Глава 162. Первый шаг (1)
Расходиться не хотелось.
Они с Ким Ми Ён обошли квартал вокруг дома и снова вернулись ко входу, а чувство незавершённости никуда не делось.
Странно устроены люди. Иногда ничего не нужно объяснять: одного взгляда хватает, чтобы другой понял и настроение, и смысл.
Хы-хы-хы.
Ми Ён, как обычно, спрятала всё в своём смешке.
Ми Ён, тебе не тяжело столько заниматься?
Я и раньше примерно так училась. А сейчас у меня появилась цель, поэтому даже интересно. Представляешь, впервые в жизни мне правда нравится учиться.
«Значит, когда есть цель, и работа становится в радость?»
«А он сам был счастлив, когда сумел сохранить людей, которые за ним пошли?»
Они уже стояли у самого входа. Дальше идти было некуда.
Иди домой.
Угу. И насчёт обеда не переживай, ладно? Не обязан приходить. Пока!
Кан Чан кивнул. Ми Ён развернулась и пошла к своему подъезду.
Никто не звонил.
И именно поэтому тревога понемногу росла.
Было чуть за одиннадцать.
Ким Хён Джон разберётся.
Кан Чан вернулся в комнату, ещё немного полежал, ожидая звонка, и незаметно уснул.
Утро тоже ничем не выдало беды.
Он закончил тренировку, принял душ, позавтракал. Ни звонков, ни ощущения, что что-то вот-вот случится.
Пока Кан Чан ждал переодевавшуюся Ю Хе Сук, по телевизору шли обычные утренние новости. Внезапно внизу экрана вспыхнула красная строка: «СРОЧНО».
Лицо ведущего стало напряжённым.
Срочное сообщение. С восьми часов утра по корейскому времени власти Китая ввели полный запрет на ввоз всей продукции, экспортируемой из Республики Корея. Одновременно начаты масштабные проверки корейских предприятий, работающих на территории Китая. За подробностями обратимся к нашему корреспонденту Хан Гю Соку в Пекине.
Картинка сменилась. Корреспондент заговорил почти без пауз.
Да что там, чёрт возьми, произошло?
Проверки, по словам журналиста, шли сразу по всем направлениям: условия труда, налоги, бухгалтерия, соблюдение административных норм. Настолько широко и жёстко, что многие заводы уже фактически остановили производство.
Это же почти объявление войны.
Настолько серьёзно?
Сегодня биржу точно разнесёт. Мы слишком зависим от экспорта в Китай. Такое решение
Кан Дэ Гён смотрел на экран так, словно всё ещё надеялся услышать опровержение.
А теперь посмотрим на международную реакцию на действия Китая.
Кан Чан вспомнил вчерашние слова Ян Фаня.
Изначально замысел был другим: опереться на Китай и одним ходом убрать предателей внутри страны и политических противников. Но если китайская оппозиционная группировка действительно пошла ва-банк, кабинет теперь почти наверняка заставят пожертвовать премьер-министром и главой разведки.
А дальше последовательность выглядела слишком ясно: убийство Мун Джэ Хёна, затем исчезновение государственной защиты вокруг самого Кан Чана.
За себя он не боялся.
Что случилось, дорогой?
Ю Хе Сук вышла из спальни, ничего не понимая. Вот за неё и Кан Дэ Гёна становилось страшно. Если всё развалится, эти двое окажутся под ударом, даже не успев понять почему.
Похоже, с Китаем совсем разругались,
Мы так опоздаем.
Верно. Поехали, а там разберёмся.
Проводив родителей, Кан Чан вернулся к телевизору.
Он прекрасно знал, что эфир не показывает всей правды, но сейчас это был самый быстрый способ понять хотя бы общую картину.
Корея получила по морде — крепко и без предупреждения.
И где-то на этом фоне, возможно, уже двигалась группа северокорейского спецназа.
Нам только что поступило ещё одно срочное сообщение.
Картинка снова резко сменилась. Ведущий то смотрел в распечатку, то прямо в камеру.
Премьер-министр Ко Гон У принёс гражданам извинения за то, что правительству не удалось предотвратить нынешний кризис с Китаем, и передал президенту заявление об отставке.
Дальше пошёл привычный набор комментариев. Одни эксперты говорили, что у премьера просто не было другого выхода, другие задавались вопросом, не знало ли правительство о готовящихся санкциях заранее.
