Том 1 · Глава 1103. Внезвёздная цивилизация

Это был оранжево-жёлтый луч, окутавший Е Фаня дымкой и сиянием, он поднял его в воздух и потянул внутрь огромного бело-голубого диска.

Пространственные печати!

Е Фань понял, что этот свет соткан из законов пустоты: нити собрались вместе и образовали такое необычное свечение. Летательный аппарат излучал серебристое сияние, поглощая небо и землю. Приблизившись к бело-голубому диску, он убедился: это устройство из композитного божественного металла, пригодного для создания священного оружия. В нём была и серебряная эссенция Дало, и бело-голубой металл, и баранье нефритовое божественное железо.

Сю!

Закон света действовал стремительно, и Е Фань почти слился с ним. Диск блеснул холодным металлом, в его днище открылось световое отверстие, втянувшее Е Фаня, а затем дно снова сомкнулось.

Это был огромный золотистый зал — или, вернее, темница: пустой и безмолвный, будто ты очутился посреди вселенной. Стены были металлическими, испещрёнными множеством символов, изображениями цветов, птиц, рыб, насекомых, зверей и пернатых; они мерцали искорками, словно звёзды в ночном небе, а на куполообразном потолке переплетались сложные и таинственные узоры.

Е Фань опешил. Неужели это и правда летающая тарелка? Скорее — мощный пространственный артефакт, втянувший его в свой малый мир.

—Эти узоры... даосские печати! — он нахмурился, осознав, что всё гораздо сложнее, чем казалось. Иначе бы его так просто не пленили. Внутри переплетались законы, как в священном оружии. Это расходилось с его первоначальной догадкой: возможно, это и не тарелка, а необычный инструмент, породивший духа и потому творящий такие чудеса.

Бум!

Е Фань выбросил кулак — золотой, сияющий ослепительным светом. Сейчас одной лишь телесной силой он мог бы разбить инструмент полу-мудреца. Однако всё вышло иначе: золотистая стена загудела, но не разрушилась, а узоры и изящные линии зазмеились, словно серебряные змеи.

—Не тарелка, а священное оружие?! — удивился Е Фань.

Бум!

Он вновь привёл в движение божественную силу, его золотое тело сияло чистотой, как лазоревый камень, все поры источали радужное свечение, испуская ослепительные лучи. Этот удар Е Фаня был чудовищной мощи — он разорвал пустоту и обрушился на внутреннюю стену, но в ответ раздался лишь тяжёлый металлический гул, а следов не осталось.

—Какое могучее тело, чистейшая и сильнейшая сила кровеносных сосудов! Найдено совершенное золотое тело, кандидат для сильнейшего кровеносного тела, это — сокровище!

Прозвучала духовная волна, словно давая оценку Е Фаню, полная возбуждения. В тот же миг одна из металлических стен стала прозрачной, и пустой металлический зал теперь можно было обозревать и изнутри, и снаружи.

Е Фань увидел, что этот огромный металлический диск и впрямь сделан из божественных материалов с начертанными печатями, но и версию с летающей тарелкой полностью исключать было нельзя. Открывшееся зрелище взбудоражило его.

Снаружи простиралось ещё большее пространство — множество металлических дворцов, каждый прозрачный, как хрусталь, из неизвестного материала. В них были заточены самые разные существа.

—Демоны, люди, древние кланы, всевозможные необычные твари...

Е Фань заметил, что здесь держат только чрезвычайно могучих представителей всех рас. Даже хищные птицы и дикие звери относились к древним необычным видам: например, златокрылый Пэн, весь будто вылитый из золота, длиной в несколько сотен чжанов¹, ослепительно сверкающий, или пылающая трёхногая золотая ворона и прочие.

¹ 1 чжан ≈ 3,3 м.

—Здесь поразительные пространственные законы: звери длиной в сотни чжанов умещаются в крошечном металлическом дворце.

Е Фань был изумлён. Видимо, на этот огромный металлический диск ушло не так много божественных материалов, как можно было подумать, — просто он весь пронизан высшими пространственными печатями, а внутри разделён на множество малых дворцов, отчего и способен вмещать разных могучих существ без смешения.

—И те несколько отсекших путь тоже здесь.

Е Фань разглядел нескольких отсекших путь из древних кланов: дух их был сломлен, с тел капала кровь — похоже, у них брали образцы.

