Том 1 · Глава 528. Эпилог: Уже иду к тебе
Мануал.
Пожалуй, именно её я могу без колебаний назвать самым близким мне человеком.
Не то чтобы остальные были от меня далеки. Просто… как бы это объяснить?
Достаточно вспомнить мою жизнь после браков с остальными.
Особенно показательный пример — Чан Чхэён.
Я уберу.
Что именно?
Нижнее бельё.
Прошу прощения.
Подобные разговоры случались постоянно.
А вот с Мануалом всё было иначе.
Я же просил не ходить в носках наизнанку.
Они не наизнанку. И вообще, что плохого, если милая красавица вроде меня носит их именно так?
Хватит нести чушь.
Где тут чушь? И ты перестань так часто сдавать постельное бельё в стирку.
Нет, это…
Особенно когда вы с руко… с руководителем отделения. От вас такой шум…
Не от меня. Может, мне ему рот закрывать?
Думаешь, если закроешь руководителю отделения рот, шум исчезнет?
Нет, но ты тоже… Эй! Не превращайся в книгу!
Кажется, только вчера я отчитывал Мануал, а она, спасаясь, снова обернулась книгой.
В общем, именно поэтому я и переживал.
Боялся, что мои слова по-настоящему её ранят.
Что же сказать?
Пока я ломал над этим голову, из раздумий меня вырвал холодный голос Сон Арин:
Только не говорите…
Я посмотрел на неё.
Вы сейчас жалеете этот клочок бумаги и думаете, как бы помягче с ним обойтись?
…
Серьёзно? После всей дряни, которую вы устроили нам, совесть проснулась только перед одной бесполезной женщиной?
Господин Джэхон не такой!
Не такой человек.
После слов Ю Даон и Чан Чхэён Сон Арин скрестила руки, цокнула языком и тяжело вздохнула.
…
Я промолчал. Возразить было нечего.
И вот мы начали.
Ну?
Я снова посмотрел на Мануал.
Что случилось? Зачем ты меня задержал?
Она вздохнула так глубоко, будто одним этим вздохом могла продавить землю.
Говори уже.
…В общем…
Что?
Есть одно дело.
Какое дело?
Ну…
Да что именно?!
Мануал раздражённо повысила голос.
Скажи словами, иначе откуда мне знать?! Если ты будешь только мямлить «ну» и «в общем», что я должна понять?!
…Давай разведёмся.
…Что?
Мануал на мгновение замерла.
Я сказал: давай разведёмся.
Почему?
А?
Почему ты хочешь развестись?
Она прямо посмотрела мне в глаза.
Такой реакции я не ожидал.
Ну… Это…
Даже нормальную причину придумать не сумел.
Услышав моё невнятное бормотание, Мануал вздохнула.
Очередной идиотский розыгрыш, да?
…
По лицу всё видно.
Она спокойно изучала меня.
Теперь думаешь, как выкрутиться?
…
Хотел надо мной пошутить?
Не совсем.
Тогда ты правда хочешь развода? Принести печать?
…Нет. Тоже не хочу.
Вот видишь.
Мануал мягко улыбнулась.
Я и так всё знаю.
…
Признавать не хотелось, но она будто читала мои мысли.
Я тихо вздохнул. Услышав это, Мануал усмехнулась.
Удивлён?
Немного. Как ты поняла?
А, это?
Она накрутила на палец прядь волос и снова вздохнула.
Ты постоянно так разыгрываешь людей.
Я часто предлагаю тебе развестись ради шутки?
Иногда ты ведёшь себя так, будто имеешь весьма отдалённое отношение к человечеству, но даже ты ещё не дошёл до такого.
Мануал покачала головой.
Я просто о том, что в тебе слишком много дурацкой тяги к розыгрышам.
Она улыбнулась.
Так кто тебя подговорил? Ю Даон? Или как там её… та невоспитанная?
Похоже, речь шла о Сон Арин. Я не стал уточнять и лишь пожал плечами.
Нет. Пак Йеын попросила.
…Кто?
Мануал тут же перевела взгляд на Пак Йеын.
…Сейчас я сорвусь.
Только теперь она снова тяжело вздохнула — так, будто этим вздохом могла продавить землю.
Что? Почему?
С какой стати она вдруг втянула тебя в эту ерунду?
Ерунду, значит.
Пак Йеын тоже растерянно заморгала, не понимая, чем заслужила такую реакцию.
Оппа, она всегда так грубо разговаривает?
Зови меня онни.
Немного грубовато.
После общения с той невоспитанной это ещё цветочки.
А… Ну да. Рядом с Арин-онни она и правда такая.
Никто первым не произнёс её имени, но все почему-то сразу поняли, что речь о Сон Арин. Я едва не рассмеялся, однако быстро сдержался.
…
Мануал молча всматривалась в Пак Йеын.
И всё-таки… Ты тоже кажешься знакомой.
Что, не помнишь? Мы же вместе собирали странные объекты изоляции в том месте…
Я не об этом.
Мануал прищурилась и продолжила изучать её лицо.
Хм. Хм-м…
Она нахмурилась, словно пыталась выудить из памяти что-то забытое, но в конце концов сдалась.
Так вот кто снова что-то натворил.
Что?
Забудь.
На повторный вопрос Мануал не ответила, лишь устало выдохнула.
Эй, ты. Со странными глазами.
Вы ко мне?
Да, к тебе.
А что?
Из-за её несколько… нет, очень колючего тона Пак Йеын растерянно ткнула пальцем себе в грудь.