Затем ведущий добавил:
Особого внимания заслуживает реакция председателя Национального собрания Хо Ха Су. Он действовал значительно быстрее кабинета и уже направил депутата Хо Сан Су в Китай. Более того, тот вылетел за час до официального объявления Пекина. На фоне растерянности правительства столь быстрая реакция выглядит особенно показательной.
Кан Чан выключил телевизор.
Вот и приехали. Начали с фактов, закончили какой-то хернёй.
«Разительный контраст» действительно был. С одной стороны — те, кто готов её продать.
«Позвонить Ким Хён Джону?»
Нет. Тот наверняка сейчас задыхается от работы. Если бы ему требовалась информация или помощь Кан Чана, он сам давно бы вышел на связь.
Если Хо Ха Су действительно заручился поддержкой Пекина, разведка сейчас наверняка всеми силами пытается не допустить смены своего директора и последующего импичмента президента.
Оставалось ждать.
«Но куда, мать его, делся Ланок?»
Не мог этот старый лис ничего не знать. Вспомнился его вчерашний приглушённый голос.
Самое мерзкое было то, что Кан Чан практически ничего не мог сделать.
В политике особенно.
Он подошёл к балконному окну и мрачно посмотрел вниз.
Нужно было решить хотя бы одно: самому начать двигаться или продолжать ждать.
Отставку Ко Гон У ещё можно было пережить. Если же уберут Хван Ги Хёна, следующим нож под горло приставят уже Кан Чану.
«Что он вообще способен сделать?»
Здесь мысли упёрлись в стену.
Убить Хо Ха Су — Китай взбесится ещё сильнее. Искать северокорейскую группу — он даже не знает, где она.
Раздражение только успело вспыхнуть, когда телефон завибрировал.
Кан Чан быстро вернулся в комнату и сразу ответил.
Господин посол, это Кан Чан.
Простите, Кан Чан. Вчера возникли дела. Сегодня у вас найдётся время?
Да. Я могу выехать прямо сейчас. Куда приехать?
Тогда удобнее всего будет в посольство.
Хорошо, буду там.
Из дома он вышел уже с куда более уверенным чувством.
В такси позвонил Сок Кан Хо. В голосе одновременно слышались и тревога, и любопытство.
Я сейчас к послу. Как закончу, сразу наберу тебя.
Понял.
Похоже, этот ублюдок тоже не находил себе места.
В посольстве Кан Чана встретил сотрудник службы безопасности и без задержки проводил наверх.
Проходите, Кан Чан.
Ланок выглядел как всегда — словно утренние новости вообще не имели к нему отношения.
На столе быстро появились чай, сигары и пепельница.
Что случилось?
Вчера мне звонил Ян Фань.
В то, что Ланок не знает о пекинской встряске, Кан Чан не верил ни секунды. И всё же он спокойно пересказал весь разговор с Ян Фанем и то, что увидел утром по телевизору.
Если это возможно, я хотел бы через Ксавье собрать доказательства против Хо Ха Су.
Ксавье больше ничего вам не расскажет.
Ланок отломил кусок печенья и положил в рот с таким видом, словно сообщил о погоде.
Кан Чан сразу понял.
Вы его убили?
Он успел узнать обо всём, что происходило здесь. Если бы мы вернули его американцам, ЦРУ получило бы сведения обо мне, о вас, о Людвиге, Василии и о наших контактах с китайским посольством.
Тон у Ланока не изменился. Он просто перечислял причины, по которым Ксавье не мог остаться в живых.
Вот как, значит, устроена настоящая разведывательная война.
Даже живой Ксавье вам бы не помог. Он изображал бы сотрудничество, а в решающий момент отказался от своих слов и поставил бы вас в самое неудобное положение. Потом Вашингтон начал бы давить по всем каналам, добился бы его освобождения, а отвечать в итоге пришлось бы одному вам.
«Что это сейчас было?»
Похоже на лекцию.
Ланок поднял чайник и спокойно наполнил чашку.
Для начала вам стоит определить, чего именно вы хотите.
«Чего он хочет?»
Ответ оказался прост.
Убрать Хо Ха Су, Хо Сан Су и тех, кто им помогает. И сохранить нынешнего президента.
Ланок поставил чайник на стол.
Тогда готовьтесь к очень большой войне.
Он сделал небольшую паузу.
