Том 1 · Глава 944. Драконья птица Великого Ся

Толпа людей ворвалась в зал и, заняв разные позиции, окружила Е Фаня; все они были в железных доспехах, мерцавших холодным металлическим блеском, и сжимали в руках всевозможное острое оружие, исторгавшее божественное сияние.

В нынешние времена, если бы кто-то увидел такие наряды, он бы непременно удивился: всё это было слишком примитивным и совершенно не вязалось с современностью.

Е Фань не поднялся и по-прежнему сидел на месте, спокойно глядя на них. Доспехи на этих людях, хоть и ярко блестели, хранили на себе едва заметные пятна времени и прошли через многие эпохи.

В древности великие демоны, что носились по небу и земле и могли хватать звёзды и луну, либо ушли из жизни, либо покинули этот мир, но они оставили потомкам немало древнего оружия, и это было поразительное сокровище.

—Вы едва не убили Сяо Суна, а теперь хотите напасть и на меня? — ровно спросил Е Фань.

—Вы забыли, что это за место! Цзюцзян — не то место, куда может ворваться и где может бесчинствовать кто попало! — холодно произнёс старик уровня Божественного моста, сжимая в руке то самое божественное шило, отливавшее зловещим светом.

Он легко взмахнул рукой, и десяток с лишним человек в доспехах разом встряхнули оружием; из этих древних клинков вырвались волны за волной, извергая мечевую энергию и обрушиваясь на Е Фаня.

Они выстроили магическую формацию; всё это древнее оружие было магическими инструментами, и пусть каждое в отдельности не было поразительным, но, сочетаясь вместе, они обладали удивительной силой и могли убить чрезвычайно могучего противника.

Самым сильным среди них был тот старик из тайной области Дворца Пути; сами они, естественно, не могли создать такую магическую формацию, и всё это было оставлено предками.

Мечевая энергия, пронзительная и острая, рассекала пустоту и сплеталась в ослепительную магическую формацию, заключившую Е Фаня внутри; звенящие мечевые лучи рубили по нему, но он щелчком пальца размозжил их вдребезги.

—Что за магический сосуд при тебе? — в ужасе воскликнул старик уровня Божественного моста и невольно отступил: в нынешнюю эпоху он не верил, что кто-то может одним пальцем размозжить такую мощную магическую формацию.

Золотая кровь и энергия Е Фаня, превратившись в золотое божественное сияние на кончике его пальца, была подобна древнему божественному орудию, и это невольно ввело их в заблуждение, ибо в их представлении в нынешнем мире почти не могло быть таких обладателей великого божественного искусства, а если они и были, то не пришли бы в их клан.

—Поистине достойны древнего наследия! Какой великий нрав — вы и меня хотите убить? — Е Фань поднял руку и притянул к себе того молодого человека, что прилип к стене.

—Уважаемый собрат по пути... давайте поговорим спокойно! Прежде мы не поняли друг друга, и я готов возместить ущерб! — только что он сидел с наглым видом, ни о чём не тревожась и думая, что в своём клане противник ничего не сможет сделать, а теперь струхнул.

—Сяо Сун с добрым сердцем хотел спасти тебя, а ты пытался его убить — у тебя что, волчье сердце и собачьи лёгкие? — Е Фань наотмашь ударил его, и по всему телу раздался хруст костей, и в мгновение ока сломалось несколько десятков.

Разумеется, он не приложил силы, иначе от удара святого тела человеческой расы не то что он — даже глава целой школы превратился бы в кровавое месиво.

—А-а-а! — колдовской молодой человек закричал от боли и покатился по полу.

Е Фань с лёгким удивлением заметил, что в теле этого человека текла пурпурная кровь и демоническая аура была очень густой; хоть он был и не очень стар, он уже достиг уровня Источника жизни, что на Земле было совершенно необычно.

Неудивительно, что клан так оберегал его и дал ему для защиты божественное шило уровня главы школы: в нынешние времена такой талант был большой редкостью и стоил того, чтобы тратить силы на его развитие.

—Уважаемый собрат по пути, прошу вас, остановитесь! Всё можно обсудить! — выступил вперёд тот старик из тайной области Дворца Пути с обеспокоенным видом; он до сих пор не разглядел, что за золотой магический сосуд был на ладони Е Фаня.

Только что они выстроили магическую формацию, заключив Е Фаня в центре, и думали, что смогут его убить, но это оказалось совершенно бесполезным, и он прямо сквозь формацию притянул к себе молодого человека.

—О чём ещё говорить? Цзюцзян — это место вашего клана, и здесь нельзя бесчинствовать кому попало, а я уже нанёс вам смертельную обиду, — холодно усмехнулся Е Фань.

Он действовал без пощады: один удар пальцем — и Колесо и Море молодого человека было мгновенно разрушено; ещё один удар — и его Бессмертный алтарь распался, и он больше никогда не мог заниматься культивацией.

