Том 1 · Глава 103. Я виноват
Поднявшись по лестнице на второй этаж, Санхо вернулся как раз к началу спектакля. Чтобы ученицы не сразу его заметили, он устроился в самом последнем ряду и снял повязку.
На сцене Джиюн, исполнявшая роль рассказчицы, временно изображала врача. На ней был белый халат и налобное зеркало.
Она подошла к Набит, игравшей королеву.
Ваше Величество, откройте рот.
А-а-а.
Набит послушно открыла рот. Джиюн заглянула внутрь и объявила:
Вы беременны.
Что?
По залу прокатились смешки.
Затем на сцену вышла Ынюль и присела за спиной Набит. Джиюн скинула халат и обруч с зеркалом.
Так королева после долгих мучений всё же понесла дитя. Король мечтал о сыне, а королева
Из-под широкой юбки Набит неожиданно выскочила Ынюль. Зрители зашумели.
О, это же Ынюль.
Она тоже из класса учителя Кана?
Вроде нет. Наверное, позвали, потому что дружат.
Ынюль неловко застыла посреди сцены. Её взгляд метался по залу, щёки покраснели. Наконец она едва слышно произнесла:
Уа-а…
Ха-ха-ха!
Несколько учениц расхохотались. Судя по всему, её подруги.
Джиюн продолжила:
И родилась у королевы крепкая, мускулистая… Ой, не то. В общем, прекрасная принцесса. С каждым годом она становилась всё крепче… то есть, тьфу ты, всё краше, и слава о ней разнеслась даже по соседним королевствам. И вот однажды во дворце устроили бал!
На сцену поднялась Сэхи.
Толстая коса была уложена вокруг головы, на ней красовался синий мундир и белые брюки.
Сэхи вскинула игрушечный меч, приняла эффектную позу, затем опустила его и, запинаясь, принялась читать текст:
Ах, взгляните на эти могучие плечи… Нет, то есть… на эти стройные ноги! Они словно… Да чёрт его знает. Я влюбился в вас с первого взгляда, принцесса.
Из-за внезапной замены актёра всё явно пошло не по плану. Санхо криво усмехнулся.
В этот момент рядом кто-то сел.
Забавно.
Санхо дёрнулся и резко обернулся, решив, что Тхэхва мгновенно переместилась к нему. К счастью, это была не она.
Сольми улыбалась.
А, учитель Им.
Видно, девочки долго готовились. А вы почему не участвуете, Санхо? Могли бы хотя бы короля сыграть.
Ну… на то были причины.
Санхо неловко почесал затылок. Сольми наклонила голову.
Правда? Тогда ничего не поделаешь. Кстати, Санхо.
Да?
Вы ведь знаете, что сегодня корпоратив?
Ещё и корпоратив. Лицо Санхо тут же вытянулось. Не хотелось идти туда, где придётся сидеть среди малознакомых людей.
Правда? Я не знал…
Завтра выходной, поэтому, похоже, все будут пить. Побудете моим рыцарем и выпьете за меня?
Что?
Или наоборот? Я буду пить, а вы поведёте машину?
Только теперь Санхо понял: один пьёт, другой садится за руль.
Мне всё равно, но лучше уж выпью я. Разве не будет проблем, если вы опьянеете?
Нет. Я не против. Даже хочется немного выпить. Так что пить буду я, а вы поведёте.
Вы уверены? Всё-таки…
Уверена.
Сольми мягко улыбнулась.
Я вам доверяю.
Санхо кивнул. Даже если она переберёт, он сможет протрезвить её внутренней энергией. Да и сам он может просто не пить. А уж воспользоваться её состоянием ему и в голову не придёт.
Тогда пейте. Я сяду за руль.
Так и сделаем. В прошлый раз пили вы. Помните?
Сольми кивнула в сторону сцены.
А теперь давайте смотреть.
Роман принца и принцессы подошёл к концу, настала очередь Тхэхвы.
Над сценой с хлопком, будто фейерверк, разорвалось облако чёрного дыма. Изнутри раздался зловещий голос:
У-у-у-хны-ы-ы…
«Что?»
В сценарии совершенно точно значился пронзительный злодейский смех. Санхо ошарашенно уставился на дым.
Вскоре Тхэхва раскинула руки, вынырнула из облака и, шмыгнув носом, начала говорить:
Так слухи не лгали! На свете и правда есть женщина прекраснее меня! Хнык… Я пришла убить принцессу, но… шмыг… глядя на эту красоту, и сама готова в неё влюбиться… У-у-у!
Сольми моргнула.
Почему она плачет?
На то есть причины.
Сколько же у вас тайн, Санхо. И у ваших девочек тоже.
На сцене Ынюль выпила яд и упала. Набит подбежала, заключила её в объятия.
О-о-о, моя дочь! Бедная моя дочь!..
