Том 1. Глава 32
Сериена.
Где здесь логика?
Все не так. Неважно, есть ли промывание мозгов или нет, я…
О, только не говори, что меня любишь.
Фиолетовые глаза были пропитаны печалью.
Сериена. Прошу….Не отрицайте этого, потому что я вас люблю.
….
Я разве когда-то просил вас принять? Я неустанно терпел, не в силах утолить свое страстное желание. Так что не стоит отрицать.
И он продолжал все на той же ноте.
В таком случае ты безумец.
Мы редко разговаривали при обычных обстоятельствах.
На этот раз он решил встретиться наедине. И сказать.
Что любит. Меня.
Разумеется, именно из-за промывания мозгов он питает ко мне чувства. Даже если я все знаю, с моих уст слетают слова-
Это просто безумие.
В подобной ситуации возможно лишь отрицание.
Разум прыгал от радости, а язык забыл свои движения, словно здравый смысл покинул.
С того момента я лишь отрицала.
Я машинально разомкнула губы.
Ничего не понимаю. Нет, я просто больше ничего не хочу понимать и знать.
Я не хочу больше страдать.
Я лишь хочу жить, пребывая в неведении. Но уже слишком поздно.
Мои губы скривились в странной улыбке.
Ни смеха, ни слез. Лишь забавный вид.
Его выражение лица тоже исказилось, будто он рушится на мелкие части.
Какой забавный облик.
Сериена.
Он протянул руку и нежно провел ладонью по моей щеке.
Черт побери, почему я не избавилась от этого прикосновения?
…Простите. Мне так жаль.
…
Поэтому…я не достоин слез.
Я…плачу?
Когда его пальцы крепко коснулись моих глаз, я осознала, что текут слезы.
Соленые капли струились по моим щекам, пропитывая их влагой.
…Мне не верится, что я хотел причинить вам боль.
Его ресницы затрепетали.
Потому я все отрицал. Мне очень жаль, Сериена.
От теплого прикосновения под глазами моя голова пошла кругом.
Слезы затуманили мое зрение, однако я продолжала на него смотреть, не выражая ни капли эмоций.
Так что…
Он еще сильнее прикусил губы, отчего они приобрели насыщенный красный цвет.
Из навернувшихся густых слез начали медленно стекать капли.
А из-за переполняющего набора разноцветных эмоций перехватило дыхание.
Ему труднее взять себя в руки, нежели мне, потому что пришлось признать факт попытки моего убийства.
Мне так жаль.
Он осторожно потянул меня за руку. И хрупкое тело упало в его объятия.
И позже…Если я подобное снова сделаю, то…
Его голос дрожал.
А крепкое тело, которое должно было меня держать, покачнулось, и я ощутила, как что-то рушится.
Убейте меня.
При этих словах я с трудом подняла голову и уставилась в его фиолетовые глаза.
Его глаза таинственного цвета были прекрасны. Но…они были заполнены мраком.
Значит, быть может, в следующий раз подобное может повториться…
…
Похоже, он тоже знает
Пусть он и отрицает, однако есть, кто может все знать. И это я.
Быть может, он вновь попытается меня убить. Попытается как-то мне навредить, когда его разум затянет пучиной тьмы.
А-а.
Черт, ничего не понимаю.
Невозможно понять эту с самого начала нелепую ситуацию. Правда сейчас…Сейчас…
Я устала…Рука, нежно поглаживающая меня по спине, на секунду напряглась.
Похоже, он понял смысл слов.
Мое вялое и обессиленное тело напоминало вату, пропитанную водой.
Я задумалась в его объятьях. Я хочу сейчас же избавить его от промывки мозгов и отогнать другие заботы прочь.
Нужно побыстрее со всем этим разобраться, Аджест.
…
Я не уточнила, что подразумевала, так что слова прозвучали строже обычного.
Я еще сильнее прижалась к его телу, а слезы продолжали катиться по моему бесстрастному лицу.
Ах, я так устала.
Перед тем как потерять сознание, это была моя единственная мысль.
Мне приснился сон.
В том сне посреди длинного коридора стояла юная я.
Повернув голову в сторону, я увидела перила, а под ними огромный холл и большую дверь первого этажа.
Повернув голову в другом направлении, я увидела стену.
