Том 4 · Глава 41. Приглашение к реквиему

I

Наступил ноябрь, и с ним пришло известие, что искра на подожжённом фитиле быстро приближается к точке воспламенения. Имперский флот ежедневно проводил боевые учения и всевозможные симуляции, накапливал материальные ресурсы, ремонтировал и проверял технику и оружие, готовясь к беспрецедентной военной кампании. 4-го ноября адмирал флота Ройенталь в качестве генерального инспектора провёл крупномасштабные манёвры с флотами, насчитывавшими суммарно тридцать тысяч кораблей. Эти манёвры вышли настолько интенсивными, что во время тренировки погибло более сотни человек.

Не относящиеся к военным действиям дела шли гладко. Представитель Феззана в Империи Николас Болтек по приказу Райнхарда отправил на Феззан сообщение, что имперский флот готовится к атаке на Изерлон.

Взамен Болтек попросил должность нового правителя Феззана. Райнхард никогда не считался скрягой, поэтому Болтек верил, что его просьба будет удовлетворена, но ответ Райнхарда оказался даже быстрее, чем он ожидал.

Завоевав Союз, Райнхард не собирался ставить кого-то на роль опосредованной власти при объединении новой территории со старой. Феззан лучше всего было взять под прямой контроль, а Болтеку Райнхард предпочёл бы дать хлебное местечко с большим жалованьем и покончить с этим. Хотя это был правильный способ правления, воплощать принципы макиавеллизма и концентрировать всю ненависть феззанцев на Болтеке не казалось необходимым.

Однако в конечном счёте Райхнард всё же пообещал ему должность правителя. Как он однажды сказал Оберштайну, он предполагал, что Болтек всё равно не продержится долго и вскоре потерпит неудачу в попытках поддерживать общественный порядок. Но Болтек должен был взять на себя всю ответственность за поддержание порядка на Феззане во время войны и обеспечить сотрудничество с имперским флотом.

Таким образом, Болтек продолжил передавать ложную информацию на свой родной Феззан. Конечно, при этом она должна была максимально соответствовать тому, что сообщают обычные граждане. В уме он уже считал свою преданность Рубинскому действиями другого себя из другой жизни. Сначала Болтек не ожидал, что его ошибка в общении с Райнхардом вынудит его продаться, но затем, чтобы оправдать себя, он нашёл вину в Рубинском и смирился. О наследнике своей прежней должности, Руперте Кессельринге, он почти не думал. Впрочем, в этом Болтек был не единственным. Многие считали Кессельринга лишь спутником на орбите Рубинского.

8-го ноября Райнхард отдал последние приказы и сделал последние назначения в отношении операции Рагнарёк.

Во-первых, он мобилизовал большой авангардный флот, направив его в сторону Изерлона. И пока все глаза будут прикованы к Изерлонскому коридору, он должен был одной быстрой атакой оккупировать Феззан и захватить контроль над Феззанским коридором. Приказ о вторжении на Феззан находился под юрисдикцией адмирала флота Вольфганга Миттермайера и только его одного.

Оправившийся от ран адмирал Нейхардт Мюллер возглавил вторую группировку войск, следующую за флотом Ураганного Волка. Мюллер страстно желал принять участие в захвате крепости Изерлон, чтобы искупить свою прошлую ошибку, но в данном случае ему пришлось обуздать свою жажду мести.

Третьей группировкой командовал лично главнокомандующий Империи Райнхард фон Лоэнграмм. Под его непосредственным командованием находились пять вице-адмиралов – Алдринген, Браухич, Карнап, Грюнеманн и Турнейзен. Начальник штаба Оберштайн, старший адъютант контр-адмирал Штрейт и второй адъютант старший лейтенант Рюке вместе с главным секретарём канцлера Хильдегарде фон Мариендорф и начальником имперской стражи капитаном Кисслингом находились на борту флагманского корабля «Брунгильда». Впервые должность на этом корабле получила женщина.

Четвёртой группировкой Райнхард назначил командовать адмирала Штайнметца. Этот высокородный аристократ с долгой и богатой карьерой по защите границ имел прежде звание вице-адмирала. После Липпшатдской войны он поклялся в верности Райнхарду и получил звание адмирала, к которому так стремился.

Арьергардом поручено было командовать адмиралу Валену. Тот был помощником Зигфрида Кирхайса во время Липпштадской войны и храбро сражался, превосходно зарекомендовав себя. На этого превосходного полководца, сочетающий в себе смелость и тактические умения, в этот раз была возложена тяжёлая задача по обеспечению связи между Феззанским коридором и Империей.

