Том 1. Глава 165
Колонна, непоколебимо простоявшая тысячи лет, рухнула в бездну.
Катастрофа, порожденная капризом одной-единственной твари.
Виной всему был Неумирающий Падший.
Ува-а-а-а-ах!
Копья Империи, Вунерен и Жолле, поднимавшиеся вслед за Святой, кубарем летели вниз с высоты в несколько тысяч метров.
Они отчаянно пытались выровнять падение, уповая на сверхчеловеческую выносливость и искусное владение копьем, но бездна под ногами была слишком глубока.
Сверху сплошным градом сыпались исполинские валуны, а внизу разбившиеся оземь глыбы уже подняли непроглядную завесу пыли.
«Нельзя сдохнуть так глупо!..»
Роковое мгновение, когда жизнь от гибели отделяла лишь крошечная доля секунды.
Ха-а!
И вдруг прямо из пылевого вихря вынырнуло спасение.
Дракон?..
Не кто иной, как закованный с головы до хвоста в глухую железную броню ящер, источающий тяжелую серую ауру.
Бронированный дракон — Беати.
Помимо остолбеневших Копий Империи, на широкой спине Беати спаслась целая толпа выживших.
...
...
Большинство составляли сорвавшиеся со скалы Пепельные рыцари, но хватало и представителей других народов: дворфы, эльфы, драконорожденные со зверолюдьми... И даже уцелевшие магические звери.
Едва Вунерен и Жолле ошарашенно забегали глазами, прикидывая, что делать, и потянулись к оружию —
Лязг-!
Пепельные рыцари дружно вскинули клинки, взяв Копья Империи в плотное кольцо.
И надо же было Беати вытащить тех, кто нам даром не сдался.
Приказ Каллиуса, не иначе. Каков служака, а? Преданный ящер, ха-ха-ха!
Тьфу. Пустая трата сил. Бросили бы их подыхать, и дело с концом.
Алду раскатисто расхохотался, Серена, как обычно, и бровью не повела, а Фило лишь сплюнул с досады.
...
Подавленные их свирепой аурой, Копья Империи предпочли отвести глаза. Разумеется, они не сомневались, что смогут дать отпор, но затевать резню насмерть прямо в воздухе было бы полным безумием.
И что теперь прикажете делать?
Изначально отряд планировал дожидаться Каллиуса.
Но каменный исполин, служивший вратами в Гробницу Феи, обратился в груду щебня...
Он ведь цел? Не погиб?
Да брось. Погибни Каллиус
С Каллиусом наверняка все было в порядке.
Однако...
Входа больше нет, а значит, чтобы выбраться наружу...
...ему потребуется время.
И как же им поступить прямо сейчас?
Перерезать глотки Копьям Империи?
А хватит ли силенок совладать с обоими?
Отряд молчал, не решаясь открыть рот.
Разбить преграду им было не под силу — они чувствовали себя не столько подмогой для Каллиуса, сколько бесполезной обузой.
Выходит, даже хваленые Копья Империи разбиваются в лепешку, если шмякнутся с верхотуры?
Превзошел ты человеческий предел или нет, а крылья от этого за спиной не вырастут.
Выход за грань смертного не делает неуязвимым.
Сорвешься — костей не соберешь; останешься без крошки — подохнешь с голоду. Разве что живут дольше простых людей да шкура потолще.
Короче, и Мастера — осклабился Фило.
Копья Империи лишь презрительно усмехнулись в ответ.
Фило, брось. Не о них сейчас надо печься.
А о ком еще?
Исполинский столп обрушили вовсе не они.
...
Вы ведь тоже ощутили это?
Демоническая аура.
Истинная скверна бездны, от которой в тот жуткий миг по коже пробежал липкий мороз. Та самая мутная энергия Падших, содрогнувшая твердь и небеса.
А это значило лишь одно:
Здесь объявился демон. Притом чудовищно могущественный.
Сперва дракон, теперь демон... Мир окончательно катится ко всем чертям?
Демоническая тварь прямо у Гробницы Феи... Впрочем, в этой беде крылась и редкая удача.
Как ни крути, а изводить демонов
Едва Алду договорил...
Гу-у-ум...
Прокатилась низкая, утробная дрожь.
Ее отчетливо различили даже сквозь грохот все еще осыпающихся скал.
Звук, разительно отличавшийся от камнепада, заставил эльфийку чутко дернуть ухом.
Святая схлестнулась с демоном.
О, кто бы сомневался.
Где они?!
Серена молча смерила его ледяным взором, затем подняла руку и указала направление.
Там высился соседний каменный столп — чуть ниже рухнувшего, но взмывающий к небу ровной отвесной стрелой. Битва гремела на его вершине, поодаль от разрушенной Гробницы Феи.
Очутиться так далеко за считаные секунды?..
Монстры, отринувшие человеческую природу. И среди них эти двое стояли на недосягаемой высоте.
