Том 1 · Глава 220. Девятнадцатая страшилка — «Нечто» (4)
Чего стоите? Проводите её. Немедленно. В безопасное место.
Учителя Культа Пустоты вздрогнули.
Завуч Чан Ёок быстро взяла себя в руки и посмотрела на нас.
А вы? Вы ведь не собираетесь идти за нами?
Я просто спокойно кивнул.
Они уставились на меня как на ненормального.
Пока даже мои ребята ещё пытались осмыслить происходящее, шум сверху становился всё сильнее.
Смех.
Гул.
Грохот множества ног.
Некоторые ученики, увидевшие наверху то, чего видеть не следовало, уже без разговоров бежали обратно вниз.
И навстречу им по лестнице всё ещё шли другие.
Раз уж рано закончили, может, пойдём что-нибудь поедим?
Давай в «Ёпток», потом в караоке.
Х-хватит… наверху что-то странное… не ходите, спускайтесь…
А-а-а…
Не толкай!
Что там? Что наверху?
На фоне этого хаоса мы стояли друг напротив друга в коридоре.
Руководитель третьей параллели сделал несколько широких шагов к нам.
Хватит говорить ерунду. Вам лучше идти домой. Барышня, идёмте. Пойдём с нами.
Они уже даже не скрывались и называли Хаюн своим внутренним титулом.
Но Хаюн просто стояла с бесстрастным лицом.
Мы тоже взглянули на неё.
Никакой реакции.
ГРОХ!
Сверху снова что-то тяжело рухнуло.
Руководитель третьей параллели резко повернулся к завучу.
Ч-что делать? Может, прямо сейчас на парковку, к машинам…
…Не получится,
Несколько секунд они переглядывались, всё ещё не понимая, как поступить с неподвижной Хаюн.
Наконец завуч подняла голову.
Заходите. Все. В учительскую.
Она сама подошла к двери главной учительской, открыла её и вошла.
Скрип.
Ребята тревожно посмотрели сначала на открытую дверь, потом на меня.
Сона, внезапно ставшая совсем холодной, молча уставилась на Хаюн.
«Конечно, они в замешательстве».
Может, даже чувствуют себя преданными.
Но времени мало, ситуация опасная — сейчас не момент всё объяснять.
Я оглядел своих и кивнул.
…Заходим. За мной.
Ладно.
Угу.
Хорошо.
Под шум учеников мы вошли в главную учительскую второго этажа.
Дверь закрылась за вошедшими преподавателями.
Щёлк.
Шум коридора заметно приглушился.
Внутри было почти мирно — трудно поверить, что всё здание превращается в мясную катастрофу.
В окна лился закатный свет. На столах учителей тихо выпускали пар увлажнители.
Завуч прошла к своему большому столу и медленно повернулась к нам.
Хаюн естественно шагнула вперёд и остановилась напротив неё.
Мы хотели подойти следом, но учителя Культа Пустоты выставили руки и остановили нас в нескольких шагах.
…Простите, барышня.
Всё это… моя вина.
В голосе завуч была полная капитуляция.
Под светом из окна её лицо казалось ещё темнее.
От начала… и до конца…
Верно, — Всё твоя вина.
Лицо Чан Ёок потемнело ещё сильнее.
Она выглядела полной противоположностью Хаюн, которая смотрела на неё ледяно и спокойно.
П-председатель… что вообще происходит? — Ин Хаюн… она что, шпионка или типа того?..
Докхун тоже подкрался и слегка ткнул меня в спину.
Я ничего не ответил.
Пока ребята стояли растерянные, вдруг…
…!
Сона резко выхватила канцелярский нож и сорвалась с места.
ШУХ!
Маленькая фигура почти полетела вперёд.
Лезвие уже было готово вонзиться Хаюн в спину.
Хаюн только мельком оглянулась и мгновенно вскинула приклад дробовика назад.
Удар пришёлся Соне под подбородок.
А когда её голова откинулась, Хаюн развернулась и чистым движением ударила прикладом ещё раз — прямо в голову.
БУХ!
Кошмарный звук железа о череп.
Кх…
Сона коротко вскрикнула, будто прикусила язык, и обмякла.
Что…
Учителя Культа Пустоты только теперь опомнились и навели оружие на нас.
Я бросился к Соне.
С-Сона! Сона?
Нет.
На Соне не было никаких мясных нитей или следов поглощения.
Она лежала с закрытыми глазами, как птенец, и не реагировала, сколько я ни тряс.
Хаюн холодно смотрела на нас сверху.
«Что это было? Почему она внезапно…»
Я сам не успел разобраться, как Хаюн подняла дробовик и направила на меня последний оставшийся патрон.
