Том 5 · Глава 289. Третья ночь: убежище

После долгого пути в темноте я был так измотан, что случившееся привело меня в состоянии шока. Я лишь смог инстинктивно отступить, едва держать на подгибающихся ногах и стараясь не упасть в обморок.

Все присутствующие заметили мое состояние, но неожиданно для себя я услышал их громкий смех. Кто-то поднял упавшие тела, и я увидел, что это не люди, а манекены, одетые в гидрокостюмы. Не знаю, что было внутри, но мне достаточно было увидеть поближе головы: два надутых черных полиэтиленовых пакета, губы из двух пластинок жевательной резинки, а вместо глаз два плоских округлых камешка. Но через окуляры противогаза все выглядит немного размытым, да еще я весь такой издерганный недавними событиями. Вот, не приглядевшись, и решил, что трупы настоящие.

Теперь пришло время смеяться и мне. Манекен отнесли ко входу. А я спросил человека, который поднял его, для чего весь этот маскарад?

"Пугало для змей, — ответил он. — Змеи здесь чертовски умные и прыткие. Стоит месту опустеть, обязательно вылезут. Поэтому мы до сих пор не осмеливаемся оставлять в лагере мало людей. Но, кажется, змеи не умеют отличать манекен от настоящего человека. Когда мы в лагере, то оставляем манекены у входа, чтобы можно было спокойно спать по ночам."

Я обратил внимание на нарочито довольную интонацию говорившего: очевидно, что змеи его сильно потрепали. Затем кто-то вынул дымовую шашку и бросил в костер. Густой дым быстро заполнил помещение, и люди стали отмахиваться от него, побросав рюкзаки на землю.

"Это серная шашка. Змеи не любят серу, мы используем этот дым для защиты от них," — продолжил объяснять мужчина.

Он прикрыл костер ветками, дым стал стелиться по земле. Теперь уставшая команда могла, наконец, сесть.

Кто-то соорудил еще несколько примитивных манекенов, на которые надели запасную одежду и усадили их возле прохода.

После этого атмосфера стала менее напряженной. Черный Слепой подбросил дров в огонь, а оставшиеся поделил на равные кучи. В помещении стало светлее, отблески пламени окрасили стены в красноватый цвет. Люди сняли противогазы. Кто-то заметил, что я все еще обеспокоен и не решаюсь этого сделать. Мне объяснили, что опасаться уже нечего: змеи тут, конечно, странные, но, как и все животные, стараются не приближаться к огню. Кроме того, по возвращении помещение уже проверили, змей тут нет. Так что все в порядке.

В любом случае особого выбора у меня не было. Я в противогазе уже несколько часов, лицо вспотело так, что, казалось, кожа сейчас расплавится и потечет. Ощутив на щеках прикосновения прохладного воздуха, я наслаждался: теперь я мог видеть окружающую действительность четкой, не размытой стеклами окуляров, и с интересом разглядывал лица людей третьего дяди.

Теперь я понял, что Паньцзы был прав: за исключением двух-трех знакомых, больше никого я не знал, все они были новыми людьми. Похоже, третий дядя действительно растерял многих своих старых приятелей.

Мы поприветствовали друг друга. Человек, который сейчас давал мне объяснения, сказал, что его зовут Шваброй(1), и он руководит командой, которая отправилась ворошить песок с третьим дядей.

Что-то в его голосе мне не нравилось, но что именно, понять не мог.

Черный Слепой по-прежнему выглядел расслабленным и довольным. Он весело посмотрел на меня, достал еду и начал есть. Многие, сняв обувь, протянули босые ноги поближе к костру, в помещении распространился довольно неприятный запах. И я подумал, что они зря с манекенами возятся: достаточно просто разуться — и никакая змея не сможет вынести подобный аромат.

В задумчивости я не заметил, как ко мне подсел третий дядя и протянул мне еду. Мы посмотрели друг на друга и грустно улыбнулись. "Что ржешь? — спросил он. — Хоть ты и мой племянник, сейчас я готов убить тебя."

