Том 2 · Глава 241. Когда мы выживем в Канхо
Бабник из прошлой жизни стал бабником в этой из-за меня.
Гора — это гора, вода — это вода, а бабник — это бабник.
Но прошлая жизнь и нынешняя будут отличаться.
Если в прошлой жизни этот Обосрыш был бабником, чьё дурное имя гремело по всей Поднебесной, то в этой я собираюсь низвести его до уровня местного бабника.
Давить, сдерживать, унижать, мучить.
Просто опустить его до уровня проблемного парня, который в той или иной деревне таскается за юбками.
За добрые дела положена награда, но…
Мои дела в основном остаются незамеченными, что немного обидно.
Я посмотрел на бабника, который тыкал палочками в свиные рёбрышки.
«Всё-таки жалкий ублюдок…»
Я уверен, что в прошлой жизни этот ублюдок получил свою дурную славу бабника только после того, как исчез Демон Меча.
В этот раз я этого не допущу.
Я пресеку на корню любую ситуацию, в которой Демон Меча может умереть в пустыне, в окружении мастеров или в одиночестве от отклонения Ци. Я не позволю ему умереть в тоске и одиночестве.
Потому что этот суровый, серьёзный человек — учитель этого бабника.
Короче говоря, мы выживем и… будем следить за бабником.
Бабник снова стал бабником, но разгуляться ему будет нелегко. С такими мыслями я доел свои рёбрышки, и у меня стало хорошо не только на душе, но и в животе.
Демон Меча спросил меня:
Глава, о чём вы так глубоко задумались?
Я, выпив дуканского вина, ответил:
Я тут серьёзно размышлял, кто я
И каков вывод?
Я просто человек, который живёт, как ему вздумается.
Демон Меча кивнул.
Ясно. Если доели, покажите нам Гостиницу «Изаха».
Пойдёмте.
Бабник, который из-за палочек толком и не поел, с тоской посмотрел на рёбрышки.
Демон Меча легко бросил:
Ешь уже руками.
Да.
Внезапно я посмотрел на них обоих. Странно, но они были не просто учителем и учеником, а походили на названого отца и приёмного сына. Если подумать об истинном значении слова «сабу», в этом не было ничего удивительного.
Не знаю, понимали ли они сами эту сторону своих отношений.
Демон Меча явно не собирался заводить семью, а бабник был незаконнорождённым, с которым в клане толком не считались.
Я пришёл к выводу, что этот мусорный бабник был так почтителен с учителем не только из-за его мастерства.
Через некоторое время я щедро расплатился с братом Дык Су, и мы покинули забегаловку.
Хорошее место.
Верно?
Близился вечер, так что все рабочие уже разошлись, и Ён Джа Сона тоже не было видно.
Каждый раз, когда я приходил, Гостиница «Изаха» менялась.
Она, как и мои боевые искусства, медленно, но верно шла к завершению, и мне это нравилось.
Бабник спросил меня:
Ты что, богач? Стройка выглядит очень солидно. В такой глуши такого не увидишь.
Отнял.
Что?
Деньги.
У кого?
У Черной Фракции.
Ясно.
Демон Меча, наблюдая за выражением лица ученика, сказал:
Если хочешь что-то сказать, говори.
Бабник ответил:
Если вы отняли деньги у Черной Фракции и построили такую гостиницу, то сможете нанять много работников.
И что с того?
В этом есть свой смысл.
Демон Меча, глядя на гостиницу, ответил:
Смысл… Надо же, и ты иногда говоришь такие слова.
Неужели вы думаете, что я целыми днями только о женщинах и думаю, учитель?
Демон Меча кивнул.
Таков ты.
...
Я перевёл взгляд с одного на другого и склонил голову набок.
Было странно осознавать, что даже такой человек, как Демон Меча, заразился моей манерой речи.
В любом случае, я был с ним согласен, поэтому посмотрел на бабника.
Таков ты. Обосрыш.
Да заткнись ты уже.
Демон Меча сказал:
Когда гостиница будет достроена, выдели и мне потом комнату.
Не проблема. Но, когда вы говорите «потом»?
Демон Меча, глядя на темнеющее небо, ответил:
Когда мы выживем в Канхо.
Договорились.
Вмешался бабник:
Учитель, вы, конечно же, выживете. Каким бы могущественным ни был Культ, есть же Альянс. И Черная Фракция ненавидит Культ не меньше, чем Праведный Путь.
