Глава 304. Насколько же он похож? (1)
О Гван Тэк.
Жерар увидел, как изменился взгляд Чана, и мгновенно протрезвел — будто разом выпил весь алкоголь и тут же выветрил его из крови.
Слушай меня. Если бы на записи оказался я, что бы ты сделал?
Чего? Да говорю же тебе: там этот ублюдок!
А я бы, увидев на записи тебя, сначала позвонил тебе. Спросил бы. И если бы ты сказал, что это не ты, я сперва проверил бы почему, а уже потом орал.
Гван Тэк всё ещё тяжело дышал, но кричать перестал.
Представь, что там был бы Чоль Бом. Тот самый, которому ты доверяешь. Которого сам когда-то проверял у меня. И он сказал бы тебе: это точно не я. Как бы ты хотел, чтобы я поступил?
В трубке надолго повисло шумное дыхание.
Я ведь прямо сказал: Жерару доверяю. Он тоже сказал, что на записи не он, и мы договорились посмотреть её вместе. Так какого хуя ты не веришь ни ему, ни мне?
Тишина затянулась.
Хмель окончательно ушёл, настроение тоже. Жерар рядом уже смотрел так, что глаза блестели, а Мишель настороженно переводила взгляд с одного мужчины на другого.
Ты где? Мы тоже за полчаса доедем до отеля. Жерар со мной. Сейчас сворачиваемся и едем.
Прости,
Извинение прозвучало так неуместно, что Чан даже не сразу понял.
Я увидел запись и взбесился. Показалось, что меня обвели вокруг пальца. Потом сообразил: если бы Жерар и правда был тем человеком, он бы не сидел с тобой и не соглашался смотреть видео вместе. Голова не сработала. Если задел
Ублюдок.
Гван Тэк прекрасно понял, что скрывалось за этим ругательством.
Да ёбаный в рот, я же извинился! Быстро приезжай!
Теперь он уже наглел нарочно — явно от смущения.
Иногда думай перед тем, как пасть разевать.
Да сказал же: виноват!
Ладно. Сейчас расплатимся и выезжаем.
Может, завтра?
Чан рассмеялся.
Не неси херню. Теперь я сам не усну, пока не увижу. Езжай сразу.
Уже еду.
Чан отключился и посмотрел на Жерара.
Запись нашли. Гван Тэк говорит, там ты. Причём без вариантов.
Любопытно,
Мишель, прости, но на сегодня всё.
Мы и так напились. Мне утром на работу.
Они встали.
Я заплачу,
Чан с Жераром вышли на улицу и одновременно закурили.
Щёлкнула зажигалка. На холоде к дыму примешивался пар от дыхания.
Capitaine.
Pourquoi?
Жерар повернул к нему лицо.
Croyez-vous vraiment en moi? Вы действительно мне верите?
Их взгляды встретились.
Ах ты сука.
Жерар услышал корейское ругательство и рассмеялся. Через секунду оба уже хихикали как идиоты.
Поехали посмотрим. Мне самому интересно, насколько надо быть на тебя похожим, чтобы этот псих так орал.
Мне тоже.
Что вы там нашли такого смешного?
Мишель высунулась из дверей, закончив расчёт. Почему-то это оказалось ещё смешнее.
Чан с Жераром захохотали в голос. Видимо, алкоголь всё же давал о себе знать: Мишель пару секунд смотрела на них, а потом тоже не выдержала.
Они втроём стояли посреди улицы, выпускали в холодный воздух пар и дым и смеялись без всякой причины.
Всё, пора, — Ты как поедешь?
Вызвала водителя.
Осторожнее.
Да.
Едва он закончил, зазвонил телефон Мишель. Подошёл пожилой мужчина — водитель по вызову.
Господин, машина вон там, на парковке ресторана. Не могли бы подогнать? Мы ещё минуту поговорим.
Конечно. Ключи?
Он взял ключ и поспешил к стоянке.
Раз уж прощаемся, надо ещё по последней сигарете.
Мишель достала пачку, вставила сигарету сначала Чану в губы, потом Жерару. Зажгла.
Было весело. И я всё ещё обещаю пулькоги. Обязательно найдите время.
На этот раз мы просто войдём в первый ресторан? Без шести заведений на выбор?
Конечно! Ни одного сравнения. Прямо внутрь!
Вот придурки.
Пока они обменивались бессмысленными шпильками, машина Мишель остановилась рядом.
Езжай. Спасибо за сегодня.
Мне тоже понравилось.
Она крепко обняла Чана и по-французски поцеловала в обе щёки.
Рада знакомству,
И я благодарен. В следующий раз встретимся спокойнее.
Они легко обнялись и коснулись щеками. Мишель села в машину и уехала.
Чан только повернул голову — чёрный седан уже подъехал.