Спорить с ним у меня желания не было. Я лишь обратил внимание, что сейчас он выглядит гораздо лучше, чем в больнице. Казалось, что он сбросил пару лет и вернулся в свое беспокойное прошлое. Я лишь ответил: "Хочешь — убивай. Но я тогда стану призраком и все равно последую за тобой. Третий дядя, хватит тайн. Я твой племянник, и кому, как не тебе известно, что я не могу просто так отступить. Если не хочешь проблем со мной, то просто забудь обо мне, ладно?"

Третий дядя знал меня, как облупленного, и понимал, что я буду делать дальше. Он закурил, вздохнул и грустно улыбнулся: "Ну да, кому, как не твоему третьему дяде знать, какой ты: точная копия твоего добродетельного отца. Внешне мягкий и добросердечный, но в душе ужасно упрямый. Я тебе ничего не скажу. Но как бы то ни было, ты уже здесь, а я не могу вернуться назад."

Я радостно улыбнулся, а затем спросил его: "Кстати, что с тобой случилось? Почему ты подошел за нами? Паньцзы говорил, что ты будешь ждать сигнала снаружи?"

"Не мог дождаться. Твой третий дядя знает, что Вэньцзинь ждет его здесь, а времени так мало. Как я мог так долго ждать вашего сигнала?" Черный Слепой, сидевший рядом, рассмеялся и хлопнул третьего дядю по плечу: "Младший третий господин, твой старик слишком давно влюблен. Тебе не понять, а я видел, как он пел в караоке в Чанша!"

Третий дядя сбросил его руку, косо взглянув, и объяснил: "Мне старуха сказала, что Вэньцзинь ждет нас. Я понял, что это мой последний шанс в этой жизни увидеть ее. Я не могу его упустить, иначе все, что я делал — просто пустая трата моего времени. Я не могу так рисковать. Если честно, то мне только и надо, что увидеть Вэньцзинь — и тогда можно спокойно умирать."

Я резко выдохнул от удивления: "Подожди, какая старуха сказала?" Спрашивая, я уже догадался, что он говорит о Чжоме. От волнения у меня закружилась голова: "Не может быть! Так она и тебе отправила сообщение?"

Глядя на мое удивленное лицо, Черный Слепой ехидно хихикал, а я не мог понять, над чем он смеется. Третий дядя кивнул и рассказал мне о том, как он и Слепой встретились.

Оказалось, что третий дядя с его людьми шел следом быстрее, чем мы думали. Паньцзы добрался до лагеря спустя менее, чем десять часов после того, как мы ушли в город Дьявола. Тогда третий дядя расспросил о положении дел и считал, что все идет нормально. Вечером того же дня госпожа Чжома нашла его и передала послание Вэньцзинь, точно такое же, как и нам с Молчуном.

Но третий дядя не такой наивный, как мы. Он выведал у госпожи Чжомы более подробную информацию. Это было нелегко, ведь она умела хранить тайны. Но играть в подобные игры с третьем дядей сложно, он совсем не такой добродушный человек, как мы. Услышав, что Вэньцзинь жива, он совсем голову потерял, стал доставать расспросами Чжаси, и невестку Чжомы. Как именно он их расспрашивал, не сказал, но подозреваю, что в ход шли даже угрозы.

Наши способы добывать информацию сильно отличаются. Я бы никогда так не сделал. Но, хотя мне и противны методы третьего дяди, они довольно эффективны. Госпожа Чжома в итоге рассказала ему гораздо больше, в том числе и о том, что мы с Молчуном тоже получили послание.

"Она рассказала, что встретила Вэньцзинь в Голмуде спустя месяц после того, как они расстались с экспедицией. Ей тогда показалось, что Вэньцзинь сильно изменилась: выглядела изможденной, но главное — скрывалась от кого-то. Чжома предоставила ей ночлег у себя на одну ночь. Именно тогда Вэньцзинь и передала ей видеокассеты, попросив сберечь их, — здесь третий дядя сделал паузу. — Потом они не встречались около десяти лет. А месяц назад Чжома получила письмо от Вэньцзинь, в котором та просила отправить видеокассеты по указанным адресам. А если получатели видеокассет придут с расспросами, Чжома должна будет передать устное сообщение."