Демон Меча ответил:
Есть и такая Черная Фракция. Но будет и много тех, кто примкнёт к Культу. Черная Фракция всегда была такая. Там вперемешку трусы и не трусы.
На его слова я ответил:
Трусов надо убивать заранее.
Не забывай о тренировках, гоняясь каждый день за теми, кого нужно убить. Это относится и ко мне, и к моему ученику. В любом случае, для накопления внутренней энергии нужна спокойная обстановка. Так что на время лучше не искать новых врагов, а решить свою проблему со сном.
Так и сделаю.
Раз уж я невольно устроил им экскурсию по уезду Ильян, я решил продолжить в том же духе.
Есть ещё одно место, хотите посмотреть?
Какое?
Кузница. Я попросил их сделать мне оружие, но от них ни слуху ни духу. Раз уж мы здесь, давайте заглянем.
На этот раз я повёл их в Кузницу «Голова Дракона».
Я и сам не мог предположить, чем там занимается Гым Чоль Ён.
Я, как обычно, вломился в Кузницу «Голова Дракона». Когда я распахнул дверь, кто-то побежал вглубь, крича:
Глава пришёл!
…А зачем убегать.
Бабник, оглядываясь, сказал:
А здесь довольно просторно.
Изнутри выбежали Гым Чоль Ён и Квак Ён Гэ без рубах.
Глава, вы пришли?
Я был весьма удивлён состоянием Гым Чоль Ёна.
Раньше его лицо было довольно одутловатым, но сейчас он сильно похудел. К тому же, его кожа приобрела красноватый оттенок, словно он обгорел у огня. А вот Квак Ён Гэ, который был довольно худым, наоборот, оброс мышцами. Тот, кто был полным, похудел, а тот, кто был тощим, накачался.
Дядя Гым, как поживали?
Гым Чоль Ён кивнул.
Да всё по-старому.
Он первым делом слегка поклонился Демону Меча и бабнику.
Гым Чоль Ён из Кузницы «Голова Дракона». Добро пожаловать.
Квак Ён Гэ тоже представился:
Заместитель главы, Квак Ён Гэ.
Демон Меча кивнул и коротко ответил:
Приятно познакомиться.
Поскольку Демон Меча не представился, Гым Чоль Ён с неловкой улыбкой посмотрел на меня.
Пришли посмотреть на «Безумца»?
И за этим тоже.
Проходите.
Пока мы шли внутрь, Демон Меча остановился у стола, на котором лежало несколько мечей. Это были клинки в процессе изготовления, без рукоятей.
Гым Чоль Ён растерянно сказал:
А, это я для пробы сделал, не стоит смотреть.
Демон Меча проигнорировал его слова, взял длинный меч без рукояти и осмотрел лезвие.
...
Он спросил Гым Чоль Ёна:
Глава кузницы, вы недавно это сделали?
Да.
Неплохо.
Гым Чоль Ён ответил:
Спасибо.
Я намеренно не стал пышно представлять Демона Меча. Но было очевидно, что Гым Чоль Ён в своей жизни вряд ли встретил бы мечника такого уровня. Мечи создают мастера, но используют их мечники. Им, как никому другому, видны все достоинства и недостатки.
Квак Ён Гэ проводил нас дальше.
Сюда, пожалуйста.
По дороге я спросил Гым Чоль Ёна:
Уже закончили?
Нет. Если бы закончил, я бы сам тебя нашёл.
Вдруг я заметил блестящий пот на теле Гым Чоль Ёна. В процессе создания оружия его тело менялось, словно он практиковал боевые искусства.
Раньше у него было тело обычного дядюшки, но теперь, когда он шёл, мышцы на его спине перекатывались, и любой бы сказал, что он — хозяин кузницы.
Так зачем я пришёл? Посмотреть на своё оружие?
Или на меняющегося Гым Чоль Ёна?
В любом случае, мне это нравилось.
На столе в комнате, куда нас привёл Квак Ён Гэ, лежал один клинок. Тоже без рукояти. Рядом лежали измерительная лента и инструменты для обработки.
Похоже, в него добавили метеоритное железо, так что цвет был тёмным.
Демон Меча спросил меня:
Можно я посмотрю первым?
Когда я кивнул, он снова взял «Безумца» в левую руку и осмотрел лезвие.
