Том 2 · Глава 301. Доп. история. Угроза смерти от секса (1/3)

Из-за слабой выносливости Джилл мы не смогли продолжать слишком долго.

У меня возникло желание воспользоваться тем, что она лежит совершенно обессиленная, тяжело дышит и не может пошевелиться… Но я всё же сумел сдержаться, решив оставить это на потом.

«Когда она спит, то и правда выглядит милее всех на свете».

Улыбка сама собой появилась на моём лице, когда я убрал волосы со лба Джилл, лежавшей головой на моей руке.

Она действительно была ангелом.

Если не брать в расчёт её характер, никто не подходил на роль Святой лучше неё.

Ах да, пожалуй, не стоит учитывать и беспорядочные засосы на её шее.

—Проснулась?

—М-м…

Джилл медленно открыла глаза, сглотнула пересохшим горлом и прижалась ко мне ещё теснее.

Жалобно промычав, она уютно устроилась в моих объятиях и начала ластиться.

Увидев это, я сразу всё понял.

Она ещё не до конца проснулась.

—А?..

Когда сонливость начала рассеиваться, глаза Джилл постепенно расширились.

Наконец осознав, в каком положении находится, она стала стремительно краснеть.

Утро после нашей первой ночи.

После того как Джилл издавала стоны и крики, каких прежде не слышала даже от самой себя, и позволила другому человеку увидеть самые сокровенные части своего тела.

Сейчас она лежала в постели, прикрытая одним лишь одеялом, прямо в моих объятиях.

—А-а-а…

Без одежды Джилл не могла выбраться из кровати, а отстраниться от меня ей мешала моя рука, обнимавшая её за поясницу.

Вскоре она отказалась от попыток сбежать, закрыла лицо ладонями и издала очаровательный жалобный вопль.

Даже смущалась она мило.

—Выключи свет!..

—Свет и так выключен. Это солнце.

—Тогда закрой шторы!..

—Здесь нет штор.

—А-а! Тогда закрой глаза! Не смотри на меня!..

Штор действительно не было, зато одним нажатием кнопки окна можно было сделать непрозрачными. Но я не стал об этом говорить, поскольку Джилл всё равно не могла знать о такой возможности.

Благодаря этому я продолжал с удовольствием наблюдать, как она хнычет и суетится, пытаясь закрыть мне глаза.

—У-у… Я почти ничего не помню о прошлой ночи. Неужели я уснула, даже не помывшись?

—Нет. Ты полностью выбилась из сил, поэтому я тебя вымыл. У тебя не осталось сил даже одеться, и я просто уложил тебя в кровать…

—Ты меня вымыл?! В ванной? Т-тогда ты всё увидел и везде ко мне прикасался?!

Прошлой ночью мы занимались вещами куда более непристойными. Почему же теперь она поднимает такой шум из-за простой ванны?

—Не переживай. Ты так жалобно хныкала, что я выключил свет, пока тебя мыл.

—У-у-у…

Бух, бух.

Джилл принялась отчаянно дрыгать ногами под одеялом.

Я думал, что успел увидеть все её стороны, однако настолько смущённая Джилл казалась чем-то совершенно новым.

—К-как только мы вернёмся, мне придётся отказаться от звания Святой…

—Почему?

—П-почему? Я ведь… уже не девственница…

—Святая обязательно должна быть девственницей? Я тоже изучал учение, и среди требований к Святой сказано лишь, что она должна вести себя достойно и хранить чистоту тела.

—Это одно и то же.

—Нет, не одно. Там не сказано, что ей запрещено заниматься се…

—Н-нет! Никаких непристойных слов!

Джилл поспешно закрыла мне рот ладонью.

Она и так едва справлялась со смущением, а слова, напоминавшие о прошлой ночи, заставляли её стесняться ещё сильнее.

—Все признанные до сих пор Святые были девственницами, поэтому это стали считать обязательным условием по традиции. Но ты лишь сама решила, что после потери девственности лишишься права оставаться Святой.

—П-правда?

—Конечно. Если бы после потери девственности Святая обязана была отказаться от своего положения, тебя сместили бы ещё в день свадьбы.

—Ах, и правда?! Но откуда ты столько знаешь об учении и обычаях Небесной Церкви? Ты ведь крестился только из-за меня и почти не веришь в Бога.

