Том 2. Глава 46
Эта фраза, словно огненный шар, взорвалась в сознании Сан Чжи, так что у неё закружилась голова. Она открыла рот, но ничего не смогла сказать, совершенно растерянная.
Ей казалось, сердце сейчас выскочит из груди.
Тук-тук, тук-тук.
Его стук почти перекрывал свист ветра.
Девушке даже показалось, что у неё вспотели ладошки, в такой день, когда на градуснике было до десяти градусов выше нуля.
Не ожидавший такой реакции Дуань Цзясюй спокойно отпустил её руки, повернулся и молча встал перед ней.
Расстояние между ними мгновенно увеличилось.
И Сан Чжи, сама не зная, почему, отвела взгляд.
Он чуть наклонился и посмотрел на неё пару секунд своими персиковыми глазами, в которых скрывались неизвестно какие эмоции. Потом протянул руку и легонько сдёрнул вниз её шарф.
Целиком открыв её лицо.
На изящном личике уголки губ сами по себе поднялись вверх, так что показались милые ямочки на щеках. Глаза, ярко сияющие, неловко смотрели в сторону, но сразу же вновь обратились к нему.
Из-за аллергии лицо ещё немного опухло, на щеках виднелись красные пятна.
Могло показаться, что она покраснела.
Зрачки Дуань Цзясюя чуть потемнели, кадык переместился вверх-вниз, он приподнял руку, лежавшую на её шарфе, и аккуратно коснулся пальцами ямочки на щеке.
Сан Чжи почувствовала, как позвоночник будто окаменел.
Это всё продолжалось пару мгновений, Дуань Цзясюй сразу же убрал руку, машинально потерев большой и указательный пальцы. Он выпрямился и тихо усмехнулся:
Ты чего опять покраснела? — Ещё и улыбаешься тайком.
Сан Чжи, у которой опустело сознание, быстро натянула шарф обратно. Потом напустила на себя безразличие и, потупившись, неопределённо ответила:
Но ведь и ты тоже улыбаешься.
Дуань Цзясюй с интересом спросил:
Может, скажешь, почему я улыбаюсь?
Сан Чжи обошла его и направилась к машине, говоря сама себе:
И нечего тут стоять, холодно же.
Глядя ей вслед, Дуань Цзясюй остался немного на месте, не выдержал и снова усмехнулся, потом быстро нагнал её.
Когда они сели в машину, Сан Чжи так и не сняла шарф.
Дуань Цзясюй не торопился заводить мотор, он повернулся к ней и хулиганским тоном спросил:
Малышка, ты уже в машине, почему не снимаешь шарф? Не боишься задохнуться?
Она бесстрастно объяснила:
Я закрываю эту штуку на лице.
Я уже всё видел, — Какой смысл закрывать?
Сан Чжи застыла, но потом подумала, что он прав, и сняла шарф. Впрочем, больше не сказав ни слова, она зарылась в телефон и отвернулась к окну.
Пока они остановились на светофоре, Дуань Цзясюй бросил на неё небрежный взгляд.
Сейчас он мог видеть только её профиль.
А Сан Чжи тем временем ушла в свои мысли, тихонько постукивая пальцами по стеклу. Уголок её глаза смотрел вниз, но уголок губ поднимался наверх, она пыталась скрыть эмоции, однако из этого ничего не вышло.
Вскоре девушка заметила это, дотронулась до своих губ и застыла. Наверное, боясь, что Дуань Цзясюй увидит, она с большим трудом стёрла улыбку с лица.
Он отвёл взгляд, опустил веки и тоже заулыбался.
Это была пятница, и в общежитии осталась только Нин Вэй, остальные девчонки, возможно, отправились участвовать в различных клубных мероприятиях, а может на свидание со своими парнями.
Услышав шаги, Нин Вэй оглянулась и, обратив внимание на кожу Сан Чжи, испуганно спросила:
Что с твоим лицом?
Случайно выпила молочного чаю, — У меня аллергия на молоко.
Ты в порядке? В больницу обращалась?
Да, поставили капельницу.
Ну ладно, — Не повезло тебе, из-за аллергии на молоко столько всего нельзя!
Всё не так уж плохо, — Она сняла куртку и спросила:
Ходила! Поела и вернулась. — У моего парня дела, ему нужно завтра сдать проект, на меня нет времени. А что у тебя? Как прошло свидание с тем "братцем"?
Сан Чжи притихла и вдруг присела рядом поближе.