Это была настоящая тюрьма: около десяти тысяч малых металлических дворцов, почти все прозрачные, и больше половины заполнены могучими представителями разных рас. Попался даже каменный человек, правда сильно искалеченный, всего лишь уровня Отсечения пути, не настоящий святой дух. Были и вовсе незнакомые расы, явно не с этой древней звезды: кожа тёмно-зелёная, облик нечеловеческий, они от природы управляли молниями и, атакуя ими стены, пытались вырваться.

Очевидно, пустой зал, в котором находился Е Фань, ещё не считался темницей — это был лишь входной шлюз для захвата культиваторов. Раздался странный звук, и неподалёку внезапно возник огненный феникс — весь сияющий, ало-красный, как утренняя заря.

Это не мог быть настоящий феникс, лишь потомок с его кровью, но очень чистой — иначе не было бы такого сходства. Переливаясь пятицветным благим светом, будто выкованный из фениксового кроваво-красного металла, он бросился в атаку.

Чжэн!

Одно движение его крыльев рассекало пустоту, каждая частица плоти была пугающе могучей, а текущая кровь шумела, как грозовые раскаты, — настолько сильно было его тело.

Чи!

Воистину феникс расправил крылья: слепящий блеск фениксового кроваво-красного металла разорвал пустоту, метя разрубить голову Е Фаня, а когти феникса рванули к его темени.

—Потомок феникса на уровне Отсечения пути!

Е Фань изумился: внутри металлического диска томилось столько могучих древних божественных семян — это же настоящая сокровищница! Кого ни выпусти — уже такое.

Обычного человека такая атака убила бы на месте: одна лишь телесная мощь этого потомка феникса неодолима, кровеносная сила велика, взмах крыльев рвёт пустоту! Но Е Фань — святое тело людей. Кто посмеет соперничать с ним телесной силой на уровне Отсечения пути? Только погибель.

Бам!

Движения Е Фаня казались медленными, но это был обман зрения. Кулак, словно золотая молния, обрушился на отсекшего путь феникса.

Раздался хруст костей, и целый дождь багряной, как заря, крови окропил золотой зал. Диковинный феникс кувырком отлетел прочь, роняя перья цвета красного металла.

Е Фань нахмурился. Тело этого феникса оказалось чрезвычайно крепким: любой другой отсекший путь на его месте превратился бы в кровавое месиво, не осталось бы и костей.

—Поистине сокровищный экземпляр! Этот образец можно назвать совершенством, его кровь бесценна, им стоит владеть!

Раздались хлопки — кто-то аплодировал, восхищаясь. Среди тысяч металлических дворцов, по сияющему нефритовому проходу, шли мужчина и женщина. Оба с длинными пурпурными волосами, блестящими и гладкими, с безупречно прекрасными, почти человеческими лицами.

—Я же говорил, не нужно проверок. Эта добыча совершенна, а ты не верил и едва не погубил одного из сильнейших необычных фениксов, — произнёс мужчина, очень красивый, в серебристо-белых боевых доспехах, переплетённых могучими печатями.

Девушка с пурпурными волосами до пояса, с кожей, чистой, как баранье сало, и сияющими пурпурным светом зрачками была прекрасна, словно дух; она тоже носила божественные доспехи, струящиеся металлическим блеском. Улыбнувшись, она сказала:

—Не думала, что перед самым уходом можно получить такую добычу.

Е Фань через ставшую прозрачной металлическую стену холодно смотрел на них. Сомнений не было: эти двое считали его добычей, словно дикого зверя из иного мира.

Под ногами у них замерцали узоры, поплыли символы, и огромный металлический зал, где находился Е Фань, задрожал, расцвеченный пятью цветами, а повсюду проступили нити божественных печатей.

Шух!

Его переместили в другое замкнутое металлическое помещение, далеко от тех дворцов. Оно походило на лабораторию: сквозь прозрачные стены виднелись различные приборы.

Е Фань удивился: здесь соседствовали даосские печати и современная технология — довольно необычно, словно две цивилизации сплавились воедино. Впрочем, это не слишком потрясло его, ведь он и сам был родом с другого берега звёзд, из технологической цивилизации, пусть и относительно отсталой.