—…

Мне казалось, что, служа рыцарем-хранителем Джилл, я весьма убедительно изображал набожного верующего.

Но, похоже, Святая прекрасно видела мою притворную веру насквозь.

—Наверное, я многое изучил, когда выяснял, как сохранить за тобой положение Святой.

—Хм. Значит, ты всё-таки об этом беспокоился.

—…За кого ты меня принимаешь?

Это могло разрушить будущее любимой женщины. Разумеется, я тщательно всё изучил.

А вот то, что сама Джилл неверно понимала церковное учение, меня немало удивило.

Эта девушка всерьёз собиралась отказаться от звания Святой после свадьбы со мной.

—Какая же ты прелестная.

—А-а?!

Я внезапно притянул Джилл к себе, и её тело задрожало.

Ощущая всей кожей мягкость её обнажённого тела, я испытал волну удовлетворения.

Сначала Джилл лежала скованно, не зная, куда деть руки. Но вскоре начала водить пальцами по мышцам моего тела, издавая двусмысленные вздохи.

Ещё вчера она не могла даже взглянуть на меня обнажённого, а теперь, похоже, немного осмелела.

—П-подожди, Ю Джин. У тебя внизу что-то твёрдое… Ах, а?! А-а?! Сейчас? Мы сделаем это прямо сейчас? М-м, у-у…

Стоило нашим губам встретиться, как её сопротивление растаяло подобно снегу.

До времени, когда следовало освободить номер, оставалось ещё достаточно долго.

—Где вы двое пропадали весь день?

—А-а… Мы просто ходили погулять…

Джилл отвела взгляд и крепче сжала руку Ю Джина.

Её лицо раскраснелось, а походка оставалась неуверенной.

Но красноречивее всего выглядели розовые отметины, едва видневшиеся над воротником, хотя она застегнула одежду на все пуговицы.

«Они занимались сексом. Определённо занимались».

Мия быстро поняла, что произошло, и решила больше не расспрашивать.

Весь их вид буквально кричал о том, чем они только что занимались.

И всё же, когда они сказали, что вдвоём отправятся на Землю, Мия думала, что те просто насладятся романтическим свиданием.

Кто бы мог подумать, что они решатся на нечто настолько смелое средь бела дня…

Неужели скромная и добродетельная Святая действительно могла согласиться на это по собственной воле?

—Святая, если Ю Джин ведёт себя слишком настойчиво или грубо, обязательно скажи мне.

—А? Ю Джин никогда так не поступит.

Джилл непонимающе склонила голову набок.

По выражению её лица было ясно, что она совершенно не понимает, о чём идёт речь.

Мия тяжело вздохнула и тихо пояснила:

—Я спрашиваю, не заставлял ли Ю Джин делать то, чего ты не хотела.

—А-а… Если ты об этом, то ничего подобного… Конечно, в тот момент Ю Джин вёл себя немного грубо… Но никогда не делал ничего против моей воли… Честно говоря, мне бы хотелось, чтобы он был ещё немного грубее…

—…

Смущённо пробормотав это, Джилл застенчиво заёрзала.

От настолько внезапного признания её предпочтений Ю Джин раскрыл рот, а Мия лишилась дара речи.

Так вот что нравится Святой…

—Хе-хе. Но если бы Ю Джин действительно силой затащил меня в гостиничный номер и я призналась бы тебе в этом, что бы ты сделала?

—Ну, разумеется, я бы строго отчитала Ю Джина…

—Думаешь, ты смогла бы отчитать мужчину, который даже со Святой поступает как ему вздумается? Если бы Ю Джин и правда взял меня силой, сомневаюсь, что ты сама вернулась бы целой и невредимой после того, как пришла к нему с претензиями.

—Ах, и правда…

Что за разговор они ведут прямо перед человеком, которого обсуждают?

И как их мысли вообще свернули в эту сторону?

Ю Джин настолько опешил, что даже не подумал вмешаться.

—…Закончили сплетничать?

—Сплетничать? Мы всерьёз обсуждали, как следует подготовиться на случай, если Ю Джин превратится в зверя.

—Именно!

Удивительно, но эти двое прекрасно ладили.

Возможно, дело было в том, что обязанности Святой и Жрицы во многом походили друг на друга.

—Ах да. Можно мне ненадолго одолжить Ю Джина?

—Ч-что?!

—Мне нужно обсудить с ним нечто важное.

