно рада, что ты отказался от сделки с ней. Но… в то же время чувствую себя виноватой. Из-за меня ты не можешь действовать свободно, — Юлис показала робкую улыбку, необычную для неё, а после опустила взгляд. — Ведь даже моё желание ни что иное, как продолжение моего эгоизма. Если хочешь разбудить сестру, я не буду винить тебя за выбранный способ. Учти.

—Юлис…

Аято не знал, что Юлис вообще что-то подобное может сказать.

От таких слов у него на душе стало теплее.

—Спасибо. Но всё нормально. Во время встречи я понял, что не могу доверять ей.

Разговор между ними продолжался не так долго, но такого отвращения, которое та женщина мельком показала ему, Аято в жизни своей не видел.

—Но Магнум Опус скорее всего не соврала.

—Ага, тоже так думаю.

Хильде действительно не стоит доверять, но и лгать она явно не стала бы. В некотором смысле она похожа на президента школьного совета черного института Револьф, Дирка Эбервейна.

А отличались они… опасной аурой, которой нет у Дирка.

—Я потом обсудил это с доктором Корбелом. Теоретически, мою сестру действительно можно разбудить способом Магнум Опус. И лишь Хильда может сделать это… Доктор был в бешенстве.

Получается, что весь рассказ Хильды был правдивым.

Но в то же время нельзя утверждать, что другого способа нет.

—Я попробую найти другой способ разбудить сестру, без её помощи. И ради этого я должен выиграть в Грифах.

Сам Аято едва ли сможет свершить задуманное, но вот объединенные корпоративные фонды могут хорошо помочь ему. Верить им он тоже не верил, но они хотя бы были лучшим выбором, чем Хильда.

—Понятно… так вот откуда твой энтузиазм?

Юлис сейчас вспомнила о том, что Аято сказал в кабинете школьного совета: «Давайте победим», — и кивнула, поняв его стремление.

—Хорошо. Впрочем, я тоже только на победу рассчитываю. Так что давай работать еще упорнее с завтрашнего дня.

—Ага, верно.

Хотя он и сам не особо понимал, что делать с предложением Хильды, после разговора с Юлис он всё же поверил в правильность своего выбора.

Теперь нужно лишь идти вперед без сожалений.

На следующий день. Тренировочный зал Клаудии.

—Что ж, мы будем участвовать в Грифах таким составом, но… до начала Фесты мы должны решить самое важное.

Клаудия оглядела всех членов команды, сказав это.

—Самое важное? — удивленно спросила Сая, и Клаудия кивнула с серьёзным видом.

—Название команды, если быть точнее.

В это мгновение Юлис пошатнулась.

—И это — самое важное? Да кого это вообще волнует?!

—Боже, ты ведь знаешь, что нас представят на весь мир? Нельзя же регистрироваться под странным именем, не так ли?

—Ну да, но… есть ведь много других важных вещей?

Похоже, Юлис не желала соглашаться, и Кирин, стоявшая рядом с ней, робко подняла руку.

—Эм… а можно узнать, под какими именами участвуют другие команды?

—Сейчас вспомню… Самые известные из всех — Ллаувродедды из Галахадворса. Они обычно делятся на две команды: команда Ланселот, состоящая из учеников с первого по пятый ранг, и команда Тристан — ученики с шестого по десятый ранг. Кроме них есть команда Русалка, представляющая Квинвейл. Они используют название своей группы.

Русалка — всемирно-известная девичья рок-группа. Они очень популярны среди молодежи, хоть и не так сильно, как Сильвия, и имеют множество фанатов. Аято тоже слышал это имя и несколько их песен.

—Кстати, а что будет, если имя команды не будет зарегистрировано?

—В таком случае имя представителя будет выставлено в качестве названия. Например, если представителя зовут Танака, то название команды будет — команда Танака.

—Тогда и делать ничего не надо, так? — снова вклинилась Юлис, совсем не показывая интереса.

—Боже, тебе так нравится название «команда Танака»?

—Да нет же! Раз ты представитель, то пусть будет «команда Энфилд»!

Юлис подняла взгляд, а Клаудия повернулась ко всем остальным членам команды и легонько улыбнулась.

—Если все согласны, я не возражаю, но… нет, сначала нужно узнать, могу ли я быть представителем.

—Ты сама выбрала членов команды, тебе и представлять нас, — сказал Аято, и Сая с Кирин согласились:

—То же.

—Я-я тоже согласна.

—Хорошо. Тогда я беру эту задачу на себя, — сказала Клаудия, поклонившись.

—А, о представителях… вы же собираетесь выдвигаться на пост президента в следующем году?

—Собиралась, но… что-то случилось? Тебя заинтересовала работа в школьном совете?

Кирин покачала головой.