Нин Вэй повернулась и протянула ей чипсы.
Хочешь?
Нет, я только поела, — Нин Вэй, я тебе кое-что скажу по секрету.
Что?
Тот друг моего брата... — Кажется, я ему немножко нравлюсь.
Выглядишь так, будто выиграла в лотерею, — Как ты это поняла?
Он сказал коллегам, что я его подруга, а ещё сказал мне, — "Неужели ты правда считаешь меня своим братом".
Хм, такое чувство, что он просто не хотел, чтобы ты набивалась к нему в родственники.
Сан Чжи моргнула.
Тебе кажется, этой фразой он решил увеличить дистанцию между нами?
Нин Вэй тут же поняла, что сказала глупость, и, боясь испортить Сан Чжи настроение, добавила:
Нет, я же просто так сказала.
Думаю, дело не в этом, — наверное, он хотел сказать, что больше не считает меня своей сестрой. Но и отдаляться не собирается.
А он знает, что он нравится тебе?
Думаю, нет. — Я не выдала себя.
Ты можешь пока притвориться, что ничего к нему не испытываешь, чтобы он побегал за тобой какое-то время, — Мужчины все такие. Если сразу же отвечаешь на его чувства, он, легко заполучив желаемое, не будет тебя ценить.
Сан Чжи застыла и пробормотала:
А если он не будет за мной бегать...
Да нет, вряд ли.
И ещё, я всё же не вполне уверена, — не знаю, с чего он вдруг заинтересовался мной, и мне это кажется странным.
Какие нужны причины? — А ты почему в него влюбилась?
Потому что он красавчик,
Почему ты такая несерьёзная...
И ещё он добрый, всегда хорошо ко мне относился. — Хорошо учился и всё такое. Правда, староват немного, а в остальном идеал.
Нин Вэй, жуя чипсы, добавила:
Но и с тобой ведь то же самое. Немного маловата для него, но в остальном всюду хороша.
Так... — мне подождать, пока он не начнёт за мной бегать?
Ага.
А если он не начнёт, — тогда я... тогда я сама побегу за ним.
Проводив Сан Чжи до общежития, Дуань Цзясюй вернулся в машину, и у него вдруг зазвонил телефон. Бросив взгляд на экран, он увидел входящий звонок, взял трубку, но почти сразу же положил.
Завёл мотор и поехал в городской центр опеки за престарелыми родственниками.
В здании было непривычно тихо.
За исключением острой необходимости, Дуань Цзясюй крайне редко приезжал сюда. И редко виделся с человеком, который лежал здесь на больничной койке уже одиннадцать лет. Это был его отец, Дуань Чжичэн.
Доктор сказал так:
В последнее время состояние вашего отца оставляет желать лучшего.
Дуань Цзясюй спокойно кивнул.
Он пролежал десять лет, функции тела и иммунитет крайне ослаблены, — У него в лёгких скопилась жидкость, нужна небольшая операция, чтобы устранить воду. Иначе это приведёт к заражению лёгочной ткани, и положение усугубится.
Доктор, — Как вы считаете, он очнётся когда-нибудь?
Тот помолчал, но потом весьма деликатно ответил:
Главное, чтобы человек был жив. Чудеса случаются.
Дуань Цзясюй лишь усмехнулся, никак не прокомментировав ответ.
Откуда может взяться так много чудес...
Вообще-то он не ждал чуда и не думал, что его отец проснётся.
Уже столько лет прошло, в его сердце не осталось даже ненависти.
Только усталость.
Дуань Цзясюй опустил глаза и посмотрел на отца. Тот сильно изменился за эти годы, лежал без сознания и походил на мертвеца.
И если честно, теперь Дуань Цзясюю было уже всё равно, сожалел ли тот о содеянном.
Вскоре он отвёл взгляд и мягко сказал:
Спасибо вам за заботу о нём.
Он заплатил за операцию и внёс оплату за содержание на два месяца вперёд, затем уехал. Для него этот процесс уже стал привычным, и скоро он выкинул его из головы.
Вернувшись домой, Дуань Цзясюй послал Сан Чжи сообщение, чтобы та не забыла нанести мазь от аллергии.
Затем он взял из холодильника бутылку ледяной воды и задумался о сегодняшнем поведении Сан Чжи, а также как следует припомнил, что она говорила ему тогда в пьяном состоянии.
"Есть человек, который мне очень нравится. Только вот я не нравлюсь ему".
"Чжичжи расстроена".