В отличие от прежнего, на заднем фоне была стена.
Когда я опустила взгляд, почему-то на руке виднелась небольшая царапина.
ʹИ когда же я пораниласьʹ.
Ах, точно. Эту рану нанес Аджест.
Тогда Аджест бросил в меня вазу.
Я рефлекторно подняла руку, дабы избежать летящей в меня вазы, и так она ударилась о мою руку, оставив после себя след.
Скрип-
Возможно, из-за сна звук открывающейся двери был громче и страннее.
Я обернулась на звук, думая, что кроме меня здесь нет никого. Однако в поле зрения бросились три человека.
Двое мужчин в форме тащили мальчика по обеим сторонам от него.
Я думала, что слуги станут более бережно обращаться с мальчиком. Не как к рабу.
Имя мальчика — Аджест.
Незнакомое имя, однако уже на слуху. Хотя уже прошло несколько лет с тех пор, когда он прибыл в особняк.
С каждым шагов мужчин мальчик дрожал и трясся. И тогда он приподнял голову.
Его фиолетовые глаза вспыхнули.
Все так быстро произошло…
Аджест накинулся на меня
Осмотрительные слуги растерялись, что упустили Аджеста.
Агх…
Аджест, схватив меня за шею, принялся душить.
Бац!
И Аджест упал на мое тело.
Немедленно схватите его!
Да как ты посмел на мисс….!
Запоздавшие слуги оттащили от меня Аджеста. Он изо всех сил барахтался, пытаясь высвободиться, но был слишком слаб в силу своего детского возраста и хилого телосложения.
Я…! Почему я….!
Вскрикнул Аджест пронзающим голосом.
Должен любить кого-то вроде тебя….! Ненавижу! Ненавижу тебя!
С помощью слуг я встала и потерла шею, чувствую в ней боль.
Однако я не испугалась, потому что привыкла к его злобе.
Я настолько привыкла, что не имела понятия о дальнейшей судьбе.
Каким станет Аджест после избавления промывки мозгов.
Я совсем позабыла.
Те воспоминания, которые были плотно закрыты на замок, распахнули дверь.
Рано проснувшись, я тут же поела и с помощью Риды переоделась в верхнюю одежду.
Ты идешь?
Да.
Покинув коридор, я столкнулась с Игельто.
Пусть я и ничего не сказала, но он уже примерно осознал, куда направляюсь.
Я собиралась отправиться к Мелфордам, чтобы взять ароматические свечи для промывки мозгов.
Удачной дороги.
Да, удачной.
Я отправила Михаилу письмо и попросила узнать расписание герцогини.
Намного безопаснее навестить дом, пока он будет за пределами особняка.
Он спросила причину моей просьбы, однако я так ему и не ответила.
Он лишь слегка поворчал и перестал настаивать.
Я села в карету, прислонившись к спинке. И почувствовала, как бешено бьется сердце.
И прикрыла глаза, дабы успокоить свои волнения и дрожь.
Вскоре карета тронулась.
Тьма окутала мой разум, и мне внезапно вспомнился сон.
Если подумать, то изначально между мной и Аджестом не было близких и доверительных отношений.
Меня не волновало, промывали ли ему мозги, пытала ли его моя семья.
Верно. Тогда именно так я и думала.
Какой же бедный и несчастный мальчик. На этом все.
Однако вскоре мои мысли изменились.
Потому что с тех пор, как ему промыли мозги и он меня полюбил, моя обыденная жизнь перевернулась с ног на голову.
P.s.В этой главе все воспоминания.
Сериена.
Рука, вынимающая книгу с полки, дрогнула от зовущего меня голоса.
Я озадаченно обернулась.
Позади меня непринужденно стоял Аджест, словно так и должно было быть. Такое отношения я терпеть не могла.
Я уже давно тебя искал.
Он расплылся в сияющей улыбке, будто его переполняло счастье. А вот я, наоборот, ожесточила черты лица.
Он приблизился ко мне на шаг.
Дрожа телом, я отступила и поспешно произнесла.
Не подходи.
От его присутствия и приближения меня охватила паника.
Если он будет возле меня, я стану задыхаться. Казалось, воздух пропитался копотью и дымом.
Всякий раз, когда он пытался до меня дотянуться, в горле стоял ком, а саму меня пробирало отвращение, словно по всему телу ползали противные насекомые.
Обернись. Твои глаза… отвратительны.
Я ненавидела эти смотрящие на меня глаза. Эти фиолетовые очи были прекрасны, подобно драгоценному камню, однако были тусклыми и безжизненными.
Он смотрит на меня одержимым глазами, пропитанными любовью и пустотой.
Словно личинки мух сожрали все нутро и ничего не оставили, кроме белоснежной склеры.
Не смей ко мне подходить. Веди себя, как прежде. Ненавидь меня.
…Как я могу тебя ненавидеть.
Забавно, его речь была пропитана равнодушием. Было ясно, что эти слова его вынудили сказать.
Он был марионеткой, за чьи ниточки дергали.
Я читала оригинал, потому знала, что однажды настанет этот день, но все же…
Изменившееся поведение выглядело более жутким, чем я ожидала.
Встречаясь с его фиолетовыми глазами, отражающими глубокую ненависть, не могу признать, что они меня пленяли и восхищали. Он тот, кто меня ненавидел всей душей, сопереживал и беспокоился, потому что любил.
Оставив его одного, я выбежала из кабинета.
Проходя вдоль коридора, я увидела знакомое лицо. Это была Марина, горничная моей матери.
Она вежливо со мной поздоровалась, но я ее проигнорировала и продолжила свой путь.
Мисс, быть может, вы видели юного господина?
Вопрос Марины ударил меня по спине. Я тут же поняла, о ком шла речь.
Разумеется, об Аджесте.
Герцогиня ищет молодого господина, но, к сожалению, уже долгое время я никак не могу его найти.
Мои ноги, несущие меня вперед, застыли посреди коридора.
Я не понимала, зачем он понадобился матери. Хотя…должно быть, ради «промывки мозгов».
Откуда же мне знать?
Даже если я не скажу, вскоре ты все равно его найдешь.
Так и случилось.
Приняв ванну, я взглянула на себя в зеркало.
В зеркале отражалась девушка с мокрыми серебристыми волосами, спадающими вниз, и с кожей со следами от небрежного вытирания.
Комната сияла оранжевым цветом с отливом горящей свечи, и, возвышаясь за оконной рамой, сквозь щель шторы просачивалось небо, окрашенное в темный цвет.
После горячей ванны мне стало еще жарче, поэтому я подошла к бежевым шторам и распахнула окно.
И сразу же подул прохладный ветерок. У меня было неплохое настроение, однако беспокойно мерцала свеча, словно вот-вот потухнет. Она будто предупреждала о надвигающейся беде.
От ее вида мне захотелось закрыть окно.
Тук-тук.
Из-за стука я отошла от окна и подошла к двери.
Кто это?
Я сразу отворила дверь, даже не убедившись в личности гостя. И тут же об этом пожалела, когда увидела перед собой фигуру человека.
Как только я попыталась захлопнуть дверь, Аджест ее тут же толкнул с противоположной стороны.
И теперь дверь находилась в таком положении, что ее нельзя было открыть или закрыть.
Что тебе нужно?
Впусти меня, Сери…
Я никогда тебе не разрешала называть меня кратким именем. Ты бездумно и своевольно ворвался, даже не предупредив. Ноль этикета. Так что уходи.
…Мне больно.
Это еще одна причина уйти. Если ты заболел, тебе следует обратиться к врачу.
Я еще сильнее надавила на дверь, однако все было тщетно. Просвет между стеной и дверью стал шире.
Дерьмо! Он сильнее меня.
Что ты делаешь….!
Он вошел, открыв дверь, и заключил меня в объятия.
…Я скучал по тебе, Сериена.
Он уткнулся своим лицом мне в шею и терся о мою кожу, пытаясь обрести умиротворенность и безопасность. От его прикосновений по телу пробежали мурашки.
Немедленно уходи…!
Я его оттолкнула резким движением. Затем его обессиленное тело покачнулось.
Лишь тогда я разглядела его состояние.
Его черные волосы пропитались потом, а полузакрытые глаза были окутаны туманом. Я тут же вспомнила, как Марина искала Аджеста.
Получается, он вернулся после промывки мозгов.
Уходи.
Я схватилась за дверную ручку и широко открыла дверь, но Аджест схватил мой подол юбки и признался.