—Конечно же нет! Я ведь совсем не подхожу… Эм, я просто думала, что должность представителя может помешать вашей работе президента, и немного…

Кирин беспокоилась об этом, потому что Клаудия постоянно чем-то занята.

—Хи-хи-хи, не беспокойся. Я ведь делаю это из любви к школьному совету.

—Не думаю, что хоть кто-то в этой академии может делать эту работу лучше тебя. Да и вообще не факт, что кандидаты заявятся на выборы, — отрезала Юлис, и Сая следом кивнула.

—Точно…

Клаудия была очень талантлива, справлялась с любой работой, а её заслуги, как президента школьного совета, признавали все ученики Сейдокана.

—Кстати, я хочу продолжить вчерашний разговор.

—Какой разговор?

—О том, что мы станем врагами Галактики.

Все перевели взгляд на Клаудию.

Аято тоже беспокоился, потому что они вчера так и не договорили.

—Ну… это не столь интересная история, понимаете? — Клаудия вздохнула и продолжила: — Я хочу кое-что спросить у одного человека, находящегося сейчас под стражей.

—Спросить? О чем? — переспросила Юлис с разочарованным видом, на что Клаудия улыбнулась.

—Да. Но дело не из простых. Ведь этот человек связан с «Нефритовыми сумерками», а если точнее, считается идеологическим лидером преступников.

—!

Все оставшиеся члены команды затаили дыхание.

«Нефритовые сумерки» — крупнейший теракт в истории Астериска. Правда сейчас эту тему стараются не поднимать, и большая часть правды всё еще скрыта во тьме.

—Слушание по делу «Нефритовых сумерек» проходило в особом суде под эгидой объединенных корпоративных фондов, и большая часть заседаний были закрытыми… К тому же, некоторые из замороженных дел до сих пор не открыты общественности, и участник одного из подобных дел и есть тот, с кем я хочу встретиться.

—Эм-м, а можно узнать имя этого человека?..

—Хорошо, хотя вы скорее всего знаете его. Его зовут Ладислав Бартосик.

Кирин, задавшая вопрос, и Юлис рядом с ней, казалось, впервые услышали это имя. Разумеется, Аято тоже не знал его.

Но, ко всеобщему удивлению, Сая медленно подняла руку.

—Знаю.

—А, действительно. Нет ничего удивительного, что Сасамия знает это имя.

—Ого, и кто это? — спросила Юлис.

—Он знаменитый ученый, занимался исследованием люксов и орга люксов. В частности он написал несколько важных тезисов, связанных с орга люксами, причем такого уровня, что его имя достойно остаться в веках. Но я читала в одной книге, что в какой-то момент он исчез. Если правильно помню, перед этим он был профессором в Сейдокане… — начала Сая, но вдруг замолкла.

—Верно. В одно время он был учителем в университете Сейдокана. Хотя, он почти не ходил на занятия и большую часть времени проводил в лаборатории Галактики. И в это время он создал орга люкс Пан-дора.

Клаудия достала активатор Пан-доры из держателя на поясе.

—Ого, так это он создал Пан-дору? — удивилась Кирин.

Юлис же, казалось, задумалась над чем-то с мрачным видом.

—Нет, если это правда… то в Сейдокане был идеологический лидер террористов, устроивших «Нефритовые сумерки»…

—Скандально…

—А!.. В-верно. Тогда Галактика нацелилась на вас из-за этого?..

—Хи-хи-хи, вполне может быть.

Клаудия засмеялась, уйдя от ответа, но Юлис пошла еще дальше, не позволив ей отвертеться:

—Так о чем ты хочешь с ним поговорить?

—Пока не могу сказать. Потому что в ином случае есть высокая вероятность, что вы окажетесь в опасности. В конечном итоге сейчас все контакты с ним запрещены, — спокойно и твердо отказалась Клаудия. — Я уже говорила об этом вчера, пока что Галактика следит за моими действиями. Скорее всего они ничего не предпримут до лета.

—…

Однако Аято почему-то чувствовал, что такого ответа ему недостаточно.

Разговор действительно свернул на тему, связанную с темной стороной Сейдокана и Галактики, так что, в зависимости от ситуации, скандал может разразиться нешуточный. Но как бы там не было, «Нефритовые сумерки» — дело прошедшее. Даже если сейчас рассказать всю правду, хватит ли этого, чтобы расшевелить Галактику?

«И похоже, что Клаудия еще не рассказала всё что знает…

Наверное есть кое-что еще более темное», — почувствовал Аято.

—Давайте закончим с этой темой и перейдем к главному вопросу.

—Главному вопросу?

—Да. Говорят, что Грифы — это Феста с самыми неожиданными победителями и самыми интересными сюрпризами. Другими словами, разницу в способностях можно обратить с помощью тактики, поэтому мы должны точно знать все способности друг друга, — сказала Клаудия и запустила Пан-дору. — И раз на то пошло, вы должны знать об настоящей способности этого дитя.