В общей сложности силы Райнхарда насчитывали 87 500 кораблей в составе флота и двенадцать миллионов солдат, в том числе четыре миллиона наземных войск, призванных захватить и контролировать оккупированные территории Феззана.

В то же время мощная ударная группировка направлялась в Изерлонский коридор. Хотя её целью являлись диверсия и отвлечение внимания, при очевидной слабости создать нужное впечатление не удалось бы. Поэтому был создан соответствующий баланс между военной силой, а также человеческими и материальными ресурсами. Кроме того, в зависимости от обстоятельств, на это подразделение возлагалась грандиозная и тактически-важная обязанность – пройдя через Изерлонский коридор, проникнуть на территорию Союза и слиться со своими товарищами, вторгшимися со стороны Феззана. Лидерство, хладнокровие, проницательность и умение мыслить масштабно – всё это, наряду с выдающимися тактическими и стратегическими навыками требовалось от командира данной группировки, так что на эту должность был назначен адмирал флота Оскар фон Ройенталь.

Его заместителями стали адмиралы Лютц и Ренненкампф. Лютц, как и Вален, прежде был помощником Зигфрида Кирхайса. Ренненкапф, как и Штайнметц, вошёл в штаб Райнхарда после Липпштадтской войны, получив звание адмирала. Хотя он уже был высокопоставленным офицером в то время, когда Райнхард был ещё мальчишкой, внешне он казался просто худым мужчиной средних лет.

Адмиралам Фаренхайту и Биттенфельду, как командирам резерва, было приказано находиться в режиме готовности. Оба они были храбрыми полководцами, достойными того, чтобы присоединиться к решающей битве. Кроме того, флот Биттенфельда, Шварц Ланценрайтеры или Чёрные Уланы, был неплохим дополнением.

Адмирал Кесслер оставался на Одине как командующий обороной столицы и, вместе с адмиралом Меклингером, должен был ждать дальнейших приказов. В дополнение к его обязанностям в министерстве военных дел ему также поручалось важнейшее дело по снабжению и организации подкреплений в качестве начальника тыловой службы.

Об атаке на Изерлон было повсеместно объявлено, и многие знали точную дату и время отбытия войск со столичной планеты. Это также являлось частью стратегии.

«Можно ожидать, что имперский флот под командованием адмирала Ройенталя, направляется к Изерлону», — эта провокация оказалась единственным, о чём сообщила разведовательная сеть Союза к себе на родину.

Столица Союза Хайнессен была потрясена новостями, ведь её жители уже начали привыкать к установившейся гармонии. Так же, как в приходе весны вслед за зимой, они не сомневались в том, что перемирие будет продолжаться. Да и почему они должны были сомневаться в этом? На пути имперцев стояла неприступная крепость Изерлон, которой командовал непобедимый молодой полководец, так что у них не было причин предпринимать безнадёжные попытки вторгнуться на территорию Союза. Все воспоминания о недавнем неприемлемом обращении с этим выдающимся полководцем в правительстве постарались забыть.

Когда высшие военные и правительственные чины собрались на встречу в комитете обороны, слова попросил адмирал Бьюкок. Не сразу, но ему всё же предоставили возможность говорить. Старый адмирал сказал о том, что любые попытки напасть на Изерлон могут быть лишь диверсией, в то время как главные силы врага наверняка нацелились на Феззан.

Речь Бьюкока поразила собравшихся чиновников, но произведённое им большое впечатление сыграло против него же. Оппозиция набросилась на адмирала с циничными насмешками.

—Главнокомандующий Бьюкок, это лишь ваши домыслы. НЕ могу представить, чтобы Феззан готов был пожертвовать своим нейтралитетом и более чем вековыми традициями и сговориться с Империей. В первую очередь потому, что, в случае усиления Империи, само существование Феззана окажется под угрозой. Они не могут не принимать этого во внимание.

—Феззан продолжает получать большую прибыть, вкладывая большие деньги в Союз. Если Союз станет частью Империи, все их усилия окажутся бесплодными. Станут ли они делать нечто столь контрпродуктивное?

Старый адмирал остался равнодушен к этим высказываниям.

—Всё верно, Феззан вкладывает внушительные суммы в Союз, но эти деньги идут на шахты, земли и предприятия отдельных планет Союза, а не государству в целом. Так как капиталы, вложенные ими остаются в безопасности, я сильно сомневаюсь, что феззанцы лишатся сна из-за лёгкого потрясения, которым станет для них разрушение государственной структуры Союза.

Сделав это замечание, Бьюкок нанёс жестокий удар: