Том 1 · Глава 74. Унаследованное чувство
Пристегивая Набит на пассажирском сиденье, Санхо осторожно сказал:
В бардачке есть еда. Захочешь
…
Я включу кондиционер. Если будет слишком сильно дуть, скажи.
…
Набит по-прежнему молчала. Санхо тяжело вздохнул.
Даже вызвать её во время обеда оказалось непросто. Он всего-то хотел сказать, чтобы после занятий она не звала сопровождающих, потому что они вместе поедут к Хёын. Но и эта короткая фраза далась с большим трудом.
Санхо уже собирался взяться за руль, когда вспомнил прежнюю просьбу Набит.
«И что делать?»
Когда они остаются вдвоём, он должен держать её за руку.
Но сейчас за такую попытку можно было получить по лицу.
«Всё равно надо. Обещание есть обещание. Ударит
Он медленно протянул ладонь и осторожно положил её поверх руки Набит.
Хм.
Девушка тихо фыркнула, тут же убрала руку и спрятала её, скрестив руки на груди.
«Тяжело…»
Санхо осторожно начал:
Набит. Сестра Хёын полностью поправилась.
Она явно не поверила.
У неё уже много чёрных волос отросло… линзы больше не нужны. И отношения у нас наладились. Мы хорошо проводили время…
Набит покосилась на него.
Так хорошо проводили, что не отвечали на мои звонки?
Прости…
И чем вы занимались?
Ну… ездили за границу.
Сказать правду он не мог, поэтому на ходу придумал первое оправдание.
Набит этого оказалось мало.
Куда?
В одно место к югу от Китая… там ещё много банков…
Сам Санхо никогда там не бывал. Он лишь слышал, что там полно то ли банков, то ли бирж, то ли ещё чего-то подобного.
Поэтому я не мог отвечать в самолёте. Там же нельзя звонить.
Только во время взлёта и посадки.
Я… выключил телефон и забыл включить. Мы разговаривали с сестрой Хёын.
Одна ложь требовала следующей.
Санхо неловко улыбнулся.
Зачем мне специально игнорировать твои звонки? Просто так сложились обстоятельства.
Набит наконец слегка кивнула. Похоже, объяснение она приняла, хотя до конца ещё не оттаяла.
Но Санхо был рад уже тому, что девушка снова с ним разговаривала.
Что хочешь на ужин? Давай поедим вместе с сестрой Хёын. Хорошо?
Не хочу.
Ну не упрямься…
Поехали, пожалуйста.
Эх…
Санхо без дальнейших уговоров взялся за руль.
По дороге к дому Хёын в главном соборе Ордена спасения ему внезапно пришла тревожная мысль: а вдруг она опять валяется на кровати голая?
Нужно предупредить, чтобы оделась. Санхо достал телефон.
Гудок. Ещё один.
Хёын не отвечала.
Холодная тревога поползла по позвоночнику.
«Почему не берёт?»
Раньше они редко звонили друг другу и ещё реже отвечали, но после начала совместной жизни Хёын всегда поднимала трубку.
Скрывая беспокойство, Санхо прибавил скорость.
Она здесь живёт?
Да.
Санхо достал ключ и открыл электронный замок. Увидев ключ, Набит спросила:
А почему он у вас?
После поездки мы… жили здесь вместе до конца каникул.
Лицо Набит немного смягчилось.
Открывая дверь, Санхо поднял ладонь.
Подожди здесь минутку.
Он вошёл первым и осмотрелся. Хёын могла быть без одежды.
Но на кровати её не было.
Во всём доме не ощущалось ни малейшего присутствия.
«Наверное, вышла…»
Сердце болезненно сжалось. Санхо уже повернулся к прихожей.
Набит, захо…
И тут заметил бумаги на столе.
Несколько тонких листов формата А4 и письмо.
Он подошёл и дрожащими пальцами поднял документы.
Медицинское заключение.
«Отсутствие яйцеклеток?»
Такого диагноза Санхо никогда не слышал. Ниже шло подробное пояснение.
«Учитывая наличие менструального цикла, нормальное развитие матки и нормальную секрецию гормонов, предположительно отсутствуют исключительно яйцеклетки и ооциты вследствие приобретённого, а не врождённого фактора».