Они бьются один на один?
Без понятия.
Воздух Аблифакса гудел от мощнейшей природной энергии, глушившей любое восприятие аур. Присутствие бойцов тонуло и искажалось в стихийном мареве, поэтому Серена ориентировалась исключительно на слух и не знала подробностей.
«Насколько же свирепа эта тварь, раз ее аура прошивает насквозь аномалии Аблифакса?..»
При одном воспоминании о накатившей скверне лучница вновь покрылась мурашками.
Немедленно доставьте нас туда! Мы прибыли сюда, чтобы уничтожить демона!
Наш священный долг
Пф. Беати плевать на наши хотелки. Неймется
У Беати в голове крутилась единственная мысль:
«Ловить падающих».
Никаких иных забот, кроме безупречного исполнения хозяйской воли. Дракона ни капли не волновало, дерется там Святая с демоном или нет, так что ящер даже не повернул в ту сторону — ведь в бездну все еще сыпались крошечные, словно муравьи, бедолаги.
Да чтоб вас!..
Копьям Империи оставалось лишь бессильно скрипеть зубами от злости.
Грохот.
Кх-х!..
Госпожа Юниус! Госпожа, вы живы?!
Жива я, жива, хватит орать над ухом!
Грубо отпихнув зверолюдку, служившую ей двойником, Юниус сжала раскалывающуюся голову руками.
Она рухнула на самое дно ущелья Аблифакса — и каким-то чудом уцелела. Растеряв почти восемьдесят процентов былой силы, она непременно должна была разбиться в лепешку, однако цепко ухватилась за жизнь.
И спасла ее именно Гробница Феи.
Все наверху решили, будто усыпальница сгинула вместе с рассыпавшимся столпом.
«Она уцелела».
Гробница осталась невредима.
Если точнее, врата защищал несокрушимый барьер. Пусть местоположение сместилось, сам проход благодаря барьеру не пострадал, и Юниус, прекрасно об этом зная, использовала охранные чары как амортизатор при падении.
Кроме синяков да ссадин, повреждений не было. Голова, правда, шла кругом от сотрясения, но плевать: главное — она дышит, а вход в гробницу стоит нерушимо.
Нет худа без добра...
Явление демона в любой другой день вызвало бы у нее лишь лютую ненависть. Каков бы ни был ее скверный нрав, она все же оставалась избранницей бога и Святой, обязанной оберегать этот мир. Для нее демоны были мерзостью, подлежащей немедленному искоренению.
Однако Святая Лактуса... Присутствие Айли превращало появление отродья бездны в сущий подарок небес.
Так тебе и надо, сука.
Впрочем, поводов для ликования было немного. Юниус зло сплюнула и принялась нервно грызть ногти.
По крайней мере, я выиграла время. Вот бы эта тварь разорвала ее на куски... Но где там. Эту дрянь так просто не укокошишь.
Идеальным исходом стала бы гибель Святой Лактуса. Увы, шанс на такое чудо стремился к нулю. В лучшем случае дело кончится ничьей.
Как пить дать, тот парень унаследовал волю Титео. Иначе с какого перепугу демону вылезать именно сейчас? Как же бесит, черт подери!.. И ведь сделать ничего нельзя
С самого начала заварухи Юниус знала, что Святая Лактуса не останется в стороне: лазутчики регулярно доносили о ее перемещениях. Она держала в уме и тысячу отборных рыцарей, и троицу Копий Империи, ведя расчеты исходя из этих данных.
Дикий, изрезанный рельеф Аблифакса слыл непроходимым. Юниус резонно полагала, что столь крупному войску понадобится не меньше месяца, чтобы выйти к лагерю зверолюдей.
Однако Айли наплевала на все расчеты и в одиночку взлетела по отвесным утесам.
Ебанутая сука.
Да, сейчас ей приходится отдуваться одной, но вскоре сюда нахлынут Копья Империи и основная армия. И тогда Святая покарает демона, отделавшись малой кровью.
Она ведь такая же претендентка, как и я.
Айли наверняка знала, как упокоить Неумирающего Падшего. В нынешнем положении задача не из легких, но если кому это и по зубам, то только ей.
И в этом крылась главная беда.
Разобравшись с тварью, она тут же возьмется за меня.
И тогда Юниус конец. Удрать не выйдет — уж точно не с этой разбитой в хлам тушкой.
Мне от нее не скрыться.
Так было и прежде, когда тело не знало увечий. Дело крылось даже не в мастерстве, а в свойствах оружия. Святая срослась воедино со Священным Копьем Лактуса, а Юниус — со своим Божественным Щитом. Из-за этого различия Юниус выторговала себе шанс на возрождение ценой немощи, а Айли обрела сокрушительные техники усиления. И эта же проклятая разница загнала ее в глухой тупик.
Блядство. Дожила... Святая Щита на положении ободранной побирушки.