Старые элиты не сдаются после одного удара. С Ян Джин У было проще: он остался один, его никто всерьёз не прикрывал. А здесь будет иначе. Люди, чьи интересы вы затронете, сомкнутся и будут драться до конца.
«Сколько же людей стоит за Хо Ха Су, если даже Ланок говорит таким тоном?»
Если смотреть шире, вам придётся воевать почти со всей системой влияния в Корее. Эти люди способны менять президентов. И у каждого есть свои опоры за рубежом
Кан Чан отпил чай и дал себе время собрать мысли.
Смысл был понятен: нельзя ввязываться наполовину. Если бросить дело, когда станет тяжело, лучше вообще не начинать.
Он взял сигарету, зажёг и задал вопрос, который действительно имел значение.
Господин посол, я вообще могу победить?
До сих пор вы почти ни разу не вступали в бой, который выглядел выигрышным заранее. Именно поэтому ваши победы так заметны. Вы брали операции, казавшиеся невозможными, и доводили их до безусловного успеха.
Похвала от этого старого лиса неожиданно пришлась к месту.
«Война со всей верхушкой страны?»
Вы мне поможете?
Ланок посмотрел так, будто Кан Чан спросил о какой-то мелочи.
Вслух они ничего не произнесли, но смысл был понятен обоим.
«Вы действительно собираетесь идти до конца?»
«Да. Оставлять всё как есть нельзя».
Иногда разговор и правда не требует слов.
Тогда сначала нужно остановить Хо Ха Су.
Ланок сказал это настолько буднично, что Кан Чан не удержался от короткого смеха.
В подобных войнах судят по победителю. Когда всё закончится, никто не станет долго разбирать методы и промежуточные шаги
Ланок повернул голову к часам на столике. Кан Чан до этого считал их просто украшением, но стрелки показывали точное время.
Было 10:20.
Это один из любимых приёмов самого Хо Ха Су. В своё время он пользовался им весьма успешно. И момент сейчас подходящий.
Ланок перешёл к рабочему столу и поднял трубку.
Рафаэль, проводите гостя.
«Гостя?»
Кан Чан вопросительно поднял глаза.
Дверь открылась почти сразу, и на пороге вместе с Рафаэлем появился Ян Фань.
«Ну охренеть».
Кан Чан.
Они пожали руки и сели.
Ланок без всякого вступления произнёс:
Было бы полезно, если бы Северная Корея сейчас запустила несколько ракет. И ещё устроила провокации в Жёлтом море и у демилитаризованной зоны. Чем заметнее, тем лучше.
Кан Чан уставился на него.
«Что, мать его, должно куда полететь? Кто и где должен начать стрелять?»
Ян Фань, однако, даже не удивился.
Это будет дорого, господин посол.
Расходы возьмёт на себя Кан Чан.
Теперь уже Кан Чан перевёл взгляд на Ланока.
«С какого, блядь, перепуга?»
Понял. Тогда я свяжусь с ними прямо сейчас.
Ян Фань достал телефон, набрал номер и через несколько секунд заговорил по-китайски тихим ровным голосом.
Кан Чан невольно усмехнулся.
«Интересно, каково было бы воевать против Ланока?»
Пожалуй, если не убить его с первой же попытки, второго шанса можно и не получить.
Россия тем временем готовит заявление о совместной с Кореей разработке нефтяных месторождений, — Предлагаю представить это как секретный проект премьер-министра Ко Гон У, выполненный по прямому поручению президента Мун Джэ Хёна. Одновременно Москва выразит глубокую обеспокоенность и сожаление в связи с его отставкой.
«Есть вообще что-нибудь, чего этот человек не может организовать?»
Кан Чан молча отпил чай.
Ян Фань как раз закончил разговор.
Сообщат, как только определят время.
У Кан Чана оставался очевидный вопрос.
Насколько я понимаю, в страну уже могут забрасывать северокорейскую группу. И при этом Пхеньян согласится на такие действия?
Ответил Ян Фань:
Северная Корея всё равно не может обойтись без Китая. На это и рассчитывает Хо Ха Су. Но при достаточной оплате Пхеньян без особых возражений запустит пару старых ракет и устроит показательное движение войск у демилитаризованной зоны.
Кан Чан чувствовал, будто ему только что приоткрыли дверь в совершенно другой мир.
А группа, которую готовят для убийства президента?