Встань, Джун.
Положи её и встань.
Шум учеников снаружи казался далёким, будто во сне.
В тихой учительской только увлажнитель продолжал выпускать пар.
Хаюн держала меня на мушке.
Считаю до трёх. Один. Два.
Я осторожно положил Сону на пол и поднялся.
Все смотрели, как мы стоим друг напротив друга — Хаюн с ружьём и я.
Несколько секунд тишины.
Хаюн чуть опустила брови.
Почему ты так смотришь, Джун?
В голосе было что-то мягкое и одновременно колкое.
Ты думаешь, я должна была позволить ей себя зарезать?
Я молчал.
Она первая на меня бросилась.
Я знаю. Но почему она вообще на тебя бросилась?
Хаюн улыбнулась чуть холоднее.
Не опуская дробовика, она подбородком указала на завуч.
Если хочешь что-то спросить
Чан Ёок, на которую внезапно направили внимание, даже среди собственного отчаяния выдала растерянное:
Что?..
Я мельком посмотрел на ствол.
Что Хаюн пытается сделать?
Держит на прицеле меня и предлагает задавать вопросы завучу.
Обычно ведь наоборот: оружие направляют на того, кто должен отвечать.
Но дробовик был направлен мне в голову.
Её действия оставались сплошной загадкой.
Тем не менее я должен был делать то, ради чего пришёл.
Я прикусил губу и подчинился.
…Завуч Чан Ёок. У меня к вам…
ГРОХ!
Здание качнулось.
Я пошатнулся, восстановил равновесие и продолжил.
…несколько вопросов.
Вы всерьёз думаете, что я стану вам отвечать?
Хаюн снова бросила на неё ледяной взгляд.
Просто расскажи. Всё равно этот ребёнок здесь умрёт.
Вот для чего она держит меня на мушке?
Чтобы сама меня убила?
«Но тогда могла бы сама всё рассказать».
Я непонимающе посмотрел на неё.
Хаюн молча продолжала целиться, взглядом приказывая задавать вопросы именно завучу.
Руководитель третьей параллели, наблюдавший за нашим противостоянием, сделал шаг вперёд.
Барышня, у нас нет времени на это. Нужно немедленно эвакуироваться…
Заткнись.
От одного ледяного слова все в комнате застыли.
Хаюн прищурилась и чуть вскинула подбородок.
Вам всё равно конец. С того самого момента, как здешняя завуч бросила меня.
На вас обрушится вечная кара. Ждите.
Б-барышня-я-я…
Учителя Культа Пустоты вмиг задрожали всем телом.
Хаюн снова посмотрела на меня.
А ты просто хорошенько запомни эту сцену. Плохая предательница Ин Хаюн забила насмерть твою любимую Сону и теперь держит тебя на мушке.
От нового холодного приказа преподаватели разом умолкли.
А со мной Хаюн заговорила совершенно иначе — мягко, даже с улыбкой.
Чего ждёшь, Джун? Давай.
Теперь делай то, что должен.
ГРОХ!
Здание снова качнулось.
Под её нажимом и новым толчком я больше не стал тянуть. Кивнул и повернулся к завучу.
Завуч. Первый вопрос. Когда учительница Чхве Джоним впервые попыталась съесть ваши странные символы…
Почему вы её тогда не остановили? Если бы остановили сразу, разве всё дошло бы до такого?
Чан Ёок с каменным лицом медленно подняла подбородок.
Раньше она казалась мне строгой и властной женщиной.
Теперь растрёпанные волосы после всей этой беготни и униженная поза перед Хаюн выдавали в ней лишь человека, который допустил непоправимую ошибку и уже понял это.
Завуч снова посмотрела на Хаюн, словно спрашивая разрешения.
Та только нахмурила красивые брови.
Чан Ёок глубоко вздохнула и открыла рот.
…Я не знаю, что вы задумали, барышня…
Больше не произноси моё имя и не обращайся ко мне.
Завуч вздрогнула.
Хаюн ткнула меня стволом в плечо, предупреждая и меня.
Ты тоже. Моего имени не называй.
Разговаривайте только друг с другом.
Я молча кивнул. Завуч несколько секунд смотрела в пол, затем продолжила:
Не знаю, что она задумала, но на вопросы такого уровня я отвечу.
В тот момент уже было поздно. Этого достаточно?
Короткий ответ.
Но я кивнул. Примерно этого я и ожидал.
И всё же переспросил, чтобы исключить ошибку.
То есть уже тогда, в тот день, Джоним находилась в состоянии, когда любой спусковой крючок мог превратить её в чудовище. Так?