Он спросил Гым Чоль Ёна:
Добавили метеоритное железо?
Да. Глава передал, вот я и добавил.
Демон Меча, влив в палец энергию, щёлкнул по лезвию. Раздался оглушительный звон, и лезвие задрожало.
Гым Чоль Ён и Квак Ён Гэ широко раскрыли глаза.
...!
Тем временем Демон Меча левой рукой подавил вибрацию, и в лезвии воцарилась тишина.
Он сказал:
Глава кузницы, лезвие кажется слишком тупым. Это было требование главы?
Гым Чоль Ён ответил:
Да. Отказаться от остроты, сделать его исключительно прочным. Таково было его требование.
Демон Меча кивнул.
Исключительно прочным…
Он повернулся ко мне.
Верно?
Верно.
Тогда это не меч.
Неважно, что это не меч. Это оружие, в котором заключена несокрушимая воля.
Демон Меча улыбнулся.
Несокрушимая воля. Эй, вы, глава кузницы.
Да.
Хоть он и имеет форму меча, делайте его с мыслью, что создаёте тяжёлую палицу. Метеоритное железо осталось?
Да, ещё осталось.
Это вы тоже хорошо сделали. Но если глава хочет что-то абсолютно несокрушимое, то меч, который по своей природе требует заточки,
Хм, вы сказали «мастер»?
Демон Меча, не поняв вопроса, склонил голову набок.
Раз глава кузницы
Так.
Демон Меча кивнул и продолжил:
…В этот раз расплавьте и остатки метеоритного железа, и этот клинок, и сделайте одну тяжёлую палицу. Но в процессе, словно удаляя примеси одну за другой, сосредоточьтесь только на том, чтобы она была несокрушимой. Если к этому добавить ваше мастерство, то получится оружие гораздо прочнее этого.
Демон Меча посмотрел на меня.
Такой заказ устроит?
Идеально.
Гым Чоль Ён кивнул.
Я попробую.
Его, похоже, впечатлили слова Демона Меча, так как он спросил о его личности, хотя тот и не представился.
Могу я узнать ваше имя?
Демон Меча на мгновение задумался.
Глава кузницы Гым, я давно не пользуюсь человеческим именем. Меня зовут Демон Меча.
Я долго смотрел на его лицо.
Странное было чувство.
Гым Чоль Ён, который, как мошенник, продавал оружие с вычурными рукоятями, становился мастером.
А Демон Меча, по моим меркам, всё чаще говорил по-человечески.
Узнав, кто перед ними, Гым Чоль Ён и Квак Ён Гэ застыли, не в силах вымолвить ни слова.
Демон Меча спросил:
Слышали?
Да.
Кузнецы так или иначе были связаны с Канхо. Конечно, они слышали.
Демон Меча спросил:
А кто первым сказал про «несокрушимую волю»?
Гым Чоль Ён посмотрел на меня.
Это были слова главы.
Демон Меча, посмотрев на Гым Чоль Ёна, а затем оглядев кузницу, сказал:
Мне нравятся эти слова. Я бы и сам хотел заказать здесь меч. Но не сейчас, так что увидимся позже.
Да, приходите.
Демон Меча сказал мне:
Поговори и выходи. Идём.
Он забрал бабника и первым вышел из кузницы.
Я встретился взглядом с Гым Чоль Ёном и усмехнулся. И он, и Квак Ён Гэ были в поту.
Гым Чоль Ён прошептал мне:
Демон Меча же из Демонического Культа.
Я кивнул и прошептал в ответ:
Такой шёпот мастер его уровня услышит и снаружи.
Господи…
Гым Чоль Ён прошептал ещё тише:
Зачем ты водишься с человеком из Демонического Культа?
Он ушёл из Культа.
Господи…
Дядя Гым, вы хоть едите?
На хлеб с маслом хватает.
Я достал кошель и целиком бросил его Гым Чоль Ёну. Он возразил:
Зачем так много?
Я помахал им с Квак Ён Гэ рукой.
У меня много денег. Так много, что я даже не знаю, сколько.
Я и правда не знал, сколько у меня денег.
Важно было то, что эти деньги меняли меня и моё окружение.
Деньги, потраченные на что-то другое, по моему мнению, были бесполезны.
И в будущем я не собирался их считать.
Я собирался разбрасывать их, как сегодня, и швыряться ими, как мне вздумается.