Приобретённого.
Наверняка причиной была ангелизация, но Санхо не мог перестать думать о том ударе в живот.
Причина не в нём.
Наверное, не в нём.
Но даже если существовала всего однопроцентная вероятность… эта мысль не уходила из головы и сводила его с ума.
«Вот же ублюдок…»
Стиснув зубы, Санхо поднял письмо. Перед глазами всё плыло, читать было трудно.
Лист покрывали кривые строчки.
«Кролик».
«Начала, мать твою…»
Он перевёл взгляд ниже.
«Я бесплодна. Не знаю, когда это случилось. Думаю, прямо перед тем, как мы с тобой переспали… но уверенности нет. Возможно, ещё во время войны».
«Верующие обычно таким не занимаются, поэтому похожих случаев нет и проверить невозможно. Может быть, для Набит тоже уже поздно».
Санхо взглянул на стоявшую позади девушку и продолжил читать. Слова о Набит тоже тревожили, но сейчас имелась более срочная проблема.
Даже если Хёын бесплодна — зачем было уходить?
«Я слишком долго навязывалась тебе. Прости».
«За что ты извиняешься, сумасшедшая? Тебе это совсем не идёт…»
«Я больше не стану мешать тебе жить. Ангелизация полностью исчезла, поэтому тебе больше не нужно обо мне заботиться».
«Я больше не могу пользоваться святой силой. Святое копьё не появляется, лечить тоже не могу. Я очень хотела сама вылечить твои глаз и ногу… но теперь придётся оставить это Набит».
«Мне надоело быть охотницей ранга X. Да и сил для этого больше нет. Я уеду в тихое место и стану монахиней. Не сестрой Общины веры, а настоящей монахиней».
Санхо прикусил губу.
«Какую ещё жизнь ты мне загораживаешь? Зачем убегать?.. Какая из тебя монахиня, это же совсем на тебя не похоже…»
«Знаешь, ещё до Разлома я хотела стать монахиней. Ты наверняка посмеёшься, но на самом деле у меня почти нет желаний. Такие люди легче поддаются ангелизации. Как Набит».
«За всю жизнь я по-настоящему хотела лишь тебя. Я получила желаемое
«Спасибо, что любил меня».
На этом письмо заканчивалось.
Пальцы Санхо стиснули бумагу. Почему она даже не спросила, чего хочет он?
Неужели решила, что он никогда её не любил?
Что обнимал из чувства долга, из жалости, лишь притворяясь влюблённым?
Зубы заскрежетали.
«Сейчас больше всего на свете я хочу именно тебя, дура…»
Она сбежала, не показавшись ему на глаза и даже не дав поговорить. Именно это злило сильнее всего.
Выбирать средства было некогда.
Санхо повернулся к Набит. Глаз покраснел, в нём блестели слёзы.
Она смотрела на него мягко и тревожно.
Набит.
Да, учитель.
Можешь попросить отца об одной услуге?
Конечно.
Набит достала телефон.
Санхо тоже набрал номер Дохёна.
Чтобы выяснить, куда уехала Хёын, потребовалось несколько дней. Задача была непростой, но с помощью группы «Тхэгвель» и Ассоциации охотников её всё же удалось найти.
Она поселилась в маленьком монастыре вдали от города.
Санхо припарковал машину во дворе и вышел. Следом с пассажирского места выбралась Набит.
Пойдём.
Он дождался её и направился к зданию рядом.
У двери на стуле сидела пожилая монахиня.
Господин Кан?
Да.
Санхо и Набит поклонились. Женщина поднялась, ответила поклоном и открыла дверь.
Проходите.
Она провела их в молитвенную комнату.
Та была намного меньше молельного зала Ордена спасения: не круглая, а прямоугольная, с двумя рядами длинных скамей.
В самом первом ряду сидела монахиня.
Со спины, в одинаковом одеянии, узнать её было трудно, но Санхо понял сразу.
Это была Хёын.
Поговорите спокойно.
Пожилая монахиня добродушно улыбнулась и закрыла дверь.