—В твоих глазах я прочёл удивление. Странно, правда? — пурпурноволосый мужчина заложил руки за спину, с насмешкой в уголках губ, разглядывая его, будто раба. — Бескрайность вселенной превосходит воображение вас, туземцев. Почти все звёзды мертвы, лишь немногие несут жизнь, но и этого достаточно, чтобы родились разные цивилизации.

Пурпурнозрачка с блестящими, словно живыми волосами, сияющая хрустальным светом, тоже долго рассматривала Е Фаня и, похоже, осталась чрезвычайно довольна:

—Кровь этой добычи, вероятно, можно использовать для создания сильнейшего боевого тела. Возможно, оно сравнится с образцами божественной крови нашего Вечного Царства или даже с запечатанной и хранимой в сокровищнице бессмертных кровью древних божеств.

Они общались духовными волнами, иначе Е Фань не понял бы их. Явно внезвёздная цивилизация со своим языком.

—Кто вы? Откуда прибыли? Сколько во вселенной живых древних звёзд? Зачем явились сюда и с какой целью? — Е Фань, ничуть не ощущая себя пленником, засыпал их вопросами.

—И кто же здесь пленник? — пурпурноволосый мужчина равнодушно усмехнулся, его серебряные доспехи заструились божественным сиянием, и он с силой топнул по узорам на полу. Металлическая камера тотчас пронизалась переплетёнными молниями — это была небесная кара, рождённая убийственной формацией!

Однако, к его удивлению, Е Фань даже не шелохнулся. Электрические змеи лишь заставили все его поры раскрыться, он закалял тело молниями, и по коже разбегалась золотая рябь. Он был подобен золотому богу войны.

—Потрясающе! — вынужденно признал мужчина. Он хотел заставить Е Фаня помучиться, но молнии не возымели действия.

—О! Его кровь и впрямь может сравниться с кровью древних божеств? Немедленно провести анализ образца! — глаза пурпурнозрачки загорелись, излучая необычный блеск, но, очевидно, этот жар был вызван ожиданием от ценной добычи и ничем иным.

Вошли люди, вошли в лабораторию, включили различные приборы, переговариваясь и обсуждая что-то. Увы, языка Е Фань не понимал. Они смотрели на него с тем же жаром, что и на редчайший доисторический вид.

Е Фань понял: эти люди действительно из иного цивилизационного мира, владеют законами и даосскими печатями, но сплавили их с технологией, создав крайне опасную систему.

—Будьте осторожны! Главная добыча этого сезона — он, совершенная особь. Когда будете извлекать кровь и осколки божественных законов, смотрите не погубите его, — строго распорядился пурпурноволосый.

—Верно! Эту добычу я оставлю себе, буду холить в Саду Небес. Пусть состязается с любимцами князей и дяди-вана, — оживлённо добавила пурпурнозрачка.

Е Фань холодно взирал на них. Эти люди и впрямь считали его низшим видом, даже зверем.

Замигал огромный экран, внутри тарелки зажглось множество источников света, и все лучи устремились на Е Фаня. В металлической камере ожили бесчисленные печати, сплетаясь в серебряных змей, которые тянулись к нему, чтобы через экран вычислить и проанализировать его.

Бум!

И вдруг Е Фань почувствовал опасность. Тысячи серебряных змей обрели плоть и вонзились в его кожу, чтобы извлечь кровь. Больше медлить было нельзя. Эта металлическая камера прочностью не уступала священному оружию, будучи выплавленной из божественных материалов. Не желая терять время и опасаясь непредвиденного, он извлёк из тела треножник из зелёной меди. Сейчас он не мог привести этот бессмертный треножник в действие, но мог держать его в руках и бить им, как тяжёлым молотом!

Дон!

Сила Е Фаня была огромна. Размахнувшись зелёным треножником, он с грохотом обрушил его на металлическую стену. Один лишь удар — и вспыхнул зелёный свет, а прочная стена разлетелась на куски.

—Скорее! Остановите его! — эти люди пришли в неописуемый ужас. Такого прежде не случалось: они уже оценивали добычу и решили, что он не сможет поколебать летающее священное оружие, а теперь случилось это.

—Хотите держать меня как зверя? Скорее уж вы сгодитесь мне в питомцы. И этот корабль тоже теперь мой! — освободившись, Е Фань бросился к главным — мужчине и женщине.