Тхэхва подошла ближе и прошептала:
Я знаю, как разбудить принцессу.
Что ты сказала? И как же?
Лишь поцелуй истинной любви способен… Эх… способен вернуть принцессу к жизни.
На полуслове Тхэхва тяжело и пусто вздохнула. Видимо, её что-то сильно не устраивало.
Санхо прекрасно понимал что. Однако сейчас он лишь довольно улыбался, радуясь, что вместо него рядом с ней лежит Ынюль. Особой вины перед Тхэхвой он не испытывал.
«Учителю с ученицей целоваться нельзя. Даже ради спектакля. Тут и обсуждать нечего».
Сэхи подошла к Набит.
Позвольте мне попробовать, Ваше Величество.
Тебе? Нет! С какой стати я доверю тебе губы своей дочери?
Если любовь истинна, что может нам помешать?
С этими словами Сэхи опустилась на колени рядом с Ынюль и медленно наклонилась к ней.
Когда их лица сблизились, зрительницы завизжали.
Она правда это сделает? Правда?!
Фу! А-а-а! Она и правда собирается!
Санхо заметил, как уши, торчащие из волос Ынюль, налились алым.
Сэхи немного поколебалась и в последний момент отвернула голову, коснувшись губами её щеки. По залу разнёсся короткий звук поцелуя.
Пальцы Ынюль дрогнули. Этого хватило, чтобы зрительницы окончательно взорвались.
А-а-а! Поцеловала! Она её поцеловала!
Ну всё, свадьбе быть!
Сэхи поднялась, кашлянула и продолжила по тексту:
Почему же ничего не вышло? Неужели моих чувств недостаточно? Ведь в моём сердце нет никого, кроме неё…
Прочь, лживый негодяй!
Тхэхва оттолкнула Сэхи и уселась возле Ынюль. Схватив её лицо обеими руками, тихо пробормотала так, что Санхо всё равно услышал:
Чёрт с ним. Хоть тебя поцелую.
И впилась прямо в губы Ынюль. Та в панике задёргала руками и ногами.
М-м! М-м-м!
М-муа-а-а…
Влажный звук усилился микрофоном и разнёсся по всему залу. Зрительницы окаменели.
Не выдержав, Сэхи со всего размаху хлопнула Тхэхву по спине.
Ты с ума сошла? Хватит уже!
Да плевать. Буду представлять, что это учитель.
И Тхэхва продолжила целовать Ынюль с такой страстью, что даже после того, как Сэхи отобрала микрофон, чавкающие звуки всё равно слышал весь зал.
Сольми рядом с Санхо растерянно спросила:
Это тоже по сценарию?
Санхо молча отвернулся.
Спектакль закончился, за ним последовали другие выступления.
Санхо специально пересел подальше от прежнего места, но даже без повязки мужчине-учителю в женской школе спрятаться было непросто. Ученицы его класса одна за другой уселись справа.
Игнорируя исходящую оттуда убийственную ауру, Санхо всеми силами поддерживал разговор с Сольми, сидевшей слева.
А куда все пойдут после работы?
Не знаю. Наверное, есть самгёпсаль.
Вы любите самгёпсаль?
Нормально отношусь. Но, Санхо, вы сегодня что-то особенно любезны.
Да я с вами всегда такой… А?
Кто-то обнял его сзади и прошептал прямо в ухо:
Учитель.
Это была Джиюн.
Санхо кашлянул и невозмутимо спросил:
Что такое? Что-то случилось?
Ещё как.
Золотая верёвка стянула его запястья вместе.
Вы проигнорировали наш купон желания.
Разве мы не рассчитались с ним тогда, в классе?
Нет. Нашим желанием было, чтобы вы сыграли с нами в спектакле.
Джиюн легко подняла его в воздух.
Сэхи, Тхэхва и Набит тоже встали и подхватили Санхо.
Мы долго думали, что с вами сделать.
По спине Санхо выступил холодный пот.
Девочки, у учителя тоже есть желания. Не только ваши считаются…
Бить вас мы не можем. Победить тоже. Так что остался один вариант.
Джиюн, погоди. Поставь меня…
Наказание вы всё равно заслужили.
Ученицы вынесли его из зала.
Болтаясь на плече Джиюн, Санхо доехал до самого класса. Его меч несла Сэхи.
Тхэхва поставила посреди кабинета стул, а Джиюн усадила на него Санхо.
Что они задумали? Его глаза тревожно забегали.
Девочки… Мне на корпоратив надо…
Хотите один вкусно поесть?
Тхэхва достала косметику.
Набит вытащила из бумажного пакета золотой парик и улыбнулась.
Мы всего лишь сделаем то, что должны были сделать раньше.