Скажи, тебя случайно не считают талантливой писательницей?
А?
Пак Йеын всё ещё указывала на себя, но всё же кивнула.
Да. Такое говорят.
…
Мануал смерила меня убийственным взглядом.
Мусор.
Эй, я правда не встречаюсь с Йеын.
Со стороны можно было подумать, что мы и впрямь тайно встречаемся.
Нет. Всё равно виноват ты.
Мануал глубоко вздохнула и направилась в комнату, где прятались остальные.
Все выходите!
На её крик остальные показались с такими лицами, будто их застали на месте преступления… Нет, скорее будто они искренне не понимали, в чём провинились.
С ней вы явно церемонитесь.
Какие ещё церемонии? Просто я понимаю Джэхона гораздо лучше вас. Вам до меня ещё расти и расти. Даже ста лет не хватит!
Мне вообще-то уже двести.
…
После слов руководителя отделения Мануал тихо вздохнула, посмотрела на меня и покачала головой.
Даже обсуждать не хочу.
С этими словами она ушла.
Так и закончилась история со скрытой камерой.
Когда всё улеглось, Пак Йеын молча разглядывала карту.
Совершенно бесполезная вещь.
Она надеялась хотя бы встретить человека, предназначенного ей судьбой, но в итоге досталось и ей, и оппе — и на этом всё закончилось.
Совсем не то, чего она ждала.
Пак Йеын вздохнула.
Она поверила словам старика о том, что он Санта, но, похоже, тот всё-таки оказался мошенником.
«Как теперь смотреть в глаза оппе и остальным?»
Она неторопливо собрала мысли.
В конце концов, ей даже не удалось встретить тех, кто ей нравился.
В памяти всплыли собственные слова.
Нет. Возможно, разговор всё-таки немного помог.
Она вспомнила беседу с Ким Джэхоном.
«По внешности подойдёт кто-нибудь примерно уровня оппы».
Одно воспоминание больно ударило по самолюбию.
«А по характеру
«И ещё?»
«Было бы неплохо, если бы умный».
«Деньги?»
«Лучше, чтобы хорошо зарабатывал. Но я и сама неплохо получаю!»
«И чтобы рядом с ним было спокойно?»
Пак Йеын снова прокрутила разговор в голове.
Совсем с ума сошла.
Она закрыла глаза.
Ты рехнулась, Пак Йеын. Окончательно рехнулась.
Пак Йеын несколько раз глухо постучала себя кулаком по голове и крепко зажмурилась.
Йеын, Йеын…
Со стороны её слова наверняка звучали как признание.
Может, даже оппа так подумал.
Неужели решил, что она с ним заигрывает?
…
От этой мысли самолюбие пострадало ещё сильнее.
Если он счёл это флиртом, мог бы хотя бы как-то отреагировать.
А он смотрел на неё едва ли не как на привидение. Что за отношение?
Она ведь пользовалась популярностью.
Не просто «пользовалась».
Очень даже пользовалась.
Одни робко признавались ей в симпатии, другие — обычно ровесники — порой донимали разговорами так, что хотелось сбежать.
…Правда, служебные романы запрещены.
Пак Йеын снова тяжело вздохнула.
Но если подумать… Такой человек, как оппа, был бы не худшим вариантом.
Нет, правда. Не ослепительный красавец, но и уродом его не назовёшь.
Умный.
И имя, и положение — всё при нём.
Дойдя в рассуждениях до этого места, Пак Йеын снова начала стучать себя по голове и зашагала быстрее.
У него уже шесть жён.
Не думай о странном. Не думай…
Она шла, убеждая себя, а затем оглянулась.
Сотрудники отдела кадров уже ушли без неё.
…
Сложно было подождать пару минут?
Пак Йеын вышла за дверь.
Чего так долго?
У входа её ждал мужчина.
Оппа?
Что?
Ты не ушёл со всеми?
Нет. Решил, что, если уйду первым, меня потом зарежут.
Я похожа на человека, который зарежет тебя только за то, что ты ушёл раньше?
Нет. Но мои… жёны.
Даже произнося это слово, мужчина зажмурился, будто назвал что-то запретное.
И всё же сказал, хотя ему явно не нравилось.
«Он правда по натуре добрый».
Пак Йеын встала рядом.
Оппа.
Что?
Прости.
Раз поняла, больше так не делай.
Ты сердишься?
Нет.
Почему?
Я не настолько скверный взрослый, чтобы злиться на каждый детский поступок несовершеннолетней.
Да ладно тебе, оппа. В моём возрасте я почти взрослая. Говорят, при Чосоне у девушек моих лет уже дети были.
Если равняться на Чосон, я бы уже внуков нянчил.
Правда?
Понятия не имею.
Так, перебрасываясь словами, они пошли дальше.
Оппа.
Что ещё?
Я живу одна и иногда чувствую себя одиноко. Можно заходить к вам в гости?
Эйлин обрадуется. Приходи.
Правда?
Я и сам переживал, хорошо ли нашей младшей одной.
А если приду… можно я буду немного… ну… капризничать? Ничего?
Можно.
Они шли по улице, залитой светом заката.
Путь был не близким.
Но и далёким его не назвать.
Несколько дней спустя.
Может, уже пойдём?
Я лежал и смотрел в телефон, когда ко мне подошла Мануал.
Куда?
К твоей сестре.
Ай!
Смартфон выпал из руки и ударил меня по лицу.