Я сам не заметил, как окончательно перешёл с ней на «ты».
С самого начала я говорил нагло, чтобы не дать себя задавить, но теперь Чан Ёок настолько съёжилась перед Хаюн, что мне даже стало немного неловко.
Возвращаться к вежливой речи посреди допроса означало бы только показать слабость, поэтому я продолжил тем же тоном.
Отвечай. Я правильно понял?
Завуч тихо кивнула.
…Да. Правильно.
Хорошо. Следующий вопрос.
Я быстро расставил вопросы в голове по важности и взял самый срочный.
Если бы вы заранее знали, что сегодня Джоним начнёт вести себя странно… можно было бы как-то обезвредить её до срыва?
Что именно ты называешь «обезвредить»?
Оглушить сзади. Или подмешать что-нибудь, чтобы она потеряла сознание.
Чан Ёок долго смотрела мне в глаза.
Из-за света из окна выражение лица было трудно разобрать, но явно читалось: зачем тебе это?
Хаюн слегка повернула голову в её сторону.
Завуч тут же вздрогнула и ответила:
…Трудно. И то и другое.
Оба варианта?
ГРОХ!
Здание снова дёрнулось, и нам всем пришлось ловить равновесие.
Чан Ёок ухватилась за стол и продолжила:
На сегодняшнем этапе уже слишком поздно. В момент сильного физического воздействия учительница Чхве Джоним сразу превратилась бы в чудовище.
Но если навалиться толпой? Пока ты заперла дверь и сбежала, мы почти её добили.
Завуч помедлила.
…Вам только показалось, что вы её обезвредили. Чтобы остановить наверняка, нужно сжечь её целиком, не оставив ни одной клетки. Либо хотя бы снести голову
Даже без головы она лишь ненадолго перестанет двигаться… но времени хватит. Например, чтобы облить её горючим и поджечь.
Чан Ёок посмотрела на руководителя третьей параллели.
Тот, уловив взгляд, полез за пазуху и достал пластиковую бутылку с бледно-жёлтой жидкостью.
Похоже на бензин.
«Значит, они собирались сначала снести Джоним голову, потом сразу облить её этим и сжечь».
Выходит, без огня всё равно не обойтись.
Я ненадолго задумался.
Почему вы вообще так хорошо знаете, как убивать подобное чудовище? Если кто-то из ваших предаёт Культ Пустоты, он всегда превращается во что-нибудь такое? Вы поэтому заранее готовитесь?
Завуч молча посмотрела на меня.
Я переформулировал вопрос.
Все превращаются именно в таких чудовищ? Или это только Джоним? Ответь хотя бы на это.
Она продолжала молчать.
Я шагнул ближе.
Я уже знаю про учителя естественных наук, который умер от сердечного приступа. Знаю и о том, что он пострадал, когда попытался использовать другую страшилку.
Я знаю о вас гораздо больше, чем вы думаете. Отвечай.
То, во что превратилась Джоним, связано только с ней? Или любой из вас, сожрав эти тотемы, станет таким же?
…Фух.
Чан Ёок вздохнула, будто поняла, что скрывать дальше бессмысленно.
И, похоже, я пересёк ту границу, до которой она ещё собиралась поддерживать вежливость.
По-разному, мелкий. У всех по-разному. Даже мы не знаем, что именно вылезет наружу.
Понял. Спасибо.
Я быстро прокрутил ответ в голове.
То есть они пришли с оружием и горючим, готовые после первого же взгляда на неизвестную форму подобрать способ уничтожения.
Значит, в способах борьбы со страшилками люди Культа Пустоты разбираются очень неплохо.
Я задал следующий важный вопрос.
Но вы ведь ворвались сюда с оружием. Даже если всё ради Джоним, вы вообще способны замять последствия такого масштаба? Десятки погибших, учительницу сожгли бы прямо в школе…
Сам додумывай.
Чан Ёок дала понять, что на это отвечать не собирается.
Хаюн никак не отреагировала, и я снова задумался.
«Чёрт. Если способ уничтожения настолько хлопотный, нам это совсем не подходит».
Стоит ударить — она сразу превращается. Чтобы уничтожить окончательно, нужно ещё и сжечь.
Невозможно незаметно обезвредить человека и устроить кремацию прямо посреди школы.
Да и вынести Джоним наружу в день конкурса будет непросто: она никуда не собирается.
Нужен более тихий способ.
А если не трогать её силой? Например, лекарство. Подмешать что-нибудь, чтобы она отключилась?