Лицо Джилл мгновенно залилось краской из-за разыгравшегося воображения, однако, заметив серьёзное выражение Мии, она быстро успокоилась.

Поняв, что дело действительно срочное, Джилл разжала их сцепленные руки.

—Я закончу разговор и сразу вернусь.

—Хорошо.

Чмок.

Приподнявшись на носочках, Джилл легко поцеловала Ю Джина в губы и тут же убежала, словно спасаясь бегством.

Ю Джин несколько мгновений смотрел ей вслед с улыбкой, а затем вновь посерьёзнел и обернулся.

Перед ним стояли Иггдрасиль и Мия, появившиеся здесь через пространственный разлом.

—Новое пророчество?

—Да, верно.

—Фух… Ха-а…

Мия сделала несколько глубоких вдохов.

Ю Джин сразу всё понял.

Должно быть, пророчество было крайне серьёзным.

—Что там сказано, раз ты так долго не решаешься заговорить?

—Я передам его в точности… Слово в слово.

Иггдрасиль произнёс это тихим голосом.

Спаситель мира смертных.

Именно так пророчества называли Ю Джина с тех пор, как он изгнал Дракена.

Его лицо слегка посерьёзнело, но затем он улыбнулся.

—Пустяки.

—Пустяки?!

—Там не сказано, что я умру. Лишь что столкнусь со смертельной опасностью. А значит, я совершенно точно не погибну.

—Откуда такая уверенность? В пророчестве сказано, что ты столкнёшься с ней, но ничего не говорится о том, что ты её преодолеешь. Значит, вероятность смерти всё же существует…

—Нет. Если я и могу погибнуть, то лишь потому, что утрачу бдительность. Но благодаря тебе, Мия, я только что услышал пророчество, а потому не стану терять бдительность. Следовательно, я совершенно точно не умру. Понятно?

—Да…

Ю Джин крепко обнял Мию.

Только после этого она немного успокоилась и, спрятав лицо у него на груди, попыталась восстановить дыхание.

Его рассуждения казались несколько притянутыми за уши, но раз так сказал Ю Джин, значит, всё обязательно будет именно так.

Колотившееся сердце Мии понемногу успокоилось.

«Хм. Неужели мне предстоит событие, после которого я впервые за долгое время встречусь с Богом Подземного мира?»

Ах, как же не хочется вновь видеть этого типа.

При каждой встрече со мной он открыто облизывается, и это ужасно неприятно.

Я боялся не самой смерти. Просто мне не хотелось умирать, поскольку тогда пришлось бы снова увидеться с ним.

«Пророчество невероятно зловещее, но особого беспокойства я не испытываю».

До сих пор я преодолел бесчисленное множество смертельных опасностей.

Наверное, именно поэтому теперь почти ничего не чувствовал.

Можно сказать, смерть стала для меня невидимым домашним питомцем, который всегда следует по пятам.

Неудивительно, что в Подземном мире меня называют «знакомым со смертью».

Если бы условием возвращения в прошлое была моя смерть, меня наверняка прозвали бы «тем, кто охренительно хорошо знаком со смертью».

—А?

В этот момент…

Вжух.

Какая-то сила резко потянула меня в сторону.

Меня затащили в узкий переулок, прижали к стене и полностью обездвижили.

Довольно грубо.

—Ерина?

—Я… Я случайно услышала твой разговор с Жрицей…

—Ах. Ты об этом.

—Отныне я буду круглосуточно охранять тебя. Я никому не позволю причинить Ю Джину вред.

—…Круглосуточная охрана... Я уже рядом.

Ерина полностью проигнорировала слова Нерешил.

Очевидно, ценность той в качестве телохранителя она считала нулевой.

Однако затем Ерина крепко сжала мои ладони обеими руками, и её настроение внезапно стало зловещим.

От неё исходил какой-то холодок…

Как бы точнее выразиться?

Это напоминало ауру Ерины в те моменты, когда наружу прорывалось её безумие.

—На всякий случай нам следует оставить как можно больше наследников. Поэтому, Ю Джин… Раз уж мне всё равно придётся целыми днями находиться рядом с тобой и охранять…

Ерина медленно завиляла хвостом и посмотрела на меня голодным взглядом.

Ах…

А что, если предсказанная смертельная опасность означает, что я умру от истощения?

Два захода за один день — это уже тяжеловато, разве нет?