"Он очень хороший, заботится обо мне. Но только он ко всем так относится, добр со всеми".
Неужели тот, кто заставил её так страдать, и правда... он сам?
Дуань Цзясюю всё это казалось лишь собственным домыслом.
Они столько лет не виделись, и, если она действительно испытывала к нему чувства гораздо большие, чем к старшему брату, откуда взялось это "Я не нравлюсь ему"? С чего она это взяла?
Из-за той фразы, когда он назвал её маленькой?
Дуань Цзясюй задумался, затем решил набрать Цянь Фэя.
Тот снял трубку после первого же гудка и бросился с места в карьер.
Даю тебе минуту. Потом мне надо в душ.
Ты был прав, — Тот придурок, про которого говорила та девчонка, похоже... вымышленный персонаж.
Ну вот видишь! Я крут, правда? Настоящий гений пикапа!
Или, возможно, он существует, — но это я и есть.
А я про что? — Только услышав фразу про бесстыжего ловеласа, я сразу понял, что это она о тебе.
Дуань Цзясюй промолчал на это.
Так давай переходи в наступление, или будешь дальше тупить и строить догадки?
Нет, — Я буду её добиваться.
Цянь Фэй озадаченно спросил:
Ты же сказал, что нравишься ей, чего тут ещё добиваться?
Моя девчонка думает, что она не нравится мне, — Я должен раскрыть перед ней карты. Чтобы её обрадовать.
Что за ерунда, с чего она вдруг стала твоей? — И вообще, она знает, что ты знаешь о её чувствах к тебе?
Нет, — И я притворяюсь, что не знаю.
Надо же сохранить лицо моей малышке.
Цянь Фэй почему-то растрогался.
Ты такой внимательный...
Ладно, минута прошла, кладу трубку.
Погоди, — Как ты собираешься "раскрывать карты"?
Пока не придумал,
Девятнадцатый день рождения Сан Чжи был первым днём рождения, который она собиралась отметить не с семьёй.
Праздник выпал как раз на воскресенье. Дуань Цзясюй заранее договорился с ней пойти отметить вместе. Сан Чжи распланировала своё время, пообедала с подругами, затем вернулась в общежитие, дождалась назначенного времени и вышла за порог.
Он приехал не на машине и ждал её внизу возле общежития. В чёрной толстовке, которую она ему подарила, и узких брюках он выглядел совсем как студент.
Сан Чжи только хотела подойти, но вдруг услышала оклик:
Сан Чжи.
Она машинально обернулась.
И заметила Цзян Мина, который стоял недалеко под деревом и держал в руке пакетик. Он заулыбался:
Я прислал тебе сообщение, ты видела?
Сан Чжи тронула телефон и ответила:
Не видела.
Ничего особенного, — просто принёс тебе подарок.
Она, поколебавшись, приняла подарок и ответила:
Спасибо.
Ты занята?
Сан Чжи боковым зрением видела, что Дуань Цзясюй смотрит на них, и ей стало неловко. Она неискренне улыбнулась, указала на Дуань Цзясюя и ответила:
Да, договорилась встретиться кое с кем.
А, вот как. — Ладно, не буду мешать, пойду.
Она помахала рукой:
Ага, пока.
Цзян Мин ушёл.
Сан Чжи приблизилась к Дуань Цзясюю и спросила:
Куда мы пойдём?
Он поднял взгляд и пальцами аккуратно зацепил пакет, подаренный Цзян Мином. Сан Чжи отпустила ношу, и пакет оказался в его руках. Заулыбавшись, он спокойно сказал:
Помогу понести.
Сан Чжи кивнула:
Ладно, неси.
Они направились к воротам университета.
Дуань Цзясюй как бы между прочим протянул:
Это и есть тот... придурок?
Она так и знала, что он спросит.
Помолчав, Сан Чжи со всей смелостью, которую только смогла найти в своей душе, ответила честно:
Нет.
Он задумчиво хмыкнул.
Прошло ещё какое-то время, однако он всё молчал.
Сан Чжи не удержалась и глянула на него.
Как раз в этот момент Дуань Цзясюй вдруг остановился.
Тогда посмотри сюда.
А?
Он вдруг ухмыльнулся, сощурил глаза и наклонился, чтобы их взгляды поравнялись. Через пару секунд он выпрямился и с насмешкой задал вопрос:
Посмотрела?
На что?
Посмотри, а не похож ли я, — на того придурка, о котором ты говорила.