Двумя пальцами Е Фань уничтожил всё его дао, навсегда отлучив его от мира культивации. Затем, подумав, он взмахом руки извлёк из его тела пурпурную демоническую кровь и тут же полностью переплавил её.

—Вы... это уж слишком! — в ярости вскричал старик уровня Божественного моста: многообещающий росток клана был на его глазах искалечен, и это было пощёчиной не только ему как деду, но и всему клану.

—Я слишком далеко захожу? Вы едва не убили Сяо Суна, а когда я пришёл за объяснением, вы и меня заодно хотели прикончить — воистину мните себя владыками всего мира! — Е Фань отшвырнул молодого человека.

—Дедушка, убей его! Моя жизнь кончена, разотри его кости в пыль! — закричал колдовской юноша с бездонной злобой в глазах и хрипло выкрикивал проклятия.

Увидев это, Е Фань лишь слегка улыбнулся и указал пальцем; с лёгким звуком пф золотой луч пронзил его лобную кость, и струйка крови вытекла наружу, а его искажённое злобой лицо навеки застыло.

—Я забрал твоё дао, что сеяло беды в мире людей, и хотел сохранить тебе жизнь, но ты не исправился; с таким сердцем тебя нельзя оставлять.

Все в зале изменились в лице и в этот миг отступили назад; особенно старик из тайной области Дворца Пути почувствовал, что дело плохо: этот молодой человек так походил на легендарных обладателей великого божественного искусства!

—Кем бы ты ни был, сегодня ты умрёшь! Тебе не уйти из Цзюцзяна! Уже сколько лет никто не смел бросать вызов нашему роду Драконьей птицы, — взревел старик уровня Божественного моста.

Погибший был его внуком, которого он с детства баловал, и этот исход он не мог принять. Когда они вышли из зала, он ледяным тоном отдал приказ.

Е Фань не желал тратить лишних слов и, легко чиркнув пальцем в воздухе, извлёк его душу, и не успел тот договорить, как она мгновенно сгорела дотла, а его невредимое тело с глухим стуком рухнуло на землю.

Все втянули ледяной воздух и вконец остолбенели; в этот миг они наконец поняли, что на этот раз, скорее всего, налетели на железную плиту и, возможно, разгневали живого пращура.

—Что за не знающий ни неба, ни земли мальчишка явился бесчинствовать в наш клан? — появилась старая карга с посохом Драконьей птицы в руке; её волосы были белы как снег и сияли, а лицо, белое с розовым румянцем, не выдавало, сколько же лет она прожила.

—Прародительница!

Толпа поспешно бросилась к ней, и особенно старик из тайной области Дворца Пути быстро подошёл и тихо сказал:

—Тётушка-прародительница, дело плохо: этот человек, возможно, владеет великим божественным искусством древности.

Е Фань сидел в зале и не выходил; увидев эту старуху, он слегка задумался: её культивация находилась в третьей тайной области — Четырёх пределах. Он и впрямь был удивлён: в нынешнюю эпоху ещё можно было достичь такого уровня?

—Подумать только, наш род Драконьей птицы с древности и доныне стоит неколебимо, и никто ещё не смел являться в Цзюцзян и наносить нам оскорбления! Сегодня, кем бы ты ни был за божество, раз пришёл — не уйдёшь!

Старуха взмахнула посохом, и в зале тотчас взметнулись благодатные испарения и засиял пронзающий до костей свет; возникла чрезвычайно мощная магическая формация, готовая переплавить Е Фаня.

Планировка этого зала была очень тщательной, и Е Фань заметил это, как только вошёл: пол был выложен камнями демонической крови, на которых были вырезаны отпечатки веков; это была древняя магическая формация, целиком перенесённая сюда людьми, и дом был построен на её основе. Даже культиватор тайной области Превращения в дракона, попади он сюда, был бы переплавлен.

Когда клан Драконьей птицы завёл его в этот зал, они уже замыслили недоброе: если дело дойдёт до разрыва и они не смогут одолеть его, в последний момент они намеревались переплавить его с помощью древней формации.

Увы, они столкнулись с человеком, вернувшимся с Бэйдоу, святым телом человеческой расы, и совсем не знали, насколько ужасающе его дао и насколько чудовищна его плоть; не говоря уж о такой убийственной формации — даже более мощная была бы бесполезна.

Яростное пламя полыхало, ослепительное сияние кружилось в воздухе, и одна за другой с криком взлетали Драконьи птицы, рождаясь из огня и затопляя Е Фаня. Сяо Сун сильно испугался и, крепко вцепившись в край одежды Е Фаня, дрожал.

Е Фань, окутанный божественным светом, совершенно не обращал на это внимания и, прохаживаясь по залу, повсюду постукивал, изучая, к какой эпохе относится эта древняя формация, отчего стоявшие на лужайке люди застыли в изумлении.