Как ни крути, расклад оставался паршивым.
Г-госпожа, что нам делать?
А хрен его знает! Я поставила все на этого ублюдка.
Шлеп.
Плюхнувшись на камни и скрестив ноги, Юниус криво осклабилась, отирая выступивший холодный пот.
Ждем. Больше ничего не остается.
Среди обломков скал тихо журчал крохотный родник. Вода в расщелине, чудом сохранившая чистоту под завалами, была ее единственной ставкой в этой игре.
Больше у нее ничего не оставалось. Лишь томительное, сводящее с ума ожидание.
Вылезай уже, скотина! Да я тебя взасос расцелую, только явись!
И в этот миг...
Ба-ба-а-ам-!!
Громоподобный удар вывернул пласты земли наизнанку, будто с небес рухнул метеорит. Прямо под носом! Схватка демона со Святой сместилась к их укрытию.
А-а-а! Твою мать, да вылезай же, умоляю!
Фьють — бабах!
Алые росчерки непрерывным градом обрушились с небес. Словно звездный шквал крушил породу серией оглушительных взрывов.
Бум! Грохот! Тра-а-ах!
Айли лупила без передышки, обрушивая неистовый шквал атак.
Кья-а-а!
Кх-х!
От одних лишь взрывных волн Юниус со зверолюдкой мотало из стороны в сторону, словно осенние листья. Их швыряло на деревья, хлестало каменным крошевом по лицу. Отчаянно вцепившись в корни травы и чудом удерживая равновесие, сквозь летящий прах они наконец разглядели поле боя.
Топ.
Надо же, не сдохла.
А ты бы... сдохла на ее месте?
Взору предстала Святая с развевающимися розовыми прядями и Неумирающий Падший, ползущий по земле с зияющими по всему телу сквозными пробоинами.
Но передышка длилась лишь долю секунды: силуэт Святой вновь смазался в воздухе, и прямо сквозь ее тающий фантом со свистом вонзились черные щупальца Падшего.
Удар! Еще удар!
Они рассекали пустоту, но их сокрушительная инерция заставляла содрогаться камни. Неумирающий Падший принимал удары копья на себя, исцелялся со сверхчеловеческой скоростью и тут же бросался в контратаку — Юниус лишь раздраженно цокнула языком.
Айли, не проронившая ни капли пота против целого Пепельного легиона, теперь прерывисто дышала, а на ее лбу блестели бисеринки пота. Враг оказался невероятно тяжелым.
«Демон куда свирепее, чем ожидалось».
Этим тварям полагалось пробудиться гораздо позже. Столкнувшись с исчадием бездны до того, как успела накопить достаточно сил и опыта, даже Святая Лактуса ходила по лезвию ножа. К тому же среди ранних монстров именно «Неумирающий Падший» был самой омерзительной занозой: противник, способный мгновенно затягивать любые раны, — худшее, с чем можно столкнуться в бою.
Какого хера ты приволокла его сюда, дрянь?!
Чтобы ты даже не думала сбежать.
Хлысть!
Несколько щупальцев сплелись воедино и тяжелым хлыстом ударили оземь. Твердь под ногами раскололась, а свет, укреплявший ноги Святой, плавно перетек на острие копья.
Пятая форма
Выпад.
Бум-м-м-!!
Наконечник вонзился точно в грудь Падшего. Однако с оглушительным взрывом разворотило не грудь, а спину чудовища. Из раскуроченного хребта вспыхнула алая заря, затопившая все вокруг слепящим маревом.
Живучий ублюдок...
Вспышка!
Сквозь багровый рассвет черный хлыст Неумирающего Падшего едва заметно чиркнул по тыльной стороне ладони Святой.
Леденящий душу голос. Скрежещущий шепот вырывался из пасти, продолжавшей глумливо шевелиться, даже несмотря на то, что половина черепа была снесена начисто.
И Святую Лактуса, и Святую Лумитеры пробрал могильный холод.
Бессмертное создание. Существо, топтавшее землю тысячи лет и ни разу не познавшее объятий смерти. Святая Лактуса отчетливо осознала: вполсилы с этой тварью не совладать.
Сейчас я оборву твою жизнь.
Айли соткала святую воду прямо из воздуха: без святой воды упокоить демона было невозможно.
Однако...
Лязг-! Дзынь!
!!
Черное щупальце метнулось вдвое быстрее прежнего, и Святая попросту не успела среагировать. Копье из святой воды бессмысленно разлетелось на хрустальные осколки.
«Он нарочно сдерживал силу до сих пор?!»
Единственное оружие, способное сразить врага, было уничтожено. Непростительная оплошность. Кто мог подумать, что Падший, жаждущий смерти, станет прятать истинную мощь ровно до того мига, пока в ее руках не появится святая вода?
Глядя на глумливый оскал демона, Айли потемнела от ярости.