Я люблю тебя, Сериена.
Это было весьма неожиданно.
Это было незнакомое отношение Аджеста. Потому что я привыкла к его ненависти и злобе.
И одновременно я была до смерти напугана. Он признался мне в любви такими безжизненными глазами.
Это пугало больше, нежели разговор с призраком.
Если хочешь меня отвергнуть, то лучше сразу убей.
Его рука, крепко державшая меня за юбку, поднялась и схватила за запястье. Я машинально пыталась воспротивиться, однако его хватка была очень сильной.
…Отпусти.
Я люблю тебе. Люблю. Сериена.
Он будто оглох и совсем меня не слышит. Видя, как из уст продолжают течь слова и оседают в голове.
Я ощущала, словно меня поймали в сети. Как же это было ненавистно.
Было ужасно.
Было жутко.
Аметистовые радужки сверкали, очарованные мною.
Однажды я видела такие глаза. Этот взгляд не у тех, чья вера крепка и глубока. Нет, этот взгляд как у религиозного фанатика.
Отпусти меня!
Знаешь что? Сери, даже когда ты злишься, ты прекрасна. Нет, ты еще краше.
Он засмеялся. Смех расцвел пестрыми лепестками бутона.
Черт, как можно посреди всего этого еще смеяться?
Он в открытую говорил о ненависти, отчего меня пробирал страх.
ʹБольной придурок…ʹ
Его губы приоткрылись, собираясь что-то сказать.
Я уже знала ответ, потому не хотела слышать, прикрыв ухо свободной рукой. Однако весь поток слов доносился до моей оставшейся барабанной перепонки.
Я люблю тебя.
В тот момент сквозь отворенное окно ворвался ледяной ветер.
Свеча, освещающая комнату мерцающим оранжевым оттенком, тотчас потухла.
Внезапно внутри меня возникло отвращение, будто то слово было табу.
Отпусти!
Внезапный поток энергии отбросил его руку.
Я выбежала через распахнутую дверь, переживая, что он за мной последует.
Покинув комнату, я ступила в темный коридор.
Я продолжала бежать, пока не сбилось дыхание.
Сквозь окно лился лунный свет. Под яркой луной то я стала сбегать вниз по лестнице.
Мне нужно собраться с мыслями.
Почему я так внезапно убежала? Это же была моя комната.
Озадаченная своим глупым поступком, я обернулась, дабы вернуться в комнату.
Ах.
Позади меня стоял Аджест.
Так, значит, он пришел за мной. Хоть я и ясно выразила свою ненависть.
Тогда все тело заледенело.
Почему ты меня избегаешь?
Он спросил, слегка наклонив голову. Он вправду не понимал причину. Его лицо было безэмоциональным и пустым, как у трупа.
Он потянулся ко мне, но я уклонилась от его руки и отступила.
Оглянувшись, я взглядом нашла лестницу. Когда я вновь обернулась, его рука уже была подле моего носа.
И мгновенно случился несчастный случай.
Агх.
Аджест покатился вниз по лестнице.
И тогда мои дрожащие зрачки взглянули на руку.
Увидев его приближение, я случайно…
Его ударила и толкнула.
Я придала силу своим ногам, чтобы спуститься по ступенькам лестнице.
…Агх.
Он ответа не последовало.
…Очнись, открой глаза.
Коридор был окутан мраком, потому я с трудом видела его состояние, но на лестнице виднелось еще более нечто темное и насыщенное.
Внимательно приглядевшись, я осознала, что это.
Кровь…?
Я увидела то, что всем сердцем не желала увидеть.
Неужели он умер…?
Я… я не хотела, чтобы так все вышло.
Просто не хотела, чтобы он подходил.
Ах…
Мои ноги обессилели и стали подкашиваться. Вся энергия покинула мое тело.
Мои ноги погрязла в липкой крови.
В тот момент я больше не могла спокойно стоять и закричала.
На неожиданный громкий вопль выбежали слуги, и, даже увидев подобную сцену, они не пошевелили и бровью.
Я слегка успокоилась лишь после неустанных успокаивающих слов слуг.
В ту ночь я ни на секунду не сомкнула глаз.
Я ненавидела его, но не желала смерти.
Вспоминая те события, я осознаю свою неопытность и слабохарактерность.