В следующей временной линии кто-нибудь мог бы усыпить Джоним, спокойно вынести её наружу, а дальше пусть Культ Пустоты хоть сжигает, хоть закапывает — это уже не наша работа.
Но завуч решительно покачала головой.
Не сработает. Всё, что она принимает вместе с лекарствами и кофе,
…Да вы издеваетесь, блядь.
Я выругался и шагнул к ней.
Тогда какого хрена вы вообще довели дело до такого состояния? Если нельзя тихо обезвредить её внутри и нельзя вырубить, чтобы вынести наружу, что вы собирались делать?!
Я сейчас должна выслушивать упрёки от тебя? От постороннего?
Чан Ёок вскинула подбородок и снова надела своё привычно надменное выражение.
Меня окончательно переклинило.
Я схватил с ближайшего стола учебник и швырнул ей в грудь.
БАМ!
Книга ударила завуча, и та отшатнулась.
Несколько учителей Культа Пустоты зарычали: «Ах ты ублюдок…» — но я уже тыкал пальцем в эту строгую женщину средних лет.
Эй, сука. Ты вообще понимаешь, сколько людей сейчас погибло?
Сколько ещё людей мне пришлось оставить там и самому выбираться? Мы до этого дошли из-за вас, блядь!
Чан Ёок молча отступила на полшага.
Здание снова тряхнуло, и всех повело в стороны.
ГРОХ!
Даже восстанавливая равновесие, я не убрал направленный на неё палец.
Теперь рассказывай остальное. Для чего эти символы. Почему Джоним вас предала. Кто вы вообще такие. Кому служите.
Говори, сука!
Лицо завуча становилось всё жёстче.
С чего я вообще обязана тебе что-либо рассказывать? Мы с тобой хоть раз разговаривали до сегодняшнего дня?
Заткнись и отвечай! Живо!
Здание снова качнулось. Я шагнул прямо к Чан Ёок, а ствол Хаюн без единой дрожи двигался вслед за мной.
Мне хотелось схватить завуча за грудки, но даже в перестрелках я ни разу не бил обычных людей и пока лишь сверлил её взглядом.
Отвечай. Сейчас же.
Она посмотрела на меня как на сумасшедшего.
И что ты мне сделаешь? Почему я должна выполнять твои требования?
Потому что времени нет! Отвечай!
Не буду, сопляк. Отойди.
Отвечай!
В конце концов я всё-таки схватил женщину за ворот и приподнял.
Ребята ахнули. Учителя Культа Пустоты с криками уже рванули ко мне.
ГРОХ! БА-БАХ!
Здание так сильно тряхнуло, что где-то рядом что-то с грохотом посыпалось вниз.
А затем вся школа будто взорвалась смехом нескольких сотен человек.
ХА-ХА-ХА-ХА…
Хи-хи… ха-ха-ха…
От чудовищной тряски мы едва не повалились на пол.
У-ух…
Ч-чёрт…
Чан Ёок первой удержалась на ногах и быстро приказала нескольким преподавателям:
Выйдите и проверьте! Никого сюда не впускать!
Да!
Учителя выбежали в коридор.
Я всё ещё держал завуча за ворот.
Она прожигала меня полным ненависти взглядом.
Ладно, мелкий ублюдок. Благодаря тебе мы сейчас все передохнем, так что отвечу.
Не-ет. Как сказала барышня, всё ведь твоя вина? Ты здесь ответственная и именно из-за твоего косяка все сейчас сдохнут, верно?
Я до последнего не упустил возможности ткнуть её в больное.
Чан Ёок свирепо уставилась на меня.
Рот закрой и слушай, пока я ещё согласна отвечать. Джоним, чтоб её небеса покарали, заманила нескольких учеников нашей общины обещанием победы на научной выставке и заставила их собирать те символы, которые ты видел.
Я пыталась любой ценой протащить её к победе, потому что боялась: если нарушить обещание, ученики прибегут жаловаться мне. Но когда подготовка почти закончилась, она, видимо, уже решила нас предать и с самого начала держалась вызывающе.
И ещё: похоже, ты до сих пор не знаешь. Мы называем эти штуки чётками. Теперь ответ получил, мелкий?
Она выпалила всё на одном дыхании, резко оттолкнула меня и пошла к Хаюн.
Барышня, теперь идёмте с нами. Ещё не поздно эвакуироваться…
Тихо.
Хаюн всё ещё держала меня на мушке. Ответила холодно и чуть склонила голову, словно пыталась уловить далёкий звук.
У-у-у-у-у-у-у…
ГРОХ! ГРОХ! БАМ! БАМ!
…Пришёл.
Что?
Тхэсан.