Они с Жераром устроились сзади, и машина сразу пошла к отелю.
С этого момента думаем холодно,
Понял.
Весёлый вечер закончился там, на улице, вместе с последним смехом.
Лёгкое опьянение и потеря контроля — совсем не одно и то же. Жерар слишком хорошо знал, что значит жить в ожидании смерти. Чан знал всю историю с камерами. Оба умели держать голову ясной и после куда большего количества алкоголя.
В отель они вошли около половины пятого утра.
В закрытом лобби-лаунже сидел О Гван Тэк. Увидев их, он тут же поднялся. На плече висел ноутбук, лицо было тяжёлым и злым.
Но Гван Тэк оставался Гван Тэком. Первым делом он протянул руку Жерару.
Поднимаемся,
Втроём они вошли в лифт, затем в номер.
Не успела дверь захлопнуться, как все сбросили пиджаки и расселись вокруг стола в рубашках.
Гван Тэк открыл ноутбук. Экран уже горел: он даже не выключал компьютер, просто захлопнул крышку и принёс как есть. По одной этой мелочи было ясно, насколько тот торопился.
Несколько щелчков мыши. На экране появилось маленькое окно, потом развернулось на весь монитор.
Это коридор.
Двое китайцев вышли из номера, толкая тележку с бельём, и направились к грузовому лифту.
В комнате я располосовал Шахрану бок и сунул его туда, — В тележке его и спустили.
Пока он говорил, воспоминание вернулось слишком живо. В глазах мгновенно появилось то знакомое хищное напряжение.
Тележка исчезла в лифте.
Гван Тэк переключил камеру. Теперь были видны двое китайцев уже внутри грузового подъёмника.
А вот отсюда начинается самое интересное.
Ещё пара щелчков — и на экране подземная парковка.
Чан ожидал отвратительного качества, но запись оказалась на удивление чёткой: лица можно было различить без труда.
Лифт открылся. Китайцы выкатили тележку.
Гван Тэк поставил запись на паузу.
Камера у лифта поймала мужчину в профиль. На нём были тёмные очки.
«Чёрт бы его побрал.»
На экране был Жерар.
Не «похожий». Не «можно спутать». Чан сам вынужден был признать: если не знать, где настоящий Жерар находился в тот момент, сомнений почти не останется.
Хм...
Если бы рядом не раздался тихий звук, если бы Чан не услышал, как настоящий Жерар сбился с дыхания от растерянности, если бы они не сидели сейчас плечом к плечу — он и сам бы задумался.
Это я,
Гван Тэк сразу посмотрел на Чана.
Даже он говорит, что лицо его. Один в один.
Вот. Теперь понимаешь, почему я охуел?
Гван Тэк снова уставился на Жерара.
Тот выглядел по-настоящему ошеломлённым. Не как человек, которого разоблачили, а как человек, который не понимает, что делать с собственным лицом на чужой записи.
Гван Тэк тоже это видел. И взглядом спрашивал у Чана: что теперь?
Досмотрим.
Запись пошла дальше.
Микроавтобус сдал назад, белые огни растянулись на камере. Потом вспыхнули красные стоп-сигналы. Открылась задняя дверь. Китайцы вдвоём загрузили тележку. Мужчина с лицом Жерара поднял руку, будто поблагодарил их, и машина уехала.
Чан откинулся на спинку стула.
Сигареты есть?
Гван Тэк полез в карман, достал пачку и зажигалку.
По записи оправдываться Жерару было нечем. И всё же Гван Тэк сначала протянул сигарету Чану, потом — самому Жерару. Да, взгляд при этом оставался жёстким, он пару раз сухо сглотнул. Но в обстоятельствах Чан не мог упрекнуть его ни в чём.
Они закурили.
Копия записи у тебя есть?
Гван Тэк задержался с ответом. Явно решал, что говорить.
Чан усмехнулся через дым.
До Сока изуродовали именно из-за этого. Лицо на видео
Он говорил по-корейски. Жерар не понимал.
Гван Тэк посмотрел на француза и кивнул.
Если это так, мужик на записи, скорее всего, связан с иностранной разведкой. И если кто-то узнает, что запись у тебя, ты тоже станешь целью. Для таких людей снайпер
Не будь Ливии, Гван Тэк, возможно, решил бы, что Чан нагнетает.
Скопируй одну мне. Ещё одну спрячь в месте, о котором никто не знает. И расскажи хотя бы одному человеку, которому доверяешь, где она лежит. С этого момента считаем, что убить могут и тебя, и меня.
Гван Тэк на секунду застыл.
Кан Чан.
Чего?
В таком деле я доверяю только тебе.
Чан даже не сразу нашёлся с ответом.
Речь не о том, что Гван Тэк не верит своим ребятам. Просто здесь всё связано с разведками, убийствами и вещами вроде Ливии. И всё равно слова «только тебе» неприятно глубоко вошли в грудь.
Блядь. Давай кофе выпьем и продолжим.
Ублюдок мгновенно убил всё зарождавшееся чувство.
Давай.
Чан заказал кофе по телефону.
Пока Гван Тэк копировал файл на USB, Чан по-французски пересказал Жерару их разговор.
Тебе самому ничего в голову не приходит?
Есть одна мысль...
В дверь постучали.
Сегодня у них будто кто-то специально ломал каждую мало-мальски серьёзную паузу.
Жерар открыл, принял поднос. Разлили кофе, снова закурили.
Гван Тэк протянул флешку.
Это тебе. Завтра сделаю ещё одну копию, спрячу и скажу где.
Хорошо.
Жерар помолчал и заговорил уже спокойнее.
Я из рода Мирмье. Но разорившиеся дворяне часто скрывают имя. Поэтому с детства меня называли Жераром Ги
Чан сразу уловил мысль.
Значит, на записи может быть двоюродный брат или кто-то из родственников по крови?
Пока это единственное объяснение, которое вообще подходит. Честно: больше ничего не вижу.
Чан перевёл Гван Тэку всё — и про род, и про возможного родственника.
Блядь... — Но если это родственник, хотя бы есть за что зацепиться. Значит, найти можно?
Чан кивнул.
Горячий кофе окончательно прояснял голову.
Гван Тэк.
Ну?
Тот затушил сигарету и даже подул на рукав, куда попал пепел.
Не относись к этому как к обычной разборке. Считай, что охотиться за тобой может кто угодно. В одиночку не ходи. Даже в NIS я пока не хочу болтать. Из людей, за которых могу поручиться,
Гван Тэк нахмурился.
С рассветом достану тебе пистолет. До этого из отеля не высовывайся. Есть кто-то, кто может постоянно быть рядом? Из своих, кому веришь?
Чоль Бом со всеми сейчас в Монголии. До Сок, сам знаешь, в больнице.
Он помялся.
Жену и ребёнка не тронут ведь?
Чан не ответил сразу.
Что? Настолько серьёзно?
Если люди, которые пытались убрать запись, узнают, что она существует, расслабляться нельзя. Давай попросим ветеранов ДМЗ взять под охрану тебя и семью.
Гван Тэк кивнул.
Некоторое время они молча пили кофе.
Capitaine,
Да?
Вы говорили, Шахран жив и сидит под Лориамом?
Он специально говорил по-французски: Гван Тэк не понимал ни слова.
А где вы его в итоге нашли?
Чан коротко рассказал, как вышли на Шахрана в промышленной зоне Инчхона.
Жерар сразу зацепился за деталь.
Тогда Шахран может знать человека с записи.
А ведь верно.
Предлагаю встретиться с ним вдвоём. Если я поведу себя так, будто я и есть тот человек, Шахран не купится?
Даже Чан едва отличал. Шахран и подавно мог ошибиться.
Он меня толком не знает. Вы всё время держали меня в стороне, так что лично мы почти не пересекались. Если сделать вид, будто мы с вами теперь заодно, можно выяснить, кто тот человек, где находится и на какую службу работает.
Чан резко посмотрел на Жерара.
«В Лориам? К Шахрану?»
И впервые за весь разговор в голове шевельнулось гадкое подозрение.
«А если Жерар сам хочет добраться до Шахрана?»
Нет.
Не может быть.
Жерар усмехнулся, растянув шрам на щеке.
«Чёрт.»
Полчаса назад он спросил: «Вы мне действительно верите?» И Чан ответил. А теперь снова ведёт себя как последний идиот.
Прости.
За что?
Жерар прекрасно понял, о чём тот подумал, но сделал вид, будто ничего не заметил.
«Верить. Надо верить.»
Даже если в конце концов окажется, что его обманули.
Жить рядом с Жераром и каждый день сомневаться в нём было бы куда жесточе.
Сделаем, как ты сказал. С рассветом свяжусь с послом Ланоком и обсудим поездку в Лориам.
Понял.
Когда решение было принято, стало немного легче.
Спать будем? Хотя нет. Давайте сначала позавтракаем, а потом ляжем.
Голодным Чан не был. Но уснуть сейчас всё равно не получилось бы.
Давай что-нибудь лёгкое.
У Жерара уточнили заказ и попросили два американских завтрака и один корейский.
Есть способ найти человека с видео?
Если дать мне сутки и возможность пошевелиться, что-нибудь вылезет. Проблема в другом: надо не растрепать лишнего. Пока не поговоришь с директором Каном, я останусь в отеле.
Правильно.
Снова пришёл персонал с едой.
Есть, когда можешь. Спать, когда можешь. Если собираешься воевать всерьёз — с этих вещей всё и начинается.