Ею занимается Вэй Минго. Мы уже отслеживаем его маршруты. Думаю, скоро удастся установить местонахождение.
Ланок поставил чашку.
Кан Чан, чем бы ни закончилась эта история, в самом Китае после неё тоже прольётся много крови. Это тот случай, когда поражение недопустимо.
Они с Ян Фанем действовали так слаженно, будто заранее репетировали весь разговор.
Вам понадобится собственная проверенная спецгруппа, — Люди Вэй Минго специализируются на убийствах и подрывах. Кроме того, у него к вам личный счёт. Он приложит всё, чтобы довести операцию до конца.
Кан Чан нахмурился.
Он вообще не помнил такого человека.
«Может, дело в тех, кто погиб во время монгольской операции?»
Я с ним знаком?
Его корейское имя
«Вэй Минго?»
«Тот самый кривошеий ублюдок?»
Ян Фань заметил выражение его лица и кивнул.
В прошлом он служил в северокорейском спецназе, а затем поднялся почти на самый верх китайской разведки. Он всегда любил работать в поле лично. Вы стали первым, кто его по-настоящему сломал. После той встречи он до сих пор не восстановился физически. Так что ненавидит вас, скорее всего, совершенно искренне.
Он уже в Корее?
Этого мы не знаем. Операцию Вэй Минго ведёт автономно, поэтому получить внутреннюю информацию трудно.
Что за безумный мир.
Кан Чан чувствовал себя человеком, которого обвели вокруг пальца прямо у него на глазах.
Ланок подвёл итог:
Всё, что мы могли подготовить снаружи, теперь подготовлено. Дальше двигаться внутри страны придётся вам. Премьер-министр, директор разведки, спецподразделение, а затем и президент. С каждым нужно встретиться, каждого убедить и заставить понять масштаб угрозы.
Раз уж он решил ввязаться, отступать поздно.
Российские нефтяные месторождения. Северокорейские провокации. Несколько минут назад Кан Чан даже не мог представить, что подобные вещи можно организовать почти одним разговором.
Кан Чан.
Да, господин посол.
На этот раз голос Ланока стал заметно серьёзнее.
Это ваша война. Я хочу увидеть того же человека, которого видел, когда вы вытаскивали меня. Используйте всё, чем располагаете. Просите помощи там, где она нужна. Если понадобится, звоните Людвигу, Ванту или Василию напрямую. Теперь вы должны сами думать, оценивать и принимать решения.
Понял.
Хо Ха Су наверняка растеряется.
Значит, нельзя дать ему прийти в себя.
Именно.
Дальше разговаривать было бессмысленно. Нужно действовать.
Кан Чан поднялся.
Тогда я начну.
Он пожал руки Ланоку и Ян Фаню и вышел из кабинета.
Когда дверь закрылась, Ян Фань первым нарушил молчание.
Господин посол, если втягивать в это Север, последствия могут оказаться очень тяжёлыми.
Возможно.
Слишком много переменных. И положение в Китае, и возможные изменения внутри КНДР. Кан Чан пока не знает этого мира. Вы уверены, что он справится?
Эта война и покажет. Узнаем, способен ли он сиять только на поле боя или же...
Ланок не закончил.
Ян Фань бросил короткий взгляд на дверь.
Выйдя из посольства, Кан Чан вызвал Чхве Джон Иля.
Такси для дальнейших разговоров не годилось: там особо не наговоришься.
Примерно через минуту подъехала машина, за рулём которой сидел Ли Ду Хи.
Сначала в Самсондон.
Назвав направление, Кан Чан тут же набрал Ким Хён Джона.
Кан Чан.
Господин Ким, я только что вышел из французского посольства. Хочу приехать к вам. Нормально?
Да. Приезжайте.
Даже через трубку было слышно, как у него где-то рядом разрывается другой телефон.
Похоже, там настоящий дурдом.
Следующим Кан Чан позвонил Сок Кан Хо.
Слушаю.
Я закончил. Еду в Самсондон.
Понял.
Ответ последовал мгновенно. Видимо, тот и правда сидел как на иголках.
Война с Хо Ха Су и всей системой, которая за ним стоит.
Кан Чан пока даже не представлял, насколько тяжёлой она будет и какими правилами там играют.
Поэтому решил не усложнять.
Нужно как можно быстрее создать удобный момент и свернуть этому ублюдку шею.