—Он... обладатель великого божественного искусства! — кто-то с трудом сглотнул слюну.

—Какое же нынче время... разве может... ещё быть такой могучий человек? Разве они все не обратились в пепел или не ушли? — они были безмерно потрясены.

—Всё кончено! Это и впрямь великое бедствие: мы разгневали такого пращура — он, должно быть, выжил из древних времён! — лица у всех стали мертвенно-бледными.

Е Фань щелчком пальца полностью разрушил ту магическую формацию и, непринуждённо выйдя из неё, не запятнав одежд, заставил каждого задрожать.

Все трепетали: такой могучий человек для нынешних культиваторов был почти что божеством, и во всей Поднебесной таких насчитывалось всего ничего.

Е Фань двинулся вперёд, и люди без конца пятились; теперь любые слова были бесполезны, и их жалкое дао перед этим человеком было ничем.

—Уж не слишком ли ваш клан заносчив? В нынешнюю эпоху вы ещё хотите считать Цзюцзян своей вотчиной? А каково же тогда людям Цзюцзяна?

Е Фань взмахнул рукой, и сноп чистого света опустился вниз, мгновенно лишив ту старуху всего её дао, и лицо её в тот же миг потеряло все краски.

—Не разбирая, где правда, где ложь, ты сразу же захотела переплавить меня; так отринь же всю свою магическую силу и будь простой смертной!

Это была самая могучая прародительница клана, и одним движением руки у неё отняли всё дао, низведя до обычного тела; каждого пробрал ледяной холод, и все, не смея дохнуть, пребывали в неописуемом ужасе.

Старик из тайной области Дворца Пути, слегка дрожа, выступил вперёд и с поклоном сказал:

—Прошу, старший, проявите снисхождение и простите наше невежество.

Е Фань посмотрел на него — именно он первым крикнул, что в Цзюцзян не всякий может соваться, и говорил, что Е Фань не знает ни неба, ни земли и ему отсюда не уйти.

—За то, что ты быстро одумался, отсекаю сто лет твоего дао.

Вспыхнул луч света, и этот старик пошатнулся, едва не упав на землю; лицо его исказилось от ужаса: сто лет культивации отсечены — что же у него осталось?

—Сегодня я не собирался учинять кровавую бойню. Если бы вы сразу выдали главного злодея и говорили по-хорошему, по справедливости, ничего бы этого не случилось, — произнёс Е Фань.

Все они дрожали от страха, и никто не смел вымолвить ни слова; такое существо способно было разгуливать по всей Поднебесной, и во всём мире трудно было найти ему противника.

Е Фань и сам не хотел заходить слишком далеко и не стал наказывать остальных; он, словно ножом, рассёк пальцами лужайку, и под ней открылся подземный дворец.

Пурпурный дух с горы Лушань струился сюда и вливался в подземный дворец, в центре которого стояла древняя платформа формации, вся покрытая узорами; она превращала энергию сущности земной жилы в густой туман, собиравшийся в пределах десяти чжанов¹.

¹ 1 чжан ≈ 3,3 м.

—Неудивительно, что здесь есть культиватор уровня Четырёх пределов... — кивнул Е Фань. Секрет был здесь: эта древняя платформа формации могла превращать небесную и земную эссенцию, позволяя клану годами заниматься культивацией.

Е Фань до конца выяснил происхождение этого клана: их первый предок был Драконьей птицей, основавшей школу в эпоху Великого Ся, и в жилах этих людей текла кровь демонического божества.

—Драконья птица Великого Ся... — ему показалось это странным, и он вспомнил легендарный Меч драконьей птицы Великого Ся: неужели он был связан с этим кланом?

К тому же, тщательно расспросив, он узнал, что этот клан был лишь одной из четырёх ветвей, а не главной линией рода Драконьей птицы. Где же находилась истинная линия демонического божества Драконьей птицы Великого Ся, они не знали.

—Какого же уровня достигла культивация демонического божества Драконьей птицы? — спросил Е Фань о культивации их первого предка.

—В древние времена он уже был великим мудрецом, — ответила лишённая дао старуха.

Это было настолько поразительно, что Е Фань удивился: главная линия, основанная великим мудрецом демонов, несомненно, должна быть необычайной и стоила того, чтобы её разыскать и наведаться.

—Куда же он в конце концов делся? — снова спросил Е Фань.

—В те годы наш предок сразился с Гэ Хуном...

Услышав это, Е Фань был поистине потрясён: Гэ Хун был одним из самых поразительных персонажей в истории даосизма, лидером даосизма эпохи Восточной Цзинь и автором книги «Баопу-цзы».

В «Баопу-цзы», что попала в руки обычных людей, упоминались девять тайных искусств: Линь, Бин, Доу, Чжэ и другие, и он говорил людям, что, часто повторяя про себя эти девять знаков, можно отвратить всякое зло.