Золотая верёвка обмотала Санхо вместе со стулом. Разорвать её было проще простого, но по лицам учениц он понял: тогда порвётся не только верёвка, но и их отношения.
Санхо тяжело вздохнул.
Ладно. Делайте что хотите.
Правда? Можно?
Тхэхва тут же потянулась к его губам, но Джиюн схватила её за рог. Затем стукнула по затылку и цокнула языком.
Не дури, зараза. Спектакль закончился
Почему?! Это вообще-то было моё! Мы жребий тянули!
Закончилось и закончилось. Не навечно же он тебе достался. Вон Сэхи сидит смирно.
Сэхи, до того стоявшая к ним спиной, заметно вздрогнула. Джиюн подозрительно наклонила голову.
Ты чего там, Сэхи?
Н-ничего.
Она говорила невнятно, словно держала что-то во рту. Санхо заметил, как Сэхи спрятала в карман освежающую конфету.
Этого нельзя, девочки.
Слышала? Учитель сказал нельзя. Давайте быстрее сфотографируем и закончим.
Связанные руки Санхо дёрнулись.
Что вы сделаете?
Сфотографируем.
Вы уже снимали.
Тогда лица не было видно.
Джиюн скрестила руки на груди и кивнула.
Начинайте.
Сэхи натянула ему на голову парик, а Тхэхва попыталась накрасить губы. Санхо отчаянно мотал головой.
Девочки, зачем вам такие фотографии? Лучше бы сняли что-нибудь красивое, а не это посмешище…
Учитель.
Набит обняла его голову сзади.
К затылку прижалась мягкая грудь, а связанные за спинкой стула руки ощутили тепло её тела.
Не двигайтесь.
Ладно.
Шевелиться теперь было бы преступлением.
Санхо прекратил сопротивляться и покорно отдал лицо в руки Тхэхвы.
Через некоторое время макияж был закончен.
Та-дам!
Тхэхва сунула телефон ему под нос.
На экране мужчина в золотом парике и нелепом макияже с отрешённым выражением смотрел прямо в камеру. Мрачный шрам на правом глазу делал картину особенно чудовищной.
Санхо уже решил смириться, но, увидев результат, вновь напряг каждый мускул. Телефон следовало немедленно отобрать и либо удалить снимок, либо разбить устройство.
Остальные тоже весело фотографировали его.
Сняла?
Ага.
Набит хихикала.
Сэхи прикрывала рот, сдерживая смех, а Джиюн, согнувшись, держалась за живот. Санхо обратился к ним:
Девочки, теперь развяжите меня. Мне ещё макияж смывать и на корпоратив ехать.
Учитель.
Учитель.
Ученицы выставили перед ним телефоны.
На экранах красовалась только что сделанная фотография и выбранные получатели.
У Тхэхвы — Минджон. У Набит и Джиюн — их матери.
А тебе некому отправить, Сэхи?
Мне… м-м…
Сэхи немного подумала и подняла телефон.
Только Ынюль.
У Санхо потемнело в глазах.
Минджон ещё куда ни шло. Но допустить, чтобы этот проклятый снимок разошёлся среди людей, с которыми он едва знаком, было нельзя. Он почти умоляюще заговорил:
Девочки…
Тогда в следующий раз ведите себя как следует. Не заставляйте нас доводить дело до такого.
Их пальцы уже зависли над кнопками отправки.
Набит и Тхэхва хором воскликнули:
Раз уж приняли купон желания, выполняйте желание!
И не решайте всё сами только потому, что вы взрослый.
Последней добавила Сэхи:
И перестаньте от нас убегать.
Да как тут не убегать, когда вы такое творите? Санхо мысленно простонал, но всё же кивнул.
Хорошо, хорошо. В следующий раз сразу выполню любое ваше желание. Только, пожалуйста, удалите фотографию.
Удалим
Тогда… Тогда хотя бы смотрите её только сами. Никому больше не показывайте.
Ой.
Набит дёрнулась и опустила взгляд на телефон. По спине Санхо пробежал холодок.
Набит?
Она почесала голову и виновато улыбнулась.
Случайно. Хе-хе…
Отправила человека на тот свет и такая: «случайно, хе-хе».
Тхэхва ехидно прокомментировала и демонстративно нажала кнопку прямо перед носом Санхо.
Я тоже случайно. Хе-хе.
Зачем отправлять? Такое надо хранить и годами шантажировать.
Джиюн убрала телефон и широко улыбнулась.
Я не отправила, учитель. Так что впредь лучше меня слушайтесь.
Я тоже.
Сэхи похлопала Санхо по плечу и прошептала. Но он уже ничего не слышал.
Даже когда Набит развеяла верёвку из святой силы, Санхо так и остался бессильно висеть на стуле.
Глаза защипало, зрение расплылось.
«Быть учителем… слишком тяжело…»
Телефон в кармане не переставая вибрировал.