Санхо указал Набит на последний ряд и прошептал:
Посиди здесь. Я сначала поговорю с ней один.
Набит кивнула.
Опираясь на меч, Санхо направился вперёд.
Он просил не предупреждать Хёын о визите, но та наверняка всё равно знала.
«Не могла не знать».
В аккуратной монашеской рясе она сидела, сложив руки в молитве. Санхо остановился рядом и некоторое время молча смотрел.
Чёрные и белые пряди. Ресницы, ещё побелевшие на кончиках.
Хотелось позвать её по имени, но вокруг царила такая чистая, почти неприкосновенная тишина, что он не решался помешать. Совсем как рядом с Набит.
Санхо медленно и бесшумно сел рядом.
Пришёл?
Не открывая глаз, Хёын мягко улыбнулась.
Санхо вдруг снова подумал, какая она красивая.
Ага.
Кролик.
Хихикнув, Хёын слегка прислонилась к его плечу. От этого внутри становилось только тяжелее.
Он одновременно злился и чувствовал вину.
Хёын.
М-м?
Помнишь, я ударил тебя в живот?
Она приоткрыла глаза и моргнула.
Причина наверняка не в этом.
Знаю. Но я… кажется, буду жалеть об этом до конца жизни. Поэтому хотел ещё раз попросить прощения.
Всё нормально.
Хёын снова закрыла глаза.
Я тоже много чего тебе сделала.
Ничего. Совсем ничего. Хотя… нет, кое-что есть.
Санхо вздохнул.
Почему сбежала, ничего не сказав?
Просто. Если бы увидела тебя или услышала голос… не смогла бы уйти.
Нет… ладно, это я понимаю. Но зачем ты вообще ушла? Вот что я спрашиваю.
Ты письмо не читал?
Только тогда Хёын опустила руки и посмотрела на него.
Чтобы ты нашёл другую, завёл детей и жил счастливо. Я больше не могу этого тебе дать.
И какое это имеет значение? Можно пожениться и без детей. Ты правда решила, что я не хочу на тебе жениться?
Так, чтобы Набит не видела, Санхо обнял Хёын за талию ниже спинки скамьи.
Она долго смотрела ему в глаза.
Чем больше я получаю тебя, тем больше хочу.
Зависимость.
Если останусь рядом… начну цепляться за тебя, зависеть от тебя и запирать тебя внутри себя.
Тогда так и делай.
А я не хочу.
Хёын тихо рассмеялась.
Я хочу увидеть твоего сына. Когда посмотрела на Джиюн, подумала об этом. Она похожа на дядю Сончхоля и одновременно совсем не похожа. Странное чувство. Поэтому… найди другую женщину и создай семью. Это моё настоящее желание.
А моим желанием ты даже не поинтересовалась.
Пробормотав это, Санхо взял край её вуали и осторожно потянул, закрывая их лица от взгляда Набит.
Вот мой ответ.
И поцеловал её.
Хёын не отстранилась. Просто закрыла глаза и позволила ему вести.
Отпустив её губы, Санхо сказал:
Я ещё приеду.
Щёки Хёын покраснели.
…Хорошо.
В следующий раз приготовься остаться со мной на ночь.
Хорошо.
И не убегай, прикрываясь бесплодием или ещё какой-нибудь чушью.
Хорошо.
Не думай, что раз стала настоящей монахиней, я буду сдерживаться. Ничего подобного.
Хорошо.
Санхо отпустил вуаль и отстранился.
Они одновременно повернулись к Набит. Та снова улыбалась своей обычной безмятежной улыбкой, словно прекрасно знала, что происходило за тканью.
Хёын наклонилась к Санхо.
Ты ведь понимаешь?
Что?
С Набит нужно поступать так же.
Он вспомнил всё, чем они занимались на каникулах, и побледнел.
Так же?
Да. Совершенно так же.
Хёын лукаво улыбнулась.
Что бы вы с Набит ни делали, я ничего не скажу. Не думай обо мне и сам решай.
Она ребёнок…
Вы с Егён тоже рано начали, разве нет? Хотя людям нужно разное. Может быть, Набит хватит и поцелуя.
У Санхо закружилась голова.