Зная, что Вэньцзинь побывала в Тамуто, третий дядя словно помешался и решил отправиться туда же. А мы двигались слишком медленно: то машины ломались, то жуки нападали. Поэтому он и опередил нас, но спустился через другой каньон.

Они спустились в джунгли ближе к ночи и разбили лагерь возле разрушенного храма. В ту же ночь третий дядя, взяв с собой несколько человек, отправился на поиски Вэньцзинь, а когда вернулся, то не нашел остальных. Утром он увидел наш дымовой сигнал и тут же зажег красный дым, чтобы предупредить и не дать нам приблизиться к опасному месту. А сам попытался решить проблему со змеями. Они пошли на звуки, которые считали голосами пропавших людей. Но им повезло увидеть, как змеи подражают человеческому голосу, раньше, чем те напали.

Остальное я уже знаю, потому дальше я слушал вполуха.

Меня поразило самое начало. Еще когда я читал первую страницу дневника Вэньцзинь, то вспомнил о третьем дяде. Я чувствовал, что его эта история тоже должна как-то коснуться. Так и вышло, но я никак не мог перестать удивляться подобным совпадениям.

Получается, госпожа Чжома не так уж много знала. По чистой случайности на нее вышли люди А Нин и наняли в качестве проводника. Иначе бы мы получили сообщение у нее дома, а не в экспедиции.

Теперь для меня многое стало более понятным, словно некоторые кусочки пазла легли правильно: три человека, которых упоминала в своих записях Вэньцзинь, это я, третий дядя и Молчун. Раньше я думал, что одним из адресатов была А Нин, но, оказывается, она получила запись, которая предназначалась Молчуну. В это время он уже сотрудничал с третьим дядей, и они решили отправить запись ей, чтобы именно ее люди отыскали госпожу Чжому и организовали экспедицию.

Для этого была серьезная причина: третий дядя хотел узнать, какие цели преследует Цю Декао. Но в этот раз все пошло наперекосяк, и люди американца вынуждены были отказаться от дальнейшего участия в экспедиции.

Подумав об этом, я вдруг вспомнил еще кое-что: "Третий дядя, раз ты получил сообщение, значит, и видеокассету должен был получить?"

Он посмотрел на меня, бросил окурок в костер и коротко ответил: "Да"

"Ну конечно!" — обиженно подумал я.

"Эту кассету я отправил в Ханчжоу, когда мы были в Цзилине. За время моего отсутствия в магазине все оказалось в беспорядке. И я не нашел ее, когда вернулся, лишь позже, когда стал наводить порядок, обнаружил, — он посмотрел на меня и уточнил. — Я не скрывал это от тебя специально."

Я кивнул, сейчас его словам можно было верить. И в этот момент мне пришла в голову мысль: "Третий дядя, тебе не кажется это странным? Отправить записи тебе или Молчуну имело смысл. Но зачем тетя Вэньцзинь прислала ее мне? Когда вы были влюблены, я еще под стол ходил. Не могу понять, какое отношение вся эта история имеет ко мне?"

Говоря это, я вспомнил жуткую запись на пленке Молчуна: неужели там действительно был я? Или это просто дурацкая шутка?

Третий дядя заметил, как изменилось мое лицо, и вздохнул: "На самом деле у твоей тети Вэньцзинь были причины отправить тебе твою запись."

Примечания переводчика

(1) По-русски прозвище "Швабра"(拖把) звучит как-то саркастически. Но в китайском языке оно имеет несколько значений: "грабли" и "буксировочное водило". Если по-русский прозвище "Швабра" подходит в основном человеку худощавому и носит немного негативную эмоциональную окраску, то по-китайски это прозвище вполне подходит начальнику, руководитель, объединяющему группу людей и направляющему.