Ладно. Я буду заботиться о Набит…
И подумайте о детях.
…Об этом поговорим, когда я приеду в следующий раз. Всё равно скоро увидимся.
Санхо поманил Набит рукой.
Она вскочила и побежала к Хёын. Увидев её здоровой, девушка сначала широко улыбнулась, затем едва не расплакалась, а в конце смешала оба выражения и бросилась в объятия.
Сестра Хёын!
Всё хорошо. Я уже поправилась.
Хёын погладила её по голове и вдруг усмехнулась.
Набит.
Да?
Я расскажу тебе кое-что полезное.
Она очень тихо прошептала что-то на ухо. Набит улыбнулась и кивнула.
Хорошо. Попробую.
Что именно она собиралась попробовать? Санхо почувствовал себя участником какого-то заговора.
Обе женщины одновременно посмотрели на него и улыбнулись. По его виску стекла капля пота.
Они не расставались навсегда, поэтому затягивать встречу не имело смысла. Санхо дождался, пока Набит наговорится с Хёын, и вскоре собрался уезжать.
У входа в монастырь они остановились друг напротив друга.
Я поехал. Приеду где-нибудь в следующие выходные.
Хорошо.
Только снова не исчезай неизвестно куда. В следующий раз похищу и привезу прямо в школу.
О…
Хёын расплылась в улыбке.
Давай и это попробуем. Игру в похищение.
…Я просил следить за языком при детях.
Они уже в таком возрасте, что всё понимают.
Цыц…
Санхо не стал спорить и сел с Набит в машину.
Опустив окно, он крикнул Хёын:
Я уезжаю.
Да поняла я. Езжай уже.
Не игнорируй звонки. Если снова станет плохо
Хорошо.
Хёын широко улыбнулась и помахала рукой.
Санхо вырулил со двора монастыря.
Они всё равно скоро увидятся, но после целого лета вместе даже недельное расставание казалось неприятным.
Однако в будни нужно было снова сосредоточиться на ученицах.
В этот момент Набит позвала его:
Учитель.
Да?
Давайте ненадолго заедем в дом сестры Хёын.
В главный собор Ордена спасения?
Да.
Санхо моргнул. Что ей там понадобилось?
Хорошо. Поедем.
Он развернул машину в сторону Ордена спасения.
Когда Санхо открыл дверь ключом, Набит вошла внутрь и принялась осматриваться.
Он почесал затылок.
Что-то ищешь?
Да. А, нашла.
Набит вытащила из-под кровати картонную коробку.
Санхо прекрасно знал, что лежало внутри.
Н-набит. Это…
М-м?
Она заглянула в коробку и широко раскрыла глаза.
Учитель, вам такое нравится?
Не мне. Это Хёын… То есть это просто вещи, которыми иногда пользуются. Тут дело не в том, нравится кому-то или нет.
Сестра Хёын сказала, что если использовать это, вам понравится… А!
Набит хлопнула в ладоши, словно что-то поняла, и широко улыбнулась.
Затем достала наручники и защёлкнула их на запястьях.
Она имела в виду, что вам понравится, если так сделаю я?
В голове Санхо взвыла сирена. Увидит их кто-нибудь сейчас — и такие же серебряные браслеты окажутся уже на его руках.
Не замечая его ужаса, Набит подняла ещё и ошейник, тот самый, который Хёын надевала на Санхо.
А для чего всё это нужно?
Ни для чего! Быстро положи.
Но вы только что сказали, что этим пользуются…
Санхо в панике вырвал наручники и ошейник, разломал их и бросил на пол. Коробку же толкнул мечом далеко под кровать.
Ой. Сестра Хёын подарила это мне…
Это мусор. Полный мусор. Она просто над тобой пошутила. Всё, уходим.
Правда?
Набит невинно склонила голову, а затем улыбнулась и пошла следом.
Учитель.
Что?
Почему вас прозвали кроликом?
…Никакой я не кролик.
Но сестра Хёын сказала…
Я сказал, нет.
Можно рассказать девочкам?
Ни в коем случае…
Хе-хе.
Набит сияла, как ребёнок, которому доверили забавную тайну.